Изгнанные из стаи

- Помоги, Лекс! Рейнторн придавил своим телом гигантскую пиявку. Мерзкая тварь взревела и забилось, пытаясь сбросить с себя дракона. Это оказалось не так-то просто, Рейн был крепко сложен и обладал немаленькой массой, как и большинство водных драконов. Но долго он не продержится, слишком уж велика разница в размерах. - Держись, Рейн! Нивалекс не мог похвастаться такими же объемными мышцами, как его друг, за то он был куда ловчее, да и кусался гораздо больнее. Но главное его преимущество заключалось в природе Лекса. Огненные драконы, как ни странно, могли дышать огнём. И сейчас то самое время, когда это страшное оружие стоило бы применить. Нивалекс в один прыжок оказался подле отвратительной скользкой твари и просунул передние лапы прямо ей в пасть, не позволяя той сомкнуться. Пиявка заревела и попыталась укусить, но толстые костяные пластины на лапах спасли дракона от травм. Нивалекс с шумом втянул воздух, в его груди заклекотало, из ноздрей повалил дым. Несколько секунд подготовки, и дракон изверг поток пламени в глотку чудовища, испепеляя его изнутри. Пиявка в последний раз заверещала, после чего затихла навсегда. Нивалекс устало осел на землю. Судя по грохоту, Рейн упал где-то рядом. — Ты как, в порядке? — тяжело дыша, спросил Лекс у своего друга. — Пойдет, — хриплым голосом ответил Рейн, — на мне все быстро заживает. Отдыхая после жаркой битвы, Нивалекс начал анализировать случившееся и искать способ избежать подобного в дальнейшем. Охота на речного краба пошла совсем не по плану. Точнее, краба-то они забороли, но на запах крови из воды выскочила эта тварь и напала на них. Стоило бы бросить добычу и сбежать, но молодые драконы растерялись, и пиявка успела цапнуть Рейна за крыло, лишив его возможности улететь. Пришлось принимать бой. И самое обидное - даже съесть поверженного врага не выйдет. Нивалекс успел куснуть пиявку за бок. Вкус отвратителен. Огненный дракон, кряхтя, поднялся на все четыре лапы. Не время отдыхать. Кто знает, может, эта пиявка была не единственной. Прихрамывая на заднюю лапу - тварь сумела присосаться и теперь бедро онемело и держалось от судорог - Нивалекс вернулся к павшему в неравном бою крабу. Превозмогая желание сожрать добычу на месте, он вцепился в него зубами и потащил. Было тяжело. Раньше они таскали крабов вдвоем, и это все еще была непростая задача, а тут приходилось справляться в четыре лапы вместо восьми. Но Рейну досталось в этой битве, и он вряд ли сможет встать сам, не говоря уж о помощи в переноске. Так что Лекс сомкнул зубы покрепче и тащил. — Вот, — Нивалекс, наконец, донес краба до раненого товарища, — ешь. Рейнторн заворочался, пытаясь подняться. Нивалекс ошибся в оценке его состояния, друг пострадал куда сильнее, чем ему казалось. Судя по округлым следам на чешуе, пиявка успела в него вцепиться шесть или семь раз. Да еще и крыло явно сломано... Так что Лекс правильно поступил. Рейну понадобится много сил для регенерации, а откуда их взять, если не из сочного, питательного краба? У водных драконов хорошо развиты способности к самоисцелению, но на чудеса они не способны. — Не хочу, — проворчал Рейн. — А я говорю - ешь! Ешь, или я буду кормить тебя как мамка, изо рта в рот! — Нивалекс позволил себе немного рассердиться. Еще бы! Не хватало, чтобы его друг окочурился из-за своей вредности! Рейнторн вздохнул и потянулся к крабу. Лекс специально положил его той стороной, где панцирь был оторван, так что водному оставалось только отрывать куски мяса от туши и глотать. Нивалексу недовольство друга было вполне понятно. В их чешуйчатой среде такое не принято. Уместно принести мясо в подарок, когда ухаживаешь за самкой, но уж точно не другому самца. Но Рейн серьезно ранен и сам добыть пропитание не может, так что придется ему стерпеть это унижение. Наблюдая