Удушье.

Тихое шипение выдавливается со рта Минхо. Парень угрюмо смотрел в телефон после разговора с Феликсом. Экран уже погас, отражая недовольное выражение лица Лино, подчеркивая его уставшие блики в глазах. Джисон плюхнулся на кровать рядом с парнем, прижимаясь к его шее. Нежно проводит дорожку поцелуев, спускаясь к оголенному плечу. Все это время они добирались до дома Хана, а теперь, когда парни лежат на кровати без футболок, хочется лишь долго молчать и ничего не делать. Алкоголь бил по голове Минхо. Глаза устало закрылись. На выдохе Лино проронил пару матов своей неразборчивой речью. Он чувствовал теплое дыхание Джисона у плеча, что заставляло оглянуться на эту картину. Хан блуждает руками по животу старшего, глазами спрашивая "что случилось?". — Хани, — все так же без особого настроения сказал Минхо, переворачиваясь на спину, давая Джисону лечь рядом. — ты сможешь вызвать такси для Ликса? Кажется, они не смогли сдружиться. — Думаешь? — младший и правда подлег рядом, беря в руки свой телефон. — Может дело в чем-то другом? — Тогда бы они уехали вместе. — уголки губ самопроизвольно поднялись, а лицо Ли Ноу стало более расслабленно. — Как мы. — Напиши ему, что я вызвал. — Джисон показывает экран телефона Минхо, дав ему переписать номер машины в сообщение для Феликса. Минхо наконец-то допечатал, стараясь не делать особых ошибок, хоть и пальцы тряслись, а голова мыслила иррационально. Младший спокойно возвращает свое внимание на тело Лино, поворачиваясь на живот, показывая свой прекрасный изгиб спины, в который хотелось впиться губами, оставляя там пару красных следов. Минхо довольно ухмыльнулся, глядя в привлекательные глаза Джисона. В них играли шальные огоньки, как у Лино при странных идеях. Но все же, огни Хана были особые, такие манящие и возбуждающие. Ли Ноу наконец-то прикоснулся к мягкой щеке Джисона, слегка оттягивая ее, а после слыша недовольное шипение. Это забавляло. Но в знак извинения старший проводит тыльной стороной ладошки по этому месту, а затем резко притягивает лицо Хана и сливается в неаккуратном, но спокойном поцелуе. Джисон шел навстречу, старательно подхватывая темп дыхания старшего, чувствуя себя лучше всего на свете. Что не скажешь про Феликса. Светловолосый отчаянно глядел в телефон, сверяясь с сообщением и номером машины. Ждать долго не пришлось, но вот за это время мозг полностью перестал воспроизводить что-то. Наверное, с этого момента, Ликс больше не вспомнит, что было после, как Хенджин спас его. Тело ломило, глаза закрывались сами, а губы наоборот, раскрывались в попытке глотать воздух. Сейчас ему бы хватило сил на то, чтобы вздохнуть во все легкие, но он просто не мог из-за обычной сонливости. Сев в машину, парень автоматически вырубился. Думается, таксист его разбудит. Главное не мыслить о плохом. На утро голова трещала. Ликс заставлял себя силой раскрыть глаза и простонать от раскалывающей боли. Вот-вот и лопнет. Ужасно. Вроде Феликс и не напивался так сильно, но, кажется, алкоголь на него действует под особым давлением. И правда, веснушчатый больше не помнил после того, как выбежал из кабинки. Как он добрался до дома. Как он сел в машину. Как он прорывался через толпу в клубе. Веки наконец-то раскрылись. Потолок впился в глаза. Непривычный потолок. Ликс перевел взгляд ниже - на комнату. Причем, не на его комнату. Где он? Спальня сочетала в себе сразу несколько оттенков. Это выглядело богато. Отель? Нет. Что-то было явно по-домашнему. Конечно, это больше выглядело на какой-то дом мажора, но тогда чей? Голова все так же пульсировала, отдавая