Ангел, я не шутил...

            Ужасный холод, который пронзает все тело. Отвратительный, тошнотворный запах гнилых брёвен и раздражающее тиканье настенных часов. Именно это окружало недавно пришедшую в себя Дарью.        Девушка сидела в каком-то обшарпанном кресле, которое пахло сыростью и плесенью, её руки были скованы жёсткой верёвкой, которая натирала и сильно сжимала нежную, бархатную кожу.       Девушка изо всех сил пыталась пошевелиться, сделать хоть что-то со своим беспомощным положением, но ужасная слабость и ноющая боль во всём телене давала даже оторвать голову от грязной спинки старого кресла.       — О, милая, ты уже проснулась? Как тебе новые ощущения? — раздаётся слишком громкий для такой гробовой тишины мужской голос, от которого Дарья морщится, закрывая глаза.       — Вижу, вижу, что ощущения для тебя новы и не очень-то приятны, но что мне было делать? Ты так яро боролась со мной в машине, что я просто не мог с тобой справиться, вот и пришлось прибегнуть к крайним мерам, — с наигранным сожалением проговорил Никита, подходя к обездвиженной девушке.       Мужская рука по-собственнически легла на девичью щеку, поглаживая её мозолистыми пальцами. Даше от таких прикосновений, хотелось сбежать куда подальше, но всё, что она могла сделать, так это невнятно промычать и попытаться отвернуться в противоположную сторону.       От безысходности и боли, которая буквально разрывала душу изнутри, хотелось кричать, рыдать, лезть на стену, но увы, даже на это не было сил… Лишь две маленькие слезинки скатились с синих глаз Даши, заставляя мужчину напротив ликовать.       — О, ну что ты… Не нужно плакать, скоро морфин* перестанет действовать и тогда мы с тобой немного поиграем. Ты даже представить себе не можешь, какую замечательную легенду я создал о попавшей в аварию жене, которой срочно нужно улететь в Германию на операцию, — услышав последние изречение мужчины, Дарья повернулась к нему лицом, выражая полное непонимание того, что он задумал.       — Не надо так на меня смотреть. Всё же очевидно. Я слишком долго готовился к нашему воссоединению и продумал все до мелочей. Благодаря определённым связям я поменял тебе паспорт, немного изменив твою фамилию и добавив на одну из его страниц штамп, который доказывает, что мы уже как два года женатая пара. Ну, а легенда про аварию просто поможет нам как можно быстрее покинуть эту страну. Жаль, конечно, что для этого придётся пожертвовать твоей красотой и здоровьем, но ничего, синяки заживут, переломы срастутся. Не переживай, я буду любить тебя любой, — договаривает Никита и с улыбкой и сумасшедшим блеском в глазах, смотрит на ужасно испуганную девушку, всё так же поглаживая её по лицу.       — Какая же ты бесчувственная мразь, Никита, — выдыхает девушка, пытаясь отстраниться от мозолистых рук. — Я тебя ненавижу! Ненавижу! Поверь, ты пожалеешь о том, что родился на этот свет! Тебя найдут и будут мучить до тех пор, пока ты не встанешь на колени и не станешь просить прощения за всё, что совершил, ну а после будешь гнить под землёй, сукин ты сын! — выплюнула прямо в лицо мужчине, Дарья, не понимая откуда в ней столько сил, чтобы впасть в неконтролируемую истерику.       Горячие слёзы сбегали одна за одной, пока девушка кричала, пытаясь сделать хоть что-то, но верёвки на руках все так же были туго стянуты, а Никита все так же стоял рядом, наблюдая за нервным срывом «любимой».       Конечно, ему не понравились все эти изречения Даши, но стоять и наблюдать за тем, как она морально уничтожается, пытаясь бороться с тем, что ей не под силу, доставляло колоссальное удовольствие, которое перекрывало зарождающееся чувство злобы.       — Милая, ты можешь кричать здесь столько, сколько захочешь. Эта избушка ещё не раз услышит твои сладостные крики боли и страданий, — хватая девушку за волосы, выплёвывает Никита, а после проводит своим языком по высохшим губам Дарьи, заставляя ту сморщиться от противных ощущений.       — Никогда не смогу забыть твой вкус… — шепчет он, а после достаёт ещё один шприц с наркотиком, поднося к шее девушки.       — Что ты… Нет, не надо! Не смей, слышишь меня? — кричит Кузнецова, пытаясь увернуться от острой иглы, но мужчина на это вовсе не реагирует. Он лишь усиливает хватку на волосах и вводит содержимое шприца в сопротивляющиеся тело.

