Время сожалений

Итер замолчал, после моего вопроса он долго вглядывался мне в глаза, а после произнёс: — Ты о Неизвестной Богине или о Люмин? Ты знаешь о них? — Не сказать, что тон Итера говорил, о том, что тот верит хоть один из вариантов. Скорее, он скептически относится к этой информации. — Я не знаю, — какой раз я уже произношу эту ненасытную фразу? Всё рвётся и рвётся, черт, — я не знаю, о ком ты говоришь. Итер говорил, словно нападал. В начале была прямая атака снизу, я резко её заблокировала. Мои слова в ответ ему звучали жестко. Сталь заискрилась. — Опишешь мне её вид? — Меч вновь направился ко мне, в этот раз целился прямо в грудь. — Белое платье по колено, желтые глаза, прямо, как у тебя да и рост такой же, — вялый блок, для того, чтобы уйти от атаки мечом. Я поменяла стойку, нападение. — Это тебе о чем-то говорит? И Итер кивнул. Он уже догадался о ком я говорю, но сам мне этого не скажет. Очередной удар, предварительно заблокированный. Черт. — И кто же это? — Я постаралась заблокировать, но меч прошелся по моей ноге, неудачный блок, удачный выпад. — Это моя сестра, по твоему описанию очень сильно походит на Люмин. Я, шепча, повторила её имя. «Люмин», такое же знакомое, как и всё остальное в этом мире. — Она мне тоже сказала, что меня здесь не должно было быть, хотела «убрать» меня, но ей помешали, — всё тише продолжала я, неожиданно уйдя в воспоминания о сне, — то не было в реальности, там я могла ходить, перемещаться так быстро, словно перед мной не было преград. Она была очень милая… — Её голос завораживает, знаю, — Итер отодвинулся, откинувшись на стуле, парень закрыл глаза в мечтаниях. И да, он сказал то, что собиралась произнести я. Видимо, они очень близки. И глаза его сверкают так же, как у неё. Мягкая улыбка, при мысли о ней да ритм пальцев, который Итер отбивал, стал легче и спокойнее. Битва закончилась. Удивительно, как целую войну меж людьми можно уничтожить одним лишь человеком. — Знаешь, моя сестра права, тебя не должно было быть здесь, но ты мне нравишься, я не буду сообщать о тебе, — тоже самое сказал и тот голос. — Почему ты так говоришь? Почему повторяешь за ними? — Новая игра в «почему», вот только вопросы уже тут задают не мне. — Ты действительно хочешь знать? — Итер приоткрыл свои глаза, из-под ресниц смотрит на меня. Вопросы действительно мучали меня. С того момента прошло не так много времени, но каждый раз, как Итер открывает рот, я вспоминаю тот холод, недостаток воздуха и страх. Я кивнула медленно, готовясь к разоблачению страшной тайны. — Ты ведь знаешь, что такое судьба? — Я кивнула. — Существует множество вариантов событий, одинакового не найти, в таких случаях, у нас есть и множество вариаций конца. Допустим, конца, когда я умру, или умрёшь ты. Но так не происходит. Независимо от того, что кто-то из нас делает, всё это приводит к одному. И среди всех этих вариаций способов достижения целей есть точки, которые никогда не меняются. Допустим, если я хочу съесть бутерброд, для начал я его должен сделать. Я точно знаю, что я его съем, но я могу сделать его без сыра, могу уронить хлеб и достать новый, но я в любом случае приду к этой идее, достану хлеб, сделаю бутерброд и съем его. Это неизменные точки. И они никогда не меняются, — он посмотрел на меня, пронзительно, словно изучая. — И сейчас судьба послала меня сюда, но твоё существование слишком выразительная точка, которой не должно было быть. Не скажу, насколько сильно ты влияешь на судьбу, но одно твоё существование маленькая, но ярко красная точка, прям, как твои волосы. — Мои волосы? — Я инстинктивно потрогала короткую прядь волос. Мои волосы красные? Подожди, стой. Это сейчас не важно. — Откуда тебе известна судьба? Почему ты знаешь эти точки? — Это уже другой разговор. Хоть тебя и не должно было быть, это не значит, что ты должна всё знать. Я мог бы донести на тебя, исправлением подобных, как ты занимаются, и их убирают. Но никогда не было такой яркой точки. Итер ровно сел, привстал, опершись рука о стол. Затем, Итер произнёс ещё раз: «Ты мне нравишься, я не буду доносить на тебя» Итер полностью встал, подал мне костыли, которые и так лежали рядом со мной. Позвал глазами идти дальше, за ним, к тем людям. — Ты никому обо мне не расскажешь? — Итер пошел к лестнице, даже не взглянув на меня, на ту, которая шла за ним следом. — Если наши секреты будут сохранены, то мы оба получим с этого пользу, — ответила я, не давая прямой ответ, продолжая нашу недавнюю битву. И Итер усмехнулся, заметив это. Мой секрет — то, что меня не должно было быть. Секрет Итера — его судьба. Мы вернулись, они нас дожидались. Альбедо, кажется, смотрел на меня, желая изучить все подробности нашего разговора. — Ну что ж, пошли? — Кивнул в сторону выхода Итер, желая продолжить свой путь по Мондштату, спасти его жителей и уничтожить Ужаса Бури. Все, кто собрался на эту миссию вышли из кабинета, мы с Альбедо вслед за ними, но сейчас помогать им не станем. Как только мы с Альбедо остались вдвоём, то он начал расспрашивать: «О чем говорили? Не побоялась?» Но я отвечала, что всё хорошо, просто, я напомнила ему старого знакомого. «Может, перерождение душ существует» — пошутила я. И Альбедо поддержал её. Я всё металась в сомнении, желала рассказать Альбедо всё, о чем мы наговорили, о сне, об Итере. Но он сказал мне «ничего не говорить». И вот, наше «поддержу тебя во всём, только расскажи правду» начало давать первые трещины, а может, они первые и единственные. Но чувство неуверенности в своих действиях и страх перед судьбой росли в груди, как бамбук. — Альбедо, на днях мне приснился странный сон, в нём я видела тебя…