Вернись домой, Эмма

Откуда-то сверху лилась потрясающая музыка, исполняемая лучшими музыкантами Загробного Мира. Огромное количество свечей и люстр освещали Зал Торжеств, из которого уже были убраны все столы, за исключением возвышения Аида и Реджины. Начался бал. Тысячи пар кружились в танце. Реджина застыла, завороженная масштабом происходящего. Кажется, звучал вальс, и Королева невольно вспомнила Камелот и свои неуклюжие попытки обучиться танцу, когда Дэвид любезно давал ей урок. Затем мысли Реджины переметнулись к Дэниелу и к самому первому танцу в своей жизни, среди лошадей и сена. И трепетные руки любимого, поддерживающие её в их неуверенном движении тел и последующий поцелуй. Это было слишком давно. Недолгие моменты беззаботного и ничем не омраченного счастья будущей Королевы. Реджина крайне редко вынимала их из памяти, храня их и не тревожа понапрасну. Дэниел. Розовощёкий и такой влюблённый в неё Дэниел. Его улыбка – единственное, что согревало одинокими ночами долгие годы. Ровно до тех пор, пока она не взяла на руки своего сына. Своего маленького Генри. Что бы с нею стало, не убей Кора Дэниела? Она была бы счастлива с ним? Много ли было у них детей? Он бы по-прежнему любил её? Слишком часто юная Королева оплакивала своё несвершившееся счастье с молодым конюхом. - Я знаю, о чём Вы грустите, Ваше Величество. Рядом с Королевой вновь появился Аид, её отец, и внимательно разглядывал печальное лицо единственной дочери. Он часто инкогнито приходил посмотреть на неё. Он, по рассказам попавших к нему душ, знал её трудный жизненный путь. Но, будучи Богом, он знал его задолго до того, как она родилась. Он ведал, каким путём она пойдёт и что выберет, едва они с Корой успели зачать дитя. Он видел весь её путь и знал, каков будет итог. Дитя земной женщины и Бога Подземного Мира. Его прекрасная наследница. - Если хотите, я покажу Вам. Глаза Реджины наполнились слезами. - Прошу Вас, скажите, он всё ещё здесь, в этом мире? – в голосе была мольба. - К сожалению, нет, дорогая. Дэниел заслуживал самого лучшего мира из всех существующих. И я с радостью отпустил его туда в благодарность за его искреннюю любовь к Вам. Но если Вы хотите, я могу показать какую жизнь вы могли прожить с ним, если бы не известные обстоятельства. На мгновение глаза Реджины полыхнули надеждой, но затем она поджала губы и посмотрела куда-то вдаль. - Не стоит, я не хочу знать. Аид с интересом глядел на её отрешенный от всего взгляд. Она была сильнее, чем он мог мечтать. Идеальная. Прекрасная. Сильная. Пережившая больше, чем мог бы выдержать кто-то другой. - Хорошо, но позвольте мне добавить, что независимо от того остался бы жив Дэниел или нет, Вы всё равно оказались бы здесь по тому же поводу. – Аид улыбнулся, когда Реджина с удивлением взглянула на него. – Не удивляйтесь, дорогая. Лучше не откажите мне в первом танце с Вами этим прекрасным вечером. Аид кивнул и протянул к Реджине обе руки в надежде, что она примет приглашение. - О. Я не очень хорошо танцую. – Реджина почти покраснела. - Я знаю. И мне очень жаль, но Вам не о чём беспокоиться. У Вас всё получится. Вы моя дочь. И Вы прекрасны. Они прошли в середину Зала под громкие аплодисменты тысяч гостей. Едва стихшая музыка вновь оглушительно грянула сверху. Скрипки. Множество скрипок заиграли пронзительно-нежную мелодию, под которую Аид уверенно и с почтением закружил Реджину в танце. Благодарная улыбка на лице Королевы озарило всё пространство вокруг. Танцевать с Аидом было не тем же самым, что кружится в учебном танце с Дэвидом или в неуклюжем танце с Робином. Странную связь между ними Реджина почувствовала сразу и поймала себя на мысли, что это, возможно, тот самый зов плоти и крови родного отца. Уверенный Аид легко делал различные па, а сама Реджина будто знала, как нужно двигаться и двигалась! И это движение, этот танец, этот вихрь захватил её и наполнил душу лёгкостью и счастьем. Реджина вдруг подумала о своём отце, горячо любимом Генри Миллсе, который ни разу не позволил себе научить её танцу и тем самым пойти поперёк воли Коры. Он был слаб. Из-за малодушия