Удушье.

— Зайчонок, — тихо слышится где-то сзади веснушчатого, — ты счастлив? Феликсу давно ничего не снилось, а если и снилось, то с участием Хенджина. В этот раз не исключение. Каждый день парень винит себя, почти не выходит на улицу и вовсе забрасывает учебу. Сколько бы ему не звонили с угрозами отчисления, сколько бы о нем не беспокоился Минхо, Феликс остается виновником. Он остается тем, кто убил Хенджина. Руки трясутся. В голове все плывет. Ликс сегодня в тайне от друга пробрался в клуб Хвана. Вернее, в то, что от него осталось. Заведение перешло в руки Джисона, но и это крах. Новый владелец явно не так способен, как Хенджин. Ликс допивает алкогольный напиток, сразу же щурясь от обжигающего чувства в горле. Ком горечи так остался, он непробиваемо застрял в глотке, порой удушая Феликса. Иронично. Сейчас веснушчатый то и делает, что тратит свои последние запасы денег на выпивку, не жалея ни организм, ни барменов, которые уже шепотом переговариваются об парне. Но даже так душевная боль не зарастает. Да и с работы уволили. — Сколько же ты хлопот мне предоставил, — Хан усаживается рядом с веснушчатым, разглядывая его бездушные глаза. Он явно похудел и побледнел. Веснушки стали еще отчетливее, а кофейные глаза тусклее. Потерял не только краски в жизни, так и краски в себе, — спасибо. — с сарказмом произносит Джисон, тяжело вздыхая. — Ты все же не рассказал Минхо? Прям как я и просил. — черноволосый запрокидывает голову, но так и не сводит глаз с Феликса. — Я как со стенкой разговариваю. — Минхо тоже не смог меня разговорить, поэтому я и не сказал ничего... — не особо разборчиво бубнит себе под нос светловолосый, опуская голову. — Но мне стоит признаться, ведь так? — Прошло около месяца, а тебе не лучше. — Хан все же рад, что тот проронил слова, пусть и не особо внятные. — На меня свалилось это все, знаешь. Если бы только у тебя одного все было ужасно, Ликс. — Мне жаль... — тяжело вновь вспоминать те губы, которые в конце приоткрывались, но ни одного глотка воздуха не пропускали. Тяжело и вспоминать те бездонные глаза, в которых сам Хван потонул. — Прекращай это все, ладно? — Хан касается плеча Ликса, отодвигая его и вовсе поворачивая к себе. — У тебя есть возможность начать новую жизнь. Только вот если ты так и будешь тут просиживать последние гроши, то и старая пойдет под откос. — Он снится мне... — Ликс встречается взглядами с Джисоном, который вопросительно поднимает бровь, внимательно вслушиваясь. Тут же веснушчатый отводит глаза в сторону, отодвигаясь от Хана и вовсе вставая с места. Тяжело удержаться на ногах, да и в голову будто стрельнуло. — Я не хочу больше ничего этого, дай мне самому решить что сделать. — Тебя подвезти? Не дойдешь же. — Джисон все же, глядя на Феликса, вскакивает следом, хватая его под руку. — Или давай я Минхо скажу, он тебя заберет на такси и вы уедете вместе. Тебя одного оставлять вообще нельзя. — Да отстань, у тебя своих проблем куча, — Ликс толкает того от себя, показывая взглядом на работников бара, сводя брови, — смотри, разве они не хотят решений по поводу клуба? У тебя сейчас свои обязанности, а меня ты не трогай. Тем более, Минхо не знает, что я тут. — Да прекращай ты капризничать как ребенок. — более грубо отвечает Хан, резко притягивая на себя парня, на что он уже пожалел, когда тот достаточно больно толкается об грудь Джисона. — Жди Хо. За тобой глаз да глаз. Вот ему и объяснишь что ты тут забыл. — Я не могу смотреть на него... он единственный не знает, вот ему проще всех и приходится. — Феликс фыркает, старательно делая шаги назад, но так же держась за плечо Хана, чтобы тут же не упасть. — С переживаниями о тебе не особо. — упрекает черноволосый, набирая что-то в телефоне. — Тебе пора и впрямь смириться. Такси будет через минуты 3. — Я же сказал, мне ничего не надо. — Ликс ловит взгляд Джисона на руке