***

      Арсений вжимает педаль газа на максимум. Руки буквально прирастают к рулю от той силы, с которой его сжимают. В голове у Попова полная каша из самых различных мыслей и каждая из них хуже предыдущей.       Он думает о Даше и об этом сумасшедшем психе, который бог знает, что задумал. Арсений неосознанно вспоминает ту ночь, когда нашёл Дарью на парковке. И его передёргивает только от одной мысли о том, что сейчас Никита против воли девушки вновь воспользуется ей и не факт, что этот урод остановится на очередном изнасиловании.       — Сука! — ударяя по рулю, рычит Попов, привлекая на себя внимание Димы и Серёжи.       — Успокойся, Арс… Все мы на пределе, но сейчас как никогда нужна холодная голова, — сжимая руки в кулаки, произносит Серёжа.       Мужчины ещё какое-то время едут в тишине по почти пустому шоссе, ведущему за пределы города, как вдруг замечают на обочине уж слишком знакомую машину.       — Арс, Арс! Тормози! — выкрикивает с задних сидений Дима и как только машина останавливается, мужчина тут же открывает дверь и буквально бежит к тонированной иномарке.       — Это точно она! И номера совпадают с теми, которые дала нам Маша. Видимо этот идиот решил бросить её здесь, чтобы дальше мы не смогли выйти на его след… Последнюю камеру, которая могла хоть что-то зафиксировать была километров двадцать назад, дальше никаких регистраторов нет вообще… — выносит свой вердикт Позов и от отчаяния пинает по машине, на что у той открывает одна из передних дверей.       Подошедшие ближе Сергей и Арсений тут же замечают чёрную мужскую сумку, которую в срочном порядке хватают, проверяя на наличие хоть каких-то улик. Просмотрев несколько отделов мужчины не нашли ничего полезного, но вот в последнем, самом маленьком кармашке лежал старенький телефон, который как ни странно всё ещё находился в рабочем состоянии.       — Он что, совсем придурок? Или очень сильно уверен в себе, раз оставляет рабочий телефон с подозрительными переписками, — произносит Попов, открывая недавнюю переписку с каким-то Олегом. 16:19 Вы:       Отлично, я рад, что паспорта уже готовы))) Значит сегодня могу ехать за моей ненаглядной 😌 Наконец мы свалим отсюда, ох и попляшет она у меня) 16:20 Олег:       Ты смотри там аккуратно, улики не оставляй, и телефон уничтожь вместе с машиной, а то найдут быстро. И гео отключай на всякий. 16:20 Вы:       Да ты чё, братан, я не такой тупой) Всё давно было решено, сейчас тачку на обочине брошу, а через часик её пацаны утилизируют вместе с телефоном👌 16:20 Олег:       Ладно, смотри мне, а то и меня под монастырь подведёшь. Запомни, если что-то вскроется - я молчать не буду, сдам тебя со всеми потрохами.       — Ахуеть… Видимо тупой… В машине больше ничего нет? — вопросил снова Дмитрий, поднимая свой взгляд на друзей.       — Нет. Только телефон и всё. Надо срочно отправить всю эту переписку Маше и Шасту, пусть они пробьют по номеру телефона этого Олега и выбьют из него информацию о нерадивом дружке, — произнёс Арсений, выключая телефон и подбегая уже к собственной машине.       Серёжа и Дима следуют за ним, помогая отправить информацию друзьям, попутно успокаивая, метающего искры Попова.       — Все будет нормально, Арс. Мы успеем её спасти, — произносит Позов, кладя руку на плечо друга. Дима сам не очень верил в собственные слова, ему хотелось выть от безысходности, но подать виду мужчина не мог, ведь понимал, что Арсению в несколько раз тяжелее.

