Магическое очертание

— Счет времени нашего разговора пошел, — деловито сказала девушка, окрутив пальцами ручку фарфоровой чашки с золотой каймой. Явно из дорогущего сервиза. Элегантным движением чистокровной аристократки она с клацаньем подняла чашку с тарелочки и преподнесла с носу, вдохнув исходивший пар. — Я не шучу. Как только допью, можешь убираться. И меня не будет волновать, успеешь ты что-либо важное сказать или нет. Так что начинай говорит сейчас Гето-сэмпай, — неторопливым, но придирчивым тоном предупредила Рова, подняв глаза на соседа напротив. — Эмм, ну хорошо, — в неуверенности мялся Сугуру, сидя в зажатой позе и нервно бегая глазами по сторонам. Они сидели за ее письменным столом лицами друг к другу. Хорошо было бы, будь тут чайный столик, но такого у Ровы не наблюдалось. От того и места было полно. На кровать, конечно же, к девушке сесть Сугуру не рискнул. Рова и так была ему не рада, а наглеть, на пример Сатору, себе дороже. Она быстро сварила на двоих кофе и разлила по чашкам, что достала из коробки, лежавшейся в шкафу. Они были совсем новеньким, и не похоже, что Рова пользовалась им хоть когда. Во время ее подготовки к чаепитию для разговора Сугуру краем глаза покосился и заметил, что коробок в том шкафу полно. Ему стало любопытно, что там еще такое у нее есть. Но девушка в этот момент резко захлопнула двери шкафа и все с таким же прихмуреным лицом и парой чашек в руках подошла к столу. Гето понурил голову, и изредка отдергивал челку. Рова налила им по горячему кофе, после чего все с таким же набором кукольных эмоций села напротив и осторожно подтолкнула ему его порцию. Вот они и начали свой разговор. — Слушай, Рова, — не смелость Сугуру выражалась в его образе и голосе. Девушка это чувствовала, оттого и вела себя более доминирующе. Она не злилась и не раздражалась, а наоборот была равнодушно и холодна, как воды под коркой льда. — Это касается нашего общего задания… — Не нужно мне тут говорит то, что и так очевидно, — насупив брови, изрекла Рова, сделав небольшой глоток. — Ты пришел сюда по наводке Годжо-сэмпая? — И вот теперь Сугуру слышал гнев. — Что!? — встрепенулся Гето и тут же взволнованно заговорил. — Нет! Нет, конечно нет! — Одного «нет» вполне хватает, — упрекнула Рова. Между бровями почернели морщины. И опустив руки, он снова потупил взгляд, сжав голову в плечи и сгорбившись, пока Рова держалась ровно, стойко и даже слишком профессионально. Будто не парочка школьников за разговором, а беседа начальства с нерадивым сотрудником. — Ты пить не будешь? — легко задала она неожиданный для Гето вопрос. Прикрыв рот, парень вытаращился на нее во все глаза. Рова же покосилась на его чашку. — Я про кофе. Когда оно остынет, то и вкус теряет. Выливать сам пойдешь. И чашку мыть тоже. — А, да! Большое спасибо! — поспешно поблагодарил Сугуру с улыбкой. Он пропустил последние слова девушки мимо ушей. С вытянутой спиной и прежней энергией он потянулся за своей полной чашкой. Рова бдительно следила за ним своим прищуренными глазами, пригубив свою порцию кофе. Едва он сделал глоток, как его взор тут же просиял, а сам парень был приятно удивлен и необычайно доволен. — Вкусно! Никогда такого кофе не пробовал! — с восхищением расхваливал Сугуру. А Рова, никак не реагируя, продолжала пить. — Слушай, Рова. Если не секрет, что это за сорт? — «Black Ivory», — ответила она бесстрастно. — Закупалась им еще до приезда сюда. Мне рекомендова…, — она запнулась, не договорив до конца, когда посмотрела на своего собеседника. И тут ее белая мордашка открыто продемонстрировала сердитость. — Гето-сэмпай что с лицом? — недовольно спросила она, подавшись