Никакой романтики!

      Наступила мёртвая тишина, казалось, что можно было услышать сердцебиение розовой ежихи, которое стучало со скоростью резвого феррари. Маленький моторчик начал быстро разгонять кровь по венам и учащать дыхание. Только недавно она держала маску независимой девушки, которая больше мучила Соника своими нравоучениями, чем кормила с ложечки.       Она смачно разбрасывала розовым молотом многочисленное количество злодеев. Радовалась тому, что хотя бы может рядом находиться с синим ежом и гордо называла его своим другом. Гордо. Наигранно. А теперь она стоит с открытым ртом перед своими, так называемыми, друзьями, словно хочет что-то сказать, но не может не проронить ни слова. Она стала для всех как открытая книга и ощущала себя так, будто мама застукала её за просмотром фильмов для взрослых.       И это только маленькая доля всей проблемы. Глубоко внутри женское сердечко трещало по швам, ведь ни один казус в её жизни не сможет сравниться с той болью от потери самого дорого, что они с Соником добивались годами. Доверия. — Ой-ой, — задрожал голос красной ехидны, который звучал тихо и осторожно. — Ты…что? — еле слышно пролепетала Эми, ощущая как слабеют её руки.       Девушка вымолвила что-то ещё, но голос застрял где-то в горле, собираясь в маленький ком, что увеличивался в размерах с каждой секундой. Она отпустила коричневую ткань, что покоилась на шее синего ежа, и медленно отпрянула назад. Ноги становились ватными, а изумрудные глаза растерянно бегали по сторонам, будто ища помощи.       Все напугано уставились на бедную девушку. Эми затряслась, как осиновый лист, температура тела резко подскочила, оставляя на лице ежихи красный румянец. Грудную клетку сдавило, казалось, что вот-вот и она свалится с ног. Непроизвольно шагнув назад, худая нога, не выдержав стресса хозяйки, дала слабину и не смогла удержать вес тела. Качнувшись, Эми от неожиданности начала хвататься за воздух, но быстрый ёж, немедля, поймал её летающую из стороны в сторону руку, дабы его подруга не упала.       Крепко держа ладонь Роуз, Соник лишь на секунду обратил внимание, насколько хрупкие и маленькие её руки по сравнению с его. Кто бы мог подумать. Девушка, что почти каждый день держит огромный молот, царапает пальцы об металлическую броню роботов, осколки, разлетающиеся от очередной бомбы, получает ушибы не меньше самого Соника. Даже в таких условиях, она умела сохранять свою хрупкость. А может она просто ему позволила увидеть себя такой? Хотя бы сейчас, лишь на секунду.       Но как только эта секунда прошла, женская ладонь, словно коснулась раскалённого железа. Эми вырвала свою руку из оков чужих пальцев, показывая свою обоснованную неприязнь, что поселилась в ней пару минут назад. Она прижала к груди свою руку, а зелёные глаза устремили свой взор на песок под ногами.       Соник застыл, глядя на своего поникшего товарища, а внутри разливалось непонятное чувство, которое он не мог объяснить. Но это определённо было непреодолимое чувство вины. — Эми, про… — Нет, — твёрдо отрезала розовая ежиха, не дав договорить Сонику, ощущая, как глаза становяться мокрыми, а к горлу подступает накопившийся ком. Тейлз, нервно пыхтя, подбежал к обоим и принялся активно жестикулировать. — Ребята! Простите, это я виноват! Не нужно было его включать! Я опять вас поссорил, — виновато протороторил лис.       Маленький лисий носик несколько раз дёрнулся, почуяв странный запах. На лице выступило непонимание. Это отвлекло внимание Тейлза от случившейся «трагедии» между ребятами. — Что это за запах? — Я тоже чую, — напряжённо сказала Стикс. Её великий нюх никогда её ещё не подводил. Она нахмурилась и уставилась в какую-то точку на небе, — берегитесь! — прокричала неожиданно Стикс и толкнула Наклза в сторону, прыгая вслед за ним. В ушах раздался оглушающий свист металла рассекающего воздух, а точка в небе, как клякса на белой бумаге, разрасталась, увеличиваясь в размерах и красуясь своими острыми медными крыльями. Её верхушка представляла из себя острый наконечник, словно хорошо заточенное копьё оруженосца, а боковины изрезаны узорами. Эта ракета, будто дикая птица, целенаправленно и уверенно летела вниз, издавая предсмертный клич, оставляя за собой заметную дымку.       