Одноглазый аниматор

      У Сигмы выдался тяжёлый день. Стремясь поскорее его закончить, мужчина раздражённо копошился в кармане пальто. «Куда же делись эти грёбанные ключи?» — вертелось в голове. Стоит отметить, что аквагримёр даже в мыслях довольно редко выходил из себя. Впрочем, у сегодняшнего паршивого настроения была довольно веская причина.       В отличие от Гоголя, взявшего на сегодня выходной, у его коллеги был рабочий день. Предстояло выполнить один крупный заказ — провести свадьбу. Да, Сигма способен общаться не только с детьми. Мужчина вообще подумывал, в обозримом будущем, окончательно уйти из сферы детских аниматоров. Неблагодарное всё же это занятие. Для него явно требуется особый склад ума.       Хотя после сегодняшнего мероприятия Сигма думает, что даже для роли свадебного ведущего нужен «особый склад ума». Всё начиналось довольно заурядно, обсуждение деталей праздника, написание сценария и его одобрение молодожёнами. Даже после того как мужчина прибыл на место проведения ничего необычного не происходило. Гости переговаривались друг с другом, стоя возле богато накрытого фуршета.       Ведущему больше всего запомнились кексы, стоящие на серебристой этажерке. Вкус у них был непримечательный, но вот внешний вид соответствовал цветам праздника — белому и сиреневому. Только ленивый во время диалога не пошутил про схожесть Сигмы с сладостями. С одной стороны, это обескураживало, с другой, помогало знакомиться с гостями.       Плохое предчувствие поселилось в душе аниматора почти сразу после того как он представился матери жениха. По одному её внешнему виду, можно было сказать, что она пришла сюда через силу. Скорее даже не «пришла», а «снизошла до этого гнусного мероприятия». Ранее, обсуждая детали заказа с молодожёнами, Сигма обратил внимание, на отсутствие родителей обеих сторон. Для Японии это довольно необычно, так же как и свадьбы, сделанные полностью в европейском стиле.       Традиции — важнейшая часть культуры страны восходящего солнца, неудивительно, что в дальнейшем их несоблюдение стало одной из причин нарастающего конфликта. Апогей которого, к слову, пришёлся на конец банкета, к тому моменту, когда прекрасный сценарий Сигмы уже был исполнен, а гости отдыхали, делясь с друг другом впечатлениями.       У семьи жениха мнение по поводу всего происходящего было явно предвзятым. И своё недовольство они выражали не только периодическим ворчанием, но и незаинтересованностью в происходящем. Вместо того чтобы попытаться хоть как-то поучаствовать в торжестве, гости решили не покидать свой стол.       Сейчас, сидя дома, легко переосмыслять происходящее приходя к правильным выводам. Но как же Сигма ломал голову на самой свадьбе. Он даже советовался с молодожёнами по поводу этого затруднительного положения, но те предпочли игнорировать эту «неловкую» ситуацию. Желание заказчика — закон, не портить же всем праздник из-за нескольких недовольных. Даже если недовольными являются ближайшие родственники... Так думал Сигма, пока не наступила развязка этого инцидента...       Из неприятных воспоминаний мужчину выдернул странный звук, исходящий от работающей стиральной машины. Всё же не стоило загружать вещи, зная, что в последнее время она периодически барахлит. Для идеального завершения дня, не хватает только внезапной поломки. В надежде, что рабочая форма, несмотря на возникшие трудности всё же отстирается, мужчина сел за кухонный стол.       Одиннадцать часов ночи — довольно позднее время для ужина, так что Сигма решил обойтись спелым красным яблоком. В современно мире люди любят совмещать приёмы пищи с проверкой соцсетей. Аниматор не исключение, до этого момента у него даже не было времени отвечать на сообщения.       По уведомлениям легко догадаться, когда у Гоголя выходной день. Правда сегодня он прислал, на удивление, мало видеороликов, всего-навсего двадцать. Возможно на обеденное время у него было что-то запланировано. «Наверное, снова ходил в театр», — предположил Сигма, подыскивая подходящий смайлик.       К тому времени как мужчина закончил рассылку ответов, стиральная машина издала раздражающий писк, оповещающий о завершении стирки. В маленькой японской квартире встроенная функция сушки отлично спасает, нет необходимости занимать пространство сушилкой. Любимый костюм Сигмы всё же удалось спасти от пятен вина, попавших на него по якобы неловкой случайности, произошедшей после основного скандала.       