телом вперед. Почему то сразу после того, как она назвала сорт кофе и так буднично высказалась, что просто «закупила» его, как обычный дешевый чай у Сугуру, от чего затряслись руки, едва не проливая темную жидкость. Лицо застыло с той же дружелюбно натянутой улыбкой, а с края губ стекала дорожка еще не поглощенного кофе. Похоже, его реакцию Рова восприняла исключительно на свой счет, оттого и была весь угрожающего вида. Гето понял, что если не оправдается, его выпроводят за дверь раньше времени. — Д-да так, — сказал он и вытер уголок рта. Его улыбка была уж слишком нарочитой. Скорее всего, Рова это понимала. Ей не нравилось, что ее с начала так по немому оскорбили, а теперь не утруждаются объясниться и задабривают. — Просто меня поразило, что я пью такой дорогой кофе. Ты здесь не причем, Рова, — решил добавить он для пущей безопасности. — Дорогой? — переспросила она и взглянула на свою чашку, с неким недоумением приподняв бровь. — Самый обычный. Подумаешь, всего лишь 3 650 745 иен за упаковку зерен, — выдала, пожав плечами. Внутри у Сугуру все скрутилось, и он из последних сил подавлял душевный крик на такое непринужденное «всего лишь». Как человек, что вырос в обычной семье, Сугуру не шибко жил в роскоши или богатстве, как тот же Сатору. Его семья была не бедной, но и не зажиточной. Как и большенство японцев. Конечно, став шаманом, он теперь получал солидную сумму за опасные мисси, что выполнял и мог позволить себе очень многое. Но выросший в скромности и бережливости, Сугуру не знал, на что ему тратить такие деньги. Первое время он несколько дней ходил в ступоре, когда получил первый оклад. Покупал все необходимое, а дальше тратить и не думал. Зато Рова, явно будучи выходцем из богатой семьи, считала, что какие-то там 3 000 000 иен — это просто сущая мелочь. Прямо как Сатору. Рова явно так и не поняла, чего он со странностью отреагировал, но, похоже, кое-как да приняла его изъяснения, потому что более она не смотрела на парня вообще. Её полностью незаинтересованный взор был обращен к окну, а лицо и волосы купались в лучах. В белой матроске да и в такой позе и с чашкой в руках она походила на акварельную картину, нежели на живого человека. Гето смотрел на нее мягко, с неким восхищением. Но Рова, звякнув чашкой, снова заговорила с ним, глядя прямо. — Так, возвращаясь к нашей изначальной теме, — Сугуру дернул плечами, ловя на себя слегка сердитый взгляд и частичку стали в ее плавном голосе. — Что тебе от меня нужно? Понимая, что тянуть это не себе в пользу, Сугуру прикрыл глаза, набрал полной грудью воздуха и выдохнул. При разговоре с Усаги Ровой по-другому никак нельзя. Он видел, как под челкой брови Ровы напряглись, когда Сугуру, уже ни такой неуверенный, обратился к ней. — Как я уже тебе сказал, это по поводу завтрашнего, — он положил чашку на край стола и скрестил пальцы. — Рова, я рад, что ты стала менее агрессивной, чем до этого и с Сатору держишься молодцом. Но, — он сделал паузу, обдумал и продолжил: — Ты девушка не глупая и многое понимаешь, — признал парень с не намереньем задобрить, а прямо излагал факт. — Потому я хочу попросить тебя о кое-чем. — Просить? — переспросила Рова, поджав губы. Сугуру кинул и сам посерьезнел. — Можешь, пожалуйста, во время заданий быть с нами по коллективней? — спросил он прямо в лоб, и Рова аж опешила, но быстро приняла прежний хмурый вид. — Так будет удобней для всех… — Для меня точно нет, — сердито перебила Рова. Сугуру удивленно раскрыл глаза. — Гето-сэмпай, — при обращении к нему она смягчилась. — Как ты и сказал, я умна. И я понимаю, к чему ты клонишь этот разговор. Однако, — при всем своем понимании, она