за тем, как его друг нехотя поглощает краба, Нивалекс задумался о событиях прошлой недели. Тогда все закончилось его отключкой, а когда он очнулся, Рейн не обмолвился ни словом о том, что произошло между ними. Хотя нет, пару слов он все же произнес... "— Лекс, что ты сказал мне перед тем, как заснуть? Я не расслышал. — Ничего, Рейн, тебе показалось. — Ладно..." И все. Больше они ни разу не обсудили события того дня. Вели себя так, будто ничего и не было. И Лекс был в растерянности. Сезон размножения уже не цеплялся за их разум своими цепкими лапками, не принуждал к спариванию с первым попавшимся партнером. Но удивительное дело - желание никуда не пропало! Рейн все так же привлекал Нивалекса в качестве потенциального партнера. Но что по этому поводу думал сам Рейнторн? Хотел ли он "продолжения банкета", или считал все произошедшое ошибкой, глупостью, совершенной под воздействием гормонов? Нивалекс не знал, а Рейнторн держал свое мнение при себе. — Думаю, я уже могу идти, — голос Рейна вывел Лекса из задумчивости. — Уверен? Тварь подрала твою лапу, — с сомнением в голове ответил огненный. — Так и тебе тоже, — раздраженно фыркнул Рейн, — но ты же как-то дотащил краба. Похоже, этот акт милосердия друг будет припоминать ему до самой смерти. Но лучше пусть так, чем самолично наблюдать за его смертью в ближайшем будущем. — Можешь идти, говоришь? Тогда хватай краба и потащили. Здесь небезопасно. Нивалекс вцепился крабу в загривок и потянул. Рейнторн, охая и подгибая лапу, схватился с другой стороны, и вместе они подняли его над землей. Обычно они объедали добычу на месте, насколько хватало их желудков, а потом тащили остатки в их убежище по воздуху. Но в ближайшее время Рейн точно не взлетит, а один Лекс столько не утащит, несмотря даже на то, что друг хорошо так подъел один из крабьих боков. Придется нести по земле. К чести Рейнторна, он хоть и злобно шипел всю дорогу, но ни разу не пожаловался и не потребовал привала. Водный дракон в очередной раз поражал Нивалекса своей необычайной стойкостью. Пожалуй, сам Лекс уже бы сдалася и прилег передохнуть, а Рейн упрямо пёр вперед, даже не уступая своему огненному товарищу в стойкости. Были бы у него столь же мощные челюсти и способность извергать огонь, как у Нивалекса, и Рейн стал бы самым опасным представителем драконьего племени. Вероятно, именно поэтому природа разделила таланты поровну между всеми видами драконов, ни давая никому вырваться вперед. Они вернулись в убежище ближе к закату. Бросив краба посреди каменистого пляжа, друзья разошлись каждый по своим делам. Рейнторн, конечно же, сразу ушел купаться. Вроде как, родная стихия придает ему дополнительных сил, и регенерация идет быстрее. С точки зрения Нивалекса, его товарищ просто испытывал какую-то нездоровую любовь к плаванию, но раз уж ему хочется, то кто он такой, чтобы с ним спорить? Тем более, у него тоже было чем занять себя в этот вечер. Порывшись в корнях росшего неподалеку дерева, Нивалекс достал заранее припасенный валун. Этот камень был особенным, с любым другим его задумку не осуществить. Очень твердая порода со множеством мелких вкраплений, как раз то, что нужно. Лекс потратил несколько дней, чтобы отыскать такой. Дракон улегся посреди пляжа, положив камень перед собой, и начал проводить по нему когтями левой передней лапы. По озеру разлетелся омерзительный скрип, а из-под когтей целыми снопами вылетали искры. Где-то в глубине джунглей возмущенно заклекотала ночная птица, разбуженная раньше времени. Но Лексу было плевать на чужой распорядок дня. На то он и дракон, чтобы его не беспокоило мнение какой-то лесной курицы. — Опять ты за своё? В детстве с камнями не наигрался? — раздался возмущенный голос Рейна со стороны озера. — Не наигрался! Отстань! — огрызнулся Нивалекс. Водный дракон