Рей Сакума хрюкнул и попал в мир геншин импакта

норка мамы з.......о, [05.09.2026 0:04 GMT+3] Сквозь мутное оконное стекло на Рея смотрел большой коричневый глаз, второй был прикрыт длинной фиолетовой челкой. Таинственная посетительница хлопала пушистыми ресницами, не двигаясь и внимательно его изучая. Рей не заметил у нее Глаза Бога как у Кэ Цин, но зато в руках было два пакета — один со льдом. После анальной кары его зад саднило, и он был бы не против охладить этот зуд. Тем более, если он сможет рассказать этой большеголовой девочке о том, что с ним произошло, она наверняка позовет на помощь. В этом то он был уверен, она уж точно не была похожа на психов в округе. Ему оставалось только придумать, как же открыть окно. Если разбить стекло — Кэ Цин услышит и примчится; открыть за ручку не получится, она заперта. Рей потянул руку и постучал в окно. Девочка отпрянула, но не отошла, продолжая стоять у самого края. — Ты кто? — шепотом спросил он, моля, чтобы стекло было не слишком толстым и пропустило шум. — А ты кто? — эхом откликнулась девочка. — Меня зовут Рей, я…я тут…меня похитила Кэ Цин, она мне сломала ноги и из…плохо поступила со мной, пожалуйста, помоги, скажи кому-нибудь, девочка, молю, — Рей прислонился лбом к стеклу, жалобно глядя на девочку. — Кэ Цин? — повторила она, поправляя челку под лаком. — Да, такая…с хвостиками фиолетовыми, электричеством бьется… — Типа Ты и есть Кэ Цин? — девочка ткнула в него пальцем. Рей покосился на себя и вздохнул — на нем все еще было платье и парик. Ну, конечно, вряд ли у этой немногословной тупицы с нефорской челкой хватит ума понять, что он — не Кэ Цин, а жертва этой сумасшедшей кроссдрессерши и насильницы. Но с другой стороны…если девочка не поняла, что он — мужчина, значит, она думает, что он и есть Кэ Цин, и тогда… — Да. — Быстро закивал он. — Ты можешь…я…случайно заперлась и потеряла ключ, и я не могу освободиться, в общем…пожалуйста…позови кого нибудь или открой окно. За окном зевнули. — Эм… Я конечно не очень хочу тебе помогать, но окей, допустим… — Кивнула девочка. — Почему ты в крови? Рей не готов был пересказывать все свои приключения ребенку, еще и такому маленькому — девочке было не больше 18 лет, 2000 года рождения. — Потому что поранилась. Мне нужен врач. Срочно. — Пробормотал он, косясь на дверь. Эля покосилась вслед за ним. — Ну, окей типа, хорошо. Иди сюда. — Она протянула руку и уперлась в стекло. «Какая же дура!» — мысленно выругался Рей. — Как?! — подавив злобу, прошипел он. — Тут стекло… Эльмира закрыла глаза и сложила ладошки. Она решила пробудить в себе всю силу. В юности девочка смотрела аниме, и, представив себя на месте сисястой Цунадэ, разбила окно своим выменем. — Теперь-то идем, хах –Гордо произнесла девочка. Рей схватился за протянутую ему руку с крашеными в черный ногтями не без смущения, хоть Сакума и не был заинтересован в девушках, размер груди 2000 года его поразил. Звук треснувшего стекла оглушил его, и он был уверен, Кэ Цин тоже его слышала. Может, она даже заподозрила что-то неладное. Но думать об этом не было времени — за дверью послышались шаги, зазвенел ключ. — Быстрей. — Умоляюще пробормотал Рей, подтягиваясь второй рукой на подоконник. С неожиданной силой Эля рванула его на себя, зажав его руку между ляшками, чтобы не потерять. Разорванный зад отдался болью, Рей зашипел от этой боли, перебирая сломанными ногами. Эльмира не особо переживала, страдает ли он при этом, потому что бесцеремонно потащила его за собой, наслаждаясь, как рука парня скользит по ее потным ляшкам. Остатки стекла, оставшиеся в раме, вонзились в бедра Рея и тот едва не заплакал, а когда осколками этими разодрал себе, кажется, единственные целые части его ног. Эля прыгнула вниз, и Рей следом за ней, чувствуя, как от удара о камень ломается его рука. Девочка повернулась к нему. — Эм, прости. Что бежала так резко. Но Бай Чжу все исправит. — Проговорила