уставилась на него зловещее. — Прогибаться под вас, шаманов, я не намерена. Иду на задания. И этого хватит. Теперь уже Сугуру насупил брови от такого ответа. Не то чтобы он не был готов, но столь резкой перемены он не ожидал. Значит придется спорить, некуда ему деваться. — Рова. Я больше не буду капаться в твоей причине ненависти к магам, — резонно заверил он. — Не любишь нас, значит, имеешь права. Но сейчас ты с этими самыми мерзкими магами живешь под одной крышей, ешь с нами одну еду и просто находишься рядом сидя в классе, — слыша интонацию своих слов, Сугуру понял, что не так хочет это сказать. А когда увидел, как злобно исказилось лицо Ровы, понял, что выглядело это так, словно он ее обвинял. Но замалчивать нельзя, иначе пеши пропало. — Ты сказала, что хочешь, чтобы твоя семья забрала тебя. — И заберет, — прорычала Рова. Чашка в ее пальцах заходила ходуном, разливне много темной жидкости на блюдце. — И когда они собираются это сделать? — холодно спросил Сугуру, не отрывая от нее острого взгляда. — Что? — не поняла его Рова прищурившись. — Я спрашиваю, когда они тебя заберут? — переформулировал Сугуру. — Хотя я и не так многое знаю о твоем положении, но думаю, что они не собираются тебя забирать. Ты им изначально не нужна была, как сама говорила. Так с чего бы им забрать тебя отсюда, раз они просто избавились от тебя? — прямо высказал он с резкостью и вся свирепость на лице Ровы за какую-то долю секунды растворилась как капля краски в чистой воде. Она прям аж побледнела и осунулась. Гето смутился и опустил глаза на пол. То, что Рова вся растерянная молча сидела, глядя куда себе под ноги, заставляло его ощущать себя преступником. — Извини, если затронул больную тему. Рова продолжала молчать. Из-за опущенной челки Гето не видел полностью ее выражения лица. Только обескровленные поджатые губы. Побегав глазами по комнате, Сугуру поднял голову с виноватым выражением, по-настоящему раскаиваясь за то, что сказал. — Ты сюда пришел, — прошептала Рова, покачнувшись, и ее голова так же медленно поднялась. Теперь она смотрела на парня пустым, ничего не выражающим взглядом. — Чтобы меня унизить? — спросила она с безразличием. И в сотый раз Сугуру, к своему ужасу убеждается, что с этой девушкой, а точнее с ее эмоциями что-то не то. Либо она умело их контролирует и может в любой момент надеть нужную маску, либо и впрямь страдает от какого-нибудь психологического расстройства. А возможно и все сразу. В любом случаи, говорить с ней и понимать ее пока ужасно сложно. Сугуру не знал, с какой стороны к ней подобраться в плане разговора. Сатору тоже противный был, но его эмоции были открытыми, и Гето всегда знал, в каком его друг настроении, оттого и беседы вести проще было. Да и Сатору сам по себе тот еще болтун. Секо — тихоня, но к людям быстро располагает. Да и за её, на первый взгляд невинной интровертностью те еще черти скрываются, только волю им дай. Усаги Рова же из совсем другого теста. Сугуру так подумал, пообщайся с ней сейчас Сёко. Она была более разговорчивой? Обычным людям с ней разговаривать не о чем. Покачав головой, Сугуру собрался с мыслями. — Нет. Я пришёл, чтобы поговорить, — серьезно заверил он. Рова на него никак не отреагировала, просто смотрела. Комок в горле стал толкаться от стенки глотки, но Сугуру сглотнул и выдержит, сжав пальцы в кулаки. — Подумай сама. Семья тебя не заберет обратно. А тебе с нами учиться здесь еще четыре года. Разве тебе самой не будет комфортней жить с нами в мире и согласии? — За один год может многое поменяться, — бесцветно выдала она, покосив глаза в строну окна. Даже когда лучи солнца освещали ее взор, радужка