и неспособности Генри Миллса защитить свою единственную дочь, у Реджины никогда не было таких моментов, как сейчас, когда она находилась в крепких поддерживающих объятиях отца. И всё же, она его искренне любила. Он всегда был добр к ней, насколько мог. - Вы самое удивительное моё творение, Реджина. – Аид улыбался ей тепло и мягко снижал темп танца, чтобы сделать последний виток и застыть с дочерью в заключительном моменте. Музыка стихла. Зал по-прежнему был ослепительно ярким. Аид слегка отстранился и, подхватив Королеву под руку, направился к их возвышению. - Благодарю Вас за всё это. – Реджина неопределенно махнула рукой. – Я не знаю, что ещё могу сказать. Всё это и новость о том, что мы родственники, ввергло меня в шок. - Понимаю. И ни на чём не настаиваю, дорогая. Я рад, что мы, наконец, познакомились. А теперь, - лицо Аида вдруг стало серьёзным, даже почти злым, – позвольте преподнести Вам подарок. Огромные двери Зала Торжеств распахнулись. По обе стороны встали стражи, и вперед вышел глашатай. Он приосанился и после того, как заметил достаточное внимание к своей персоне, провозгласил: - Его Величество, Король Зачарованного Леса, Леопольд. Говорят, тишину нельзя услышать, но Реджина её именно услышала. Резко побледнев, она схватилась за кубок с вином и выдавила: - Это шутка? - Нет, дорогая. Это мой подарок. - Вы не можете не знать, что Король Леопольд мой покойный муж, который… - Я знаю, дорогая. Или Вы забыли, кем я являюсь? – Аид приподнял бровь. – Оглядитесь вокруг, Ваше Величество. По Вашему мнению, где мы находимся? Это Ад, Царство Теней. Куда ещё должен был отправиться так называемый Король Леопольд после всего, что он сделал с Вами? Казалось, бледнеть дальше было некуда, но Реджина побледнела, а затем дрожащими руками выпила кубок с вином до дна. Её руки дрожали. Этот подарок, словно оживший кошмар, буквально окунул её в те несчастные дни замужества за этим монстром. Она убила его. Пусть не своими руками, а руками Сидни, но она убила и не желала больше видеть его ни в этой жизни, ни в какой-либо другой. Годы одиночества замелькали перед глазами Королевы. Вот она идёт под венец с облысевшим сморщенным стариком под ободряющий взгляд маленькой Белоснежки и непререкаемый взгляд матери. Вот она ожидает мужа в покоях в их брачную ночь, но он предпочитает ей вино и шлюх. Вот она стоит рядом с ним и Снежкой на приёме в честь покойной жены Короля и слушает благостную и наполненную пламенной любовью речь, а тем же вечером он напивается и приходит, чтобы ударить Реджину, потому что она не его любимая жена, а всего лишь подстилка. Вот спустя год унижений и побоев он впервые ложится с нею в постель как муж и насилует, насилует, насилует… а затем отдаёт её пяти личным стражникам, чтобы и они насладились Королевой. Вот она впервые понесла, а он бьёт её в живот и говорит, что лучше ей не рожать бастарда, потому что она ничем не лучше тех шлюх, которых он продолжает трахать. Вот она теряет своё дитя, мальчика, и слышит, как он грозится отдать её охране, если она только посмеет забеременеть вновь. Нелюбимый, нежеланный муж. Монстр в благообразном обличии, что ненавидит сам факт её существования. Чудовище, что отобрало у неё юность и чистоту. Многолетний ночной кошмар, который прекратился лишь с появлением в её жизни сына. Вот он. Восемь стражников ведут его в середину Зала. Он почти не изменился, только его руки предательски дрожат, потому что он видит кто сидит за главным столом. Он видит её, Королеву, но даже смутно не может себе представить, что будет дальше. Он видит, какой она стала. Другой. Перед ним не та юная девчонка, что каждую ночь беззвучно шептала ему «не надо». Перед ним взрослая женщина со злым блеском в глазах. Он видел всполохи этого зла в самом начале, но теперь зло обосновалось в ней. Изменило её. И он, только он причина этих жутких перемен в Королеве. - Ваше Величество, Король Леопольд. Рад видеть Вас. Снова. – Аид широко и наигранно улыбнулся, и повернулся к Реджине. – позвольте представить Вам мою дочь, Королеву Реджину. Я знаю, вы знакомы с нею. Двенадцать