Сквозь пепел

Каллен чувствовал, что ему становится лучше, легче было даже дышать. Разум прояснялся и кошмары становились реже, хоть и не отпустили его совсем. Он реже просыпался ночами с криками, полными ужаса. У него из головы не выходила Тауриэль. Он каждую минуту ловил себя на мысли о ней. На собраниях рядом с ней он становился рассеянным и часто терял суть разговора. Лелиана безобидно подшучивала над ним, делая акцент на его несобранности. Он понимал, что выдаёт себя с головой. Лелиана, которую он знал не первый год, давно поняла о его тайной привязанности к Инквизитору. Хоть он и старался держать себя в руках, но с каждым разом становилось всё трудней отводить взгляд от её стройной фигурки. Они обсуждали подготовку к балу, который намечался совсем скоро. Леди посол без устали давала советы о необходимости ускоренного обучения простым правилам этикета для Инквизитора. Ей же, как эльфийке с совсем другим образом жизни, давалось всё не с первой попытки. Жозефина выдавала тонны информации, которую сложно было не то что запомнить, сложно было понять. Ко всему прочему она настаивала на обучении танцам, от которых лицо эльфийки приобретало испуганный вид. Она с мольбой смотрела на Кассандру, ища поддержки, когда Жозефина начала перебирать кандидатов на роль учителя. Каллен же, прячась за бумагами с отчётом, хранил молчание и украдкой смотрел на то, как Тауриэль сжимала кулачки. Он не сдержал улыбку. - На самом деле, у нас уже есть прекрасный учитель, - подала голос тайный канцлер, переводя взгляд на командира. - Думаю, лев Инквизиции не откажет даме в паре уроков. Каллен на минуту задумался, пытаясь осознать сказанное. Он резко опустил бумаги и замер. Все девушки в комнате заинтересованно не сводили с него глаз, от чего всё нутро его съежилось. Он по очереди переводил взгляд с одной девушки на другую. - О, это прекрасная идея! - с акцентом радостно воскликнула Жозефина. - О, это плохая идея! - мгновенно выпалил Каллен, передразнивая её акцент. - Прекрасная! - повторила посол, обиженно надувая губы. - Я не танцую. Я командир армии, а не напыщенный паренек из Орлея... - начал было он, понимая что заведомо проиграл. Жозефину было уже не переубедить. - Значит и Вас, как командира нашей армии, важно немного поднатаскать в вопросе танцев. Вы же не думаете, что молоденьких девиц, которые спят и видят, как на балу познакомятся с легендарным сэром Резерфордом, можно будет сдержать фразой "Я не танцую!". Она подскочила к мужчине и уже тянула его за руку к центру комнаты. Она подтолкнула его к миниатюрной эльфийке. От её близости у него моментально перехватило дыхание. Он глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки, и протянул руку, приглашая её на танец, немного склонив голову. Она вложила свою маленькую ладонь в его руку. Лелиана запела известную песню, он сразу узнал мотив. Каллен притянул Тауриэль за талию ближе к себе. - Просто доверься мне, - прошептал он, наклоняясь к её острому ушку. Он чувствовал как по её телу волной прошла дрожь. Каллен закружил её по комнате, немного приподняв её невесомое тело, отрывая её ножки от пола, помогая ей понять суть движений. Он не отводил взгляд от её бездонных зеленых глаз. Она же хмурила светлые брови и поджимала губы. Эльфийка перевела взгляд на него, и его сердце тут же ускорило ритм. Лёгкой поступью он кружил её в танце, которому Мия научила его ещё до его отбытия на обучение. Тогда он капризничал и не хотел учиться танцам. Его сердце просило сражений и рыцарских подвигов. Сейчас он был благодарен настойчивости сестры. Каллен видел как во взгляде эльфийки угасает растерянность, на смену которой приходят нотки веселья. Она улыбнулась. Он крепче сжал её тоненькие пальчики и, сильнее прижимая её за талию, опустил её ниже, так чтобы её ноги теперь доставали до пола. Тауриэль быстро уловила ритм, и к концу песни они уже слаженно кружились в танце. Голос Лелианы стих и командир закончил танец, отступив на шаг назад и склонив голову к её ладони. Он слышал её нежный вздох, когда его губы касались её руки в кротком поцелуе. Он чувствовал её дрожь. Ему хотелось думать, что она пробегает по её телу от его близости, а не