Как всем известно, ничто так хорошо не развязывает язык, как несколько рюмок дорогого виски. Нет необходимости вдаваться в подробности дальнейших событий, достаточно представить нескольких в разной степени пьяных людей, спорящих друг с другом, или вернее сказать, просто доказывающих пустоте свою точку зрения. Сигма до последнего надеялся, что они смогут избежать подобного исхода торжества, но на некоторые вещи повлиять невозможно.       Даже ему, в роли ведущего, досталось. Мужчина попытался их успокоить, но в итоге попался под горячую руку. Получил и за цвет волос, и за внешний вид, и за иностранное происхождение. Отчитали как ученика начальных классов. Над Сигмой до сих пор висит тяжёлый осадок неосторожно брошенных слов.       Помочь избавиться от него, по мнению мужчины, могут только тёплые объятия кровати. После напряжённого дня больше всего хочется просто завалиться спать. Именно «завалиться», а не лечь. Так сказать, перевернуть эту затянувшуюся страницу и забыть обо всех неприятностях. В мире снов люди не видят обрывки минувших событий и не слышат оглушающий голос собственных мыслей. Царящая там тишина дарит своему гостю душевное спокойствие — это именно то чего сейчас так не хватает Сигме.       Мысленно отодвинув все свои переживания на второй план, аниматор лёг на кровать. Уставшее тело было готово раствориться в царстве Морфея, но переход из одного мира в другой был безжалостно прерван телефонным вызовом. Сигма догадывался о том кто мог бы стать нарушителем его спокойствия. Людей способных на звонки посреди ночи в его окружении в принципе было немного, а точнее всего один. «Гоголь, какого чёрта...», — раздражённо подумал аниматор. Первые несколько минут мужчина не двигался с места, надеясь, что собеседник на том конце линии успокоиться, но рингтон продолжал звучать.       Статус «был в сети 5 минут назад» — сильный повод для недоверия к человеку, пытающимся притвориться спящим. Скорее всего именно из-за него Сигме всё же пришлось подняться с кровати и дотянуться до смартфона. Основываясь на прошлом опыте, это не так мучительно, как ещё полчаса игнорирования надоедливой мелодии. «Невероятная целеустремлённость», — с сарказмом подумал мужчина, принимая вызов. — Я же уже просил не звонить мне по ночам, — он устало потёр пальцами переносицу, — я не могу каждый раз перед сном вносить тебя в чёрный список, а потом наутро вытаскивать из него.       — О нет! Только не чёрный список! — с наигранным ужасом воскликнул чудак, — Помилуй, я ведь так рад слышать твой голос. Ещё немного и я бы подумал, что ты уже лёг спать. Это бы стало настоящей трагедией! Я ведь на этот раз даже проверил твой статус перед тем как набрать номер, — небольшая пауза, — и специально обратил внимание на время твоего последнего отправленного сообщения! Видишь какой я заботливый. Поэтому не думай, что я забыл о твоей просьбе, — Гоголь подытожил свою оправдательную речь.       На другом конце линии раздался тяжёлый вздох: «Ладно, ладно, на этот раз прощаю, лучше поскорее объясни зачем я тебе понадобился?»       — Мне было жизненно необходимо поделиться с кем-то своими впечатлениями! Я всё думал перед кем же мне открыть душу, а потом увидел твои ответы и вспомнил о нашей практически родственной связи,— воодушевлённо ответил Николай.       — Ты был не в состоянии подождать до завтра?       — Это очень важные первые впечатления их надо рассказывать, пока они свежие, — парировал чудак.       Сигма был возмущён поведением своего собеседника, но спорить не собирался. Пытаться доказать ему что-то бесполезно. Это тот тип людей, который не станет тебя слушать, что бы ты не говорил. И сюда не подходит выражение «разговаривать со стеной», кирпичная кладка не может увиливать от упрёков и отшучиваться от жалоб. Даже если аквагримёр выскажет всё, что думает это только затянет диалог. Намного легче просто выслушать Гоголя и освободиться.       — Тебе повезло, что у меня завтра выходной, — Сигма дал своеобразное благословение началу очередной тирады.       — И как тебе не стыдно дразнить трудягу вроде меня. Сегодня был мой последний выходной на ближайшие две недели. Хотя я не жалею о том, что потратил его на встречу с симпатичным программистом.       — Я же говорил, что ты берёшь слишком много отгулов, — короткое молчание, — Подожди, под свежими впечатлениями ты подразумевал «невероятную историю» о своём намечающемся романе?       — Я даже толком ещё ничего не сказал. Какое у тебя ужасное мнение обо мне, — Николай сделал вид, что оторвал эти слова от самого сердца, — никаких интрижек, только совместная просветительская вылазка в театр. — Мы так прекрасно провели время вместе, что я даже почти забыл о чём была сама постановка.       Хорошо, что Сигма не видел ехидного лица аниматора, ему с головой хватало проблёскивающих саркастичных ноток в голосе.       — Я восхищён стойкостью твоего компаньона. Он смог дотерпеть до конца вашей прогулки.       Заявление аквагримёра было полностью обоснованным. За время их знакомства, Гоголь не раз рассказывал о том, что на первых свиданиях люди используют совершенно разные предлоги, стараясь поскорее уйти. От заурядного «прости, пожалуйста, но дома появились неотложные дела...» до «О Боже, ты не поверишь, но у меня рожает кошка!...». Николай никогда не винил их, потому что когда знакомишься с кем-то в интернете заранее представляешь себе определённый образ для человека, который чаще всего не оправдывается. В случае аниматора, потенциальные партнёры сначала считают его забавным, а потом даже не перезванивают. И дело вовсе не в специфичной внешности, многие находят её привлекательной. Основная проблема Гоголя — характер.       Мужчина в ответ на колкое замечание лишь рассмеялся: «Нет, это правда было весело! Он даже намекнул, что хотел бы ещё раз сходить со мной куда-нибудь».       Сигме захотелось посмотреть на этого загадочного программиста. Сложно поверить в то, что кто-то из представителей этой профессии готов расхаживать по театрам, еще и под ручку с неугомонным Николаем. «Это всё точно не какая-нибудь хитросплетённая афера?» — к своему стыду, не удержался от мысли аквагримёр.       — Только, пожалуйста, не сходи с ума, — попросил Сигма, вспоминая начальные этапы их знакомства. — И не заваливай его миллионами сообщений, я уже вижу как ты на радостях готов строчить их каждый день.       — Буду иметь ввиду, мамочка, — съехидничал Николай, который после возвращения домой уже успел написать программисту.       Мужчина даже не счёл это обращение за колкость. Обычное дело для их диалога: — Если ты сказал всё что хотел, я уже могу лечь спать?       — Нет конечно, а как же спросить меня сколько ему лет? Какого он роста? Цвет волос? Знак зодиака? Что за жестокое безразличие, — наигранно простонал клоун.       — Говоришь так, будто это я в нём заинтересован, а не ты, — Сигма закатил глаза, — лично мне было достаточно того факта, что ты назвал его симпатичным.       — Да-да, а ещё он умный. Читает какие-то буддийские книжки.       — За столько лет нашего общения впервые слышу о том, что тебя такое интересует.       — Меня и не интересует, хотя я попробовал перед походом в театр почитать их, но не зашёл дальше введения, — честно признался Николай, — в жизни ничего более занудного не видел. Думаю, даже тебе стало бы скучно.       — И ты, со своим характером, относишь любовь к тягомотным произведениям в список положительных качеств?       — Да, это очень забавно! — возликовал Гоголь.       — Ладно, — Сигма не будет пытаться понять логику чудака, всё равно не получится. Лучше пока собеседник не вспомнил о ещё одной невероятно интересной особенности своего спутника, поскорее попытаться закончить диалог.       — Искренне, поздравляю тебя с тем, что ты сегодня так прекрасно провёл время, но теперь позволь и мне, наконец-то, расслабиться в своей кровати, — настоял аквагримёр.       — Ладненько, тогда увидимся в, — Николай задумался, — когда там у нас следующий совместный заказ?       — Во вторник, — захотелось снова тяжело вздохнуть.       — Во вторник! — исправился аниматор, — Спокойной ночки, работяга.       — Спокойной ночи, — оперативно среагировал Сигма и моментально закончил разговор.       Положив смартфон на прикроватную тумбочку, мужчина снова завалился в кровать. Хотя может стоило его полностью выключить, потому что, если аквагримёру утром кто-нибудь позвонит, он не будет ручаться за свои дальнейшие действия.