веснушчатого, которая так старательно держится за одежду Хана. — Больше не появляйся тут. — тот же силой садит Феликса обратно, приказывая ему дождаться машины. — Иначе я соберу все деньги и куплю тебе квартиру в другом городе, подальше отсюда и Минхо. Ему скажу, что ты все осознал и хочешь новую жизнь. — Но я бы никогда так не поступил... — грозится Ликс, уверенно сводя брови. — Хан, он не пов—... — Поверит. Мне он поверит, а тебя не так сложно вычеркнуть. — добавляет Джисон, томно вздыхая, чуть ли не нависая над веснушчатым, отводя от него голову. — Давай вместе друг друга уважать и нашего милого Минхо. — Минхо... — Машина подъехала, пошли, я проведу. Опять Феликс катается за чужой счет, а еще более того, за счет Джисона. За того, кто совсем не должен был касаться жизни Ликса после потери Хенджина. Но теперь они оба свободны от его влияния... Почти. Феликс физически не чувствует присутствия старшего, но морально - всегда. Везде подкрадывается чувство вины от которого уже умереть хочется. В машине душно. Было. Феликс отрубился как только коснулся сидушку. Уже не волновало куда и во сколько он приедет. Разбудят. Но вот разбудил его даже не водитель, а резкий подъем на руки. Глаза еле раскрывались. Веки такие же тяжелые, а голова также кружится. Феликс подсознательно цепляется за шею того, кто поднял его. Такая теплая и... знакомая. Ликс поджимает губы, пытаясь поближе прижаться к парню. Его тихие вздохи прямо на ухо веснушчатому дало понять, что они куда-то заходят. Светловолосый даже не хотел отпускать этого человека, может, даже внушая себе, что это Хван. Что он забрал его и больше никуда не уйдет. Но ощущения не те. Это не Хенджин. Руки явно помнят ту цепочку и ту горячую кожу, которую пальцы беспощадно сдавливали. — Тяжелый... — проносится ноющим шепотом чуть выше головы Фелика. Только когда дыхание парня более менее нормализовалось, Ликс понял. — Минхо, черт... — вжимается руками младший, отталкиваясь от друга, открывая глаза. — Отпускай, дурень. — шипит младший, оглядываясь. Родной дом и родные глаза, которые устало и, возможно, даже с презрением смотрели на Феликса. — Сколько же ты выпил... — Минхо все же не сдерживается и убеждается, что тот вполне может стоять, прежде, чем отпустить. — Где ты был? — Неважно, Хо... — все же, тот без помощи не может устоять. В голову стрельнуло, и вот Феликс уже опять готов залезть к Минхо на ручки, дабы не упасть. — Тебя отчислят скоро. В чем проблема? Ты уже должен смириться, хватит этого страдания. — Ли Ноу хватает парня под руку, проводя в комнату. — Я даю тебе время протрезветь до вечера. Я загляну и мы вместе подтянем тебя по учебе. — Не стоит, я больше не смогу... — хрипит Феликс, падая на кровать, тут же жалея о своих резких действиях. Ком в горле стал нарастать неприятным ощущением. — Я все потерял. — Да мать твою, Феликс. — Минхо садится на корточки у кровати Ликса, глядя на его лицо. Те же веснушки и те же мешки под глазами. — Возвращайся в колледж... Мне скучно без тебя, да и волнуюсь. — Все нормально... я же живой... — устало проговаривает младший, щурясь от боли и непонятного чувства. — Но вот Хенджин... — Ты мне что-то не договорил же? — Хо наклоняет голову, встречаясь с красными глазами светловолосого, который вновь сдерживает слезы, кусая губы чуть ли не в кровь. Задело. — Я вечером приеду, расскажешь. Хочешь, я попрошу у Хана машину и свожу тебя куда-нибудь? — Хочу на могилу к нему... Я так и не попрощался. — Феликс отворачивается, все же не сдерживая слез, пропуская две по щекам, вздрагивая при этом. — Дай мне отдохнуть... — Ликс... — Хо вздыхает, вставая на ноги. Его взгляд оценочно пробегается по хрупкому и уставшему Феликсу. — После этого отпусти его. Ты уже ничего не исправишь. — Я знаю. — младший зарывается в подушку, показывая такими маленькими деталями, что он хочет побыть один. — Извини, Хо. — Передо