Café au bord de l'eau/ Кафе у набережной

Гермиона не спеша шла по оживленной улице. Ветер закручивал листья в небольшие вихри, которые исчезали  прямо под ногами, также быстро, как и появлялись. Все дышало тишиной. Но, кажется, замечала это только она, остальные шли, не глядя по сторонам, словно в ускоренной перемотке. Будто у всех кроме нее, была какая-то конкретная цель. Возможно, так и было, сейчас Грейнджер не смогла бы ответить на этот вопрос. Вся её жизнь состояла из сплошной рутины — учёба, редкие прогулки, кофе по утрам( единственное, что было довольно привлекательным для неё из всех ежедневных дел). И она не знала наверняка, в чем смысл этого. Дни проходили слишком незаметно, скорее всего, из-за их серости. Немного странно, что Гермионе пришлось проводить время так здесь, в Париже, в её самом любимом месте на земле. Уехав из Британии, она надеялась, что прошлое останется за спиной как обычный кошмар, который, правда, длился слишком долго. Там девушку абсолютно ничего не держало, поэтому она решила начать жизнь с чистого листа как можно скорее. Теперь почти все было хорошо. Почти, потому что понять, что именно пошло не по плану, было слишком сложно. Эта задача была единственной, с которой Гермиона не могла справиться. Нужен был взгляд со стороны, но человека, которому можно довериться, просто не было в её жизни. Она не умела жить как все нормальные люди. И с этим стоило бы смириться. И — черт — больше всего за этот год она возненавидела вечера. Когда ты одинок, по вечерам это ощущается ещё больше. Единственное, что могло их скрасить — так это письма. Очередная программа Министерства, которая поначалу показалась Гермионе безумно странной и наивной затеей. Просто анонимная переписка. Так она считала до тех пор, пока не получила ответ на одно из писем. Это немного напоминало маггловские телефоны — собеседник выбирался случайным образом, вместо обычных писем был пергамент, связанный с другими, на котором и появлялось все написанное. Началось все слишком неловко, как-то неестественно, практически так, как это бывает в клишированых маггловских сериалах. Они не писали друг другу ничего особенного, даже наоборот, эти письма казались бессмысленным набором букв, никак не связанных между собой, но именно это и было привлекательно. Грейнджер часто бывало стыдно признаваться себе в том, что она влюблена в человека, о котором не знает ровным счётом ничего. Он никогда не говорил о себе то, что могло бы дать ей какие - либо догадки о его личности. Просто некие обобщенные факты. Она рассказывала о себе чуть больше, и иногда задумывалась о том, что могла случайно раскрыть свою личность. Гермиона уже имела представление, хоть и довольно слабое, о своём собеседнике. Он наверняка был очень начитанным и харизматичным человеком, судя по всему, имел очень хорошие манеры, образование, был интересным собеседником, единственным, с кем она могла бы поговорить о наболевшем. Он всегда отвечал только вечером, значит, большую часть своего времени проводил за какой - либо работой, а, может, просто не хотел нарушать их традицию ( если это можно было так назвать). Было ли на самом деле что-то между ними? Понять совершенно невозможно. Довольно неубедительная иллюзия отношений. Абсолютно ничего серьёзного. Все казалось таким увлекательным, немного наивным и капельку романтичным, то, что нужно именно сейчас. Вокруг стало заметно тише, значит, Гермиона уже была совсем недалеко от своей любимой кофейни. Здесь было гораздо лучше, чем в центре —  спокойно и как-то по -  домашнему уютно. К тому же, во всем Париже не нашлось бы места, где делали бы кофе вкуснее. Девушка толкнула старую дверь, и та сразу же отворилась с приятным скрипом. Любимый столик Гермионы был уже занят. И кем...она узнала бы его из тысячи, поэтому не ошиблась и в этот раз. — Малфой. Он резко обернулся. — Грейнджер? Глупо. По - детски. Совсем как в школе, и сейчас это совершенно неуместно. Они уже не те. Поэтому все должно было быть не так. Гермиона чувствовала, что сегодня должно будет произойти что-то, выходящее из ряда вон, но эта встреча была слишком неожиданной. Она не видела Малфоя несколько лет( чему была очень рада) и уже не надеялась увидеть. Ходили слухи, что он пропал без вести во время Битвы за Хогвартс, или же покинул Британию, но сразу же попал в руки оставшихся Пожирателей. И теперь они снова встретились. Драко сильно изменился, особенно его взгляд — ненависти  не осталось, только пустое, холодное безразличие. Возможно, от этого он выглядел таким уставшим. — Что ты здесь делаешь? — она осторожно, почти без скрипа, выдвинула стул и села напротив. — Полагаю, то же, что и ты, — Малфой отвечал нехотя, так, словно он слышал этот вопрос не первый раз. Гермиона покраснела. Её немного смущал этот холод и довольно странная небрежность. Словно он говорил с кем-то другим. Не с ней. — Нет...