Потерянные Леса

— Чёрт, не беги так! Я же не успеваю, имей совесть! - ныл Ферн, ковыляя позади. Он до сих пор прихрамывал и это внезапное ускорение ему не нравилось совсем. — Прости! Понго как заведённый петлял возле друга, вынюхивая, казалось, каждую пылинку в помещении. Он пригибался, что то высматривал, снова вскакивал, шёл делать всё то же самое с другой стороны стены. Он всё больше походил на спятившего геолога. — Ну так что? Видишь его, Понго? — Немного потерял, -отозвался Джим. Он ещё раз осмотрел стену, напряг зрение и снова поймал среди струящегося потока нитей один конкретный, суетящийся вдали образ. — Вон он! - крикнул Понго и с разгону влетел лицом в стену. С потолка посыпалась пыль. — Ну даёшь, дурень... - хрипя, пробурчал Ферн, поднимая мычащего от боли Джима с пола, — Ты видишь через стены, а не ходишь сквозь них! — Спасибо, я заметил, - скупо ответил Джим, потирая нос. Этот кураж, казалось, плохо на нём сказывался. — Может всё-таки по старинке? - как-то неуверенно спросил Ферн, — Пойдём абы-как? — Это ты так аккуратно намекаешь, что я безнадёжен? - скривился Джим. Тот с долей сарказма пожал плечами, как бы намекая, что ему нужно доказать обратное. Джим фыркнул и в очередной раз прикрыл правый глаз, всматриваясь куда-то в землистую стену. Дед, точнее, тусклый комок, на который он был похож в этом режиме, теперь стоял ровно на одном месте, хотя доселе хаотично перемещался с внушительной скоростью. — Копошится... что он там делает? - пробурчал под нос Понго, прильнув почти вплотную к стене. — А чего ты хотел? Он же не дурак. Чувствует, что на него смотрят... - вещал Ферн, топая позади, — И, видимо, чувствует очень отчётливо, - буркнул он, когда из-под земли под ними с характерным скрежетом выполз огроменный люк. Оба притихли, кое-как удержавшись на ногах и вернув себе равновесие. — ...И что теперь делать? - успел спросить Джим, прежде чем люк провернулся под ними и они оба, вскрикнув, повалились вниз. Джим был уверен, что они упадут в какой-то грязевой склеп или вонючую канализацию, но, вместо этого, их выплюнуло во всю ту же стариковскую конуру. Надо бы уже привыкнуть к такому, но это было выше его сил. Они свалились на пол прямо посередине комнаты, потолок был совсем не высокий, но падать всё равно оказалось больно. От грохота со стен каморки попадали склянки и сушёные крысы. Вместо привычного старческого нафталина почему-то сильно пахло паяльником. — Ханде хох, инопрешленец! - грозно крикнул Дед и Ферн с Джимом внезапно поняли, что на них угрожающе наставлена лопата. Дед, будучи совсем сморчком, выглядел с этой огромной штуковиной в руках совсем комично. Вместо старой мешковины на этот раз на нём была не по размеру большая гавайская рубашка, которая почти волочилась по полу там, где не была заправлена в штаны. — Наверняка краденая... - догадался Джим, инстинктивно прячась за Ферном. Дед наступал, хотя, казалось, боялся их больше, чем они его. Слабое старческое зрение и мнительность давали о себе знать. — Спокойствие, это ж я! - кашляя в пыли, замотал руками Ферн, что ввело Деда в лёгкое замешательство. Он с недоверием подождал, пока осядет пыль, не опуская лопаты. Только тогда он смог разглядеть неожиданных гостей. — А-а-а... - протянул Дед, — Ты чтоли? Надо же, не помер! А я уж думал! - он виновато почесал лысину и смягчился, деловито отставил лопату и протянул руку всё ещё сидящему на полу Ферну. — Да, тяжело, небось, когда ни у кого нет имени, ‐ заключил про себя Понго, отряхивая колени, — Кто этот "ты" или тот "ты"? "Ты" вообще бывают разные... Он поднялся на ноги и с ужасом отпрянул от нависшего над ним Деда, который упорно сверлил его взглядом. Джим сглотнул и рефлекторно поднял руки, будто на него наставили ствол. — Чёрт, кого ты притащил? - сокрушился Дед, только сейчас переключив своё внимание на Джима. Он выжидающе глядел на Патета. На этот раз он его видел. И видел чётко. Джима это даже малость напрягало. Это значит, что он сейчас 'по ту сторону' мира, ведь Старик признавал только своих. На секунду Джим подумал, что, возможно, окончательно выпал из мира и спину прошиб холод...