была темной и не подвижной, как у мертвеца. — Ты, Гето-сэмпай будущего знать не можешь. — Я не спорю, — кивков согласился с ней Сугуру. — Но давай придерживаться ближайших событий? — и снова никакой реакции. Она вообще его слушает? — Рова, я не прошу тебя дружить с нами или любезничать. Можешь вообще нас игнорировать, если хочешь. Но во время заданий — пожалуйста, — он даже сложил руки в молитвенном жесте и выпрашивающее, с мольбой обрался к ней и выражением и голосом, — не сторонись нас. На заданиях очень опасно, как бы порой пустяковыми они не казались. — Я это уже знаю, — сказала Рова, почесав ногтем руку, а точнее то место, где у нее были раньше бинты. И вот Сугуру услышал раздражение, пусть она и по-прежнему отрешенно смотрела в окно. — Чтобы ты о нас не думала, мы все волнуемся за тебя, — продолжал напорствовать Сугуру. — И искренне хоти, чтобы ты освоилась и прижилась. — Думаю, Годжо-сэмпая это не касается, — с издевательской ухмылкой подметила Рова. Что же они с Сатору так по неприятельски зациклились друг на друге? Хотелось было узнать Гето, но сейчас их отношения не в эпицентре нынешней темы. — Я Сатору лучше знаю. А потому можешь не сомневаться, он тоже за тебя волнуется, — упрямо пообещал Сугуру за ранее ожидая, что Рова будет это отрицать. — Вот как, — коротко проговорила девушка и, вспомнив, что все еще держит чашку, приподняла, ее пригубила. Похоже, ей уже неинтересен этот разговор. Всем видом так и показывает. А тем временем в чашке осталось меньше половины кофе. Она специально седлала глоток по больше и как бы в назначай продемонстрировала это Сугуру, когда опустила чашку на блюдце. — Если ты себе неуверенна, как в бойце, я могу помочь! — от всего сердце предложил он, положил ладонь на грудь. — Сам с нуля всему обучался в плане боевых искусств. Могу подтянуть и потренироваться с тобой! А если боишься проклятий, то я могу быть рядом во время заданий и защищать! — Мне нянька не нужна, — пробурчала Рова и тут же приподняла чашку. Поднялся ее к губам. Сугуру понял, что его время истекло. Рова просто не желает его больше слушать и сразу выпроводит, как допьет свой кофе. Но край чашки по какой-то причине замирает в паре миллиметров от бледно-розовых губ Ровы. Заметивший это Сугуру удивленно смотрит на неподвижную девушку. Почему она не допивает? Сама сказала же, что слушать больше не будет, как выпьет. В тянущемся безмолвии Рова опускает чашку под бдительный и ничего не понимающий взор Сугуру. Потом она громко выдохнула, ее плечи расслабились, а когда она посмотрела на ошарашено парня, у Сугуру чуть челюсть не отпала. Она… улыбалась. Впервые за все то время, что на здесь Рова улыбнулась. И улыбка это была настолько спокойной, не яркой, но и не забываемой. В глазах снова свет и цвет стал теплее. Когда Сугуру смотрел, то ощущал приятную опустошенность. Она убрала еще не пустую чашку на стол, поставив ее рядом с почти полной чашкой Гето, и движения ее, казалось, длились целую вечность. Потом она опустила руки на ноги, в точности построив позу Сугуру, до этого скрестив пальцы в замок. — Я обдумала твои слова, Гето-сэмпай, — по-настоящему дружелюбно сказала Рова. — Ты прав, моей семье плевать на меня, и я осознаю, что мне нет среди них места. Но они моя семья и какими бы они не были, думаю, любой ребенок хочет, пусть в мечтах, но чтобы семья принимала его, — она говорила это так снисходительно, словно говорила не о себе, а о ком-то другом. Все еще удивленный ее поведением, Сугуру моргнул. — Так же я очень хочу покинуть этот колледж. Я знаю, что ни ты, ни Иери-сэмпай или Годжо-сэмпай не виноваты, что родились магами. Однако прошу понять