Тейлз схватил Эми за предплечье и резко дёрнул в свою сторону, отчего она упала на песок. — Черт! — процедил сквозь зубы Соник, уворачиваясь в последний момент от железного ястреба. Шаг в сторону и птичка своим крылом оставляет небольшое напоминание о себе в виде неглубокой царапины на груди синего ежа. Перед глазами парня пролетела громадное орудие для убийств, и лишь в моменте, когда ракета показала свои узоры, Соник смог поймать своими изумрудными глазами надпись, выгравированую прописным аккуратным почерком — «Doctor E.».       Даже не коснувшись своим наконечником земли, ракета взлетела вверх. — Фух, это было близко, — тяжело дыша, произнёс синий ёж. Он рукой прошёлся по царапине, тихо шипя от противного пощипывания. — Что это было? — испугано спросил у ребят Наклз, вылезая из кустов, куда его толкнула барсучиха. — Это вторжение! Инопланетяне - людоеды вторглись на нашу планету! Чтобы захватить наши земли! И наш разум! — кричала Стикс, схватившись за голову. Она подбежала к Сонику и начала его трясти, — мы должны срочно убегать отсюда! У меня дома есть запасы с едой на неделю! — Соник схватил руки товарища и отодвинул её от себя. — Успокойся, Стикс, это просто ракета доктора Эггмана. — Это не просто ракета…она вела себя так, будто у неё есть разум, — сказал Тейлз, вытирая тыльной стороной руки черные следы от дымки на лице, — будто… — продолжил лис, уставившись в то направление, куда улетела дикая птица, — будто у неё есть цель. — Хочешь сказать она целенаправленно куда-то летит? — спросил Соник. — И куда же? — добавил Наклз.       Эми медленно поднялась с земли, глядя куда-то вдаль безымянной деревни. — О, нет, — тихо произнесла розовая ежиха. Внутри что-то неприятно подпрыгнуло и сделали сальто назад, вызывая плохое предчувствие. Она не знала ложное ли это ощущение или всё-таки её интуиция заставляет слепо поверить. Ежиха тут же стремительно побежала в неизвестном направлении, обращая на себя внимание своих друзей. — Куда она? — непонимающе спросил лис. — Сейчас узнаем, — поспешно ответил Соник и побежал по следам девушки.       Стремительно направляясь за девушкой, синий ёж, словно позабыл обо всём. О своих друзьях, о очередном плане Эггмана, о своей царапине на груди, которая знатно кровоточила и щипала, как кислота разъедала его изнутри. Вот только эту физическую боль притупляло кое-что посильнее.       Чувство тревоги, безысходности, собственной беспомощности и противное до тошноты чувство. Чувство потери.       Он погрузился глубоко в себя, а вокруг словно образовалось чёрное озеро. Оно покрывалось тонкой ледяной корочкой, а пространство вокруг наполнялось неизведанной прохладой.       Холодный ветер жадно царапал его лицо, руки, ноги, на удивление, не вызывая у парня ни одного намёка на дрожь, невыносимую трясучку от ледяных объятий. Соник не видел перед собой ничего, кроме впереди бежавшей Эми. Тяжелое дыхание вырывалось из её ребер, сдавливало грудь, а ртом она пыталась жадно ухватить больше кислорода, чем помещалось у неё в лёгких. Ноги быстро передвигались, до боли, до незнакомого ей ранее изнеможения, почти спотыкаясь, но она бежала.       Эми убегала от него, а он — самый быстрый ёж в мире… не мог её догнать.       Силуэт спереди резко затормозил, вынуждая преследователя поступить точно также. В нос врезался отвратительный запах гари, обжигая гортань и покидая лёгкие с громким кашлем. Изумрудные глаза заслезились и прищурились от едкого чёрного дыма, застилающего всё впереди стоящее. Отмахнувшись от дыма, как от мух, пепел, словно снег, осыпался на поверхность, очерчивая горелые доски, свалившуюся крышу. От бамбука и вовсе не осталось следа. Только, чудом сохранившейся, чёрный, как смоль, молот, который одиноко утонул в пепле. «Мой дом…»       Прозвучало в голове у Эми так громко, будто молния ударила в нее, парализуя её тело. Она не могла шевельнуться, отвести свои полные боли и отчаяния глаза. Она уже забыла про сильное жжение в области сердца от обмана близкого ей друга, будучи охваченной пустотой, которая образовалась в отражении её глаз. Эми дрожащей рукой подняла ещё не до конца остывший кусок металла.       Все её страхи, переживания, всё это вывернули наружу. Всё, чего она так сильно боялась, произошло. Она днями, как курица - наседка оберегала свои секреты, своё ранимое сердце от неосторожных рук. Прятала фотографию «друга» в сумке и носила с собой, чтобы ощущать его всегда рядом. Всегда помогала ему, что бы не случилось и как бы тяжело ей не было. И никогда не заставляла любить себя. Эми никогда не требовала от Соника того, что она давала ему вдоволь. Она не ругала его за то, что он считает её просто другом, за то, что она не вызывает у него трепет в груди, как он у неё. Она просто тихо и бескорыстно его любила.       