рвотой в горле. Надо побыстрее уйти отсюда и как-то решить проблему с болью. Наконец-то Феликс бросает взгляд на небольшой столик у кровати. Стоял стакан с водой и пару таблеток. Как мило. Куда он попал - это остается загадкой. Но пока есть хотя бы вода под рукой, то все не так плохо, как могло быть. Ликс схватился за стеклянный сосуд, сначала недоверчиво разглядывая жидкость внутри, после так же недоверчиво таблетки рядом. Это точно можно пить? Что вообще происходит? — Это тебе. — спокойный мужской голос доносится с дверного проема. — Голова сильно болит? Ликс удивленно кидает взгляд на источник звука. Хван Хенджин. Опять этот лис. Парень со стуком ставит стакан обратно, а после щурится от резкого звона в ушах. Потерпит. Сейчас цель выбраться от сюда загорела новыми красками. На фоне раскалывающейся головы – эта проблема была в приоритете. — Ты так сильно недолюбливаешь меня? — рыжий спокойно подходит к Ликсу, тело которого дрожало в попытках держать равновесие. — Ты можешь еще поспать. — Что я тут делаю? — наконец-то выдавливает младший, впервые за долгое время встречаясь взглядом с этим лисом. Его бездонные глаза снова тянули на дно, откуда выбраться просто невозможно. Как и в первый раз, Феликс не мог выдержать это, отведя глаза в другую сторону, снова задев стакан рукой. — Таксист не знал куда тебя везти точно, а ты заснул. — улыбнулся Хенджин, ответно отводя взгляд. Опять играется? — Поэтому мы приехали ко мне. — Я должен уйти. Прямо сейчас. — пробурчал младший, осматривая себя. Одежда была не его. Черт. Что происходит? — А... — Таблетки выпей. — произносит Хван, указывая взглядом на лекарства. — Одежду я тебе дал. — Надеюсь только одежду... — нехотя произносит Феликс. Если смотреть, то не так уж и плохо. Если бы не было Хенджина, было бы еще лучше. — Верни мне мою. — Без проблем. — Хван приподнимает плечи, так же отпуская их. — Только когда тебе станет лучше. Иначе придется мне тебя переодеть. — За кого ты меня держишь? — недовольно шипит Феликс, уже отходя от таблеток. Он не хочет принимать очередную помощь от этого рыжего лиса. — И пить я это не буду. В ответ усмешка. Хенджин молча подходит к лекарствам, беря их в руку. Черные глаза падают на взволнованное лицо Ликса. А тот отводит взор. Опять не готов принять давление со стороны Хвана. Рыжий подходит ближе, резко хватая его за шею, аккуратно пододвигая к себе. Когда болит голова после алкоголя – это не лучшее состояние и Хенджин это понимает. Поэтому и хочет помочь. Парень подносит руку с таблетками ко рту Феликса, спокойно, но быстро пропихивая их внутрь. Недовольное и громкое мычание. Юноша закрыл глаза, желая выплюнуть обратно. Но не мог. Его рот закрывала холодная ладонь Хвана. — Воду тебе тоже вылить в рот? — Хеджин отпускает шею веснушчатого, давая тому нежелательно для себя же отойти в сторону под давлением ужасного состояния. Хван берет стакан в ту же руку, подносит к Ликсу и старательно пытается схватить его. Младший забивается в свободный угол, махая руками в жесте "стоп". — Я сам. — Ликс резко кидает взор на воду. Забирает стакан с ладони Хвана и запивает не такие уж противные таблетки. — Теперь одежда. — Она в гостиной. — произносит Хенджин, скрещивая руки на груди. — Раз самостоятельный, то найди ее сам. — Хватит играть. — недовольно говорит Ликс, все так же с опасностью кидает взгляд в глаза напротив, тут же отводя его. — Я не люблю рыскать в чужих домах. — Успокойся. — та же ухмылка из детства. Опять эти клыки показываются наружу. Опять этот взор исподтишка. Хитрый взор. — Лучше отдохни еще немного. Я сейчас