мной ты еще не провинился. — парень идет в сторону выхода, в последний раз оборачиваясь на тело Феликса, который так обеспокоенно всхлипывал, надеясь, что Минхо этого не услышит. Но Минхо слышал все. Даже каждый удар сердца Ликса, когда они оставались в тишине. — По крайне мере, так сильно. Ты главное живи. Вечером буду. "Главное живи" — на этих словах Феликс вновь погрузился в себя. Что такое вообще жить? Жить тогда, когда на тебе висит тяжелый камень небытия и вины. Когда ты каждый день мучаешься от нехватки воздуха, а ночью от снов. Те яркие оттенки за улицей тускнеют не под фонарями ночью, а всегда. И, видимо, с каждым днем все больше. Да и погода играет свою роль, ухудшаясь и ухудшаясь. Прямо как крошечная душа Феликса, которая вот-вот не выдержит. Темнеет сейчас рано. Снег идет часто. Настолько, что порой глаза режет и скрипит неприятно под ногами. Возможно, когда-то этим двум студентам нравилось баловаться снежками и оставаться допоздна у любимого кафе, разглядывая каждую снежинку, пролетающую мимо. Но Минхо заменил это пеплом от сигарет, а Феликс слезами в подушку. Веснушчатый вовсе не находил себе места. Поэтому и не смог заснуть. Алкоголь так же едко дает о себе знать, порой набивая в голову и накатывая чувством тошноты в горле. Сколько времени прошло и должно уже пройти? Сколько они проведут с Минхо и насколько быстро закончат? За окном темно, вовсе темно. Лино явно опоздал к своему времени. — Хо, — шипит Феликс, аккуратно привставая на руки, которые не особо то и крепко держались на краю кровати, — Хенджин будет ждать меня? — проговаривая эти слова, веснушчатый оборачивается на входную дверь, в надежде, что оттуда выйдет его жданый друг. Но все так же никого. Пусть с момента клуба и употребления алкоголя прошло достаточно времени, Феликс так и не может окончательно избавиться от пьянства, вспоминая один вопрос к Хенджину. "Ты меня алкоголиком хочешь сделать?". Хван не хотел, но сделал. Пьет Феликс, возможно, не из-за него, но из-за последствий, связанных с ним. Интересно, как же умрет Ликс и что ему предначертано? Сопьется? Денег не хватит. Суицид? Кишка тонка. Естественная смерть? Не доживет. Сразу ясно, что Хенджин протягивает руку Феликсу сквозь это время. Да, он его ждет. Да, Феликс не сможет без него совсем. — Извини, ты не открывал дверь, я зашел без стука, — Минхо застает Феликса у окна, а тот в свое время же пугается резкому появлению друга, — это взволновало. Ты как? — Не особо, совсем не спал. — Феликс лишь мигом смотрит на Лино, поджимая свои губы. А тот все так же ищет ответ в карих глазах. — Время сейчас не имеет для меня значения, но ты явно задержался. — Да, на улице снег идет, неудобно ехать за рулем, — парень вздыхает, делая шаги ближе к веснушчатому, чье тело шатается как листик на ветру, — долго же ты трезвеешь. — Это проблема? — голос Ликса еще больше охрип, а руки все так же дрожат, еле касаясь подоконника. Глаза младшего пытались рассмотреть в темноте пролетающие снежинки, искав в них покой. — Так ты повезешь меня к Хвану? — Проблема. Ты не особо в себе. — Минхо подхватывает того, когда замечает, что ноги Феликса устают держать равновесие, а тот щуриться, видимо, от головной боли. — Давай завтра, сейчас погода плохая, да и темно, не видно ни черта... И твое состояние, Ликс. — Я же не в хлам. — в подтверждение этого, младший старается взять себя в руки и простоять еще немного без помощи, но все же сдаётся и спускается на кровать при помощи Хо. — Но явно последствия есть. — В этом и дело. — Ли Ноу присаживается рядом, не сводя глаз с темного окна, таив дыхание. — Поговорим? — Я убил Хенджина. Возможно проходит около минуты, но Минхо лишь молча оглядывает глазами вид из окна. Его губы подрагивают, пытаясь открыть рот и что-то сказать, но Лино лишь разок махнул головой в сторону, пытаясь взять свои мысли под