но не от страха, нет. От предвкушения, азарта. Он поймал себя на мысли, что был бы рад такому раскладу. Внешний мир всегда казался ему на редкость отвратительным, подлым, удручающим. Но всё изменилось. Теперь у него есть альтернатива. Он расплылся в какой-то нездоровой улыбке, на что Дед только настороженно прищурился. Все как-то долго молчали. — ...Новенький чтоли?... - ткнул наугад Дед. — Не совсем? - неуверенно буркнул Ферн, шагнул к Старику и шепнул ему что-то на ухо. Джим опасался говорить за себя и так и не разобрал, что же сказал Ферн, но Дед даже не дослушав отпрянул с каким-то сложным спектром эмоций на лице. — Да ну-у-у... - недоверчиво протянул Дед, на что Ферн только дурашливо пожал плечами. Седой оценивающе оглядел Джима с головы до ног. — Мда... и где ты нашёл такое недоразумение? У тебя есть имя, парень? Джим растеряно икнул, когда понял, что обращаются к нему. Он хотел было представиться, но осёкся. Что он должен сказать? "Джим Патет с улицы 3"? Он поморщился. Это было не его имя. Далёкое, чужое. Имя какого-то забытого на углу жизни мальчика. Там, наверху, его никто не ждёт. Там он изгой, калека, неудачник. Тот, чью пропажу даже не заметят. Джим был отбросом, но не Понго... Понго - это свободный от всего бренного человек. Это друг, надёжное плечо в битве за жизнь, это личность, честная и волевая. Здесь царил мир, в котором выживает сильнейший. Тут не было места для слабака. Для Джима Патета. Он поправил кепку и посмотрел старику прямо в глаза. — Понго, - выдохнул он после слишком долгой паузы, — меня зовут Понго. Дед отставил лопату к стене, с натяжкой ухмыльнулся и одобрительно покачал головой. — Пронизывающий же у тебя взгляд, Понго... Больше так не делай, - как-то совсем строго закончил он и поплёл поправлять упавшие со стола склянки, — Молодёжь искать не умеет, а у меня потом стены ходуном ходят. Понго виновато отвёл взгляд. — "Не умеет искать"? — Если хочешь что-то найти, то ищи путь к этому, а не саму вещь в конце тоннеля, ферштейн? - потёр лысину старик, — Особенно здесь. А то этот тоннель в баранку скрутится. Лазы, поиск, пути... Он дал Понго слишком много пищи для размышлений и парень окончательно завис. Деда это, впрочем, не волновало. Старик сгрёб какие-то банки в охапку и методично ставил их в облупленый шкафчик. — Твой приятель туго соображает? - шепнул Дед, остановившись где-то у Ферна за спиной. Этот шёпот все прекрасно слышали. — Не всегда...- попытался разрядить обстановку Ферн и тут же поймал на себе гневный взгляд Понго. Что, чёрт возьми, значит это "не всегда"?! — Мы ээээ... вообще-то по делу, - аккуратно начал Ферн, внаглую рыская по дедовским коробкам, — Мне нужен нож. — А твой старый где? - встрепенулся Дед, — Уже профукал? — Не на всякую ерунду! Там был росток и- — Какая разница!? Профукал ведь! Ферн такого несправедливого наезда не оценил и закатил глаза. Дед, несмотря на своё патологическое накопительство, делится своим хламом явно не спешил. — Да ладно, я же помню, у тебя был какой-то красивый раскладной. Наверняка лежит, ржавеет, - бурчал Ферн, заглядывая в коробки. — Ничего себе! Может тебе ещё бензопилу в руки выдать? — А можно? - взвился Ферн. — НЕТ. Дед скрипнул старым табуретом, придвинул его и, ухнув, уселся. Весь этот внезапно скопившийся у него дома молодняк начинал его нервировать. — Росток, говоришь, был... - вздохнул он, — росток - это плохо... И ты на него полез?! Последняя фраза прозвучала как-то слишком болезненно. Понго такого не ожидал. Знакомая интонация. Беспокойная, почти скорбящая. — Не мог иначе, - спокойно расправил плечи Ферн. Дед скривился и провёл рукой по лысеющей голове. Многочисленные морщины на его лице сплились в сложной системе корней. — Знаю, зачем ты здесь. Всё равно же сделаешь по-своему, да? - грустно улыбнулся он, смотря куда-то Ферну под ноги. Ферн молчал. — Тогда спрошу только одно... Ты уверен? — Времени на такие условности больше не осталось. Понго слегка отпрянул, когда понял, что они оба смотрят на него. Тяжёлый взгляд. Выжидающий. — Тогда иди и возьми, - выдохнул Дед, махнув на дверь, — Ты знаешь... поднять её должен...