принесу. В моем доме ты заблудишься. — Почему это? — недоверчивый вопрос. — Украл у какого-нибудь мажора ключи от огромного дома? — А ты будешь помнить ту газировку всю жизнь? — напряжение повисло в комнате. Хенджин развернулся к двери, без резких движений выйдя из спальни. — Задел. — ехидная усмешка. Ликс не успел ответить Хвану, но, может, даже и к лучшему. Феликс разлегся на кровати в форме звезды, выпрямляя руки. Голова постепенно проходила, но порой все так же било по ушам. Глаза и правда хотели снова закрыться. Как бы не старался веснушчатый вспомнить что произошло в самом конце – не получается. Что случилось с Чонином? В тот момент Хенджин снова спас Ликса. Наверное, Феликс никогда не поймет Хвана. Что произошло в его жизни, раз у него такой особняк? Разбогател? Странно это все. Младшего не должно это волновать, но забавно, что Хенджин так отреагировал на те воспоминания и подкол. Рыжий возвращается в руках с другой одеждой. Она выглядит более стильно, не особо подходив во вкус Ликса. Младший привстает с места, опираясь на руки сзади. Глаза падают на вещи, которые аккуратно сложены на ладонях Хвана. На фоне такой одежды только подчеркивались изящные и длинные пальцы Хенджина, на которых красовались пару колец. Это выглядело как в какой-то рекламе. Он в самом деле выглядит как модель. Но сейчас даже не об этом. Где одежда Феликса? — Ту я выкинул. — честно ответил парень, аккуратно кладя вещи рядом с Ликсом. — Теперь это твоя новая одежда. Я старался подобрать похожее. Нравится? — Но то мне подарили. — глаза залились обидой, а щеки надулись, показывая недовольство. — Ты даже не спросил у меня ничего. — Ты крепко спал. — Хенджин садится рядом. Их разделяла лишь стопка вещей. Его бездонные глаза снова окутывали Феликса, пленя за собой. — Считай это тоже подарком уже от меня. — Ты обязан вернуть мне ту. — Ликс упрямо отвернулся, укладывая свое тело на бок. Чувствуя под собой мягкое одеяло, веснушчатый зарылся носом, вновь желая закрыть глаза и проснуться уже дома. — Та одежка от твоего друга? — поинтересовался старший, перебирая пальцами складки одежды рядом с его ногой. — Я могу отдать ему деньги. Пусть купит тебе что-то получше. — Деньги то у тебя от куда? — наконец-то решается спросить Феликс. Уголки губ опять приподнялись ожидая того, что Хван снова покажет свое недовольство. Когда этот лис показывал что-то помимо этой тупой усмешки на лице - он выглядел даже лучше. — Зайчонок, — шепотом начал отвечать Хенджин, тянув руку к плечу младшего, нежно касаясь кончиками пальцев футболку Феликса. — когда-нибудь я тебе расскажу. Но явно не сейчас. Тело светловолосого слегка дернулось при прикосновении Хенджина. Ликс старательно отвел плечо, перекатываясь на спину. Теперь взор падал на движения Хвана. Опять он встретился с ним глазами. Эти черные зрачки все так же были без ответов. Младший преодолев себя, снова сменил положение, уже в сидячее. Феликс отводил взгляд, так же разглядывая комнату. — А как на мне оказалась эта одежда? — только сейчас стало доходить. Ликс надеется на хороший и адекватный ответ. — Я переодел. — сквозь весь мозг прошли эти слова, отдаваясь эхом в ушах. Худший ответ. Но что можно было еще ожидать? — Я тебе не верю. — шипит Ликс, сжимая губы. Пусть это будет шутка. Почему его за эту ночь касались двое парней? Даже не девушки. — Мне казалось, тебе нравится, когда тебя трогают за руки. — издевательский смешок. Хотелось придушить Хенджина. — Ты даже не сопротивлялся и шел навстречу. — Надеюсь, ты до сих пор про одежду... — всегда ожидай самого худшего и никогда