контроль. Старший наконец поворачивает голову на друга, теперь под другим углом замечая его горечь в глазах и обиду на себя. — Шутишь? — Хо поднимает уголок губ, видимо, подсознательно. — Ты не мог... — Я тоже так думал. — Ликс шепотом продолжает, пока на его глазах накатываются слезы. — Но он... просто не стал бороться. — Феликс, давай ты просто поспишь и на утро нормально поговорим? — Хо недоверчиво оглядывает младшего, удивленно поднимая брови. — Не веришь мне? — веснушчатый прошипел, отворачивая голову. — Прошу лишь отвезти к нему. — Но ты же видел погоду? А твое состояние? — Минхо аккуратно касается того за плечо, стараясь положить на кровать. — Не заставляй меня силой держать тебя дома. — Силой говоришь? — спрашивает Феликс, но все же поддается касаниям друга, укладываясь на кровать. — Хорошо. Давай завтра вместе поедем. — Только после учебы. Ты пойдешь со мной, Ликс. — настаивает старший, ложась на свободное место рядом. — Просто тебе стоит вернуться в настоящее и почувствовать заново жизнь. — И закрывать долги. — язвит Феликс, но опять ловит себя на мысли, что Лино старается ему помочь, а та приятная обстановка друзей возвращает в былое время. — Но наверное ты прав. — Наверное? — усмехается Хо, притягивая юношу к себе за плечо, показательно приподнимая голову. — У тебя нет выбора. — Зачем ты в одежде то улегся? — толкает Феликс парня обратно на другой край, до сих пор щурясь от резкой боли в голове. Еще пьян. — Если приехал с ночевкой, то будь добр, сними уличную одежду. — Прям снять? — подкалывает Минхо, но все же встает со своего места. Его руки сползают по верху к карманам штанов. Его пальцы щупают что-то, а потом вовсе лезут внутрь, доставая ключи от машины Хана. — Ладно, жди, я сейчас. — парень выходит из комнаты перед этим оставляя чужую вещь на полке. Минхо подхватывает свою сумку с порога, которую он небрежно кинул после того, как ворвался к Феликсу. Ликс слышит несколько шагов, а потом шуршание одежды в зале. Минхо и правда подготовился к ночевке. Радует ли это Феликса, который зациклен взглядом на ключах машины? Веснушчатый приподнимается на локтях, поближе пододвигаясь к полке. Осторожно вставая с кровати, юноша тихо проходит к манящей вещице, касаясь ее кончиками пальцев. Оглядываясь на проход в коридор, Ликс полностью таит свое дыхание, прислушиваясь к шуму из зала. Времени не так много, но вот совесть грызет сильно. Феликс томно выдыхает и хватает ключи в кулак, быстро разворачивается к кровати. — Ты чего встал то? — Минхо прерывает быстрый шаг светловолосого к постели, когда появляется в дверном проеме. Старший молчаливо оглядывает спину Ликса, но тут же отводит взгляд на свои руки, которые держали сложенную одежду. — Я еще таблетку взял чтобы тебе на утро плохо не стало. — Спасибо. — со спины отвечает младший, мельком поворачиваясь на Минхо, лукаво улыбаясь. Все крепче сжимая в кулаке ключи, Ликс прячет их чуть впереди, стараясь закрывать своим телом эту картину. — Налей воды, пожалуйста. — О боги, ладно. — Минхо аккуратно кладет свои вещи в сумку, разворачивается на ту самую полку. Напряжение полностью сковывает Феликса. Он боится снова оглянуться на парня, когда понимает, что тот не зря замолк. Веснушчатый сглатывает ком в горле, нервничая намного сильнее, чем в комнате страха с Хенджином. Ли Ноу не прерывает эту тишину, но уходит из комнаты. Ликс все так же не может спокойно выдохнуть, а его совесть все больше дает о себе знать, когда рука неимоверно дрожит. Сердце явно стало стучать громче, а голова кружится сильнее. «Чудо.» — говорит у себя в голове Феликс, быстро залезая на кровать. Он лишь мельком взглядывает на ключи, пока слышит, как Минхо наливает воду. Ликс поджимает губы и с полным презрением к себе сжимает свободную руку в кулак до такой степени, что становится больно, а на коже остаются следы. Веснушчатый прячет вещь