она, запрокидывая голову наверх. — А там еще одна Кэ… — Пожалуйста, идем к твоему Бай Чжу. — Взмолился Рей. Эля подошла к нему и рывком вскинула на свои плечи, а потом бросилась бежать. Сакума больно бился головой о ветки, цеплялся ногами о камни, чувствовал, как какая-то колючка прицепилась к его трусам и при каждом прыжке Эльмиры безжалостно вонзалась в кожу. Когда девочка перебежала ручей, окунув Рея с головой, тот уже мало что соображал. И когда его протащили по ступенькам, потому что он соскользнул с плеч, а Эля этого не заметила, он и вовсе потерял сознание. Очнулся он уже в каком-то странном месте, лежал на чем-то жестком — сумел посмотреть, где, и увидел, что это просто пень, накрытый большим древесным листом. На стенах рядом с ним висели ряды полок, уставленные разноцветными баночками. В одной такой баночке он заметил мазь такого же цвета, как у мази, которую он слизывал с ног Кэ Цин. Воспоминание ослепило его, во рту он тут же почувствовал сладкий травянистый запах лекарства с примесью соленого пота, накопившегося между пальцев извращенки. — О, ты уже очнулся. — Произнес томный голос над его ухом. Рей повернул голову и тут же вспомнил своего брата. Стоящий перед ним человек был настоящим падисаром, во всем зеленом, с голым пузом, с шелковистыми волосами, заплетенными в косичку. Он наклонился над больным и прикоснулся к нему своими худыми пальцами. Рядом стояла Эля, глядя на него своими немигающими фиолетовыми глазами. — И кто тебя так потрепал? — Эта больная… Кэ Цин, — прохрипел Рей. — Ах, Кэ Цин, — человек в зеленом потер руки. — Ничего, забудь о ней. Сейчас я буду нажимать на твое тело, а ты скажи, где болит… Он начал тыкать в Рея пальцами, и каждый раз тот взвизгивал от боли. — Диагноз неутешительный. — Наконец, заключил зеленый человек. — Эля, сходи вниз и принеси ее. Девочка кивнула и побежала куда-то. — Диагноз? — Да. У вас выпадение прямой кишки, множественные гематомы по всему телу, сломан нос и ноги, а так же наблюдается опухоль головного мозга. — Это после enstars confessions, — вздохнул Рей и поморщился, вытягиваясь на лежанке. — Что это? — Бай Чжу, я принесла. — Сказала Эля. Она подошла. Между грудей она сжимала миску с травой. — Спасибо, милая, — ответил Бай Чжу, забирая у нее миску. Потом он достал откуда-то Глаз Бога, такой же, как у Кэ Цин, только огненный, свернул траву в трубочку и поджег. — Возьми, это лучшее лекарство… — Что это? — Стеклянные колокольчики, мною лично выращенные, — Бай Чжу тряхнул рукой с зажатым косяком. Сладкий дым поднимался к размозженному носу Рея, щекотал его, пощипывал раны. –Но ты не можешь просто затянуться, тебе необходимо сделать это сквозь пальцы Эльмиры. — Он слегка смутился, посмотрел Эле в глаза, та бесстыдно улыбалась, потея и сжимаясь, но делать ему было нечего. Девочка легла на кровать, Рей взял трубочку и просунул косяк между большим пальцем Эли, затянулся, чувствуя, как боль отступает. Но находясь на столь близком расстоянии с пятками девушки, он почувствовал то, чего стыдился всю свою жизнь. У него встал. На пятки девочки, что шевелила пальчиками и посмеивалась каждый раз, когда он случайно дотрагивался губами до ее подушечек. — Прекрасно, — Бай Чжу отряхнул руки и отошел. — Эля, беги, сходи к Кэ Цин… — К Кэ Цин? — слабо переспросил Рей. У него начинала кружиться голова, но он только затянулся сильнее. — Да, к ней. — Кивнул Бай Чжу. Эльмира убежала. Рей провалился в забытье. *** Он открыл глаза в месте уже родном, пропахшем кровью, потом и Кэ Цин. Девушка стояла перед ним, гладя его по голове. — Пытался сбежать? — прошептала она. — П-прости, — выдохнул он, мысленно проклиная все и вся. У него опять это не вышло. Казалось, что он останется в этом пыточном бархане на всю жизнь. — Тебе повезло, что тебя никто не видел. — Кэ Цин наклонилась и поцеловала его в губы. Он сразу же вспомнил траву, которую курил у Бай Чжу. — Тебе