настоящее прошлое

      В классе напряжённая тишина. Может показаться, что абсолютно все перестали дышать. Кроме Матвиенко. Тот с нахальной ухмылкой обводит взглядом класс, стоя у доски.       — Шастун, — по классу послышались облегчённые выдохи, а почти пол сотни глаз уставились на парня. — Давай, не трать наше драгоценное время.       Антон поднимается с места и идёт к доске. Сергей Борисович тут же начинает диктовать какой-то пример, даже не обращая внимания на то, что Шастун не успевает записывать.       Опять эти взгляды, опять противные смешки Эда и его друзей с последних парт, опять бешенное биение сердца. Опять, опять, опять... Каждый раз всё повторяется.       — Четвёрочку натяну, — под нос бурчит учитель, провожая парня взглядом.       — Эх, Антошка. Не пятёрочку получил, — ядовито прыскает Выграновский, а его дружки заходятся в приступе смеха.       — Эдуард! — кулак со всей силы бьёт по столу, а учитель в секунду уже стоит на ногах.       Матвиенко терпеть не может, когда на его уроке кто-то говорит хоть одно лишнее слово.

***

      — Сука, — шипит Арсений, когда открыл коробок сигарет, но он оказался пустым.       Он отчаянно закидывает голову назад и легонько прыгает. Додумался, блин, в ноябре выйти на улицу в одной водолазке. Скулы тем временем сводит, потому что курить хотелось невозможно. И так шесть часов без них.       Дверь немного скрипит и из неё вываливается неуклюжий мальчишка, который чуть не навернулся лицом в лужу.       — Бляха, — он поднимается с колен и долго смотрит на брюки, которые промокли и теперь стало холодно. — Ой, — Антон наконец заметил репетитора, который наблюдал за картиной с улыбкой. — А я это...случайно сюда зашёл.       — Да ладно. Мы тут друг друга не видели, если что, а пока не найдётся лишней сигаретки? — мужчина подходит ближе к ученику.       Они находятся в настолько забытом месте, что тут даже не слышно проезжающих машин. Попов не уверен, что сам директор знает об этом месте.       — Как математика? — Арсений делает первую затяжку и в миг расслабляется. Он думал, что умрёт без сигарет.       — Плохо, — отзывается паренёк, выпуская серый дым, который летит прямо репетитору в лицо из-за ветра. — Он мне еле-еле четвёрку натянул. Нет, я конечно ему благоларет за это, но всё же...              И замолкает, думая что Арсений Сергеевич поймёт и тот понимает. Он столько раз слышал такие же слова, что теперь всё понимает и знает.       Попов бросает взгляд на ученика и сердце просто пропускает удар. Он понимает, что всё же судьба решила поиздеваться и подсунула ему копию человека, который до сих пор является во снах, напоминает о себе и просто живёт в голове.       — Пошли? Звонок через минуту, — Арсений смотрит на руку с часами и выкидывает сигарету. Он не дожидается ответа и заходит внутрь, слыша как дверь ещё раз скрипит, а потом тихие шаги за спиной.       Они идут молча уже по пустым коридорам, потому что звонок прозвенел. Арсений всё ещё думает о том парне, а Шастун идёт в хорошем настроении, потому что, во-первых, его не наругали за сигареты, во-вторых, его угостят вкусным чаем. Ну он надеется, что угостят.       — Что происходит между тобой и Выграновским? — дверь в кабинет только закрылась за парнями, как Попов сразу перешёл к делу.       — Ничего, — парень раскладывает все нужные вещи на столе и сам усаживается на мягкий стул.       — Он бы к тебе так не относился бы, — кабинет наполняется звуками кофемашины и небольшого электрического чайника. Тут же запахло крепким кофе и немного зелёным чаем. — Анотон, если расскажешь, то это останется только в стенах моего кабинета. Я не буду лезть с помощью, если ты сам не попросишь. Мне просто интересно, — на стол одновременно опускаются две чашки.       — Ему просто нужны сигареты, а я единственный ученик, среди старших классов, который носит их в школу, — Шастун отпивает немного своего напитка, потом немного рассматривает его и продолжает: — В тот день, когда Вы увидели нас, я сигареты не положил в рюкзак, как обычно это делал. Я положил их во внутренний карман пиджака. Эд вырвал рюкзак, начал искать пачку, а когда не нашёл разозлился. Вот и всё, — Антон пожимает плечами и наконец поднимает взгляд на мужчину, который в свою очередь смотрел, не отрывая взгляда.       — В общем, если что обращайся за помощью.

