Divide et impera | Разделяй и властвуй

Дом её тети находился на одной из тихих маггловских улиц Лондона. Он не был большим: белый двухэтажный коттедж с маленьким задним двором. Во дворе росли яблони и хотя толку от них было мало, — за лето созревало лишь около двух вёдер яблок — признаться, во время цветения они выглядели просто потрясающе, посему тетя Лидия души в них не чаяла. Аманда знакома с этим домом с самого раннего детства — ей приходилось жить в нем, когда отец отсутствовал. Грустные события, о которых, к сожалению, Осборн уже мало что помнила, произошли через четыре года после её рождения, лишив её полноценной семьи. Её отец, происходивший из древней чистокровной румынской семьи Бодеа, вступил в ряды армии Гриндевальда, терроризировавшего в то время его страну. Как он сам рассказывал — по молодости, горячности слепо поверил умелому манипулятору и оратору. Да и, честно признаться, в то время и правда был высокомерным, как подобает настоящему аристократу, до поры, пока не встретил мать Аманды — Сесилию Осборн. Вдаваться в подробности их любви явно не стоило, история не об этом. Известно лишь то, что Сесилия была магглорожденной, но это не помешало молодому Димитру Бодеа, в отличие от его семьи. Те отвернулись от старшего сына и больше никогда не произносили его имени в доме, полностью переписывая наследство на младшего — примерного и покладистого. Димитру не смог долго скрывать свою жену, сторонники Гриндевальда заподозрили его. Он все больше отдалился, лишь изредка посещая светские мероприятия, устраиваемые для армии, а уж о нападениях и речи не шло. Да и материальное положение его было незавидное — семья попросту выставила его за дверь. Спустя некоторое время они с Сесилией и маленькой Амандой пытались сбежать из Румынии в Британию. 31 июля 1931 года Сесилия, находящаяся на пятом месяце беременности, погибла, защищая свою 4-летнюю дочь. С тех пор Аманда иногда жила у отца в Шотландии или у сестры своей матери — Лидии Осборн. Отец часто тренировал её, боясь за сохранность жизни дочери, учил защищаться и давать отпор даже в неравных боях с сильными волшебниками. Димитру не смог смириться со смертью своей  жены и нерожденного ребенка. И решил посвятить свою жизнь борьбе с самым могущественным тёмным волшебником, создав небольшую группу таких же приспешников. Аманда, по правде сказать, точно не знала, чем они занимались. Отца она видела в последний раз 5 месяцев назад, не считая газет, где нередко мелькало его лицо. По предоставленной информации девушка знала, что сейчас он находился во Франции, планировал очередную стычку с армией Гриндевальда. Всё, что осталось у него от отца, это  румынское имя — Анка Бодеа, которое в силу обстоятельств пришлось скрыть, заменив именем покойной бабушки со стороны матери. Несмотря на это, Аманда скучала по своему отцу. Ей не хватало родительской любви в детстве. Тётя Лидия была строгой, не терпящей вольностей женщиной. В попытках воспитать из племянницы леди с безупречными манерами и поскорей отправить под венец к завидному жениху, она окончательно испортила отношения между ними. Все подростковое время — 10 месяцев в год — девушка проводила в Хогвартсе, приезжая только на летние каникулы. И кажется, их обоих это устраивало. По крайней мере, так казалось со стороны. Истинные чувства тётушки она и знать не могла — та всегда держалась благородной и неприступной. Осборн иногда задавалась вопросом, была ли она виновата в том, что тётя так и не вышла замуж? Может, если бы отец взялся за её воспитание сам, у тёти Лидии бы было время на личную жизнь. Прошло много времени, Аманда томилась в надеждах, что отец наконец отступит от своей цели и заберёт дочь. Глупые мечты девчонки, ведь она знала своего отца лучше всех остальных — тот никогда не сдаться и закончит начатое. Было несколько исходов событий, но армия Гриндевальда только крепла, поэтому девушка в тайне молилась маггловскому Богу, чтобы он уберег её отца. *** Осторожно открыв калитку, Осборн прошмыгнула внутрь маленького сада. Старый дуб стоял около самого дома, скрывая своими ветками большую его часть. Вдоль дома цвели жёлтые незабудки, а на крыльце на потрепанной тахте спал чёрный кот. Услышав девушку, он лишь чуть приоткрыл ярко-зелёные глаза. Гриффиндорка погладила его за ушком, слушая прерывистое мурлыканье, которое вскоре смешалось со звоном колоколов старой церкви на другом конце улицы. Значит, начался комендантский час. — Аманда, это ты? — послышался взволнованный голос из приоткрытого окна. — Сегодня ты дольше обычного, я уж хотела выйти искать тебя. Такие сплетни ходят об этих немцах, нужно быть осторожной. — Простите, тётя Лидия, — открывая входную дверь, пролепетала девушка. — Я, право, задержалась