не разочаруешься. — Пользоваться моим состоянием под алкоголем - это унизительно с твоей стороны. — О чем ты, зайчонок? — спальню опять озарил этот смех. Хван и правда давил на Феликса, сам зная о чем он. — Неужели ты так хотел, чтобы тебя взяли? Почему ты думаешь о таком исходе? — Я не доверяю тебе. — опять бурчание. Ликс отрицательно кивает головой, закрывая глаза. — Я могу уже вернуться домой? — А переодеться? — Хван смотрит на вещи, все так же аккуратно проводя пальцем по качественной ткани. — Мне и в этом хорошо. — вновь открывая веки, Феликс встает с кровати, еще раз осматривая одежду на себе. — Приеду - сожгу. — Мне снова помочь тебе переодеться? — пропустив последние слова мимо ушей, Хенджин привстает следом. — Почему ты настаиваешь на этом? — Ликс не выдерживает и поворачивается. Взгляд падает даже не на лицо Хенджина. На его шею. Его кадык. Его ключицы. И на его аккуратную подвеску. — Прими это как часть подарка на твой день рождение. — Хенджин замечает этот заинтересованный взгляд, который оглядывает открытую часть тела. Клыки опять показываются на взор младшему. На этот раз он не отводит глаза. Неужели ему нравится? — Я хочу сделать тебе хороший сюрприз, позволишь? — И какой же? — младший тоже замечает свой интерес и резко отводит взгляд как ни в чем не бывало. — У тебя же праздник, — напомнил Хван, — не хочешь исправить его плохое начало? — Хочу. — правдиво отвечает Ликс, наконец-то вновь смотря на одежду, которую предложил для него Хенджин. — Приеду домой и там высплюсь. Это будет лучше всего. — Может за мой счет поедем куда-нибудь? — Хван подходит к младшему. Рыжий как был, так и остался выше него. — Например в кино? Или в ресторан? — С тобой? Нет. — прошипел Ликси, нехотя... Или хотя берет в руки эту одежду, выпрямляя ее и подгоняя под себя. И правда будто под него шилось. — Все-таки понравилась? — хмычет старший снова прикасаясь к Фелиску. Его пальцы проходят между приятными, светлыми локонами на макушке. — Почему ты не хочешь отпраздновать со мной свой день рождения? — Убери руку. — пригрозил веснушчатый, сжимая ткань в калуке, показательно закатывая глаза. — Мне не нравится, когда кто-то касается моих волос. — Зайчонок, — опять ласково вырывается со рта Хенджина. Он медленно проходит по всей длине прядок, касаясь ушей. Хван аккуратно заправляет волосы за ухо, а после давит эту улыбку. — подумай лучше. Когда тебе еще так выпадет шанс поехать и хорошо провести время? Ты струсил? — Хватит уже, — младший вырывается из прикосновений Хвана. Локоны опять небережно падают на глаза. Рыжий выдыхает со смешком, после по желанию Феликса возвращает руку к себе. — выйди, я переоденусь. Порой и Ликса невозможно было понять. То ночью его переодевают, а сейчас он корчится перед тем, что кто-то увидит его в нижнем белье; то он нежеланно осматривает одежду, капризничая, а после сам готов напялить ее; то он идет на встречу Хенджину, но так же отталкивая его в этот же момент. Хван скользит взглядом по хрупкому телу веснушчатого, останавливаясь именно на его особенности. Бездонные глаза так же смеялись и издевались, а уголки губ это подтверждали, поднимаясь все выше. Конечно, Хенджин не стал перечить младшему и вышел из комнаты, но кто сказал, что Феликс останется даже так без внимания Хвана? — Тебе стоит хорошо подумать. — повторяет старший, стояв за закрытой дверью. Он опирается спиной об однотонную стену, которая идет вдоль по коридору, заканчиваясь у лесенок, ведущих на первый этаж. — Пока ты в моем доме - ты не сможешь сбежать. — Это попытки запугать? — слышно, как Ликс старательно