It’s me and the PS5

***

      Физически ощущаемая, напряжённая атмосфера витала в гостиной комнате общежития. Прошла ровно неделя со дня последней игры. Сегодня объявят команды, которые попадут в плей-офф по результатам собранных очков за весь турнир. Ёнджун уверен, что они пройдут, но гадкое, липкое чувство неизвестности никак не хочет покидать мысли.       Проигрыш сильно сказался на всех в команде, хоть никто с тех самых пор и не затрагивал эту тему, не считая крупной взбучки от менеджера и тренера. И красноречивых взглядов Тэхёна, который с ним не разговаривает уже неделю… Ёнджун понимает. Заслужил. Когда диктор объявляет о том, что «Еternity» проходят в плей-офф, Ёнджун выдыхает. Пускай и в числе аутсайдеров, но они прошли дальше. Подняться вновь на вершину не составит труда. Вот только есть одно «но»… И это «но» сейчас сидит на кресле рядом с перевязанной кистью, и зовут это «но» Ли Хисын.       Стук лакированных туфель менеджера, что нервно расхаживал туда-сюда, отдавался эхом от пустых стен. «Давно пора обустроить это помещение».       Ёнджун, сидевший на диване, не сводил глаз с телевизора. Субин с Каем стояли у окна, направляя пристальный взгляд куда-то в пустоту. Тэхён ерзал рядом, то и дело запуская пальцы в волосы и оттягивая их. Он всегда так делает, когда злится. Ёнджуну страшно.       — Позор. Просто позор, — раздаётся в тишине голос менеджера, и все поднимают на него взгляд. — Вы не только испортили свой рейтинг, но и подпортили репутацию компании! Оказаться в числе аутсайдеров… Да такого за всё существование команды не было! — он поправляет свои очки на переносице и, тяжело дыша, явно сдерживая рвущуюся наружу ярость, продолжает: — Что вы устроили?! А, нет, не то чтобы вы все. Что ты устроил, Ёнджун?! Ты понимаешь, в каком мы теперь шатком положении?! Спонсоры негодуют! У меня всю неделю телефон от звонков разрывается!       Ёнджун, пытаясь спрятать глаза, виновато взглянул на место рядом с разъярённым мужчиной, что, размахивая руками, обвинял его в том, что он и сам знал.       — Мне жаль… Я не подумал о последствиях… Это всецело моя вина, — тихо произносит Ёнджун, стараясь с менеджером даже взглядом не пересекаться.       — Ох… Так тебе жаль… Ты хотя бы понимаешь свою вину… Вот только команду это в топе не поднимет! Если вы за два дня не вернёте место хотя бы на сервере… Всех выгоню… Черт. Ещё и этот мелкий засранец… — он кинул грозный взгляд на Хисына, и тот в кресло вжимается с явным желанием слиться с ним, раствориться.       После нескольких секунд молчания дверь за менеджером громко захлопнулась, и Ёнджун инстинктивно дёрнулся от громкого звука. «Что ж, могло быть и хуже». Ёнджун с тяжёлым вздохом откинулся на спинку дивана и накрыл рукой глаза, тут же погружаясь во мрак. «Нужно подумать, что делать дальше. Поднять место в сервере? Да раз плюнуть!».       — Как кисть? — доносится до Ёнджуна тихий шепот Субина, и он открывает глаза.       Хисын вытягивает перевязанную руку перед собой и чуть перекручивает, тут же морщась от резкой боли. Тень беспокойства появляется на лицах всех парней в комнате.       — Простите… Кажется, я ещё не готов… — поникшим голосом произносит Хисын, опуская руку на колени. — Мне стоило лучше заботиться о себе…       — Здесь нет твоей вины, — неожиданно для всех резко произносит Тэхён. — Если бы у нашего капитана были мозги, тебе бы не пришлось так усердно спасать ситуацию и травмировать кисть, — осуждающий, холодный взгляд Тэхёна мог прожечь насквозь; если бы взгляд был физически ощущаем, то человек прибился бы к стене, сливаясь с ней. Ёнджун сжимает губы в тонкую полоску.       — Я не хотел такого результата, Тэ, ты это знаешь. Я признаю свою вину, и травма Хисына — тоже моя вина…       — Это не так, кэп… — попытался встрять Хисын, но тут же был перебит Тэхёном.       — И что с того, что ты признаёшь свою вину? Изменит ли это что-то? — ноздри Тэхёна раздулись, когда он уставился на Ёнджуна.       Ёнджун резко встал, сжав кулаки и расправил плечи: — Я не понимаю, что ты хочешь услышать! Да, я виноват! Что тебе ещё нужно?!       — Хватит! — словно гром, разносится голос всегда тихого Субина. — Спорами мы ничего не решим. Давайте не будем нагнетать.       Ёнджун сжал кулаки до побеления костяшек, наверняка, разжав пальцы, он увидит красные царапины от ногтей. Его первой мыслью было швырнуть чем-нибудь тяжёлым в Тэхёна, чтобы наконец-то стереть этот самодовольный взгляд, словно он всегда всё знает.       — Выскочка, — вместо этого произносит Ёнджун, направляясь в сторону двери.       — Эгоист, — кидают ему в спину, перед тем как захлопнулись двери.       С того разговора прошло три дня, с Тэхёном они практически не пересекались. Он уходил рано, а возвращался лишь тогда, когда Чхве ложился спать. На тренировках они обоюдно игнорировали существование друг друга. Ёнджуна это злило. «Почему он так поступает?». И сейчас, стоя на против зеркала, он бросает короткий взгляд на идеально заправленную кровать Тэхёна и вздыхает тяжело. «Ладно, побесится и успокоится, сейчас нужно думать о команде. И о собрании, которое срочным образом организовал сам директор». Ёнджун совершенно без понятия, что можно ожидать.       Зал для совещаний представлял из себя небольшую офисную комнату с большим овальным столом со стульями и интерактивной доской. Ёнджун всем телом и душой ненавидел это место. Чем ближе они подходили к двери, тем тяжелее становилось дышать, будто бы, когда подходишь к проходу, что-то тяжёлое давило на душу с каждым шагом.       Стеклянная дверь поддалась одним толчком, и в глаза тут же ударил яркий свет ламп. Все уже были на месте и, кажется, ждали лишь его. Макушку стола как обычно занял директор Ан. По правую сторону тренер, а по левую — менеджер Пак. Ребята расселись кто куда. Ёнджун кинул короткий взгляд на Тэхёна, но тот даже не взглянул на него.       — Ёнджун, присаживайся, — произнёс директор, указывая на пустующий стул.       Ёнджун со вздохом опустился на стул рядом с Хисыном. Второй выглядит не менее напряжённым, чем сам Ёнджун.       — Раз все на месте, предлагаю начать, — произносит менеджер, поднимаясь с места и подходя к доске, на которой высветился рейтинг за последнюю неделю. — Как вы видите, команда находится в шатком положении. А травма Хисына даёт о себе знать. К сожалению, он не сможет принять участие в плей-офф…       Внутри Ёнджуна всё сжимается, он поворачивается на поникшего Хисына, чувствуя себя просто ужасно.       — Мы возьмём игрока из запасного состава? Думаю, Ян справился бы… Его техника схожа с техникой Хисына, да и тренировались они вместе долго… — произносит Кай, скрестив руки на груди и задумчиво изучая пустую бутылку из-под воды перед собой.       — Он не готов к такому уровню соревнований. Никто из них не готов, — подаёт голос тренер.       — Тогда что вы предлагаете? — наконец-то произносит Ёнджун.       — Мы нашли подходящего игрока. У него есть опыт и неплохие достижения. Но есть одно «но»… — начал было тренер, взглянув на Ёнджуна.       — Но?.. — брови Ёнджуна поднялись вверх.       — Он займёт позицию мида и заменит тебя в качестве капитана, — произносит директор, и помещение погружается в мёртвую тишину на несколько долгих минут. «Это шутка? Они ведь так шутят, верно?». Ёнджун нервно сглотнул.       — Что вы сказали?.. — убитым голосом уточнил он.       — Это решение, принятое советом директоров. Твои действия как капитана в последнее время разочаровывали и в итоге поставили компанию в невыгодное положение…       Ёнджун пустым взглядом пялился в светлую поверхность стола, пытаясь переварить только что полученную информацию. Его заменяют на нового игрока. Забирают место капитана. Место, которое он упорным трудом заработал… Да он последние несколько лет всего себя отдаёт команде!       — Но Ёнджун капитан с основания команды! — донёсся до Чхве голос Хисына. — Вы не можете просто убрать его!       — Разве такое возможно прямо по среди сезона?! — возмущается Кай.       Ёнджун же поднимает бесцветный взгляд на Тэхёна, пытаясь найти на его лице хоть каплю поддержки, но тот лишь крутил ручкой, смотря куда-то в сторону, будто и не находился здесь.       — Ёнджун — прекрасный игрок и стратег, но мы не можем вновь рисковать и ждать, что он снова поддастся эмоциям и подведёт команду, и это единственное условие, с которым спонсоры согласны дальше с нами работать.       — Но так нельзя! — рявкнул Хисын.       Ёнджун наконец собрался с силами и поднял на директора тёмные глаза, блестящие от обиды и разочарования. От чувства вины у него сжалось горло.       — И кого же вы выбрали?..       Менеджер кинул короткий взгляд на часы: — Он должен подойти с минуты на мину-       Договорить ему не дали открывающаяся дверь и человек, показавшийся за ней.       — А вот и он, — радостно произнёс менеджер, поднимаясь с места.       — Простите, на дорогах такие пробки…       И последняя надежда хоть на что-то хорошее умерла под звук его разбившегося сердца, когда в помещение вошёл ни кто иной, как Чхве Бомгю.