не я. Ферн коротко согласился и, оставив Старика, подошёл к двери. Той самой, круглой, с винтом, которая открывалась куда угодно, но не обратно в лаз. — Понго, - позвал он, кивнув головой. Тот икнул и потопал к другу. Понго на секунду задержался у старика, который, казалось, совсем ушёл в себя, но Ферн подозвал его настойчивее. Стойкий запах ржавого металла смешался с пылью Ферновой куртки. Понго провёл рукой по вентилю и на кончиках пальцев остался рыжий налёт. — Нам туда? - поинтересовался он. — Надеюсь... - кряхтел Ферн, вцепившись в вентиль и крутя его на себя. Механизм упрямо скрипел, но не поддавался. Понго внезапно вспомнил, что его друг всё ещё не в лучшем состоянии и лишний раз напрягаться ему не надо. — Погоди! - засуетился он и тоже взялся за механизм. Они пару секунд попыхтели и попотели, но безрезультатно. — На счёт три? - с какой-то безнадёгой в глазах предложил Ферн. Понго призадумался и закивал головой. — Раз — Два... — Три! - сквозь зубы зашипели оба и винт, наконец-то, крутанулся. С утробным скрипом, дверь тяжко отсоединилась от стены. Огромное зияющее помещение тянуло в себя воздух, как голодный зев. Понго тихо заглянул внутрь. Пыльная темнота казалась совсем бездонной. Ферн включил позаимствованный у Деда фонарик и направил луч в проём, только чтобы стена пыли и мрака поглотила свет всего в метре от них. Понго непроизвольно сглотнул. Он не чувствовал опасности, скорее... это было похоже на то, что он испытал возле ростка. Ощущение, что он должен был оказаться здесь. — Перст судьбы... - шепнул он сам себе под нос и понял это только пост-фактум. — И правда, нити расшумелись сегодня... - послышался внезапный ответ со стороны Старика, — По правде говоря, я надеялся, что эта дверь совсем не откроется... Ферн напряжённо впился пальцами в косяк. — ...И вот она прямо перед нами... — Да, что уж тут сказать! Появилась - значит нужна! - сардонически хмыкнул Дед, с трудом поднимаясь с табурета, — Удачи вам, щенки... Они переглянулись. Шагнули внутрь. Тёплая пыльная тень обволакивала, как старое одеяло. Не видно было ничего дальше собственного носа. — Ферн... , - боясь нарушить тишину шепнул Понго, — Что мы ищем? — Стрелу, - отозвался тот. И дверь тяжко захлопнулась. ... Тихо. Настолько тихо, что слышно собственное дыхание. Джиму страшно. Но это всего-лишь Джим. Не Понго. Он привычно убирает чёлку за ухо и трёт виски. — Выключи фонарик. Всё равно толку от него... Ферн выключает. Вместо стены пыли теперь кромешная тьма, но так даже лучше. Ничего лишнего. — Стрела... нужна, чтобы убить кого-то? - Понго повернулся туда, где должен быть Ферн. Его почему-то не покидало ощущение, что только Ферн сейчас ослеп. Что это ему надо провести беззащитного друга куда-то через тьму, а не наоборот. — Нет. Стрела для охоты, - монотонно ответил Ферн. — Охота... на зверя? — На чудовище. Не видно ни зги. Необычное ощущение. Они долго шли вперёд в полной пустоте в надежде найти хоть что-то, но, казалось, они были тут совсем одни. Зверь... Чудовище... В темноте ничего не отвлекало Понго от собственных мыслей и он слышал как никогда отчётливо. Стрела, охота... Да, что-то такое он помнил. И это нечто очень и очень старое. В голове кружились смутные образы и он понятия не имел откуда они льются. Откуда...из каких задворок подсознания шла эта мелодия? Заунывная, низкая, на распев. И он напел её простой тягучий мотив. Напел и опять поймал себя на том, что мыслит вслух. Уже второй раз за вечер. — ...О-откуда это? ... - оторопев, спросил Ферн. Понго обернулся к другу, но ответить ему было нечего. Он сам не знал. Это вышло из каких-то недостижимых ему самому глубин. Казалось, этот тоскливый напев выбил Ферна из колеи. Даже...