***

      — Итак, Сеньченко Олег Владимирович, владелец крупного автосалона, в прошлом работник полиции, собственно, Никита именно на службе с ним и познакомился. У Олега, как и у всех бизнесменов есть определённые связи, которые помогают иногда обходить закон. Он и помог Игнатенко выбить фальшивые паспорта. И забронировать места в бизнес классе, в самолёте одной из самых дорогих и престижных авиакомпаний. Ну и занять несколько миллионов долларов для временной адаптации друга за границей, — проговорил в телефон Михаил, закрывая базу данных на компьютере.       — Нам нужен его адрес, а ещё лучше нынешнее местонахождение. Он то уж точно знает, где залёг этот сукин сын, — произнёс Арсений, нервно стуча пальцами по приборной панели автомобиля.       — Уже делается. Смотри, если верить геолокации, то этот Олег находится совсем не далеко от шоссе, на котором вы стоите. В километрах десяти от него находится закрытый, дачный посёлок для богатеньких персон. По моим данным он сейчас там, — максимально оперативно отвечает Миша, потирая переносицу. — Точный адрес скину смс-кой, — заканчивает мужчина, отдавая телефон хозяину.       — Арс, раз я здесь больше не нужен, то прямо сейчас отправлюсь к вам на подмогу, — проговаривает Антон, параллельно ища ключи от машины.       — Эй, я тоже с тобой поеду! — слышится на фоне недовольный женский голосок и Попов тут же вспоминает про Машу, которая тоже погрязла во всех этих следовательских делах.       — Шаст, даже не думай брать её с собой, — наказывает Арсений, прекрасно понимая, всю опасность сложившейся ситуации. До Маши тут действительно дела не будет, им бы самим без жертв из этой передряги вылезти.       — Да, она останется под пристальным присмотром Михаила, — многозначительно отвечает Антон, игнорируя недовольные возгласы подруги, — Всё, давайте до встречи. Я уже выезжаю. Если что, не пропадайте и не лезьте на рожон, пожалуйста, — завершает Шастун и сбрасывает телефон звонок, выходя здания.

***

      Арсений, Дима и Серёжа добираются до пресловутого дачного посёлка за считанные минуты. Всё-таки газ в пол и полное безразличие к собственной жизни подначивает Попова позабыть о безопасности и нарушить всевозможные правила дорожного движения. Серая BMW паркуется в нескольких метрах от шикарного, трёхэтажного особняка. Трое мужчин смело выходят на улицу, обдумывая план дальнейших действий.       — Предлагаю не идти сразу всем. Пусть один останется снаружи и дождётся Шаста, ну а потом действовать будем по ситуации, — запихивая чёрный глок 17 за пояс темно-синих джинс, произносит Арсений. — В дом для приватного разговора пойдём я и Серёжа. Ты, Диман, оставайся здесь. Если что-то пойдёт не по плану — бери ключи и уматывай отсюда, понял? — спрашивает мужчина, кладя руки на немного обескураженного Позова.       — Идите вы уже! Будто на верную смерть отправляетесь, — парирует в ответ Дима, пожимая руку каждому из своих друзей, хотя внутри у самого сердце колотится от беспокойства.       — Будьте осторожнее… — одними губами произносит он вслед удаляющимся мужским фигурам.