Синие руки небрежно взяли её сердце, причиняя сумасшедшую боль, сделали с ней тоже самое, что эта груда убийственного железа проделала с её домом. — Черт! Это снова проделка Эггмана! — прорычал Соник, глазами ища злого доктора, будто он прячется где-то. Изумрудные глаза бегали по пространству, пока не зацепились за обездвиженное тело розовой ежихи. Она стояла к нему спиной и просто смотрела в пустоту. Она не плакала, не кричала, не злилась, не бежала спасать свои выжившие остатки вещей.       Абсолютно ничего. — Эми, я… — он стыдливо опустил свои глаза, переминая свои косточки на руках, не решаясь продолжить. Голос его был тихим и неуверенным, — мне жаль. Можешь накричать на меня, сделать выговор, я понимаю, что заслужил это.       В ответ было лишь молчание. Она не реагировала, кажется, она его даже не услышала.       Соник подошёл медленно к ней, словно боясь спугнуть и осторожно протянул свою ладонь, касаясь её плеча. Ощущая, как она дёрнулась, он неторопливо, но серьёзно забеспокоился. — Эми?       Девушка бросила на него взгляд, полный отчаяния и злобы. Она уверенно и с неприязнью скинула со своего плеча чужую для неё руку. В груди бушевал шторм из перемешанных чувств. Хотелось высказаться, ядовито обжигая словами, хотелось дать сильнейшую отрезвляющую оплеуху, чтобы красный след красовался на самовлюблённом лице героя деревни. Перехватив внутренний порыв, Эми зажмурилась, сдерживая зверя, что рвался наружу. Она знала, что потом пожалеет. Она была намного ответственнее соседа напротив и не могла позволить эмоциям охватить её, уж слишком Эми повзрослела для таких детский перепалок.       Она немедля развернулась и направилась в неизвестном направлении. Она не знала куда идёт, да, и ей всё равно, ей просто необходимо перевести дух от происходящего, а сделать Эми это может только как можно дальше от этого беспечного парня.       Не понимая, что происходит, Соник напрягся до каждой мышцы на теле. Он потерянно глядел на нее, уходящую в глубь леса, но так и не сдвинулся с места. Не пошёл за ней, не схватил её за запястье, не развернул к себе… и не попросил прощения. Прикованный к земле, словно гвоздями, он не смог даже пошевельнуться. — Куда ты? — вслед ей крикнул Соник, в надежде, что она хотя бы оглянется, увидит, его личную горечь от происходящего, и, наконец, заметит, что ему тоже больно.       Эми, всё также уверенно уходила от него, становилась всё дальше, а силуэт, как призрак, исчезал из поля зрения за надоевшей дымкой. И лишь до ушей донеслись не менее уверенные и железные слова, которые резали его нутро наживую, заставляя его в голове повторять себе раз за разом, мучая себя. — Я ухожу из команды.       И черное озеро поглотило его. — Я ухожу из команды! — обижено прокричала Эми, высовывая язык. Она демонстративно отвернулась, скрещивая руки на груди. На улице стояла летняя жара, на фоне пели птицы, неподалёку стояла одинокая скамейка, их окружал величественный лес. Зелёные, цветущие, полные жизни деревья, что создавали для ребят тенёк. Сквозь листья просачивались тёплые лучи солнца и один лучик всё-таки устремился на негодующего ребёнка.       Прямо за ней стоял рыжий лис, который неуклюже споткнулся об свою же ногу. Потирая ушибленное колено, он устремил обеспокоенный взгляд на ребят. Рядом с Тейлзом стоял синий ёж невысокого роста, даже чуть ниже Эми. На его голове была коричневая повязка, напоминавшая пиратскую бандану, которая была обвязана вокруг его головы на уровне лба, а на затылке располагался узелок. Двенадцатилетний подросток с непониманием глядел на свою подругу впереди, точнее на её спину. А рядом, буквально впритык, жадно обняв его руку стояла небесной красоты ежиха такого же юного возраста. Её волосы были золотистого оттенка, они длинными лианами спадали с её плеч. А упрямый взгляд янтарных глаз, устремлённый на розовую ежиху, твердил — «Моё». — Эми, ты чего? Всё же хорошо было, — с долей непонимания говорил Соник. Он неловко и зажато стоял рядом с этой навязчивой особой, что вцепилась в него железной хваткой. Он пытался оттянуть руки с цепких лап, но безуспешно. — Не правда! Ничего хорошего! — не выдержав, Эми развернулась к ним лицом, красным от кипящей злобы. На глазах выступили маленькие слезинки. Она выпучила указательный палец вперёд, а другой рукой сжала подол своего короткого белого платья, украшенного розовыми цветочками, — она постоянно таскается