***

      Офис программистов — помещение в котором тишину нарушают только пальцы, постукивающие по клавиатуре, и периодически щёлкающая мышка. Большинству работников этой сферы нравится атмосфера этого места, но человек не привыкший к жизни клерка, оказавшись здесь, скорее всего ощутит жуткий дискомфорт. Тяжело весь день сидеть за компьютером в окружении белоснежного интерьера, напоминающего во время периода сдачи дедлайнов стены психиатрической лечебницы.       Хотя Достоевского, пришедшего сегодня в компанию с приподнятым настроением, всё устраивает. Даже длительное залипание в экран монитора не утомляет его. «Неплохое начало недели», — подумал программист, обратив внимание на дату внизу экрана. Двадцать девятое сентября, первый месяц осени уже подходит к концу.       Невольно Фёдор вспомнил самые яркие события, которые произошли с ним за это время. Неудивительно, но все моменты с участием Гоголя входили в этот список. Их первая встреча, телефонный разговор, столкновение в кафе и, разумеется, поход в театр. У брюнета за прошлые полгода столько необычных историй не набралось, сколько за этот сентябрь.       Достоевский не помнит, когда успел купить себе развлекательную программу у детского аниматора, но его выходки мужчина находит чертовски очаровательными. Поведение Гоголя, по мнению Фёдора, в принципе сильно отличается от большинства людей. И если сначала у него была убеждённость в том, что это связано с его профессией, то после субботней встречи она пошатнулась.       Пытаясь разгадать образ мышления своего нового знакомого, программист не заметил как приблизился обеденный перерыв. Хорошо что коллега, проходящий мимо, напомнил ему о нём.       — Достоевский, ты там заснул что ли? — Пушкин подошёл к столу собеседника.       — К сожалению, нет, — Фёдор не посчитал нужным вставать и просто повернулся, сидя в рабочем кресле.       — Это хорошо, а то получишь нагоняй от начальства и отправишься вслед за половиной отдела Мори.       — Опасаешься за меня? Как трогательно, — уголки рта брюнета приподнялись в лёгкой ухмылке.       — Если тебя уволят, я буду скучать по твоей мрачной мине. Она уже стала неотъемлемой частью этого унылого места, — съязвил коллега с широкой улыбкой.       — Буду вспоминать твои слова в мгновения духовного упадка. Как раз на завтра назначили совещание.       — Вот только не начинай, — Пушкин закрыл пальцем свои губы, как застёжка молнию, — может ты и сросся со своим компьютером, но у меня вообще-то законный перерыв. Я не хочу дольше положенного размышлять о решении рабочих проблем.       Достоевский прикрыл глаза и молчаливо подпёр голову рукой.       — Кстати о работе, ты сегодня даже не пошёл пить кофе в своё излюбленное местечко. Какими мыслями забита Ваша голова, уважаемый? — Фёдору не дали ответить, — точно, ты же ходил на свидание в субботу, — отметка в календаре, очень не к месту, напомнила мужчине об этом.       — Это было не свидание, я встречался со знакомым, — спокойно ответил брюнет.       — Да брось, я знаю всех твоих знакомых, — небольшая пауза, — лучше поделись со старым другом своими переживаниями, как она тебе? Красивая? Милашка?       Программист не понимает, откуда взялся вывод о том, что он всё же встречался с девушкой, но это его не волнует. Рассказывать о своём походе в театр Фёдор не собирается. Тем более тому, кто уже несколько месяцев действует на нервы Достоевского своей амурной мишурой. Как же Фёдору осточертели эти неизменные офисные диалоги, которые строятся только вокруг погоды, зарплаты, отношений и семьи. Уж лучше, как сказал Пушкин, «прирасти к компьютеру», чем вступать в них.       — Сложно сказать, — сдался брюнет.       Он решил не тратить время на объяснения. Во-первых, ответив на вопросы коллеги, он сможет сбросить с себя его назойливые приставания. Во-вторых, даже если Пушкин расскажет кому-нибудь об этом, слухи будут только на руку и оградят программиста от излишнего внимания. Никаких больше бенто, берущихся из неоткуда и оставленных номеров телефонов на рабочем столе.       — Что это за ответ такой? — собеседник состроил удивлённую гримасу. — Хотя это то чего и следовало ожидать, от тебя, — он посмотрел на довольное выражение лица Фёдора и продолжил, — главное ей так не говори, а то проблем не оберёшься.       — Ты ошибаешься, я думаю, её бы это рассмешило, — поправил его брюнет, протягивая руку к каким-то документам, лежащим на столе.       — Достоевский, я и не знал, что ты совершенно не разбираешься в девушках, — коллега усмехнулся, — может, подарить тебе на это рождество книгу с говорящим названием «Любовь для чайников»?       — Боюсь в моей домашней библиотеке не найдётся места для неё, — не изменившись в лице, Фёдор поднялся с кресла вместе с бумагами. — Не видел Мори?       — Он сегодня не в офисе, взял отгул, Рюноске вроде упоминал, что у его дочери день рождения. А тебе зачем к нему?       — Хотел заранее сдать ежемесячный отчёт и уточнить детали завтрашнего совещания, — документы вернулись на стол за ненадобностью.       — Можешь поговорить об этом с Хигучи, я недавно видел её в очереди к кофейному автомату, расположенному на нашем этаже, если она ещё не ушла, конечно.       «Сомневаюсь, что ей удалось так быстро выбраться оттуда» подумал Достоевский, ссылаясь на то, что два других ближайших автомата были недавно отправлены на техобслуживание.       — Спасибо, думаю, я успею с ней встретиться, — программист резко направился к выходу.       — Эй, ты так и не сказал, что думаешь о своей новой подружке, — кинул вопрос вдогонку Пушкин.       С секундной заминкой раздался ответ, после которого мужчина вышел за дверь: «Она яркая».