и меня, потому что я не виновата, что родилась и выросла в семье, где магов презирают. Ее голос звучал как журчание ручейка, настолько умиротворенно, что аж глаза закатывались.. Вот только… — И ты все верно сказал о том, что моя недееспособность на задания будет проблемой, как для меня, так и для моих сэмпаев, — ее рука поправила тонкие прямые волосы, откинув их за плечо. На секунду глаза закрылись, а в ресницах заиграло солнце. — А раз в ближайшем будущем мой уход не предвидеться, я попробую был более… контактной. Но только на заданиях, — уже строже сказала она, указав на разинувшего рот Сугуру. После чего скрестила руки на груди. Улыбки уже не было, только серьезность. — И по поводу предложения о твоей помощи. Я не маленькая и не беспомощная, какой кажусь на первый взгляд. Постоять за себя смогу. Хотя проклятья не люди, — прижав палец к губам, Рова задумалась. — А если их будет много, то это проблема. Если уж так случиться, я позову на помощь. Но. Прошу не оказывать мне ненужную помощь, — попросила девушка, подавшись вперед. От резкости ее действий Сугуру отклонился назад. — Меня такое бесит. Все понятно, Гето-сэмпай? Мы договорились? — уточнила она сердито, напустив брови на переносицу и не много наклонив голову набок. Очевидно, что кроме утвердительно ответа вроде «Да, я все понял» или «Конечно», она другого и слышать не собиралась. Сугуру покосился, закусил губу и молчал. Рове это не понравилась. Она стала еще злее, что аж клыки показала. Но терпеливо ждала. Не то чтобы Сугуру собирался отнекиваться. Высказалась она правильно и он не сказано рад, что она приняла его слова, переварила и согласилась с доводами. Но… Почему-то это улыбка не выходила у него из головы. По началу он был рад и даже очарованею, но теперь, когда чары прошли и ситуация виделась более реалистичной, Гето в меру своей находчивости и понимания стал осознавать, что эта улыбка была как ловушка или отвлекающий маневр. И была она выставлена на показ далеко не из добрых побуждений Усаги Ровы. Если Сугуру не ошибался и все правильно понял, то он настолько уже достал Рову, что она просто решила отвлечь его, покивать для пущей убедительности и спровадить. И это самый лучший вариант. Гето про себя молился, чтобы он ошибся, и Рова и в самом деле задумалась над его словами. — Хорошо, — вяло выдохнув, согласился Сугуру, обращаясь к ней. Смотреть нужно прямо в глаза, иначе она не поверит. — Я буду помогать в меру своих возможностей, если так тебе удобней, — решив скопировать её, он сам улыбнулся отрешенной улыбкой. Не столько любезно, сколько смиренно. — Спасибо, Рова, — поблагодарил он и склонил голову перед ней. — Я рад, что мы об этом поговорили. — Правда? Ну, тогда я тоже рада, что мы пришли к консенсусу, — невозмутимо сказала Рова, отодвигаясь от него, и поднялась на ноги. Перед Сугуру, поднявшим голову, качалась только юбка. — Тебе пора идти, — она указала на дверь, когда Гето взглянул на нее снизу вверх. — Я хочу отдохнуть перед завтрашним, так что лучшей оставь меня одну. — Э-э. Д-да! Конечно! — запнулся Сугуру, но тут же быстро поднялся со стула. Разница в росте сразу стала ощутима. Теперь Рова взиралась на Гето снизу вверх. Проводив его до двери, она бдительно проследила за каждым его движением. То как он открывал дверь, и как только он почти вышел в коридор, Рова неожиданно схватила его за край пиджака и не сильно дернула. — А! Рова? — вопросительно обернулся назад Сугуру, озадаченный таким действием. — Что-то случилось? — решился осторожно спросить он, потому что она молчала. — Гето-сэмпай. Скажи, после того случая в галерее, когда тебя доставили в больницу, — она говорила