стягивает с себя футболку, в которой он сегодня спал. Она пахнет дорогой вещью, а материал только подтверждал это. Приятная на ощупь ткань упала на край кровати, оставаясь без внимания. — Тогда вызови мне такси. Только давай на этот раз без тебя в машине. — Это такая благодарность? — вздыхает старший. — Я увез тебя к себе, переодел, дал таблетки, а теперь предлагаю раскрасить позитивными красками твой унылый праздник. Хватит уже капризничать. — Ты мне противен. — проносится ветром по комнате. — Я не хочу праздновать с тобой. — Ты даже не попытался. — Оба настаивали на своем. Хенджин был уверен, что Ликсу понравится. — Что ты будешь делать один у себя дома? Только спать? А потом проснешься ночью и будешь горевать какой же у тебя плохой вышел день? Зайчонок, думай. Хватит кидать слова просто так, даже не вникая в суть. — Это ты не вникаешь. — дверь распахнулась. Феликс теряется взглядом в коридоре, а после в парне рядом. Тело старшего так же облокачивалось, руки были скрещенные на груди, а голова не старалась повернуться в сторону Ликса. — Я не хотел тебя видеть. Разве ты не помнишь? Даже в нашу первую встречу я не собирался тебе открыться. — Тебе придется. — нежеланно для себя говорит Хван. Он знает смысл этих слов. Феликс еще может все поменять, но даст ли это сделать ему Хенджин? — Думай как хочешь, но эти слова сейчас единственное, что я могу сказать о твоем недоверии ко мне. — Почему ты не хочешь понять меня? — новая одежда хорошо сидела на младшем, как и предполагалось. Но вот было ли в ней комфортно? Она была чужой, она была предоставлена Хваном, она, может быть, была и одной из его вещей. Хотя на самом деле было не так плохо. Феликс чувствовал себя даже одним из парней на обложках, но думать о том, откуда это одежда - не хотелось. — А ты меня. — наконец-то прерывается мышление Ликса словами Хвана. — Почему ты так настаиваешь? Я н-е х-о-ч-у. — по буквам произносит последние слова Феликс, ища взглядом выход. Ликс подошел к лестнице, глядя вниз. Такое пустое и свободное пространство. Но выглядело и правда дорого, так элитно и гармонично. — Я даю тебе шанс выбрать самому любое место, — он знает, что тот ответит "дом", поэтому продолжает. — кроме того, как вернуться домой. Если ты сильно настаиваешь именно на нем, то я еду с тобой. — Почему это? — взор падает на большие входные двери. Наконец-то Ликс видит выход. Осталось лишь пройти и резко стартануть отсюда. Но он даже не знает в какой стороне его дом, и ходят ли сюда вообще такси. Кто знает этого Хвана... Вдруг он специально обустроился в таком районе, где никого нет кроме таких же мажоров. Вообще, мажор и Хенджин были совсем разные слова. Только недавно он воровал пепси из магазина в деревушке. — Я поеду один. — Тогда давай поиграем, — как же раздражает, что кто-то идет не по желанию Хенджина. Рыжий хватает за запястье Ликса и резко прижимает его к стене, поднимая чужую ладонь над головой. Вторая свободная рука падает под взор Хвана, так же прижимаясь к стене. — в этот раз у тебя нет выбора. Проиграю я – везу тебя домой. Выиграю – мы едем куда ты захочешь, но вместе. — Что это за фокусы такие? — недовольно рычит Ликс, а после обидчиво поднимает глаза, стараясь в этот момент выдержать напряжение исходящее из взгляда Хенджина. Но это просто невозможно. Если его обычные глаза тянули за собой, то эти только под себя. — Неужели тебя обидело, что я не иду к тебе навстречу? Я не собираюсь играть с тобой, наглый лис. — Ты уже вступил со мной в игру. — пальцы рыжего агрессивно сжимали тонкие запястья Ликса, заставляя того открывать