понравилось, да? — Да, а что это?.. — Стеклянные колокольчики. Рей, — сказала она, усаживая его, — я люблю тебя, Рей. Я потратила огромные деньги на то, чтобы купить это, — она показала ему большой мешок, наполненный чем-то сухим и зеленым. — Бай Чжу растит их, это первоклассная трава во всем Тейвате. Он сделал мне скидку, как давней знакомой, но знай…я иду на такие жертвы ради тебя…и ты… — Дай еще. — Рей потянулся к мешку, но Кэ Цин отвела его руку в сторону и положила палец ему в рот. — Обещаешь, что… — Что угодно обещаю! — чуть не заплакал он. В горле першило, в голове стоял туман, и боль потихоньку начинала возвращаться. — Обещаю, госпожа Кэ Цин, я всегда буду любить вас, я буду вашим рабом, я… Кэ Цин зачерпнула траву, подняла правую ногу и сняла туфлю. Рей облизнулся, увидев мокрые пятна на ее пятках — день был жаркий, неудивительно, что она вспотела в таких-то колготках. Кэ Цин осторожно сняла трусики и посыпала травой промежность, чтобы не просыпать ничего и сунула ее под нос Рею. — Вот. — Но ее же, — он едва не задохнулся, — надо курить… — Бай Чжу мастер, и у его травы есть много вариантов употребления. Так даже лучше будет, по крайней мере, для тебя, — Кэ Цин зажала ему нос. Внутри все защипало, слезы брызнули из глаз. Голова закружилась. Рей подался вперед, и увидел, как голова Кэ Цин видоизменяется. Он прошелся носом по клитору Кэ Цин, сходя с ума от травы, режущей недавно травмированную слизистую его носа и от примеси запаха потной, небритой, зловещей и глубокой долины Кэ Цин. Он так и не понял, что возбуждало его больше. Он подумал, что с таким же удовольствием занюхнул бы и обычную вагину своей госпожи, без наркотиков. Но так даже лучше. Перед ним был Каору. Он не понял, почему не Кейто — раньше в его фантазиях, призванных, чтобы заглушить неприязнь от Кэ Цин, главным героем всегда выступал Кейто; но ему однозначно понравилось это новое ощущение. Он потянулся к Каору и поцеловал его. Эту ночь он потом не помнил, но когда проснулся, то с большим трудом мог сидеть, а юбка сзади пропиталась кровью. Когда он воображал себе Каору, засовывал в нос горстку травы, которую заботливо оставила ему Кэ Цин на небольшом блюдечке, то боль эта становилась сладкой и приятной, и он совсем не жалел ни о чем. Единственное, что отзывалось в нем с большим сожалением — так это то, что траву больше не приходилось снюхивать с душистой ароматной пизды Кэ Цин. Он вспомнил, что один его знакомый, Тори Химемия, тоже баловался травкой и подумал, что было бы неплохо попросить у него еще немного…когда увидел, что обладатель фиолетовых волос, зашедший в комнату, вовсе не Тори. — Как спалось? — Отлично, — промычал он. И он не соврал. Он больше не мечтал о побеге. Его больше прельщала другая возможность, и подготовку к осуществлению он придумывал прямо в тот момент, когда Кэ Цин несла его на ручках в ванную мыться. Пока горячая вода лилась ему за шиворот (она не посчитала нужным снять с него одежду), он думал, что, наверное, сможет вылезти через разбитое окно в спальне. Кэ Цин, кажется, если и перетащит его в ближайшее время, то точно не сейчас. Глядя, как мутно-красная вода утекает вниз, Рей подумал о том, что не знает, где находится домик Бай Чжу. И еще подумал, что если он придет туда просто так, то его опять отправят сюда. Кем бы ни был голопузый наркоман, он, похоже, заодно с Кэ Цин. — Ты как? Не холодно тебе? — она вытирала ему ноги полотенцем. Они сидели вместе в спальне. — Нет, — он покачал головой. И задал вопрос: — А что насчет окна? — Ты хочешь сбежать? Все еще? — спросила она, наклоняя голову к плечу. — Но ведь тут так хорошо…и ножки больше не болят… — Сбегать бессмысленно. — Рей прильнул к ней, обнимая Кэ Цин за руку и мешая двигать ею. — Я это понял. Но что, если кто-то сюда залезет, увидит, как та эмо девочка… — Так ты не хочешь убегать? — немного спокойнее спросила она. — Да, я не хочу…было бы глупо…тем более, здесь есть ты. — И он улыбнулся. Кэ Цин поверила ему и поцеловала. — Отлично. Если ты переживаешь, то сюда никто не доберется, кроме Эльмиры. Она просто феминистка, причем очень сильная. Работает с Бай Чжу и поставляет мне разного вида наркотики и кубики льда с травой. Так что все в порядке. Отдыхай. Хочешь чего-нибудь вкусного? — А…да.