выполз на берег и отряхнулся. — Ну так иди скребись в лес! Я спать собираюсь. Нивалекс недовольно рыкнул, но скрипеть перестал. В любом случае, своей цели он уже добился. Осталось спрятать камень и дождаться, пока Рейн уснёт. Водный дракон и в обычный день был не дурак поспать, а после тяжелого дня наверняка отключится в считанные минуты. Лекс не находил себе места от предвкушения, но страх быть замеченным оказался сильнее. Только услышав сладкое сопение Рейнторна и убедившись, что тот точно спит и ничего не слышит, Нивалекс поднялся с места и залез в свою нычку. Там дожидались своего часа шкурка, снятая огненным с какого-то здоровенного лесного кроля, и пригоршня медовых плодов. Схватив свои сокровища, Лекс поспешил скрыться в лесу, постоянно оборачиваясь. До нужного холмика идти было всего минуту. С его вершины прекрасно просматривалась любимая лежанка Рейна, а вот в обратную сторону видимость ухудшали заросли папоротника, так что в процессе всего действа Лекс сможет спокойно любоваться телом товарища в лучах закатного солнца, а вот тот, в свою очередь, его разглядеть не сможет. Кроме того, на той же вершине росло дерево, достаточно крепкое, чтобы выдержать вес молодого дракона и не выдать его своим скрипом. Нивалекс перевернулся пузом кверху и оперся спиной о ствол дерева. Физиология дракона не очень способствовала долгому лежанию на спине, мешали крылья, но если найти опору, то можно находиться в такой позе хоть целую ночь. Устроившись поудобнее, Лекс отложил фрукты в сторону, оставив лишь один плод. Он выдавил сок медового плода на ту сторону шкурки, где не было шерсти, и положил ее мокрой стороной на свою паховую складку, уже слегка красную от прилившей крови. Чуть надавив лапой, Нивалекс начал водить смазанной шкуркой вдоль складки. По телу пробежали приятные мурашки, дракон высунул язык из пасти и слегка постанывал. Не прошло и пары минут, как складка раскрылась, и его эрегированный пенис слегка оттопырил шкурку. Лекс не стал ему мешать, ведь именно этого он и добивался. Он мял показавшуяся головку лапой, используя шкурку кролика, чтобы избежать травм. Костяные пластины на драконьей конечности были слишком жесткими и колючими, чтобы Нивалекс мог удовлетворить сам себя и не стереть при этом прибор в кровавую кашу. Зато мягкая, смазанная соком медовых плодов шкура отлично подходила для этих целей. Тяжело дыша, дракон массировал свой член, который все охотнее покидал естественный карман внутри тела. Наконец, половой орган целиком выбрался из паховой складки. Он стоял колом, указывая головкой в небеса, и подрагивал от нетерпения. Но Нивалекс не спешил. Не для того он столько дней готовился, чтобы все закончилось за пару минут. Правой лапой он поглаживал пенис у самого основания, а левой потянулся за новым фруктом. Сжав его, он выдавил густой сок себе на ладонь. Дракон слегка замешкался перед следующим шагом, но быстро взял себя в лапы. Стоило ли тратить столько времени на то, чтобы сточить когти до гладкого состояния об абразив, если он сейчас отступит? Прикусив язык, Нивалекс дотянулся лапой до основания хвоста и нащупал маленькое мышечное кольцо. Дракон вздрогнул от собственного прикосновения. Сок медового плода был прохладным, что только добавляло дискомфорта. Нивалекс погладил анус кончиком когтя, привыкая к новым ощущениям и размазывая смазку. Все пока шло точно по плану, толстый коготь был гладок, как пузико младенца, и ничего не царапал. Спустя пару минут массаж сделал свое дело, Нивалекс почувствовал себя расслабленно. Прикосновения к анусу перестали его пугать и даже начали приносить небольшое удовольствие. В душе юного дракона взыграло любопытство... Приставив палец к заднему проходу, Лекс попытался протолкнуть его внутрь. Это оказалось не так-то просто. Было не больно, но как-то неприятно. Но