Безмятежный пес

– Остров Ясиори уже видно! – восторженно прокричал Итто, обернувшись, посмотрев на Горо, что кажется был не так рад их приплытию. В удивлении опускаясь рядом. – Почему ты не рад? Мы почти на месте – спросил в удивление Итто, без каких либо издевательств взяв Горо за руку в замешательстве, смотря на него. На что Горо немного покраснел, но все же ответил: – Я чувствую ужасную вину за то, что покинул родное место в разгар восстания. Но я.. – Горо очень сильно замялся, опуская голову вниз, смотря на их с Итто руки в замке. Опуская ушки в беспокойстве и тревоге. Кажется, осознание произошедшего только накатывало на него – Я не смог никого спасти.. сёгунаты окружили нас, они все погибли, Итто.. и каждая их смерть на мне, как на их генерале. Все они надеялись на меня и доверяли мне. Все до единого.. я не могу вернуться и смотреть в глаза родителей каждого из них. Мы боролись до последнего. Благо они не зашли в город. Отпустили, когда начал гореть лес – прошептал Горо, роняя слезинка за слезинкой. На что Итто очень растерялся, не зная, как лучше поступить. Хоть он и много проводил время с детьми, играя с ними без комплексов в любые игры и развлекая детвору. Как реагировать на слезы он не знал и по сей день. Даже в такой ситуации. Просто в какой-то момент обнимая Горо, решив, что объятия один из лучших вариантов. Прижимая его к себе: – Ты должен это пережить, Горо. Я так думаю. Ничто не поможет, кроме как.. эм.. прогулка? Да, мне всегда помогает развлечься. Ты когда-нибудь ел инадзумские сладости в шоколаде или соке сакуры? Я покажу тебе места с самой вкусной едой и местами. Можем сходить поиграть в театр Механикус, когда будем на главном острове. Или.. – Итто.. там комиссия Тэнрё. Ты совсем не понимаешь, что происходит? Ты понимаешь, что меня буквально могут убить!? – обозлился Горо, однако Итто не отпустил его руку, когда он пытался ее вырвать. Смотря в глаза Горо не менее испугано. В итоге молча обняв его покрепче, опустив голову на плечо Горо. – Я не знаю, что делать, когда люди плачут. Я сам не умею этого, Горо. Не умею плакать. И не умею поддерживать. Останься моим другом, а я покажу тебе Инадзуму своими глазами. Она может быть прекрасна по-своему. Обещаю тебе. Даже здесь, на острове Ясиори, я могу показать тебе много всего. Пока мы плыли, ты сказал, что тебе нравится альпинизм. Там полно красивых видов. Дай мне возможность и я отплачу тебе, а ты мне – сказал Итто, отпрянув после этого, потерев шею. Впервые, он был перед кем-то столь серьёзен и открыт. Впервые, наверное, он понимал, насколько выглядит глупо, если будет вечно смеяться и дурачиться. Впервые ощущал, что может кому-то помочь. – Это война и.. это естественно, терять солдат. Это неизбежно и грустно – постарался что-нибудь добавить он, опуская голову, понимая, что сейчас не время тренироваться в поддержке. На что Горо лишь расстаял. Взяв Итто вновь за руку. Посмотрев на остров Ясиори, что был столь близко. – Итто, мы приплыли – сказал скоро, словно этими словами попросив своего нового не переживать. Улыбнувшись ему. Будучи, к слову, в кимоно Итто, что пришлось, к сожалению, укоротить. Одежду, ведь кое кто, так и не взял. От этого условились, что купят одежду для Горо где-нибудь по дороге. Ночевать под открытым небом не было для Горо, чем-то новым. И сказать честно, после насыщенных нескольких дней на острове Ясиори парень совсем не думал о том, что они спят на улице, ведь так и не нашли ночлег, так как Итто начинал торговаться. Не был расстроен и тем, что они не смогли купить его любимое блюдо – танкоцу рамен и Итто угостил его своим блюдом – якисобой, которой Аратаки дал название: «путь силача». Ведь это была, как он говорил, его авторская и индивидуальная задумка. Горо не пожелал ни о секунде, что он провел с этим о́ни, хоть и злился на него порой. Порой, ему было даже стыдно, когда Итто начинал петь на всю улицу или смеяться. Но в какой-то момент он заметил, что никто не обращает на это внимание. Наоборот, кто-то улыбался на эти действия. А дети вовсе подбегали к Итто для очередной игры. Понаблюдав за гонками жуков оникабуто и даже поиграв с детьми в игру, которой Итто назвал: выбей кость. На земле раскладывались косточки, рисовалась схема и брались камушки. Ими нужно было выбить камушки по очереди. Горо до того понравилась эта игра, с его метким глазом стрелка, что они играли несколько раз. Впервые.. он почувствовал себя ребенком. Так вот, что ощущал Итто, постоянно возвращаясь в детство? Думал Горо, вспоминая разговор с Итто ночью. Тогда он спросил, почему Итто настолько оптимистичен. На что он получил элементарный ответ: – Знаешь, Горо. Я просто потерял свое детство. На драки, разборки, скитаясь по улице и помогая бабушке. Это просто. Я живу так с детства. И если буду жить иначе, боюсь, загремлю в тюрьму, как говорит Кудзё Сара. Тогда глаза Итто были полны спокойствия и правдивости. Тогда он говорил от всего сердца. Говорил честно, ни разу не посмеявшись. Лишь улыбнувшись к концу. Кажется, Горо тогда хотелось расплакаться. Просто обнять этого о́ни и сказать ему о том, что быть маленьким никогда не поздно. Тогда, он не знал, что чувствовал. Это было странное ощущение тревоги.. странное ощущение сожаления. Поэтому сейчас, сказать честно, лежать с этим человеком на земле было не так страшно. Совсем не страшно.. – Итто.. а тебе нравятся мужчины? – вопрос раздался очень тихо, так, словно говорило само сердце. Будто бы оно очень интимно шептало этот вопрос, очень волнуясь. Боясь, что его отключат и растопчат. Да, было страшно..