Я бы хотел попробовать тот самый лед — Если она уйдет, у него появится шанс. — Хорошо, тогда я спущусь вниз, на улицу… — она улыбнулась. — Приятных снов, Рей. И она вышла. Он слышал, как она собиралась за стеной, ходила, потом открылась дверь. Но он решил, что не поведется. Подождет еще немного. Он же не глупый. Дверь в его комнату открылась спустя пять минут. Кэ Цин заглянула в нее с напряженным бледным лицом, но, увидев Рея, спокойно лежащего на грязном полу с горстью колокольчиков в руке, она кивнула и скрылась из виду. На этот раз, наверное, окончательно. «Совсем она тупая, что-ли», — подумал Рей, подползая к окну. Осколки больно царапали пальцы, и когда он попытался подтянуться, то старые раны на животе заныли, открывшись. Прижав к лицу щепотку обжегших ноздри колокольчиков, Рей сделал еще один рывок и перевалился через оконную раму, цепляясь за нее одной рукой. Внизу чернела земля, справа в зелени виднелась мощеная улица. Он сразу увидел Кэ Цин, идущую в противоположную от дома сторону, понял, что это его шанс, и разжал пальцы на ногах. Падение было не самым приятным, но он смог подняться, опираясь руками на деревья и поползти на коленках, то и дело припадая к земле. Пару раз он приподнимался, делал широкий шаг на стоящих ногах, и тут же растягивался на земле, осторожно озираясь по сторонам. За ним тянулся длинный след из крови и вывороченной земли. Может, у него обострился нюх или зрение от травы или от чего-то еще, но он сразу почувствовал запах колокольчиков, смешанный с запахом гниющего трупа. Опять Эльмира — сисястая тупая МНОГОЕЛТКА (ЭЛЯ Я ТЕБЯ ОТПИЗДЯЧУ), немоющаяся около года, оправдывая это своими фем. намерениями. Он все понял и пополз еще быстрее, вытянув голову и смешно дергая покрасневшим распухшим носом. Рею хватило мозгов догадаться подползти к хижине с другой стороны, он не хотел попадаться на глаза людям. Ему казалось, что все они заодно с Кэ Цин, что все они помешают ему добраться до его цели. Оставалось понять, как попасть внутрь. И он увидел люк. Кольцо легко поддалось, люк открылся и на Рея снизу дохнуло свежим, ярким запахом, тут же вскружившим ему голову, он был таким родным и знакомым, что Рей без промедления нырнул вниз, прикрывая люк за собой. Он упал на пол, огляделся по сторонам и застыл. Зрачки его расширились, когда он увидел длинные ряды камней под фиолетовыми лампами, на которых зеленели маленькие, аккуратные розоватые цветочки. Где-то они только-только появились, где-то уже развернули свои листья аж до самого пола. У другой стены лежали сваленные в кучу мешки, набитые доверху, часть из них была открыта, и оттуда на пол высыпались сухие зеленоватые крупицы. Рей подполз к ним (горсть, которую он взял из запасов Кэ Цин, уже закончилась, и ему требовалась добавка), но тут послышался грохот. От испуга Рей бросился назад, загребая ногами, но не успел, потому что в теплицу вошла Эльмира. — Кэ Цин? — спросила она. Рей замолчал, боясь даже вздохнуть. Но она видела его. — Да, это я, — пропищал он. — Пришла взять еще, для Рея. — Хорошо, — пробормотала феминистка. — Пойду скажу Бай Чжу… — Не говори, — сорвавшись на шепот, пробормотал Рей. — Хорошо. — Послушно кивнула девочка. И ушла. Оставив Рея не в полном одиночестве, но в веселой компании веселых друзей-колокольчиков. Он сразу же бросился к самой дальней полке, чтобы избежать обнаружения в случае-чего и сунул голову в душистую поросль. Это вскружило его окончательно воспаленный, прожаренный наркотиками и извращениями, мозг, так что он без всякой задней мысли потащил колокольчики в рот. Они обожгли