***

      Арсений заваливается к себе в квартиру, тут же сползая по только что закрытой двери. Он усаживается на пол, запускает пальцы в волосы и просто прокручивает события этого вечера. Опять клуб, опять какая-то девица, опять помутневший разум и слабость в теле. Ему было всё равно, что он сел пьяным за руль, он просто хотел поскорее домой. Он опять не понимал, зачем попёрся в клуб.       Попов нашаривает рукой телефон в кармане пальто, быстро находит нужный контакт и нажимает вызов.       — Ты был прав. Он меня заинтересовал, но только потому что очень похож на него, — мужчина тут же сбрасывает и откидывает телефон в сторону, не думая о том, что тот может поцарапаться.       Слеза обжигает щеку, когда взгляд зацепился за фотограию в рамке на стене, где сам Арсений и паренёк младше на лет десять. Они там смеются, им там хорошо вместе и они счастливы. Но это в прошлом. Этого уже не вернуть, хоть и хотелось невозможно.       Брюнет подрывается с места, в два шага подходя к этой стене. Он срывает рамку с фотографией, бросая на пол. Стекло разлетается по всему коридору, деревянная рамка ломается, а картинка остаётся целой. Арсений хватает и её, разрывая на множество кусочков, так же бросая на пол.       Слёзы беспрерывно катятся по щекам, капают вниз и остаются там. Телефон разрывается от звонков друга, но его игнорируют, потому что не слышат. Не хотят слышать, не хотят видеть, не хотят существовать в этом мире.       Перед глазами до сих пор лицо с противной ухмылкой. Парень явно гордился собой, пока на Попова орали родители того пацана. Брюнет помнит, как пришлось расстаться с крупной суммой денег, лишь бы не сесть за решётку. Он навсегда запомнит ту боль в груди от предательства.

***

      — Тось, ты куда? — Оксана заходит в комнату старшего брата.       Антон стоит уже тепло одетый. На шее висят беспроводные большие наушники, а пачка сигарет выглядывает из маленького нагрудного кармана объемной куртки. На голове чёрная, как и вся одежда, кепка.       — Я прогуляюсь, — безэмоционально отвечает парень, что немного расстраивает девчонку, ведь Антон всегда был с ней ярким и всегда на его лице была улыбка.       — Уже поздно, — младшая кидает взгляд на часы, на которых время перевалило за час ночи.       — А ты чего не спишь?       — Я боюсь. Папа злой, — она топчится у двери, не решаясь пройти вглубь комнаты.       — Извини, я тебя взять с собой не могу. Но, — парень улыбается и достаёт два ключа. — Ты можешь остаться у меня в комнате. Я закрою тебя на ключик, чтобы папа не зашёл. А это чтобы ты сама открыла, если надо будет, — он протягивает один из ключиков. — Вся моя комната в твоём распоряжение, — парень целует сестру в макушка и выходит из комнаты, закрывая её на ключ.       Шастун знает, что Оксане очень нравится его комната, тем более его ванная комната. Она частенько просит искупаться в его душевой кабине, потому что у неё нет собственной ванны, а в общей нет душевой. Только ванная, но в ней девчонке не нравится.