напугал. — Что с тобой? - заволновался Понго, взяв приятеля за руку. Она тряслась. — Ты меня удивляешь... Чёрт, если бы только он мог видеть его лицо. Понять, что происходит. Просто в глаза ему взглянуть. Прямо сейчас. Он было потянулся к Ферну, но тот будто отстранился. — Не отвлекайся. Стрела. Понго отдёрнул руку. — Точно... стрела... стрела... Он оглядел всё вокруг, но не смог выделить из размытых далёких контуров ничего конкретного. Зрение опять его подводило. — Как она выглядит-то? — Думаю, мы её ни с чем не перепутаем. Но...она наверняка старая. — Как и всё здесь, - буркнул Понго и остановился. Перед ними, наконец, что-то было. Они набрели на груду какой-то рухляди. Понго осмотрелся и понял, что таких самодельных "гор" из мебели и домашней утвари тут бесконечное количество. Они одинокими пиками стояли порознь в бесконечном пространстве комнаты. Никаких нитей. Никаких подсказок. Только призрачные силуэты давно забытых вещей. Ферн не выдержал и включил фонарик, но ничего, кроме мусора под внушительным слоем пыли видно не было. — Это... Это то, о чём я думаю? Ферн, к удивлению друга, запустил всё ещё трясущуюся руку под слой древней пылищи и выудил оттуда потёртый кожаный чехол. Он пару раз чихнул, протёр новообретённую штуку и обножил лезвие. Это оказался старый, но добротный охотничий нож. Если его предшественник был какой-то уродской смесью между раскладным и перочинным, то это уже являлось полноценным оружием. Хотя, если подумать, в Ферновых лапах и вилка - страшная вещь. Он довольно повертел клинком в разные стороны и повесил на пояс. Хотя бы с первым пунктом поиска они успешно разобрались. Правда наличие ножа не предало уверенности ни одному ни другому. В этой комнате, казалось, невозможно быть уверенным ни в чём. Понго битый час водил друга за руку непонятно куда. К нему в голову начали закрадываться мысли, что они ходят кругами, только вот груды хлама не были похожи одна на другую, да и вряд-ли в подобном месте может существовать такая концепция как "повтор". Духота и пыль давили на нервы. Свет включать было бесполезно. Фонарь мало что выявлял из глубокой тьмы и мешал Понго искать хоть что-то. От темноты Ферн нервничал. А если дёргается Ферн, то от этого начинает нервничать Понго. И, что самое ужасное, эту цепную реакцию остановить было нереально. Тем более эти мысли... Какой-то сонм непонятных образов всплывал у Понго в голове. От этого непрерывного слайд-шоу болел затылок. Чем больше он об этом думал, тем больше начинал сдавать позиции. — Не хочу нагнетать, но мы ищем непонятно что... - начал издалека Джим, — Сколько мы уже идём? — Часа два? Три? ... - этого не было видно, но, судя по звуку, Ферн почесал затылок. — Выход исчез сразу за нами... Мы вообще выйдем отсюда? - нервично хмыкнул Джим. Ферн не ответил. Зря он не ответил, потому что это напугало друга ещё больше. — Сам не знаешь? ... Ты по этому так себя ведёшь? Джим притормозил и шедший сзади Ферн уткнулся ему в спину. Всё. Он дал слабину. Ему опять страшно, какое позорище. — Ага, как же... "Бесстрашный Понго"! А внутри всё тот же ссыкушка-Джим... - подумал он сам про себя, горько ухмыляясь. Ему самому от себя было смешно. — Тут ни еды ни воды... Предлагаю сделать привал, а то мы совсем ухайдокаемся, - заметил Джим. — Да, пожалуй, - вздохнул Ферн и опустился на пол, скрестив ноги по-турецки. Патет присел рядом. Они отдыхали. Долго. Ферн чуть успокоился и почти задремал, а вот для Джима это было больше похоже на тревожное хождение по сноведениям. Навязчивые образы то и дело появлялись перед глазами, он страшно от них устал. Это были будто чужие воспоминания. Джим видел огромный старый дом, скорее даже особняк, портрет на стене, настолько старый, что остался только силуэт, бледные женские руки... и песня. Песня звучала где-то на затворках сознания. Старинная, полная тоски мелодия. Только теперь он слышал слова.