рот от боли. Сколько сил в этом Хенджине? Руки не слушались Феликса, будто переставая принимать сигналы от мозга. Как бы не хотелось сползти по стенке - просто невозможно. Собственные ладони были выше, тянув обратно. — Ты не сможешь сбежать, еще раз повторяю. — Какой же ты псих. — губы сжались, а тело дрожало от боли. Ликс хотел бы уже ударить старшего ногами, но между ними была чужая, блокируя его попытки. Просто невыносимая поза. — Что за игра? — "Смотри мне в глаза" мли же гляделки называется, знаешь такую? — ухмылки больше не было. Напряжение все больше росло. По телу проходился ряд мурашек. Феликс нехотя поднимает голову в сторону Хвана. — Сможешь наконец-то посмотреть на меня? Почему ты избегаешь зрительного контакта? Неужели и правда боишься? — Ненавижу. — шепотом отвечает Феликс. Решаясь наконец-то сыграть в эту нелепую игру, Ликс старается полностью перестать думать о том, как эти черные глаза будут пожирать его душу. — Отпусти меня для начала. — Если тебе так будет легче выстоять мой взгляд. — уголки губ дернулись, опять надсмехаясь. Кулаки Ликса снова сжались, как только почувствовали прилив сил, которых не было из-за грубой хватки старшего. Резкий удар. Но Хенджин блокирует маленькую ладошку Феликса, которая насыщалась всей ненавистью к Хвану. — Предсказуемо, что после этого ты хочешь меня ударить. — И сколько я должен так смотреть на тебя? — Феликс старательно возвращает руку к себе, разжимая кулак. Взгляды пока до сих пор не встретились, но напряжение чувствовалось и так. — Хотя бы минутку. Если твои попытки всегда не заканчивались и секундой, то сможешь ли ты переступить через себя на такое время? — Хван не был готов к удару, но Феликс знал, что очередная мысль о том, чтобы прописать по Хенджину не будет успехом. — Хорошо. — младший выдыхает, выпрямляется и наконец-то кидает свои пару карих глазенок на взор напротив. На губах светловолосого застывает отвращение. Нижние веки слегка поджимаются, давая прищур. Хочется уже закрыть глаза. Время, кажется, остановилось. Так медленно и незаметно. Феликс блуждает по черным глазам Хвана. А Хенджин опять смотрит в душу. Он затрагивает разрушенный мир Ликса. Он показывает Феликсу всю суть жизни в одном только взгляде. Он давит улыбку, вновь открывая свои небольшие клыки, на которых Ликсу хотелось тоже уделить внимание. Нельзя. Только в черные глаза напротив. Как там говорилось? Если долго смотреть в бездну, то бездна будет смотреть на тебя? Веснушчатый видит отражение себя в этих глазах. Но не настоящего. А того – из детства. Того милого и жизнерадостного. Того пушистого и лучистого. Того веснушчатого зайчонка. И только после этого он захотел отвернуть взгляд, даже забив на проигрыш. Феликс не хотел. Просто не хотел видеть то, что отражается в бездонном взоре Хвана. И взгляд резко скачет, переходит на эти клыки ниже, а затем снова на ту цепочку. Воздуха опять стало не хватать. Он будто с многоэтажки упал и выжил. В глазах мутнеет, а голова снова напоминает о боли. Веки закрываются, а рот глотает воздух. — Ты почти смог. — даже с ноткой печали в голосе говорит Хенджин. — Я даже думал, что ты сможешь. — Я могу, слышишь? — отдышка как будто после долгого забега. Ликс снова поднимает глаза на Хвана. Снова чувствует это напряжение и не может. — В следующий раз обязательно получится, зайчонок. — эти слова должны были подбодрить младшего, но если это не слова Хенджина. — Куда бы ты хотел? — В комнату страха. — принимая свой проигрыш, Феликс томно выдыхает, наконец-то уравновешивая дыхание. — Может, там будет что-то пострашнее тебя.