***

      На улице очень тихо, ни одного человека или машины. Только Антон не замечает эту тишину, ведь у него в наушниках громкая музыка.       Он за час добрался до какого-то района, в котором раньше не был. Каждый двор похож друг на друга. Везде множество машин, одинаковые детские площадки, мусорные контейнеры и девятиэтажные дома, в которых нигде не горит свет.       Парень только сейчас осознаёт, что вся его жизнь перевернулась буквально за эти три месяца, пока он учится в новой школе. У него, оказывает, не было настоящих друзей, ведь те люди перестали с ним общаться, как только Шастун перешёл в другую школу. Его сестрёнка выросла так быстро, что осознаёт все сложности брата, но просто не говорит. Антон так и не завёл себе новых друзей, поэтому привык быть один. А ещё он привык к частым истерикам, из-за которых приходится прятаться в ванной, включать воду, чтобы никто не услышал, и просто держать свои руки подальше от лезвий.       Иногда хочется просто поговорить с родителями по душам, но они забыли про сына. Они не замечают, что тот не появляется на кухне и вообще не покидает стены своей комнаты. Он купил себе чайник, кружку и чай. Просто чтобы не появляться на глазах старших. Парень ест один раз в день, после школы покупает себе какой-нибудь пирожок и его хватает на сутки. Он бы с радостью ел больше, лишь бы набрать вес, но деньги на его карточке не бесконечны.       На скамейке в одном из дворов, который освещается лишь одним фонарём, кто-то сидит. Антон бы может и не заметил бы этого человека, но тот немного машет рукой. Шастун стягивает наушники, думая что его хотят о чем-то спросить, и подходит ближе.       — Привет, — низкий голос звучит так громко среди всей тишины, что парню кажется, что все услышали. — Садись, — мужчина хлопает рукой по месту рядом с собой.       — Не думал, что сейчас хоть кто-то есть на улице в такой холод, — на улице правда очень холодно. Антон уже не чувствует нос и уши. — Будете? — парень протягивает открытую пачку с сигаретами Арсению Сергеевичу, который берет одну никотиновую палочку.       Шастун поджигает сигарету брюнету, а потом себе. Они одновременно выпускают дым и Попов этому еле-еле улыбается.       — Ты чего тут гуляешь?       — Я не хочу дома оставаться. Я не люблю то место.       — Я тоже. Тоже не люблю свою квартиру. Там неуютно, пусто и вообще напоминает о прошлом, — Арсений даже не думает что говорит, потому что алкоголь всё ещё действует.       — А что было в прошлом? — Антону это неинтересно, но он зачем-то спрашивает и даже знает какой будет ответ.       — Да там так. Забудь, — именно так и должен был ответить Попов по мнению парня. И это так и случилось. — Хотя, ты мне его напоминаешь.       — Прошлое? — Арсений лишь кивает и выбрасывает сигарету. — Интересно.       Глаза у старшего опять начинают щипать и слезиться. Как же, сука, ему тяжело и хорошо одновременно находиться рядом с Шастуном. Слеза всё же скатывается по щеке, а под ребрами противно и немного больно.       — Твою мать, — вдруг выдаёт брюнет, закрывая лицо руками. — Прости, что всё это говорю. Я ещё и пьяный.       — Как Вы говорили, это останется между нами, — улыбается парень и тушит сигарету об мусорное ведро.       — Мне очень тяжело и я устал притворяться, что в моей жизни все хорошо. Это, блять, не так! — мужчина всё ещё прячет лицо в ладонях, которые постепенно мокнут от слёз. — Извини, — шепчет Арсений и убирает руки от лица.       Антон видит как щеки репетитора блестят, глаза часто-часто моргают, а руки подрагивают.       У парня всегда были проблемы с поддержкой, поэтому всё что он может сделать сейчас — протянуть руку мужчине ладошкой к верху, чтобы тот взялся за неё.       Арсений так и делает. Он сжимает руку парня и слёзы опять начинают катиться. Опять эти воспоминания, как он сидел на этой же скамейке с тем парнем, так же держались за руки.       — Вы точно отпустите прошлое, когда найдёте настоящее, которое просто поможет вам, перебинтует все старые раны и позволит забыть вам о них. Может это будет не так скоро, но будет. Я обещаю, Арсений Сергеевич.       — Ты можешь идти, если хочешь. Я не прогоняю. Может тебе не охото слушать меня.       — Всё хорошо.       Они продолжают сидеть молча, держась за руки ещё час. Каждый думает о своём и это кажется таким странным, что сидишь рядом с кем-то и просто молчишь.       Шастуну впервые комфортно молчать рядом с кем-то. Говорят, если некомфортно молчать рядом с каким-то человеком, то надо бежать от него. У Антона получается, что надо бежать на встречу. И это странно, ведь не каждый ученик будет вот так сидеть со своим пьяным репетитором в неизвестном дворе.       Арсений укладывается головой на плечо парня, потому что спина уже просто не выдерживает. Антон же даже не отреагировал. Оксана делала так часто и парень уже привык, что его плечо какая-то опора для кого-то.       — А вдруг я не найду его...настоящее, — Попов бегает взглядом по руке парня, которая на удивление без колец.       — Найдёте. Я же пообещал, значит так и будет. Просто надо верить в это.       — Знаешь, Антон, ты, наверное, первый человек, который меня поддерживает и тем более что-то обещает. Мне просто хочется верить в твои слова.       — Это правильно. И не надо его специально искать. Оно само Вас найдёт, договорились? — Антон улыбается, смотря в глаза мужчине. Они такие пустые, безжизненные.       Это первый раз, когда Шастун где-то потерял свою стеснительность и начал толкать такие речи взрослому мужику.       — Договорились, — улыбается Арсений и отпускает руку парня, хоть и не очень хотел. Ему было хорошо ощущать кого-то рядом с собой. — Хочешь такси тебе вызову?       — Я сам, спасибо, — парень поднимается со скамейки одновременно с репетитором и просто стоят. Оба не хотят признавать самим себе, что нет желания расставаться. — До понеделька?       — До понедельника, — соглашается старший и расходятся в разные стороны.       Никто и не собирался вызывать такси. Обоим до своих домов около часа идти и им это нравится. Не хочется оказаться в нелюбимом месте за пятнадцать минут.       Антон придёт домой, ляжет рядом со своей сестрой, потому что ту будить не хочется. Он загребет её в объятья и спокойно уснёт, перед этим прокрутив в голове события этой ночи.       Арсений придёт домой, обнаружит стекло на полу и просто пойдёт в комнату. Ляжет на кровать, зароется лицом в подушку, которая вскоре станет сырой от слёз.       Кто бы мог подумать, что взрослый многоуважаемый мужчина будет постоянно плакать у себя в квартире и кусать подушку, чтобы заглушить звуки?