Глуха тоска к закату дня Как ночь накроет склоны И ходит ветер по полям Поёт, бредёт и стонет

Приставучая же мелодия. Говорят, чтобы песня перестала в голову лезть, надо прослушать её конец. Но у Джима такой возможностью и не пахло, он даже середины не знал, не то что конца. Джим попытался наугад подобрать ноты, но дело не шло. — Мммггх, чтож за чертовщина! - проскипел он, морщась и потирая лицо ладонями. — Не знал, что у неё слова есть... Джим встрепенулся и гневно глянул себе под бок, где лежал Ферн. — Ты чё, не спал?! — Спал... - отозвался дылда и по-житейски подпёр голову рукой, — Где ты эту песню слышал? — Без понятия, - вздохнул Джим, — Мне такое в голову лезет последний час, ты б знал!... А что? Ферн молчал. Как будто бы не знал, что сказать. Джима это уже начинало раздражать. Он поднял фонарик и включил его прямо Ферну в лицо на манер допроса. Тот зашипел, но деться было некуда. — Не дури, выкладывай! Затащил меня хрен пойми куда и лежит, выводы делает! Умник нашёлся! Ферн весь этот спектакль явно всерьёз не воспринял, потому что Джим, пока убирал его руки от фонарика, видел, что тот подозрительно сильно улыбается. — Что лыбишься!? Я серьёзно! Отвечай или-- — Или что? — Я... я тебя защекочу! — Вот это угроза! — До смерти защекочу, Ферн! Серьёзно! Ферн не выдержал и хрюкнул. Джим немедледленно привёл свой приговор в исполнение, Ферн взвыл. — Отвечай говорю, каланча вонючая! — Пощади! У меня швы разойдутся! - кашлял Ферн в перерывах между истерическим гоготом. — Сам виноват, пострадавший! Довёл меня - так получай! — Я просто подумал, раз ты Кречет, то всё нормально!... Джим замер, всё ещё впиваясь другу в бока. — Кречет знает то, что нужно. Всегда так было. Так что...наверное...нечему удивляться... - продолжил мысль Ферн, чуть отдышавшись. Джим скривился. Он опять ничего не понимал. — "Всегда так было"? - переспросил Патет. — Помнишь я говорил, что головы надо собирать, пока они не начали петь? — Ну? — Мелодия. Вот это они и поют, Понго. Но ты не мог этого слышать. Ты же никогда не слышал как они поют...Вот я и подумал... Джим наконец отпустил друга. Это было уже слишком. Откуда он знает эту песню? Он и сам не мог ответить. Ему казалось, что когда-то давно он слышал её бесчисленное количество раз. Но когда? В любом случае, сама комната навивала ему эти мысли. Будто песня должна была быть спета. Неужели чтобы найти стрелу? Песня... Головы... Стрела... Стрела чтобы убить чудовище. Внезапно, у Джима в голове сложился пазл. — И обязательно их собирать? Если они только поют… — Обязательно. Ты их мать не видел.  — Она и раньше выходила так далеко…  Ещё даже не все личинки собраны… он никогда не приходил до крикунов… — Ну, значит теперь приходит! — Тогда спрошу только одно... Ты уверен?  — Времени на такие условности  больше не осталось.  — Охота... на зверя?  — На чудовище.  ... — Мать Голов... - ошеломлённый Джим смотрел Ферну прямо в глаза, — Этой стрелой ты собрался убить Мать Голов? Она для этого тебе нужна? Ферн не торопился отвечать. Он поднялся с пола и с каким-то виноватым видом потёр шею. Собственно, опровергать догадки приятеля он тоже не собирался. — Ферн, ты... Ты спятил чтоли!? - уже не мог сдерживать эмоции Джим, — Эта штука, она же страшнее, чем Птицеед! Тебе напомнить, что с Птицеедом случилось!? Да ничего! Ничего с ним не случилось! Он жив и здоров, а вот мы чуть кони не двинули! О чём ты думаешь вообще!? — Время пришло, Понго, - каким-то слишком серьёзным голосом перебил его Ферн, — Комната не откроется, если она не нужна, песня не поётся, если ОН не приходит... И без нужды...