я имела ввиду не это. Что ты делаешь в Париже? — Живу. Но я здесь относительно недавно. Чуть меньше года или около того. Мне посоветовали переехать туда, где никто не будет осуждать меня за прошлое, — Драко бросил едва заметный взгляд на свое левое предплечье. — И, знаешь, это работает. А ты? Все слишком просто. Почему они, черт возьми, ведут себя как старые друзья. — Можно сказать, решила начать жизнь с чистого листа. К тому же, я здесь учусь. — Ты совсем не изменилась, — Его губы изогнулись в лёгкой ухмылке. — Всё учишься...а я никак не могу найти себе места. — Понятно...— Она задумчиво покрутила в руках чашку с только что приготовленным кофе. Гермиона не понимала, что происходило между ними. Она никогда не чувствовала подобного. Это было странно — они столько лет ненавидели друг друга, что же теперь? Все забыто? Вероятнее всего, у Драко банально не было сил на то, чтобы издеваться над ней, как раньше. Это было видно невооружённым глазом, и, к тому же, они — взрослые люди и подобная ненависть выглядела бы странно. — Ты часто бываешь здесь, в этом кафе? — Ей было слишком неудобно молчать. — Первый раз, — Малфой всегда смотрел в сторону, когда говорил. Скорее всего, ему было гораздо проще представить, что рядом никого нет, чем посмотреть в глаза собеседнику. — О...думаю, это отличное место для знакомства с местной кухней. К тому же, здесь делают самый лучший кофе. — Предпочитаю чай, — Драко натянуто улыбнулся. Гермиона поймала себя на мысли, что ей было действительно хорошо. Она нашла то, что искала так долго. Именно таких разговоров ей не хватало все эти годы. Просто сидеть в спокойной обстановке и говорить о мелочах — о кофе, чае, мелких будничных происшествиях. Никуда не торопиться, говорить то, что думаешь, и порой не думать о том, что говоришь, мысленно находясь где-то далеко. Пробовать на вкус каждое слово, чтобы запомнить на всю жизнь очередной, ничем не отличающийся от других, миг. Так она представляла себе идеальную жизнь. — У нас очень...мм...странный разговор, не находишь? Не хватает какой-то определённой темы, — Он снова испортил все, что она пыталась выстроить. В один миг разрушил абсолютно все и выстроил между ними стену. Не то, что бы непреодолимую, но сейчас определённо лишнюю. — Мне кажется, обычно так проходят нормальные разговоры...— Всё- же, не стоило забывать, что они никогда не были близки, и холод продолжал просачиваться между каждым малейший движением, вздохом и словом. Драко промолчал. Было очевидно, что он не воспринимал Гермиону хоть сколько- нибудь серьёзно. Просто наивная девушка со странными вкусами, ничего больше. Для неё уже должно было быть счастьем то, что он не проклял её при встрече или, как минимум, не встретил потоком уже привычных оскорблений. — Ты знаешь  о новой программе Министерства?..ну, анонимные письма...— Грейнджер старалась говорить как можно осторожнее, чтобы не нарушить вновь появившееся между ними чувство спокойствия, хоть и временного. — Кое - что слышал, но думаю, это никак не поможет. То, что произошло, невозможно сгладить или исправить. И ты очень наивна, Грейнджер, если думаешь, что это не так. Как же он был прав. Эта война стала слишком серьёзным этапом в жизни каждого, кто прямо или косвенно был задействован в ней. Любые способы, придуманные для того, чтобы отвлечься, были либо бездейственны, либо очень слабы. Самым лучшим вариантом было бы сделать все возможное, чтобы не допустить подобного в будущем. — Думаю, мне пора, — протянул Малфой, мельком посмотрев на часы. Они молчали. Почему-то Гермионе становилось не по себе, от осознания того, что, возможно, это их последняя встреча. Её утро снова станет привычно  серым, когда Драко уйдёт. Почему-то ей хотелось, чтобы он остался. — Ты куда-то торопишься? — Девушка опустила голову. — Нет, — Он немного помедлил, прежде чем продолжить. — Просто не имеет значения, буду ли я здесь или где - нибудь в другом месте. Меня нигде ничего не держит. В этом они были похожи. Слишком одинокие и потерянные люди. В то время, как остальные уже нашли себе место в жизни, они находились где-то между "я в порядке" и  "все отвратительно", и это состояние не поддавалось никакому описанию. —...но, в любом случае, мы ещё увидимся. Мир тесен, Грейнджер, — она не видела его, но чувствовала в голосе знакомую легкую насмешку "Ещё увидимся". Черт. — Не уходи...— прошептала Гермиона одними губами, когда Драко с громким стуком за собой захлопнул дверь.