под подушку, делая ни к чему непричастный вид. — Я не знаю какой температуры тебе надо было, но вот. — Лино проносит стакан с водой к тумбочке, вновь встречаясь с обеспокоенным взглядом Феликса. — Тебя что-то волнует? — Просто я до сих пор не могу отойти от той мысли. — быстро отводит глаза Ликс, прижимаясь головой к подушке еще больше. — Спасибо. — Пить то будешь? — Лино приземляется у ног Феликса, глядя на вид из окна. Снег так и валит, еще и ветер поднялся. — Не говори мне, что я зря ходил туда-сюда. — Я перехотел. — отворачивается Феликс, кусая свои губы. Такое ярое желание вбиться в кровать у него еще не было. — Спать, давай просто спать. — быстро шепчет Ликс, старательно избегая взгляда друга. — Ну как знаешь. — Лино встает с места, делая небольшие шаги к выключателю света. Резко он гасит лампочку, сразу стараясь привыкнуть только к свету от окна. — И еще, Ликс, — Минхо прерывает свое дыхание, оглядывая светлую макушку парня, — ты не мог так просто закончить разговор. Завтра расскажешь абсолютно все. Доброй ночи. — Минхо ложится на свободную часть кровати, последний раз взглядывая на младшего прежде, чем закрыть глаза. — Да... И тебе. — полушепотом отвечает веснушчатый, опять погружаясь в мысли. Тело само собой вжимается в кровать, а голова идет кругом теперь и из-за волнения. В мыслях куча вопросов зачем и для чего, но ни на один из них Ликс не может ответить. Он привык проигрывать своему кипишу в голове, прятаться от обязательств и бежать дальше, чем видит. Далеко не убежит. Феликс - это лишь добыча хитрого лиса. Феликс лишь тот зайчонок, который ходит кругом по открытой клетке, но все никак не собирается смириться со свободой. Хотя можно ли назвать свободой то, что Ликс опять сбежал от обязанностей и убил своими руками Хенджина? В комнате слишком тихо для мыслей, но слишком громко для слов. Все же Феликс решается повернуть голову на друга, которого впустил к себе на кровать этой ночью. Сейчас оба позабыли о том, что раньше им было забавно с того, как они спорят: будет ли Минхо спать на кровати или на диване отдельно. Сейчас совсем без разницы, когда Феликс таит свой страх, а Минхо переживания о друге. — Хо?... — тихо окликает Ликс, глядя на спящего Лино. Ни одной реакции, дыхание все так же стабильно, а значит, что Минхо и впрямь его не услышал. — Извини. — все так же тихо произносит Феликс, теперь больше себе под нос, когда он нащупывает под подушкой ключи от машины Хана. Веснушчатый пальцами осторожно пододвигает вещь ближе к руке, в итоге опять загребая ее в кулак. Стараясь максимально тихо и без резких движений встать, как для своего самочувствия, так и для порядка тишины, Феликс опять начинает сомневаться в своих неразумных действиях. Но отступать ли ему? Вполне вероятно сохранить себе жизнь. Но явно не счастливую. И явно не тогда, когда парень уже в быстром порядке натягивает на себя одежду, которая первым делом попалась ему под руку. Феликс кидает ключи в карман, в ускоренном шаге двигаясь на порог, только потом слыша, как Минхо во сне переворачивается прямо в его сторону. Тело останавливается, когда веснушчатый кое-как бесшумно присел на корточки, постепенно обуваясь. В тот момент, когда Ликс смотрит на лицо Хо, дыхание вновь замирает. Веки старшего слегка подрагивают, нежели полностью дрожащие руки Феликса. Брови сводятся, а с губ опять вылетает тихое "прости", когда Ликс поднимается в полный рост, старательно нащупывая ручку двери в темноте. — Не вини меня, ладно? — не оборачиваясь проговаривает светловолосый, только после этого делая шаг в подъезд, сразу же ослепляясь ярким светом. — Черт. Феликс из-за резкой смены для своих глаз, не удерживает ручку двери в ладошке. Она скользит по его пальцам и в итоге шумно захлопывает дверь, от чего веснушчатый вздрагивает, а в голову опять ударяет. Еле выдерживая равновесие, Феликс цепляется за