не появляется Кречет. Ферн поднял упавшую на пол кепку и плюхнул её обратно Джиму на макушку. — Цикл не завершался должным образом уже очень давно. Но сейчас, похоже, всё налаживается. Мы всё наладим, брат... Во всяком случае, я на это надеюсь... Оба как-то притихли. Джим нервно тёр переносицу. Вот как придут домой, он с Ферном многое обсудит. Очень многое. И не важно хочет это Ферн обсуждать или нет. Джим тяжко вздохнул. — Я против. Категорически. Слышишь, Ферн? Строгое и однозначное "нет". — Но Понго- — Никаких "но". Джим сверлил друга взглядом. — Ты вечно на рожон лезешь. Если надеялся, что я буду стоять и смотреть, как ты гробишь себя, то выкуси. Не стану. — Ты не понимаешь! Мать - это монстр из монстров! Это огромная человеческая ошибка! Её песня зовёт ЕГО, - Ферн в чувствах махнул рукой куда-то в темноту. — Ну и пускай, - ехидно фыркнул Джим, — Что вообще произойдёт, если этот твой Олене-Зилла сюда припрётся? Травку пощиплет? Он демонстративно отвернулся, краем глаза наблюдая как закипает смесь отчаяния и негодования у Ферна на лице. — Вот так вот, дружище. Думал, я не пойму? Раз ты меня сюда притащил, значит Стрелу может найти только "Кречет"... А Кречет говорит "нет". Ну, камикадзе? Чего притих? Казалось, от Ферна волнами исходила какая-то убийственная аура. — Если ОН придёт...то всему, что здесь есть наступит конец. Никакого Норвуда больше не будет... Ферн будто вытёсывал каждое слово из камня. В такие моменты даже Джима пробивал холодок. — И почему меня должен волновать Норвуд? - процедил он. — ... Ты здесь живёшь! — Нет, Ферн! Я тут просто существую! Как какой-то паразит, отвоёвываю каждый миллиметр своего пространства! — Все, кто тебе дорог, погибнут! Неужели ты не хочешь их спасти!? - взвился Ферн. — Вот я и хочу спасти ТЕБЯ! - Джим понял, что уже переходит на истерический крик, но остановится уже не мог, — Чёрт, да если бы этот город горел, я стоял бы на холме, наблюдал и наслаждался! — Неужели?... А как же Роуз? - выдавил Ферн, — Твоя драгоценная Роуз...её ты тоже на произвол судьбы бросишь?! — Давай убежим отсюда! Втроём! Если мы уйдём, она пойдёт вместе с нами! — И откуда же такая уверенность!? - шипел Ферн. — Я просто знаю! Мы родственные души! Она поймёт! — Да неужели...объяснишь ей, почему она должна оставить свою семью и друзей умирать? — Ферн, умоляю! Это всё ложное, пустое! Обман, чтобы мы чувствовали себя спокойно в этой...клетке! Конечно, тебе не понять, какого это, быть изгоем! Не иметь возможности жить как тебе вздумается! Грезить о том, чтобы вырваться из этого невидимого ада! Тебе не понять, ведь ты свободен! ... Они оба молчали. Джим всё никак не мог отдышаться. Казалось, ещё немного, и из глаз поползут предательские слёзы. — ... "Жить как вздумается", да? И что это за жизнь по-твоему? - почти шёпотом проговорил Ферн. Джим не отвечал. — Нет никакой свободы, Понго. Только галимое одиночество. ... ... — Я просто не хочу тебя терять. Вот и всё. Так что...если это для тебя так важно, то пообещай мне... — Что пообещать? - переспросил Ферн.  — Что мы подготовим план. И ты не пойдёшь на эту бабайку один, когда мы найдём стрелу... Ферн не успел удивиться, потому что его крепко обняли со спины, с явным намерением выдавить весь воздух.  — Расплющить меня собрался? — О-бе-щай. - зловещим тоном процедил Патет.  — Клянусь, - кашлянул дылда и хватка разжалась.  ... — Песня, это то, что головы поют. Вот они горланят и типа Хозяин Леса приходит... Хорошо, с песней всё понятно... а дом?   Ферн с недоумением глядел на друга.  — Дом, портрет?... Крупный такой портрет, в дорогущей раме... - уточнил Понго. — Не знаю... а что за дом? — Вот я у тебя и хотел спросить! Да, я уже битый час эту музыку слышу. А ещё вижу особняк. И картину какую-то непонятную!  Ферн моргнул. Про такие выкрутасы он ничего не знал. В голове у Джима нарастал какой-то звон.  — Комната даёт тебе подсказки?  — Я уже и сам догадываюсь, -недовольно процедил Патет,  — У меня уже в башке свистит. Думаешь, если спеть - полегчает?  Ферн пожал плечами. Они оба внегласно сошлись во мнении, что что-то да должно произойти и Понго пропел её себе под нос. Уже целиком. За последний час она проматывалась у него в подсознании столько раз, что не запомнить её было просто невозможно.  