от сквозняка из-за открытого окна. - О! Это так чудесно! Командир, Вы истинный джентельмен! Я не сомневаюсь от изобилия внимания к Вашей персоне на балу. Но теперь нам стоит обсудить Ваше платье! - сменила тему орлесианка. От его взгляда не укрылось перешептывание между Искательницей и Лелианой. Каллен откланялся, ссылаясь на важность других дел, и вышел из ставки командования, поспешив выйти на свежий воздух, надеясь, что это поможет ему успокоить ураган мыслей. Он поспешил выйти прежде, чем наслушавшись речей о тонком атласе, перетягивающем её стройную фигуру, ночами будет представлять её в этом платье и без него. Хотя его воображение уже нагло подкидывало ему картинки её образов. Уже вечерело, солнце склонилось к закату. Сегодня они провожали Хоук. По этому поводу Варрик собирался закатить вечеринку в таверне. Стоит зайти попрощаться с Защитницей, но сначала нужно дать пару поручений. Каллен направился в свою башню. Вызвав к себе Белена, он быстро дал распоряжения о сегодняшнем карауле и бегло ознакомился с отчëтом по разведке. Каллен снял доспех, оставшись лишь в белой льняной рубашке, рукава которой он закатал до логтей, и тёмных брюках. Выйдя из своего кабинета, он отметил, что небосвод накрыла уже звëздная ночь. Звёзды яркими бусами рассыпались по ночной глади. Лёгкий свежий ветерок обдувал лицо. Таверна была полна народу. Хохот и весёлые песни раздавались со всех сторон. Он направился к стойке и заказал себе эля. Может сегодня выпивка поможет ему крепче уснуть и в голову не будут лезть непристойные мысли о Вестнице. О том, как нестерпимо ему хочется поцеловать её пухлые губы и слышать её тихие стоны. Чертыхнувшись, он залпом осушил кружку. Вечер выдался забавным. Каллен поговорил с Мариан. Она не забыла отметить его постоянно ищущий взгляд. Пихнув его в плечо, она выдала фразу о том, как рада за него. Однако он искренне не понимал, чему тут радоваться. Его не разделенные чувства давили на него. Неподъëмным грузом лежали на плечах. Он видел как она весело танцует с Дорианом, укол ревности не заставил себя ждать. Он также отметил хмурый взгляд Соласа, жадно хватающий каждое её движение. Ещё немного поболтав с Хоук, он простился с ней и вышел на свежий воздух. Стояла уже глубокая ночь. Каллен направился к лестнице, ведущей на стену. Поднимаясь по ступеням, он замер, когда увидел обнимающую себя за плечи Тауриэль, которая стояла спиной к лестнице, всматриваясь в снежные вершины гор. После собрания она переоделась, выбрав свободную рубашку с широкими рукавами и кожаные брючки, обтягивающие упругие бёдра. Волосы были распущены. С длинными светлыми прядями играл ветер. Каллен специально стал подниматься громче, шаркая ногами по ступенями, чтобы выдать своё присутствие. Эльфийка оглянулась, поворачиваясь к нему. Щёки её разрумянились от выпитого алкоголя. - У тебя в Киркволле остался кто-нибудь? - неожиданно спросила она, отчего Каллен немного растерялся. Каллен подошёл к ней ближе, опираясь плечом на полуразрушенную стену, которую ещë не успели починить. - Нет. Боюсь, я там завёл мало друзей. А моя семья в Ферелдене, - он наблюдал за ней, впитывая каждый её взгляд. Он наслаждался её смущением. Зачарованно любовался её нежной улыбкой, которая заиграла на её губах. Он помнил мягкость её губ и тот упущенный в лесу момент, который теперь часто дразнил его сознание. Мысли дикими вихрями закрутились в голове. - И никого, кто бы вызывал у тебя особый интерес? - игриво произнесла она, флиртуя с ним. Смотря на него долгим взглядом, губы её растянулись в манящей улыбке. Каллен на минуту подумал, что потеряет последние остатки самообладания. Сердце стучало по рёбрам, отплясывая кадриль. - В Киркволле - никого, - голос его предательски захрипел. Тауриэль довольно улыбнулась, что не скрылось от его взгляда. Есть ли вероятность, что она флиртует с ним не просто так? Можно ли пропустить частичку надежды в душу? Но ему тут же вспомнился взгляд эльфа-мага, который наблюдал за ней. Дориан говорил, что между ними двумя что-то изменилось, но что именно и в какую сторону? Он потёр шею привычным движением и тряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли из головы.