стенку рукой, подсознательно нащупывая второй в кармане ключи. Осталось только пойти вниз, завести машину и... А куда ехать? Ликс даже не знает в какой стороне находится могила. Предполагает, но не знает. Спросить у Хана слишком рискованно, а уж тем более, у кого-то знакомого Хенджина. Знали ли вообще левые люди, что у такого влиятельного лиса был такой запуганный зайчонок? Пока Феликс вновь блудил по своим мыслям, стараясь вернуться в норму, за дверью послышался голос Минхо. — Твою налево, Феликс. — приглушенно слышит младший, только после этого вновь в спешке начинает движение к лифту. Пальцы кое-как попадают по кнопке вызова, пока Ликс беспокойно оборачивается на входную дверь, в надежде, что она не откроется раньше, чем надо. Теперь из квартиры слышится звонок телефона самого Феликса. Веснушчатый ничего с собой не взял, кроме как ключей. Ему незачем. Вероятнее. Когда лифт наконец-то доезжает до нужного этажа, светловолосый мигом влетает внутрь, опять панически тыкая на кнопки. — Ну же, быстрее. — палец так и жмет, а Феликс так и смотрит на собственную дверь квартиры, уже не держась, пропуская слезы от собственной совести в голове. — Быстрее. — повторяет из раза в раз парень все громче и громче до тех пор, пока лифт не закрывается и не везет его вниз. И вот опять Феликс просится бежать. Бежать даже не к свободе, а к заключению Хенджина. Может, он сможет его отпустить, если проститься у могилы, но явно еще долгое время будет мучиться своими действиями. Даже теми, которые делает сейчас, когда руки скользят по кнопке разблокировки дверей на ключах машины. Феликс очень редко садился за руль, но явно обещал когда-то давно, будучи подростком, что будет катать Минхо по городу. Но сейчас его чудного друга катает Джисон, а Феликс и вовсе ничего не значит, когда творит глупости. Ну и конечно, как вспоминается Лино, так он и появляется. Младший буквально влетает в машину, не с первого раза заводя ее. Сотню, а может и больше матов слетают с губ веснушчатого. Тело теперь дрожит и от холода, который пробирает его до самых костей. — Ну... пожалуйста. — глаза слезятся, а руки кое-как перелезают на руль. Взгляд падает на друга, который в панике оглядывает младшего в машине. — Феликс... Ты не посмеешь. — Хо осторожно делает шаги навстречу, пока Ликс не начинает движение, еле как нащупывая ногой кнопку газа. — Феликс, пожалуйста, давай пойдем домой. — Да и сам Минхо даже не переодевался. Домашние шорты, растянутая футболка, растрепанные волосы. Ему было в тысячу раз холоднее, но Лино так и старался не подавать вид. — Блять, Ликс. — Извини. — шепчет веснушчатый, понимая, что тот явно прочитал по губам. Вот и резкое движение рук, которое выворачивает руль, а нога давит на газ. Минхо слишком грубо вздыхает, еще раз пытаясь что-то бессильно крикнуть в след уезжающей машине. Тело ломит от холода, так еще и ветер поднимает снег в метель, больше заставляя все конечности дрожать. Лино старательно заходит внутрь подъезда, набирая номер Хана. — Хён? — спустя несколько гудков слышится сонный голос Джисона. — Случилось чего? Время позднее. — Феликс пьяный сел за руль. — таким же дрожащим голосом проговаривает Хо, опираясь на белую стенку, спускаясь по ней спиной. — Прости, Хани, я... Он поехал один в эту метель, даже не в ту сторону. Пожалуйста... — теперь слышатся всхлипы и приглушенный голос от Минхо. Он зарывается руками, положив телефон на холодный пол. — Мне нужна вновь твоя помощь. — Вызови такси и поезжай в ту сторону, куда он поехал. Я найду вас, не волнуйся. — Джисон волнительно мямлит в трубку, повышая голос. — Быстрее, иначе ты совсем его потеряешь. Пока Минхо шмыгает носом и показывает себя со слабой стороны, вызывая такси, Феликс понятия не имеет куда ехать. Из головы совсем выбились познания в вождении. Лишь немного. Да и дорогу кое-как видно из-за встречного снега