Глуха тоска к рожденью дня, Как луч ласкает склоны, И ходит ветер по полям, Поёт, бредёт и стонет Приду на мир я поглядеть На миг лишь, лишь слегка, Но белый свет решит не ждать, Пока окрепну я Ведь уготована нам всем На каждого судьба, Как завещал наш Праотец, Скрепить на век сердца Глуха тоска к средине дня, Туман окутал склоны, И ходит ветер по полям, Поёт, бредёт и стонет Мой век ненастен и суров, Но так и должно быть, Коль силен наш фамильный кров, Нам слёзы надо смыть Нам честь есть жизнь, Она же - рок, Он заберёт меня, Отец, прошу, смягчи кулак Ты над моим дитя Глуха тоска к закату дня, Как ночь накроет склоны, И ходит ветер по полям, Поёт, бредёт и стонет Когда умру я, милый мой, Ты не скорби зазря, Не важно где, да в хлад земной Ты положи меня  Не убегу, коль час пропел, Жнеца приму венец, Лишь сделай как того велел Наш общий Праотец Глуха тоска день ото дня, Как тень накроет склоны, Там вечно ветер на полях Поёт, бредёт и стонет

Джим затих. Вокруг опять воцарилась тишина. Пару нот он точно сфальшивил. В последний раз он пел в детском саду, стоя на табуреточке перед Санта-Клаусом, и теперь ему было катастрофически неловко. Ничего не происходило. Только продолжал нервировать этот заунывный свистящий звук.  — Ферн, прекращай! — Что? ... Я ничего не делаю... — Ты свистишь! — Нет...  Джим в последний раз осмотрелся и повернулся к другу, который так и сидел со включённым фонариком. Он молчал. А звук только нарастал.  — Что за чёрт? ... Ты слышишь?  Ферн повертел головой и настороженно уставился на Джима.  — Свист! Как будто сквозняк через оконную раму. — Я ничего не слы- — Тссс! Понго вскочил на ноги, свободной рукой затыкая Ферну рот. Он опасался, что даже простой бубнёж мог спугнуть эту долгожданную зацепку. Свист ветра шёл откуда-то издалека, но, казалось, не двигался. Спустя минуту напряжённого молчания, Джим наконец-то понял, откуда он доносится.  — Туда! - шепнул он и потащил друга вперёд.  Груды хлама остались где-то далеко позади. Они шли по прямой, никуда не сворачивая. Пыль постепенно сходила на нет и становилось несравнимо легче дышать. Звук стал совсем явным. Если раньше Понго приходилось прислушиваться, чтобы отыскать его, то теперь свист был отчётлив, как собственное дыхание. Всё окружение даже в полной темени заметно исказилось. В какой-то момент они поняли, что вместо непонятного, но рукотворного материала, у них под ногами оказалась земля. Иссохшая, потрескавшаяся, но земля.   Понго присел на корточки, перетёр пальцами кусок породы и вопросительно посмотрел на друга, на что Ферн только пожал плечами.  А потом они увидели свет. Тусклый, еле заметный источник света посреди ничего.  — Только не говори, что это тоже только я вижу... - буркнул Понго.  — Ты про свет вдали?  — Ага, - Джим выдохнул, спрятался за спиной у друга и подтолкнул его вперёд,  — Тогда ты первый.  — Что, опять? - заныл было Ферн, но Джим слишком упорно пользовался его тушкой как тараном.  Они пересекли метров 15 неровной местности. Свист ветра был совсем близко. Он шёл оттуда, прямо из точки свечения. И только сейчас Джим понял, что ветер поёт...мелодию. Подвывания, тоскливые и небрежные, складывались в слабую, искажённую, но всё же узнаваемую песню. Его передёрнуло.  — Ты правда не слышишь? Оно поёт.  — Стрела... — Да, стрела это, конечно, важно, но... — Это Стрела, Понго.  Джим осёкся и выглянул у друга из-за спины. Перед ними на земле лежала Стрела. Старая, покрытая чем-то бурым индейская стрела, от которой струилось холодноватое свечение и тянулась заунывная песнь. Они присели возле неё и долго смотрели, не зная, что предпринять дальше. — Не уверен, что я могу взять её... - шепнул Ферн, косясь на Джима.  — Почему? Ты же хотел её найти. Значит тебе суждено?... Или как? — Она принадлежала прошлому Соколу. А из нас двоих Кречет явно не я...  Понго испуганно глянул на друга, но быстро взял себя в руки. В самом деле, чего он боится? Делов-то, веточку схватить. Он глубоко вздохнул и, собравшись с силами, аккуратно поднял её на руки. Гордо, почти торжественно. Гул тут же прекратился, а свечение погасло, но Стрела всё ещё была здесь, у него в руках. Ферн не выдержал и включил свет. Казалось, он сейчас лопнет.  — Да! ГОСПОДИ, ДА! ПОЛУЧИЛОСЬ! Ну!? Понго, как ты?! Как ощущения!? - тараторил он.  — Трухлявая... — Чего?... — Трухлявая она, говорю!  Понго, чуть привыкший к артефакту, повертел стрелу в руке. Древко тут же расползлось на гнилые волокна, оставив после себя только ржавый наконечник и облезлое нечто, что раньше было пером.   Оба тут же поникли и переглянулись.  — Не может быть, нет, подожди... Так не должно быть! - схватился за голову Ферн.  Он бросился было собирать ошмётки с пола, но перед ними тут же появилась открытая дверь. Поднялся ветер. Они слишком поздно поняли, что комната стягивается как в аэродинамическую трубу. Комната исчезала, а дверь вытягивала их прочь. Сопротивляться потокам воздуха становилось всё сложнее. — Ферн, брось её! Лаз схлопывается! - орал Джим, утягивая друга в дверной проём.  — Нет! Так нельзя! Этого не должно было произойти! - выл он, тщетно пытаясь схватить улетаюшие прочь кусочки.  — Ты важнее какой-то там стрелы! - крикнул Понго и таки вырвал Ферна из комнаты.  Последнее, что они видели, было сворачивающееся в спираль пространство, перед тем, как дверь выплюнула их из комнаты и исчезла.    Дед мирно прибирался в своей каморке, когда из соседней стены появился проход и изверг из себя двух обалдуев, которые снова снесли собой только что упорядоченный хлам. Как только грохот от этих разрушений утих, дверь исчезла, а обалдуи, к сожалению, остались.  — Вашу ж Машу! - крякнул Дед, — Я эти коробки не для вашего приземления расставлял! Он нагнулся над двумя полумёртвыми тушками и со знанием дела потёр бороду. — Быстро вы, однако.  — Какой там быстро... - прогудел Джим, — Мы часов шесть проторчали... — О, неужели? - ехидно заулыбался Дед и глянул на наручные часики, — А у меня вот прошло минут 15  И он, улыбаясь, отошёл налить себе ядовито-жёлтого отвара, который мирно кипел у него в котелке.  — Нашли, что хотели? - деловито спросил он, отхлёбывая смесь из ржавой ложки.  Ферн, так и не потрудившийся встать с коробок, издал самый измученный и протяжный стон, на который только был способен.  — Понятненько, - заключил Дед, — Ну ничего, в следующий раз фортанёт... Он издевался. Ферн, внезапно разозлившись, вскочил с картонок и яростно глянул на старика, мирно пившего свою дрянь в уголке.  — Ты знал, что так будет!? - выпалил дылда.  Дед тихо отхлебнул отвара.  Он взглянул на Ферна и пожал плечами, абсолютно честно ответив: — Нет.