земных лет и семнадцать дней Вы являлись законным мужем Её Величества, а затем попали к нам. – Улыбка Аида стала шире. – Вы долго ждали, но мы, наконец, готовы вершить над Вами Суд. Стояла пронзительная тишина. Реджина смотрела на дрожащего Короля и силилась найти в себе достаточно мужества, чтобы не упасть в обморок. Уже после, когда Румпель учил Реджину пытать и убивать людей, она часто в других видела его старое сморщенное лицо и буквально зверела, отчего учитель приходил в дичайший восторг. Но стоило увидеть его здесь, перед собой, имея сейчас всю силу власти над ним, она сама почти дрожала. Легкое прикосновение к руке заставило Реджину отвести от Короля взгляд, и она увидела стоящую рядом Эмму. - Я здесь. Я рядом, Реджина. В ответ Реджина судорожно кивнула и сильнее зажала опустевший кубок. Тем временем Аид ликовал, перечисляя с точностью до минуты все мерзкие делишки Короля с самого рождения. Когда он подошёл к проступкам Его Величества после свадьбы с дочерью, атмосфера изменилась. Будто тучи нависли над ними. Никто не смел шевельнуться или вздохнуть. Владыка Теней впервые за много веков сам лично перечислял злодеяния преступника и никто не смел перебить его даже легким шёпотом или стуком каблука. Его вкрадчивый голос был повсюду, проникал в любые отверстия, тёк по венам. Это длилось минуты, десятки минут. Аид всё говорил и говорил и, казалось, этому списку не будет конца. Грозный голос Бога Мёртвых не умолкал уже более часа, а злодеяния Леопольда не иссякали, словно весенняя река в половодье. Эмма стояла справа от трона Реджины и видела, как она, Королева, не отрываясь, смотрит на Короля. Бледная. Испуганная. Всё, что перечислял Аид, всякий раз отражалось болью на прекрасном лице. Эмма вдруг так некстати подумала о том, что она, Спасительница, является прямым потомком этого чудовища. В её жилах течёт и его кровь тоже. Это привело её в состояние неописуемого ужаса, потому что только теперь она наконец-то до конца начала понимать, почему Реджина так сильно ненавидела всю их семью. Спасительница снова перевела взгляд на Короля. Жалкий мерзкий старик. Как он посмел сотворить такое с юной девушкой? Как он посмел делать с ней все эти разнузданные вещи? Откуда-то издалека она услышала, как Аид закончил список бесчинств Короля. - Признаёте ли Вы, Ваше Величество, все злодеяния, которые я перечислил, своими? - Признаю. – Король отчаянно переводил взгляд с Аида на Реджину и обратно. - Что ж. Внесите в протокол, пожалуйста. Подсудимый полностью признал свою вину. Я, как Владыка Царства Мёртвых, хотел бы проклясть тебя и твой род, но твои потомки вели себя куда благороднее, чем ты, нечестивый король. А по сему, я проклинаю только тебя. Реджина посмотрела на грозного Бога и была ему благодарна за то, что он оставил ей семью. Она не понимала, что такое и как это, когда тебя проклинает сам Бог, но определенно понимала, что со Снежкой, Эммой, Генри и маленьким Нилом не произошло бы ничего хорошего. Меж тем Аид кивнул, и возле проклятого короля появилась дыба. Стражники схватили нечестивца под руки и потащили к орудию пыток. - Предлагаю начать с дыбы, Ваше Величество. – Аид повернулся к Реджине и улыбнулся ей нежно, по-отечески, отчего у всех присутствующих и у самой Реджины кровь застыла в жилах. - Это обязательно? – Королева едва сумела вернуть хладнокровный тон. - Когда он пришёл сюда, суд над ним был отложен до тех пор, пока Вы не сможете принять в нём участие. И вот Вы здесь. Вы моя дочь и Вы были его женой, но он делал с Вами то, что делал и я готов обречь его на все муки ада только лишь за одну Вашу слезу. Позвольте мне побыть для Вас отцом хотя бы сейчас. Реджина посмотрела ему в глаза и увидела так много понимания и тепла, что глаза снова невольно наполнились слезами. Это её отец. Тот, что любил её и кого всю свою жизнь любила она, никогда не был таким, как Аид. Ни единого раза он не посмел защитить её перед Корой. Но как хотелось ей побыть хоть немного времени защищенной от всех невзгод, что пришлись на её долю. И потому Реджина кивнула в ответ и приготовилась к запоздалой мести.