и сильного ветра. Пальцы сильнее сжимают руль в руках, а нога вжимает газ, набирая скорость с каждой секундой все больше. На глазах накатываются слезы, тут же стекая одна за другой, обжигая щеки. — Так все же, счастлив я? — Феликс вспоминает вопрос из сна, опуская голову, больше не глядя на дорогу. — Когда ты был рядом, лисенок. Я ненавижу тебя, но еще больше - себя. Я ненавижу твою ухмылку до такой степени, что влюблен без ума. — пальцы скользят все ниже по рулю, но так же цепко его держат. — А твоя ебливая цепочка так манила меня, чтобы притянуть и поцеловать твои мягкие губы. — сглатывая накопившуюся слюну, Ликса пробирает дрожь, и вот, он резко выкручивает руль и теряет контроль. Голова резко поднимается на дорогу, старательно пытаясь вырулить. — Это же моя ошибка, да? Колеса скрипят, когда Феликс всей оставшейся силой жмет на педаль тормоза. Машину все больше заносит, несколько раз разворачивая на заснеженной дороге. Зубы все больше сжимаются, еле пропуская слезы внутрь рта, которые так активно стекали одна за другой по уголкам рта. Ликс сдаётся, когда чувствует, что все полностью не поддается контролю. Машину полностью заносит и она вылетает с дороги, еще несколько раз перекручиваясь. От таких эмоций и ощущений, Феликсу моментально становится плохо, а еще хуже, когда он чувствует резкую боль. Боль от удара об стекло. Машина влетает в первое дерево, еще немного проезжая до второго. Взгляд заплывает слезами и кровью. Руки бессильно отпускают руль, а тело поддается вперед, истекая кровью. Феликс впервые чувствует адскую боль в ребрах и в животе. Феликс впервые чувствует большое количество крови в своем рту. Феликс впервые за долгое время слышит голос Хенджина. — Зайчонок, ты решил выбрать такой путь? — слышится где-то со стороны леса, когда тело Феликса выпадает через сломанную дверь машины. Его светлые волосы падают на снег, который моментально окрашивается в красный цвет, обжигая каждую рану на теле. — И кто же из нас проиграл? — ...Лисенок... — тихо шепчет юноша, стараясь держать глаза открытыми еще немного. — Такую ты судьбу хотел? — Хван садится на корточки, невесомо касаясь щеки Ликса. Но даже так младший прекрасно запомнил его прикосновения, поэтому смог почувствовать, как его длинные пальцы холодно проходят до губ. — Ты сумасшедший. — Прям как ты... да? — через силу улыбается Феликс, нащупывая кровавое место у себя на груди. С каждой секундой все сильнее его пальцы окутываются собственной кровью, а боль все больше бьет по ребрам... Если там осталось что-то. — Нет, — та родная ухмылка, прям как живая, отразилась на лице Хвана, — ты хуже. И я влюбляюсь в тебя все больше. — Прости... — Феликс закрывает глаза, полностью расслабляя тело. — Что же скажет Минхо? Смотри ка, он кричит тебя. — указывает пальцем рыжеволосый, чей взгляд больше не имеет никакой бездны. — Точно, ты же больше не увидишь. Живым. — Хван встает в полный рост, смотря на Лино, который пробирается по снегу на звук сигнализации машины. — Ты настолько потерялся, что даже меня не слышишь, да? — За Минхо показывается силуэт Джисона, который придает не меньше усилий, чтобы дойти до машины и тела Феликса. — Зайчонок, а теперь ты счастлив? Минхо весь в слезах падает на кровавый снег к безжизненному телу Феликса, подхватывая его на руки. Он словно хрустальный еще больше трещит и изливается кровью. Веки еле подрагивают под порывом холодного ветра. — Феликс! — Хо кричит, покачивая это хрупкое тело в своих руках. — Твою мать, Ликс... — Хён, — рядом садится Джисон, приобнимая дрожащие плечи Минхо, — он умер. — Нет, нет, нет, нет. — мямлит старший, обнимая юношу так крепко, как не обнимал никогда. — Пожалуйста, малыш Ликси, пожалуйста. — Я вызвал скорую и полицию, но... — Хан аккуратно убирает руку от Минхо, который все в надежде старается услышать хоть что-то живое от Феликса. — Это конец.