с тобой и не даёт нам играть! Впилась в тебя, как пиявка! Когда я водила и пыталась догнать тебя, она поставила мне подножку, это, как минимум жульничество! Поэтому мы с Тейлзом и проиграли, — выдохнув, Эми перевела свой взгляд на девчонку и злобно прорычала, — она попросту мешает. — Эми, не говори такое! Она просто не понимает что делает, — пытался оправдать её Соник, аккуратно отдергивая руку, всё-таки освободившись от плена. — Всё она понимает, просто прикидывется. А если ты хочешь и дальше возиться с этой помешанной на тебя, то уже без моего участия. Пускай, она и хочет быть с тобой и днём и ночью и держится за тебя, как за спасательный круг, но попросту не давать нам веселиться, это уже предел! С меня хватит, Соник! Я устала под неё подстраиваться! Она появилась в нашей компании недавно, а мы уже выполняем всё по её прихоти! — Ты просто мне завидуешь! — крикнула Вилия, снова схватившись за локоть синего ежа, — потому что мы с Соником созданы друг для друга! Мы пара! — Вообще-то, я бы так не сказал, — неуверенно и тихо сказал парень, но девчонки были так заняты друг другом, что совсем его не услышали. — Счастья вам, голубки, — заключила розовая ежиха и убежала в глубь леса.       Соник вырвал свою руку и перевёл свой взгляд на Вилию. — Зачем ты это сделала? Зачем жульничала во время игры? Зачем специально довела Эми? — серьёзно, на эмоциях отчеканил ёж своим ломающимся мальчишеским голосом. Та, лишь невинно на него взглянула и собиралась взять его за руку, но как только она его коснулась, Соник сделал шаг назад. — Она лжет, я не жульничала. Неужели, ты ей веришь? — Мы с тобой не пара, Вилия, не надо постоянно хватать меня за руку так, как будто я тебе принадлежу. Я дружу с Эми очень давно и я ей верю на слово. Каждому её слову, — после этих слов, синий ёж побежал по следам Эми вглубь леса. Деревья поглощали его, только солнце просачивалось сквозь чащу. Он так и не разобрал, что ему вслед крикнул Тейлз, он просто бежал.       Затормозив у дикого Дуба, он краем глаза разглядел знакомую белоснежную ткань, испачканную в грязи. Обойдя дерево, перед ним предстала юная девушка. Она, уткнувшись лицом в колени, сидела под деревом. Такая зажатая, слабая, хрупкая.       Соник медленно подошёл к ней и сел рядом, их плечи почти соприкасались. — Эми, — тихо позвал её парень, но девчонка никак не среагировала. Он тяжело вздохнул и устремил свой взгляд на неё, слегка улыбнувшись, — ты же не думаешь, что я тебя на кого-то променяю?       Розовая ежиха подняла своё личико, а в изумрудных глазах читалась обида. — Ты ей веришь. — Нет, — сказал Соник, глядя ей прямо в глаза, — но я верю тебе.       Он протянул ей свою ладонь, и, не спеша, словно пугливо, Эми положила сверху свою ладонь. Ёж крепко сжал её руку в своей, подарив ей ощущение защиты и надёжности. И что-то произошло. Что-то взбудоражило её, заставило внутри всё трепещать от радости, разливаться теплотой по всему телу. На её щеках выступил лёгкий румянец, она смущённо смотрела на их крепко сжатые руки, а в животе запорхали бабочки, суетливо ища выхода. Тогда она почувствовала, что хочет быть с ним. Почувствовала, что начинает влюбляться в него искренне и чисто. — Возвращайся к нам, Эми, — с теплотой попросил парень, на что та через минуту активно закивала, а на лице расползлась влюблённая улыбка. — Соник, — нежно позвала она. — Соник, — повторила она, но уже громче. Силуэт её очаровательного лица расплывался, а перед глазами пролетела чёрная дымка. — Соник! — словно удар по голове, прозвучал чей-то крик, обращая на себя внимание. Голова гудела дикими пульсациями, а в горле сильно пересохло.       Соник зажмурился и приложил руку ко лбу, чтобы унять противное чувство тревоги. Его активно потрясли за плечо, вырвав из объятий чёрного озера. — Соник, что стряслось? Где Эми? — не унимался Тейлз, тревожно глядя на друга. Рука только крепче сжала плечо Соника, пытаясь выдавить из него ответ. — Я… что было? — синий ёж нахмурился от непонимания происходящего, и почему он так провалился в себя. Он взглянул на свою руку, которая была смольного цвета. Постепенно чёрное пятно окрашивалось обратно в синий цвет и через минуту, его кисть была в прежнем состоянии. — Это ты нам должен ответить, — сказал лис, а после тихо продолжил, — но…когда мы пришли сюда, ты стоял как вкопанный. Ты был такой…сам не свой, — Тейлз споткнулся на последнем слове и сбавил голос до шёпота, приблизившись к нему, — как будто в тебя что-то вселилось.