***

      Матвиенко и Попов на удивление попадают в особняк без проблем. Охраны по близости не оказалось и мужчины даже успели подумать, что её здесь и вовсе нет. Ветвистые лестницы и широкие коридоры, многочисленные двери, за которыми находились самые различные комнаты — всё это встретило двух друзей, стоило им только войти внутрь роскошного дома.       — Боже, сколько же баблища сюда вбухано, — шёпотом проговаривает Матвиенко, осматривая белые колонны с позолоченными узорами на них. — И как нам его здесь найти? — задаётся друг вполне себе актуальным вопросом, ведь количество комнат действительно было колоссальным.       Однако, то ли день сегодня удачливый, то ли бог сегодня на их стороне, стоит Сергею проговорить этот вопрос, как из-за белой деревянной двери, выглядывает совсем юная барышня. Миниатюрная девушка сразу замечает двух мужчин, и видимо узнав их, быстро подбегает ближе, вешаясь на шею сначала опешившему Арсению, а после и Сергею.       — Дядя Олег, дядя Олег, как ты это сделал?! Как ты узнал?! Я же уже целый год о встрече с ними мечтаю! — буквально кричит девушка, наконец-то отлипая от мужчин. — Господи, я так рада вас видеть! Я каждое ваше шоу смотрю, вы даже представить себе не можете, насколько встреча с вами была важна для меня! — девушка чуть ли не плачет, и тянет всё ещё молчавших мужчин вглубь дома.       Пройдя несколько небольших коридоров, все трое оказываются в огромном читальном зале, где в одном из кресел сидел тот самый дядя Олег, держа в одной руке виски, а в другой «Преступление и наказание»       «Боже, как символично…» — проносится в голове Арсения. — Солнышко, а ты кого это привела? — слишком уж ласково спрашивает мужчина, откладывая книгу в сторону. — Я, кажется, говорил тебе, что в этом доме могут находиться только близкие нам люди, — с этими словами Олег поднялся с кожаного кресла, подходя к незваным гостям ближе.       — Дядя, это же актёры шоу «Импровизация», Арсений Попов и Сергей Матвиенко. Как ты догадался о том, что я мечтала встретиться с ними? И как уговорил приехать прямо сюда?! — всё ещё находясь в состоянии немыслимой радости, произносит девушка, подбегая, и обнимая дядю.       После этих слов, Олег заметно напрягся. Мужчина знал, кто такой этот Арсений, ведь Никита не раз рассказывал про этого «похитителя» чужих девушек. Мужчина понимал, что визит актёра не простое совпадение. Эти двое явно что-то знают, а значит план Игнатенко пошёл через одно всем известное место.       — Дорогая, я знаю обо всем, что тебе нравится, но сейчас, ты должна меня послушаться и пройти в свою комнату, к дяде Игорю, хорошо? — очень вкрадчиво произнёс мужчина, понимая, что разговор, который сейчас намечается, не для детских глаз. Девушка, как ни странно, послушалась дядю сразу и буквально через минуту её будто здесь и не было.       — Ну что, господа, по какому делу вы решили так бесцеремонно проникнуть в мой дом? — Олег старался выглядеть максимально спокойным, но тот факт, что этот дом почти ни кем не охраняется, заставлял его нервничать.       — Никита. Игнатенко Никита Сергеевич. Знаком вам, не так ли, Олег? — проговаривает Попов, подходя впритык к мужчине. — Я знаю, что этот гадёныш украл Дашу, а ещё я знаю, что ты ему в этом очень помог, поэтому в твоих же интересах рассказать мне, где они сейчас, — вкрадчиво, вовсе не повышая голос, произносит Попов, но даже от одного такого тона Олега передёргивает от нахлынувшего страха.       — Я-я-я… ничего не знаю… — запинаясь выговаривает он, отходя от мужчины на шаг назад.       — Ты уверен в этом? — Арсений не даёт отстраниться слишком далеко, хватая испуганного мужчину за грудки.       — Отвечай! — буквально рычит он, понимая, что сил сдерживать свою злость уже нет. — Где сейчас твой дружок?!       — Я не скажу ничего, пока ты меня не отпустишь! — вторя Попову, повышает голос Олег, пытаясь вырваться из железной хватки.       — Ты мне ещё условия будешь ставить?! — восклицает Арсений и отстраняя мужчину от себя, бьёт наотмашь по лицу. — Я из тебя всю душу выбью, если ты мне прямо сейчас не скажешь где Никита! — хватая упавшего мужчину за волосы, Арсений поднимает его, заставляя смотреть прямо в глаза.       — Олег Владимирович, у вас все хорошо? — в дверном проёме появляется высокий, довольно крепкий парень лет двадцати пяти, по классическому брючному костюму, пистолету в руках и официальному обращению к хозяину дома, Арсений и Серёжа понимают, что это охранник. Попов, быстро сориентировавшись, достаёт оружие из-за спины, направляя в парня.       — Игорёк, как я рад, что ты пришёл, — освобождаясь от хватки Арсения, Олег поднимается и отходит чуть в сторону, намереваясь тоже чем-нибудь вооружиться, но его вовремя останавливает Серёжа.       — Тронешь меня и твой дружок попрощается с жизнью, — проговаривает Олег, останавливая Матвиенко. — Ну, так что вы там хотели узнать? И кто там, что из меня выбьет? — уже явно ликуя произносит хозяин дома, садясь обратно в кресло. — Игорь, разберись с этими смельчаками, — наливая в хрустальный стакан янтарную жидкость, кидает мужчина, но тут же чувствует холодный металл на своём затылке.       — Только попробуй, Игорёша, — произносит мужской голос.       — Шаст, ты как всегда вовремя, — откликается Арсений, всё ещё держа на прицеле этого молоденького охранника.       — Рад стараться, — парирует Антон и возвращает своё внимание, ко вновь напрягшемуся мужчине. — Ну что, Олежа, рассказывай, где твой дружок скрывает нашу принцессу? И лучше говори по-хорошему, а то твоя головëшка разлетится по этому прекрасному паркету, стоит мне только нажать на курок.       — Опустите оружие и я всё расскажу, — почти шепчет мужчина, подавая знак Игорю, чтобы тот убрал пистолет. Это же движение повторяет и Арсений, а следом и Шастун.       — Говори, — проговаривает Попов, вставая рядом с Серёжей лицом к, все ещё сидевшему, Олегу.       — Никита увёз её в заброшенную деревеньку в километрах тридцати отсюда. Точный адрес не знаю даже я, но добраться до неё можно по той же дороге, по которой вы ехали сюда. Я не знаю, успеете вы или нет, ведь Игнатенко собирался улететь сегодня вместе с Дарьей в Германию, но вы можете попробовать, — проговаривает мужчина, понимая, что нужно спасать свою шкуру.       — В какую Германию, зачем?! — тут же спрашивает недоумевающий Матвиенко, переглядываясь с Поповым.       — Не знаю, хотел увезти её, чтобы вы больше не мешали строить им счастливую жизнь, — отвечает Олег, намеренно скрывая тот факт, что друг увозит её в Германию только из-за того, что в этой стране у него есть необходимые связи, которые должны были обеспечить беспрепятственный перелёт.       — Арс, надо торопиться, — произносит, стоявший за спиной Олега, Шастун, на что получает утвердительный кивок со стороны обоих мужчин.       — Не дай бог, донесёшь своему дружку, что мы тут были. Вернёмся и закончим начатое, понял?— кидает напоследок Попов, и все трое уходят из особняка.       На улице ребят все также ждал Позов, который уже с ума сходил от неизвестности и некой безвыходности.       — Шаст, Арс, Серёг, господи, вы целы, как я рад! — восклицает Дима, как только замечает друзей. — Ну, что, узнали что-нибудь? — спрашивает он, с такой надеждой в глазах, что Арсений, невольно приобнимает друга за плечи, поддерживая.       — Да, Дим, узнали, — отвечает кратко Сергей и все четверо рассаживаются по машинам.