ужасно тихо. Не стой, Сугуру рядом вряд ли бы разобрал. — Кто-нибудь тебе что-нибудь сказал? И Рова подняла на него чистые глаза. Настолько ясные, что Гето отчетливо видел удивленого себя. — Кто сказал ли мне что-то? — не понимал Сугуру. — Может к тебе кто-то подходил? Или сказал после больницы? — настаивала Рова, впервые с волнением и нетерпением дергая его за пиджак. Эмоции не так сильно выражены, но Сугуру их ощутил и от того больше удивлялся. — Ничего из этого? — Эм. Прости, но нет, — покачал головой Сугуру. — В больнице я был в критическом состоянии и в сознание не приходил. А очнулся уже в колледже. И то ты знаешь, что был не в самом лучшем расположении духа. Да и кроме Сёко, Сатору и учителя, не подходил, — вспоминал Гето. — Разве что врача посещал, да и старшие иногда проведывали. А так — никто. А что? — Ничего, — быстро ответила Рова и отпустила пиджак. Она опустила голову, а потому какое у нее сейчас лицо, Сугуру не разглядел. — Просто хотела уточнить. Но раз ничего не знаешь, то и ладно. До завтра, сэмпай. — Ага. До завтра, — не успел он нормально попрощаться, как она закрыла дверь прямо перед его носом, от чего он зажмурился и его челка покачнулась. Для столь милой беседы, что была у них недавно, подобное окончание оказалось довольно… грубоватым. Но Сугуру только молчал, убеждая себя, что и тем, что есть, надо быть довольным. Разговор прошел не так уж и плохо. Да и Рова приняла его просьбу пусть и с такой «дружелюбной» улыбкой. Оставалось лишь надеяться, что она сдержит свое слов завтра. Кто-нибудь тебе что-нибудь сказал? Вспомнил он вопрос Ровы в голове. Как бы он не думал склеить ничего известного на данный момент не мог. Кажется зарядка уже садиться от всего произошедшего. Потому что причина почему Рова это у него спросила, не сильно то его и трогала. «Скорее всего, я просто уже значения не придаю ее странностям, — мысленно пришел к таким выводам Сугуру, поразмяв шею. — Может, Сатору что там за моей спиной наплел, пока на больничном был? А даже если и спрошу, вряд ли, мне она вот так расскажет, коли сейчас ничего не выдала». Махнув на это все рукой и решив не замарачиваться по напрасно, Сугуру отошел от двери, шагая прямо по коридору, как остановился, заприметив за углом поворота две выглядывающие головы. Это были Сатору с Сёко, неотрыв наблюдающие за ним. Секо от чего-то едко ухмылялась, а вот Сатору, пусть и был внешне равнодушен… Сугуру прямо таки видел идущую от него темную ауру. — И что выделаете? — спросил он у них, не оценив такого надсмотра. — Гето~, — протянула Секо с лукавой ухмылочкой. — Так вот какие «дела» у тебя были? — Предатель, — пророкотал Сатору и подвижная темнота расползлась еще сильнее. Они оба по своему давили на него, без особой жалости. Секо то еще ладно, она любит дразнить. А вот Сатору, похоже, и впрямь обиделся, что для Сугуру Рова оказалась важнее, чем их поездка до Токио. Гето, натянув свою прежнюю улыбочку, попытался решить все миром и дипломатией. Но как он узнал со слов Иери Окно, что они вызвали, уехала по делам и будет свободена теперь только через полчаса. А другие тоже заняты и скоро не освободяться. Вот так за нарушение дружбы на Гето легли два штрафа. Секо потребовала, чтобы он лично оплачивал все ее покупки сегодня, а Сатору наказал Сугуру катать его на своих летающих проклятьях до конца месяца, когда тот попросит. — Ты же знаешь, что я не могу высвобождать их на территории колледжа! Мне запретили это делать! — решительно протестовал Сугуру, идя позади не слушавших его Секо с Сатору. Те закатили глаза и что-то бубунили друг другу. — И потом! У тебя своя врожденная техника есть! — крикнул