с каждым где-то внизу живота все разгорался маленький огонек, побуждая его продолжать. Кое-как просунув палец на пол-когтя, Нивалекс замер, не решаясь продолжить. "А если немного подвигать им в разные стороны... Может, это поможет привыкнуть?" Повинуясь внезапной идее, Лекс начал шевелить пальцем, массируя сфинктер изнутри. Идея оказалась весьма недурна. От такого массажа мышцы и правда слегка расслаблялись, облегчая введение, да и с моральной точки зрения продолжать стало проще. Ну и, в конце концов, это было если не приятно, то достаточно забавно. Наигравшись пальцем у входа, Нивалекс попробовал протолкнуть его глубже, в поисках того самого твердого и ребристого органа, от давления на который Рейну было так хорошо. Теперь, когда Лекс окончательно расслабился, неприятные ощущения постепенно сошли на нет, сменившись чарующим чувством заполненности. Но не все было так радужно: сфинктер был все еще непривычен к подобным манипуляциям, и при попытке вставить в него постепенно утолщающийся коготь до конца, попа начинала побаливать. Нивалекс вспомнил события недельной давности и ужаснулся про себя. И как только Рейнторн позволил засунуть в себя член, если Лексу даже от сравнительно тонкого когтя уже больновато? "Впрочем, этого здоровяка ничем не проймешь. Эх, Рейн..." Сексуальное возбуждение творит чудеса. От мыслей о крепком, мощном теле друга, о его тесной заднице, плотно обхватывающей его член, боль постепенно отступила на второй план, и неприступная анальная крепость наконец поддалась. Коготь проскользнул внутрь до самого толстого участка. У Нивалекса перехватило дыхание, по телу пробежала легкая дрожь. "Это оно? Именно это чувствовал Рейнторн тогда?" Лекс прикрыл глаза и начал двигать пальцем в разные стороны в поисках заветного места. Он даже забыл про свой член, ладонь замерла у самого основания, перестав натирать ствол. Спустя несколько попыток Нивалекс все таки скользнул кончиком когтя по простате, и от неожиданности даже вскрикнул. Это было совершенно новое, незнакомое ощущение, но в то же время просто невероятное. От прикосновений к твердой пульсирующей железе тело само выгибалось и подрагивало, от приятных судорог сводило бедра. Лекс не смог устоять перед искушением и снова и снова надавливал на центр анального удовольствия, дергаясь в такт движениям когтя. Из уретры тонкой струйкой вытекал секрет железы, заливая ему живот. — Рейн... Рейн... — стонал дракон, позабыв обо всем. — Ну здесь я, и что дальше? Насмешливый голос друга прозвучал как гром среди ясного дня. Нивалекс дернулся, чуть не поломав свой собственный член. Огненный резко распахнул глаза. Действительно, ему это не показалось. Рейнторн был здесь. Водный дракон лежал неподалеку от него и наблюдал за его действиями. — Рейн, дружище, я... я... это не то... — заикаясь, оправдывался Нивалекс, одновременно пытаясь подняться. Глаза Рейнторна засияли, из земли выскочили десятки лиан и опутали конечности Лекса, прижав его к земле и лишив возможности двигаться. Водный дракон цокнул языком и покачал головой. — Нет уж, теперь ты никуда не уйдешь, — Рейн поднялся с земли и медленно подошел к связанному другу, — тем более, что я подумал и понял, что тоже тебя люблю. Нивалексу пришлось прикладывать невероятные усилия, чтобы его челюсть не улетела на землю. Рейн все прекрасно слышал! Прекрасно все знал! Негодник просто дразнил его всю неделю, вынуждая сделать первый шаг! А когда понял, что Лекс его делать не собирается, проследил за ним и поймал с поличным! — Ты! Ты! — от возмущения Нивалекс никак не мог решить, какого из оскорблений его друг достоин больше всего. — Да я это, я, — не прекращая насмехаться, ответил Рейн, — хитро ты придумал. Шкурка, чтобы не оцарапать пенис, сточенные когти в задницу... Хитро, но это ведь все не то. Позволь я уберу эту