***

Боль. Резкая, невыносимая боль, заставляет Дарью прийти в себя и открыть глаза. Девушка не может понять до конца, где, или что именно болит, но сильный хруст одного из пальцев на правой руке, полностью все проясняет. Никита, стоявший совсем рядом с Дашей буквально выворачивает безымянный палец руки, ломая его. Под пронзительный крик девушки, он лишь улыбается, поглаживая ту по волосам.       — Боже, именно на этот пальчик я мечтаю надеть золотое колечко, которое навсегда привяжет тебя ко мне, — шепчет мужчина наклоняясь к макушке Дарьи, жадно вдыхая её запах. — Даже в таком состоянии ты невероятно сексуальна. Твой Арсений настоящий придурок, раз променял тебя на ту разукрашенную куклу.       — Не… Не трогай его… — ослабшим и ужасно охрипшим голосом шепчет девушка, за что тут же получает удар по хрупким рёбрам. Кажется, Никита сломал ещё пару костей, чему он не мог не радоваться.       — Какая же ты глупая, жалкая девчушка. Твой ненаглядный на твоих глазах чужую бабу засасывал, а ты всё его боготворишь и оправдываешь, — мужчина наклоняется к упавшей на пол девушке и схватив её за волосы, заставляет посмотреть на себя. — Думаешь, он хоть раз вспомнил о тебе, за все те дни, которые вы были в разлуке? Да он рад был, что ты, как истеричка сбежала от него, от того и нашёл тебе замену спустя сутки. Ты была лишь очередной шлюшкой в его арсенале, чьё имя он напишет где-нибудь у себя на подкорках сознания и будет вспоминать, как трофей. Ты не нужна ему, и никогда не была. В этой жизни тебя будет любить только один человек и он сейчас перед тобой! — произносит мужчина и с силой ударяет Дарью головой о бетонный пол.       «Больно…» — проноситься в её голове, но даже эта мысль не успевает задержаться надолго, потому что после этого удара последуют новые, более сильные. Никита бьёт так, будто действительно хочет сломать все кости в теле девушки и ей действительно сейчас хочется лишь одного — умереть.       Или хотя бы отключиться, чтобы не чувствовать эту ужасную боль во всем теле, от которой даже дышать становится трудно. Собственно нормально дышать не даёт и кровь, которая буквально заполняет собой глотку заставляя постоянно прокашливаться, чтобы вдохнуть хоть немного воздуха.       — Знаешь, а ведь это даже романтично, — нанося ещё один удар по почкам, произносит Никита и отходит на пару шагов назад, чтобы оценить результаты своего творения. — Всю эту сцену можно охарактеризовать одной простой фразой из нашей, когда-то любимой песни - «ломай меня полностью». Помнишь, как мы впервые поцеловались под неё и ты произнесла мне в губы именно эту строчку? Ну так вот, я выполнил твою просьбу, милая… — опускаясь перед уже ничего не понимающей девушкой, произносит Никита и целует Дашу в уголок окровавленных губ.       — Отдохни пока, скоро поедем в аэропорт, а там и до Германии недалеко, — договаривает мужчина и выходит из комнаты.