в лавке. Мистер Барлоу так увлекательно рассказывал об изготовлении медовых печений, что я не могла не взять рецепт! — она слевитировала бумажку, которую носила всю прошлую неделю, в надежде, что однажды она пригодится. — В корзине все, что нужно. Аманда развалилась в мягком кресле у камина, наблюдая за тресканием дров. Лицо обдало жаром, приятно лаская тяжёлые огненные кудри — настоящее достояние Осборнов. Лидия Осборн недоверчиво покосилась на неё из под рыжей чёлки, раздумывая. — Не думала, что походы в магазин так утомляют, — усмехнулась тётя, ставя чашку чая на стол и разглядывая рецепт. — Ты напрочь забыла обо всех манерах. — Перед кем же мне строить лицо? Она вздохнула. — Ты можешь доверять только себе, моя дорогая. Я учу тебя этому всю жизнь, как учила меня моя матушка. Сесилия погубила себя, когда... — она презрительно скривилась, но снова совладела собой. — Доверилась твоему отцу. Он погубил свою женщину, не смог защитить. Никогда не гонись за такими — мой тебе совет. Иначе тебя ждёт судьба твоей матери. — Да, тётя, — она выпрямила спину, чувствуя, как взгляд Лидии скользит по ней. — Ты красива и молода, должно быть, ты пользуешься популярностью в Хогвартсе, — её лицо смягчилось. — Я разрешу выбрать тебе мужа самой, это будет правильным решением.  — Но, тётя Лидия... — та подняла ладонь, останавливая речь. — Не желаю ничего слушать, — встав со стула, женщина подошла к ней, подавая руку. — Пойдём, я распущу твои волосы. Поднявшись, Аманда повернулась к ней спиной. Её красивые руки коснулись прядей заплетенной косы, ослабляя ленты. Чувствуя её взгляд, девушка старалась держать осанку как можно прямее. Её тётя была такой властной женщиной! Каждый неверный жест, слово и она высмеет тебя, поставит под сомнение все твоё существование, если ей то будет выгодно. Это одновременно восхищало и отталкивало. Пожалуй, права была Распределяющая Шляпа, когда отправляла Лидию Осборн на факультет змей. Ведь не могло быть иначе — хитрость натуры этой женщины приманивала, создавая нарочито воздушное создание, которой она никогда не являлась. — Ты чем-то расстроена, дорогая? — Аманда молчала. — Коль не хочешь говорить, я пытать не буду. Волосы наконец были готовы. Тётушка с помощью левитации налила чашку чая, протягивая её девушке. Кипяток обжег горло, но Аманда все равно выпила до дна, не забыв поблагодарить. С открытого окна веял прохладный воздух и шум ночной улицы, на подоконнике спал кот, растянувшийся в нелепой позе. А в камине догорали последние угли. Кухня в доме тёти действительно была уютной. Кухонные тумбы из светлого дерева без какой-либо росписи. И стол с белоснежной скатертью, которую оттенял лишь бежевый наперон. Атмосфера была чудеснейшей. Аманда больше всего ценила такие вечера. — Я должна знать о чем-то ещё? — спросила Лидия. — Ты необычно задумчива. — Сегодня я посетила детский приют. И предложила свою помощь, — выпалила она. Тётя скептично подняла очерченную бровь. — Я ценю твою самоотверженность, милая. Но не поступила ли ты опрометчиво? — Тётя Лидия, вы не видели в каких ужасных условиях живут дети! — стукнула она кулаком от негодования. — Они такие худые, Мерлин! Совсем маленькие. Такая несправедливость их тяжелой судьбы. А ведь я могла быть на их месте, не будь вас! — Ну полно, тебе пора отправляться в постель, — заключила тётя. — Становишься такой экспансивной, когда устаёшь. Завтра подумаешь о своём решении, Аманда. Иди, приляг. Не забудь нанести крем на веки, который я оставила на туалетном столе! Одни из самых ужасных черт её тёти — это способность уходить от разговора и обесценивать страдания других. Делать вид, будто не существовало никакой серьёзной темы их разговора и все сказанное лишь детский лепет вчера родившейся девчонки, дело жизни которой выбирать платьишка на балы — вот в чем Лидия Осборн точно не была профаном. Аманда не стала дожидаться второго предупреждения, прекрасно зная, как может измениться тётушка, если племянница неверно себя поведёт. Поднимаясь по лестнице, она услышала как скрипнула входная дверь — Лидия снова вышла покурить. Свернув налево, она очутилась у двери в свою комнату. Комнатка, выделенная ей, была совсем небольшой, но, определённо, самой родной. Книжная полка, расположившая напротив кровати, трещала от обилия разных книг — от самых маггловских до письменностей о Тёмных Искусствах. С возрастом туда входила более сложная литература. Но одно оставалось неизменно: Аманда была без ума от чтения. Поэтому Хогвартс стал занимать особое место в сердце, в особенности библиотека и её тайны. Любопытство до добра не доводило и Осборн иногда даже попадалась в попытках стащить книжку из Запретной секции. Со временем она изловчилась в