гадость и позабочусь о тебе... Рейнторн подхватил кончиками когтей кроличью шкурку и выкинул ее в кусты. Не то чтобы Нивалекс мог возразить, растительные путы крепко держали его за лапы. Можно было, конечно, сжечь их своей собственной магией, но... зачем? Раз уж Рейн сам проявляет инициативу, почему бы не позволить ему сделать Лексу приятно? Конечно, огненный дракон все равно будет дергаться и вырываться из пут, ведь это в его природе, но они оба прекрасно понимают, что это лишь игра, а на самом деле он хочет совсем другого. — Мне кажется, или он стал тверже? Рейн опустил морду и провёл языком вдоль ствола, слизывая смесь фруктового сока, предэякулята и выделений простаты. От его горячего мокрого языка у Нивалекса снова перехватило дыхание. — Хммм... Совсем не так плохо, как я ожидал, — констатировал Рейнторн, прежде чем проглотить член целиком. "О, Великие Предки!" Рейн замер ненадолго. Острая головка щекотала ему горло, потребовалось немного времени, чтобы привыкнуть. Нивалекс откинулся на дерево и прикрыл глаза. Водный дракон начал двигать мордой, то оставляя внутри только головку, то снова насаживаясь до самого основания. Горячий язык скользил по стволу, оставляя мокрые следы. Пасть Рейна была просто невероятна. Ничего общего с его задницей, но ничуть не хуже. А может, даже, и лучше... Пожалуй, за язык, ласкающий его головку, Нивалекс был готов отдать пальму первенства именно оральному сексу... В таких условиях долго продержаться было просто невозможно. Рейн был слишком хорош. Как сам по себе, так и в делах амурных. Почувствовав знакомое напряжение внизу живота, Нивалекс застонал. — Рейн, осторожно... Я сейчас... Водный дракон лишь хмыкнул, не прекращая двигать мордой. Почувствовав ритмичную пульсацию, знаменующию приближение оргазма, Рейн плотно обвил головку члена языком и сжал, одновременно открывая пасть. Тут уже Нивалекс не выдержал и кончил, в считанные секунды до краев заполнив пасть Рейна своим семенем. Рейнторн наконец выпустил пенис Лекса из своей звании, и тот выскользнул из его пасти, как испуганный уж. Рейн поболтал языком в белесой жидкости, после чего зазлопнул пасть и в несколько приёмов проглотил содержимое. От такого представления Нивалекс был готов кончить снова без какой-либо стимуляции, настолько горячо это смотрелось. — Соленое, — Рейн фыркнул и облизал нос, — странный вкус. Но пойдет. Нивалекс вновь прикрыл глаза и попытался успокоить дыхание. — Может, уже развяжешь меня? — попросил он. Рейн ответил не сразу. Он положил морду на бедро Лекса и задумчиво провел кончиком когтя по второму. Нивалекс вскрикнул от боли. Конечно же, кому как не другому дракону знать, где находится слабое место, не защищенное чешуёй и костяными пластинами. Между тем, Рейнторн будто вообще не замечал, что доставляет другу какие-то неудобства. Он слизал выступившую на бедре кровь и взглянул на Лекса. — Мой отец в сезон спаривания покрывал до сотни самок за день, — заявил он, вставая на задние лапы и потирая кожаную складку между ними, — мне интересно, насколько вынослив ты? От стимуляции складка на теле Рейна раскрылась, выпустив наружу пенис. В отличие от бугристого члена Лекса, прибор Рейнторна был короче и толще, а также на нем не было бугорков, зато присутствовала ребристость. Сопоставив слова друга с его действиями, Нивалекс сглотнул комок в горле. Его мучало нехорошее предчувствие... — Ты ведь не думал, что я не потребую своей очереди? — оскалился Рейн, размазывая по головке медовый фрукт. Нивалекс прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, после чего взглянул на Рейнторна и ухмыльнулся. — Насколько вынослив я? Спорим, что ты выдохнешься первый! Рейн фыркнул и опустился на колени перед Лексом. — Спорим, — кивнул он, раздвигая ноги огненного в стороны и приставляя головку к его анусу...