***

      — Сука! Где этот дом?! — выкрикнул Попов, когда дорога уже в сотый раз завела его в тупик.       — Тихо, Арс, держи себя в руках. Твои излишние эмоции здесь не помогут, — проговорил сидевший рядом Серёжа. — Давай, разворачивайся и поехали обратно, там остался последний поворот на который мы могли бы выехать, надеюсь, что та заброшенная деревушка находится именно за ним, иначе придётся вновь возвращаться к Олежке и пристрелить его за недостоверную информацию. Т      ак, две машины, в одной из которой сидел Попов и Матвиенко, а в другой Позов и Шастун, снова начали сдавать назад, чтобы выехать к основной полевой дороге, на которой, как в той чёртовой сказке было три разветвления.       — Вот, Арс, смотри, тут даже указатели какие-то есть. Старые правда и не видно на них ничего, но зато это даёт нам повод думать, что этот поворот был не только последним, но и правильным, — воодушевлённо, проговаривает Серёжа, смотря на хмурое лицо друга.       — Да ладно тебе, Арс, я уверен, с Дашей сейчас все хорошо, тем более, если этот придурок решил вести её заграницу, он точно с ней ничего не сделает, иначе привлечёт к себе слишком много излишнего внимания, а оно ему ни к чему, — продолжает успокаивать, вцепившегося в руль друга, Матвиенко, параллельно высматривая старые дома.       — Стой! Это не она?! — слишком громко произносит Сергей, смотря вдаль заброшенной лачужки. — Давай, заворачивай в вон те кусты, чтобы незаметно было, — договаривает мужчина, доставая из бардачка небольшой перочинный ножик.       Четверо мужчин, вооружившись всем, что было, направились прямиком к старому заброшенному дому. Все вокруг было покрыто какими-то сорняками, через которые иногда было почти невозможно проходить, ведь трава цеплялась и обвивала ноги, из-за чего можно было упасть и повязнуть в грязи.       — Эй, пригнитесь! — вдруг шикнул Арсений, заметив какое-то движение на территории дома. На улицу вышел Никита, Попов сразу заметил руки, которые были в крови и именно в этот момент его сердце пропустило удар, а в голове пришло полное осознание всего происходящего — Я убью его прямо сейчас. Пристрелю, как вшивую псину, — прорычал мужчина, порываясь вперёд.       — Стой! — тут же перехватывает его Шастун. — Куда ты побежал? Надо разделиться. Кто знает, может в доме помимо Даши есть кто-то ещё. Давай, ты с Серёгой снова идите в дом, а я и Димка отвлечём этого урода, — договаривает Антон, и Арсений соглашается моментально, однако этому прекрасному плану сбыться не удаётся.       Из-за спины слышится одинокий выстрел, что привлекает внимание не только парней, но и Никиты. В нескольких метрах от импровизаторов стоит тот самый Олег, держа в руках пистолет.       — Ну, что дорогие мои, а вот и я, — ядовито произносит мужчина, направляя оружие в сторону Позова. — Никит, мне тут из-за тебя пришлось нервишки свои помотать, будешь должен мне за моральный ущерб, — выкрикивает он, привлекая внимание друга.       — Так, меня это всё заебало, — проговаривает Серёжа, выхватывая из-за спины Попова глок и стреляет прямо в цель — в ногу самоуверенного Олега.       Мужчина, не успев среагировать, ловит пулю с пронзительным криком и валится на землю, роняя из рук оружие.       — Чего смотрите? Пошли, у нас ещё второй, — заканчивает Матвиенко, наблюдая, за забежавшим в дом Никитой. Мужчины больше ничего не говорят и не обсуждают, все знают, что нужно делать, поэтому дружно бегут.       — Арс, Серёг, давайте заходите с главного, а мы на подстраховке, — выговаривает набегу Шастун, на что получает одобрительный кивок.       Попов заходит в дом настолько уверенно, что даже не сразу понимает, что прямо на него направили двустволку. — Не так быстро! — рычит Никита, оглядывая двух мужчин. — Где остальные? — тут же спрашивает он, переставляя оружие то на Серёжу, то на Арсения.       — Ушли, — твёрдо проговаривает Арсений, смотря прямо, в покрытые белой пеленой, глаза.       — Ах, ушли значит, ну ничего, мы их сейчас вернём, — произносит он и совершает первый выстрел. Мужчина стреляет просто в воздух, чтобы нагнать шума.       Как и ожидалось, именно это привело Антона и Диму. — О, смотрите-ка, вернулись, — оглядывая опешивших мужчин, ехидно смеётся Никита.       — Что за фарс ты тут устроил? — выплёвывает Попов, аккуратно заводя руку за спину. — Ты думаешь один тут такой умный, решил двустволкой нас напугать, — продолжает он, забирая из рук, стоящего за спиной Сергея, свой пистолет. — Брось оружие и отдай нам девушку. Мы мирно и спокойно разойдёмся, — договаривает Попов, за что тут же получает нервный смех.       — Мирно? Серьёзно? Нет, мирно - это явно не по мне, — промолвил Никита и следом звучит пара беспорядочных выстрелов.       Безвольное тело падает на прогнившие доски пола, моментально образуя под собой лужицу крови. Никита больше не представляет опасности ни для кого, а Попов отметил для себя, что он способен на настоящее убийство человека. Правда, подумать об этом сейчас не удаётся, ведь в голове большими буквами и красным цветом мелькает только одна мысль — «Где Даша?».       Поэтому, не обращая внимание на других, всё ещё не до конца понимающих, что произошло, мужчин, Арсений проходит мимо окровавленного трупа и забегает в одну из комнат этого небольшого домика, где и замечает лежащую на полу Дарью.       Попов подмечает сразу всё: и неестественно вывернутые в другую сторону пальцы, и окровавленные оголённые участки кожи и многочисленные гематомы, но больше всего его настораживает небольшое красное пятно рядом с головой девушки.       Мужчина, не теряя ни секунды, подбегает к Даше, пытаясь как можно аккуратнее поднять её. Девушка почти не реагирует, только нервные подрагивания тела при задевании особо травмированных мест, позволяют Арсению хоть немного выдохнуть с облегчением, приняв для себя тот факт, что Даша ещё жива.       — Шаст, подгони живо машину, — проговаривает мужчина, выходя из злосчастного дома. — А ты, Серёж, позвони, пожалуйста, Макару, пусть поможет тебе здесь прибраться, — бросает напоследок Арсений, укладывая изувеченное тело девушки на заднее сидение серой BMW.