щеки изнутри и гортань, Рей почувствовал железный привкус на языке — кажется, он взял слишком большую дозу, однако тут же совершенно забыл об этом — колокольчики заглушали боль от разодранного горла. Сплевывая кровь, набирающуюся в рот каждые несколько минут, Рей срывал колокольчики, жрал их, запихивал в нос и уши. Перед ним расплывались стены, люк, в который уползла Эля стал похож на морду одного из его фанатов. Рей вспомнил, как танцевал на сцене, а это чудовище стояло в первом ряду — прыщавое, с желтой жирной кожей и лайтстиком в руке, который он опускал вниз и, наверное, дрочил. Рей тогда это проигнорировал — в основном потому, что ему приятно было осознание, что на него дрочат. Сам он мастурбировал только глядя на фото своего брата в женских костюмах, от чего ему совсем не было стыдно, потому что никто об этом не знал. И вот этот фанат сейчас стоял рядом с ним, точнее, нависал, и в носу у него было огромное кольцо от люка. — Му-у, му-у, Рейчик, — мычал фанат. Рей притянул его к себе и поцеловал взасос. — Ооо, кис ми он май хот мауф… — простонал кто-то из-под полки. Рей от испуга упал вниз, роняя кровавые сопли. -Ты кто? — Рей приподнялся на локтях и посмотрел перед собой. — СКЗ флоп! Вонхо продвинул отец! Вонен королева! Ай перпл ю! ТЕХЕН СКАЗАЛ Н***А! — хохотало существо, сидящее перед ним. — Ты кто? — повторил Рей, занюхивая еще порцию. — Я — ТАТАР! — существо улыбнулось во весь рот. — А ЕЩЕ У МЕНЯ НЕТМАМЫ РЕЙ А УТЕБЯ ЕСТЬ МАМЫ? ЭЛЯ…СМОЙ ГОВНО? — неожиданно пропела она, пооврачивая голову в сторону и прикладывая руку ко рту типа рупора. — Что? — Рей едва не протрезвел. — Дай сюда. — Существо выхватило у него из рук колокольчики и запихнуло в рот. — Боже, как же хорошо, меня так не штырило даже от песен АСТМЫ! — ЭТО НЕ ПРОСТО ГНЕВ ТО ЧТО ЖИВЕТ ВО МНЕ! — существо встало на четвереньки и запрыгало, поднимая голову. Рей испугался, что она перевернет грядки и вцепился в них руками. — Я удалю…твои сообщения…не держи меня, ПИДАР! — провыло существо, бросаясь на Рея. — Что-о? ТЫ КТО? — возопила она, держа Рея за чокер — часть одежды Кэ Цин. — Я — Кэ Цин! — он попытался отбиться. Но зря он сказал про Кэ Цин. — Что-о? — существо бросилось на Рея и принялось расстегивать ему платье. — О…МОЯ ЛЮБИМАЯ КЭЦИН…А ГДЕ РАЙДЫН? ХАЧУ РАЙДЫН БУБА СВОРД! ООХ ОХХХ СЯООО ВОЗЬМИ МЕНЯ ОООХ КЦИН МОЯ ЛЮБИМАЯ ФЕМИНИСТОКА ОХ ОХ ОХ… У Рея темнело в глазах. Колокольчики ударили ему в голову, когда существо набрало целый рот наркотика и поцеловало Рея в его хот мауф. Но он даже и не думал сопротивляться, ему это даже нравилось. Существо же, видимо, протрезвело, потому что злобно захохотало, не слезая с него и даже не отнимая своих губ от его рта: — Ух, ух, ух! Свинья-я! Идем со мной! — и из-за того, что оно говорило это все в его рот, Рей думал, что слышит это мозгом. — Со мной установил контакт АРХОНТ! — закричал он, не разжимая поцелуя. Так у них получалось общаться ментально, заодно передавая друг другу кашицу из колокольчиков вперемешку со слюной. И кровью! Рей забыл, что обжег себе все внутренности и вынужден был сблевывать кровь, так что был приятно удивлен, когда горячий поток хлынул из его рта в рот существа. — Фу-у-у, это что? — закричало оно, отскакивая в сторону. — Что ты сделала, моя любима ФЕМИНИСТОКА? — Что я сделал? — Рей удивленно округлил глаза. Пере дним стоял Каору.- ОООХ, ОООХ, КАОРУ, ЛЮБИМЫЙ… — он бросился на существо и начал его целовать. Оно, по видимому, смирилось, потому что даже не отшатнулось, когда новый поток крови из измученного желудка Сакумы хлестко ударил по посиневшему от колокольчиков языку существа. — Кто ты? — после минутного обмена слюной и внутренностями Сакумы, произнес певец. — Мое имя — СардЭлита Нарутова, — со вздохом отвечало существо, поднимаясь. — Ну, побаловались и хватит. На шее Рея снова защелкнулись холодные оковы. Стальной ошейник. И конец цепочки от него — в руках СардЭли…