этом деле, оставаясь незаметной весь прошлый учебный год. И постарается в этом. Заправленная кровать скрипнула, когда Аманда села, снимая неудобные туфли, которые на день рождение подарила тётя Лидия. В голове вертелось много мыслей и образов. Самым ярким впечатлением был, конечно же, Реддл. То ли девушка была чересчур впечатлительной, то ли в этом было что-то ещё. В любом случае, ей не терпелось узнать правду о нем. Может, его родители погибли? Но тогда почему он в маггловском приюте? Неужели родители были магглами? Нет, этот вариант исключаем, потому что Том Реддл не мог быть магглорожденным. Уж кто-кто, но не мистер "я знаю все на свете, а вы, ничтожества, — ничего" Аманда прокручивала в голове весь диалог и её, определённо, смутили его угрозы. За стенами Хогвартса он не был таким скромным и вежливым, что и требовалось доказать. Вся его лощенная маскированная персона явно была построена, чтобы очаровывать других. Она удовлетворённо улыбнулась, будто разгадала какое-то дело, которое никто другой не смог. Осборн тут же подумала о лице Валери, её школьной подруге, узнав она о секрете Тома. Девушка усмехнулась. Как же ей хотелось наконец увидеть её. Она бы точно смогла придумать что-то этакое на французский манер. Недаром на четвертом курсе Валери победила Малфоя, который весь учебный год кичился тем, как отец нанял для него преподавателя, приехавшего из самой Болгарии, в дуэльном клубе. Осборн тогда сразу заметила её строптивый характер и акцент, который притягивал людей, словно магнит. Но Валери Кератри заметила её, тихую девчушку, которая и постоять за себя не могла. Дружба с ней изменила Аманду. Как, впрочем, и любая другая. Они учились делиться, помогать друг другу и защищать. Со временем собралась небольшая компания из пяти человек: Аманда, Валери, Эбенезер Диггори, Септимус Уизли и Лиам Косгроув. С улыбкой вспоминая истории из прошлого, девушка не заметила, как на часах стукнуло одиннадцать. Пора бы, действительно, отправиться спать. Только, в любом случае, оставалась одна нерешенная проблема. Как, черт возьми, девушка завтра отправиться в приют снова? Она мысленно застонала, обвинив себя в том, насколько легкомысленно повела себя, бросая предложение помощи(да-да, тётя Лидия, вы снова правы). Но в голове всплыл Джош и его бледное лицо, с редкими веснушками. Никакой отвратительный Том Реддл не переубедить её помогать детям. Стоило бы подумать о плане её действий, ведь тот явно настроен агрессивно. В конце концов, Аманда решила, что будет по возможности избегать его и говорить только по существу. Может, он все таки успокоится? *** Утро выдалось прохладным. Открыв окно, Осборн выглянула на улицу, наблюдая за тем, как тётя Лидия уже трудилась в саду. Как всегда, ни свет ни заря, а ей хоть бы хны. — Может, спустишься и поможешь? — неожиданно предложила тётушка. Как она заметила? — Доброе утро. Да, сейчас, — Аманда поскорей спохватилась, на ходу надевая простое серое платье и накидывая поверх плащ. Из-за того, что она слишком шумно спускалась по лестнице, кот, которого Аманда хотела затискать перед выходом, удрал с поднятым хвостом в другой конец дома. — Ну ладно, — огорченно протянула девушка, стаскивая пару свежих лепешек со стола. Негоже работать голодным — вечный девиз Эба, который Осборн нашла полезным. Редкое явление в случае Диггори. Обычно его советы прогорают прежде, чем понадобятся. Выйдя на улицу и глубоко вздохнув приятный свежий воздух, Аманда направилась в сад. Тётя ждала её около кустов роз с парой перчаток в руках. — Итак, нужно прополоть эту часть, — она указала пальцем. — Примерно здесь можешь закончить. Будь аккуратней, эти розы крайне привередливы. И после не забудь полить незабудки. Аманда приступила к работе без всякого энтузиазма. Она привыкла к этому, потому что считала своей обязанностью помогать. Палочка в руках ловко работала, иногда приходилось срывать сорняки руками, чтобы не повредить кусты. Тётя, стоявшая рядом, наконец спросила: — Ну, я так понимаю, ты не передумала? — Нет. — Это окончательное решение? — Да. — Ты же понимаешь, что нужно будет работать и здесь, и там. Справишься ли ты? Это вопрос времени. Возможно, сможешь изловчиться, но если нет, то поблажек от меня не жди. Твои обязанности остаются таковыми. К тому же, на тебе будет огромная ответственность, если тебя пошлют следить за детьми. Аманда вздохнула. — Справлюсь, — заверила она. — Если не я, то кто? — Весьма спорное утверждение, дорогая. Ты сама ещё дитя. Всё оставшееся время они проработали в тишине, изредка кидаясь немногозначащими фразами. Закончив с работой, Аманда направилась переодеваться. Ей предстояло ещё одно дельце. И пришлось только надеяться на то, что Том Реддл не усложнить его.