он другу в спину. — Ты сам левитировать умеешь! Эй! Я с кем разговариваю?! Рова все еще стояла за дверь, вглядываясь на нее с такой лютой яростью, словно она была виновата во всех ее проблемах. Она с вымученной выдержкой напрягла лицо до вен на лбу, сжимала, разжимала пальцы, покачиваясь на носках, пока не переборов в себе что-то не выдохнула полной грудью, став теперь никак изображение демона они, а мраморная скульптурой не тронутая временем. Когда причина ее раздражения исчезла, Рова убедила себя, что может спокойно дышать и не делать вид, что ее что-то волнует. Все чего ей хотелось — это до конца дня посидеть в комнате, ни с кем не разговаривать и после лечь спать по раньше. Но, как на зло, в кармане юбки зазвонил телефон. Она тут же с недовольством зыкрнула на свою юбку, однако телефон достала быстро. Стоило ей взглянуть, кто звонит, как все возможные эмоции исчезли с ее лица и даже в глазах. Сейчас она выглядела куда взрослее, чем обычно. И голос, которым она ответила на звонк, тоже был далеко не обычным голоском юной школьницы. — Да, это Усаги, — зрело проговорила она, приложив телефон к уху. — Да. Я получила все данные с больницы и уже примерно знаю, как действовать дальше. … Что? — она с подозрением покосилась на телефон и тут же недобро ухмыльнулась на слова человека с той стороны. — Вот оно как? Меня это не волнует. Разберусь со всем, как время будет. Что сейчас более важно, — развернувшись на голых пятках, Рова подошла к окну. — Вы выполнили то, что я просила? — вопрос прозвучал строго и требовательно. Услышав ответ, она удовлетворенно улыбнулась. — Хорошо. Тогда я хочу услышать результат, — разговаривающий с ней не разборчиво проговорил, что заставило Рова заносчиво хмыкнуть. — Я примерно предполагаю. Но нельзя же строить воздушные замки. Я хочу твердый и реалистичный фундамент, — самодовольно объяснив, Рова облокотилась спиной о стену. — И что там? А? — ее глаза удивленно расширились, а потом сразу же сузились, став темнее и злее. — Ясно. Значит, правильно думала. Масамичи Яга, да? Хотя кто еще… Нет! Радикальные меры пока не требуются! — резко выдала она. — Я сама с ним поговорю, — явно теряя терпения, объявила Рова своему собеседнику, потирая переносчицу и закатив глаза от гнева. — Семья уже в курсе? Да и черт с ней! Бабка небусь уже ждет не дождется, чтобы мне все высказать, а потому пока никак с ней связываться не буду. … Да. Хорошо. Тогда до связи. Она выключила телефон, оторвав его от уха и нажав на нужную кнопку. Спокойно положив его обратно в карман, она приложила руку ко лбу и потерла вески, оскалив зубы. Еще бы ей не злиться как на себя, так и на все подряд. Хотя на себя саму Рова злилась больше всего. Вот и ошибка, которую она совершила из мнимой благодетельности, теперь вышла ей боком, как она и чувствовала. Раз уж ее бабушка в курсе деле, значит, лишь вопрос времени, когда результат ее миссии в галерее дойдет и до ушей других. — Позорище! — ругнулась она и гневно топнула ногой по полу. — Гето Сугуру остался жив по моей ошибке. Мне же его и добивать, да? — спросила она сама себя, задрав голову к потолку с пустыми глазами. Где-то со стороны двора Рова услышала смех и разговоры своих однокурсников, а потому рефлекторно повела голову в сторону окна и неторопливо подошла к нему, отодвинув шторку. — Добить значит? — прошептала Рова, заметив тройку ребят идущих по тропинке. Она не старалась особо скрываться, да и те похоже были так увлечены разговорами, что и не заметили ее. Больше всех Рова смотрела именно на затылок смеющегося Сугуру. Рядом с ее узким зрачком прорезался не хороший свет. — Больше я такой милости не проявлю.