Подумаешь – дракон!

      Старшая дочь князя Залесского была хоть и в меру избалована, но в покои свои без спросу входить не дозволяла сызмальства. Даже в те времена, что была жива матушка, в дверь маленькой княжны полагалось постучать, прежде чем войти, и уж тем более после, когда ласковая родительница отдала богу душу, оставив ненаглядное чадо под опекой батюшки да нянюшки.       Но даже если опустить этот факт, врываться к княжне, что заперта в башне, без всякого сомнения было верхом неприличий. Особенно через балкон. Особенно дракону сомнительной наружности. Особенно ночью. Особенно когда сама княжна спит и видит десятый сон.       Однако же делать нечего, и случайный читатель найдет княжну стоящей посреди своих покоев, закутавшейся в накинутый на плечи платок и с удивлением, недовольством и плохо скрываемым любопытством разглядывающей вышеупомянутого представителя огнедышащих змеев. Хотя не будем врать читателю – о природе незнакомца княжна еще не знала, а его крылатой ипостаси испугаться даже не успела.       – Ну это уже ни в какие ворота не лезет, – кряхтя и ойкая, незнакомец поднялся на ноги. – Уже третья за этот год! Понастраивают башни, понакрывают пологом невидимости, а потом порядочные драконы головы разбивают. Еле обернуться успел!       – Драконы? – с сомнением переспросила княжна, отходя, однако, чуть подальше. Сон хоть и отпустил, но не до конца, а происходящее все же мало отличалась от привычных грез.       Столь оригинально появившийся в ее темнице гость на дракона и впрямь похож не был совсем. По крайней мере не на тех, что в книжках описывают. Не то чтобы она ожидала увидеть огромного крылатого ящера… Княжна отлично знала, что те могут и в людей обращаться по своему желанию. И все же совсем не то она представляла: не стройный вовсе, не красавец, и даже не с гривой длинных волос, сверкающих в лунном свете. Ничего подобного не было. Был крепко сбитый мужик, взлохмаченный и рыжий, с трехдневной щетиной и рассеченным лбом. Еще мужик был голым по пояс, потому княжна торопливо подняла свечу повыше, чтобы не увидеть чего лишнего.       Тогда она и поняла, что правильным, по-драконьи правильным кое что все же было. Глаза – желтые, с пульсирующими вертикальными зрачками, внимательные и жуткие. Да и те потихоньку меняли форму, круглея, а радужка зеленела, все больше напоминая человеческую.       Незнакомец вдруг пошатнулся, по воздуху разнесся пряный запах медовухи, и княжна, поморщившись, фыркнула. Свеча в ее руке опасно замерцала, и она поторопилась прикрыть ее ладонью.       – Да просто пить надо меньше, – буркнула она, босыми пальцами отодвигая ножку стула, отлетевшую на середину комнаты во время приземления. Стул, как оказалось, стал единственной настоящей жертвой происшествия. – Ни один порядочный дракон не набирается настолько, чтобы не разглядеть такую простецкую магию. И полуголыми они тоже не расхаживают.       Почему-то страха она все еще не испытывала. Уж до чего скука может довести: подумаешь – дракон!       – А ты много драконов знаешь? – улыбка растянула тонкие губы незнакомца.       Княжна молча потупила глаза. Лично не знала. Слышала много только, да все больше на сказки рассказы эти походили. После войны, той, что до ее рождения закончилась, драконов меньше стало, и появляться на людях они не то чтобы хотели. Бывало, мелькнет в небе темный силуэт, или незнакомец какой блеснет желтыми глазами из-под капюшона, забирая гору выигранных монет, да и все.       – То-то же, – хмыкнул незнакомец и, недолго думая, принялся рассматривать покои княжны.       Почти идеальной формы круглая комната под крышей башни, с краю закрытый на магический замок люк, прикрытый ковром, чуть левее, с видом на этот самый балкон, в который он влетел, кровать под балдахином с нашитыми кружевными бабочками, несессер с набором для письма, горы книг сомнительного содержания, разложенные на нестройные стопки вдоль стены, банкетка, дверь, как видно, в уборную, и большое, в пол зеркало. К нему дракон и направился.       – Вот ничего ж себе, – присвистнул он, разглядывая рассеченный лоб.       – Больно? Воды надо бы, рану промыть… – сменила гнев на милость княжна.       – Не стоит, – широко улыбнулся дракон, чуть обернувшись.       Княжна вздрогнула – та еще улыбка.       Зубы острые, сразу видно, с выпирающими клыками, и как из жемчуга – тускло поблескивают. Гость тем временем прищурился и провел пальцами над раной. Края потянулись друг к другу и с тихим шипением сошлись, срастаясь.       – И правда дракон… – сглотнув, вымолвила княжна, и тут же, выпрямившись, вздернула горделиво подбородок, откинула косу на спину и посмотрела прямо на ночного гостя. – А теперь, если можно, объяснитесь все же.       – Да я все сказал уже. Лучше ты скажи, чего тебя принц-то не спасает?       – Какой принц?       – Ну откуда я знаю, какой? – дракон пожал плечами и опустился на стоящую рядом банкетку. – Тот, что тебя вызволить должен. Разве нет такого?       – Нет! – с раздражением проговорила княжна.       Принца и впрямь не было. Был герцог. Старый и страшный.       Эх, что за беда быть княжной!       Замуж выдадут, никто не спросит. И не посмотрят, что герцог этот втрое старше, впятеро толще, да и вообще уродлив, как смертный грех. И хорошо, если повезет, и овдовеешь быстро. Вдовой ведь, если подумать, стать не так и сложно. Однако, для того, чтобы стать вдовой, сперва надо стать женой. И обрядом венчания не ограничишься. Брак – дело священное, надо закрепить. А закреплять ей смерть как не хотелось ничего. Не с герцогом.       – И кто вообще сказал, что мне оно надо? – тихо спросила она, обращаясь не столько к дракону, сколько к судьбе, которая подсунула ей такой подарочек.       – А ты не хочешь замуж?       – Не хочу!       – А на кой черт тебя в башню упрятали?       – Потому и упрятали, что не хочу, – взмахнула княжна руками. – И полог поставили, чтобы не позориться. Мол, где это видано – девица, и замуж не хочет. Еще соседи чего не то подумают.       Княжна лукавила. Замуж она все же хотела, но абстрактно. За нарисованную в воображении картинку. Можно даже не замуж. Хоть просто влюбиться. Как в книжках пишут: с бабочками в животе и трясущимися коленками…       Про полог она тоже наврала. Упросила нянюшку, чтобы та мага подкупила, а тот полог еще усилил бы, да отвод глаз поставил. Чтоб герцог не нашел. Потому дракон, наверное, и не заметил.       Дракон задумчиво почесал щетину, встал с банкетки и подошел к княжне поближе, заглядывая той в лицо. Княжна замерла, изумленная такой наглостью, подумала пару секунд, да и сама, ничуть не таясь, принялась рассматривать незваного гостя поближе.       Тот самодовольно расправил плечи.       Оказалось, он ее на голову выше и в плечах вдвое шире, а на плечах этих чешуйки поблескивают. Вниз княжна по-прежнему предпочла не смотреть. Хорошо, хоть не без штанов он сюда свалился. А волосы, оказывается, интересные у него – зеленеют на концах, хоть сами медные. Совсем как у статуй в батюшкином саду. Тех, на которых горлицы вечно сидели.       Княжна представила белую кляксу на длинном носу дракона и совсем неаристократично хрюкнула.       – А… ты того… этого? – спросил он, явно не оценив ее реакции.       – Чего того-этого?       – По девушкам?       – Что ты говоришь-то такое? Нет! – покраснев, отодвинулась княжна. – Бесстыдный ты дракон какой-то! Хоть простынь на себя накинь!       – И не подумаю, нежные какие! Мужиков не видала, что ли?       – Все я видала!       – Да неужели?       Княжна ойкнула и прижала ладони ко рту. Дракон совсем не по-драконьи заржал.       Как девчонку подловил!       Ну да, бегали с сестрицей на озеро за парнями подглядывать, было дело. На что смотреть – так и не поняли, хотя был там один молодой десятник… Щеки заалели еще сильнее: так улепетывали потом, что пятки сверкали. Ну а где это видано – княжны, да такое творят! Нянюшка все грозилась родителям рассказать, да только тогда и ей бы влетело.       – Погоди-ка, господин дракон, – воскликнула вдруг княжна. – Третья, говоришь? Не ты ли к Маришке залетел на кветень?       – Что за Маришка? А! Темненькая такая? С родинкой вот тут? – спросил дракон, мечтательно вдруг прикрывая глаза.       – Да нет, рыжая моя Маришка, – отчего-то княжне вдруг захотелось стукнуть его чем потяжелее. – Батюшки у нас дружат.       – А, дурная эта? Голосила так, у меня уши потом еще полдня болели.       – Так и я б голосила, если б ты меня с башни на землю скинул!       – Не скинул, а аккуратно спустил. Даже оборачиваться не пришлось! Ну ты сама представь! Сидит на балконе, птичек кормит! А все ваши пологи! Увидел, так поздно уже было! Ветром бы сдуло твою Маришку! Пришлось импровизировать, – осклабился дракон.       Княжна цокнула и отвернулась.       – Так ты точно не по девушкам? – снова спросил он. – Я ж не осуждаю! Оно понятно. Девка-то поприятнее будет: что на ощупь, что на вид.       – Сказала же – нет!       – Ладно-ладно! Понял. И что, как крикунья эта? Замуж-то вышла?       – Вышла. Да не за того, за кого сватали.       Дракон вопросительно поднял брови.       – Повезло, – пояснила княжна, поворачиваясь обратно. – Женишок с коня свалился, шею свернул. А у него сын молодой-красивый остался, в наследство и замок, и невесту получил.       О том, что Маришка в него влюблена была с первой встречи, княжна умолчала. Как и о том, что подпруга больно ладно у неудачливого свекра-жениха лопнула. Не ее это дело.       А на свадьбе она хорошо погуляла. Так хорошо, что под белы рученьки после в башню и спровадили. А все Маришка, предательница, со своим букетом! Она и ловить-то ничего не собиралась, но подружка по-своему решила.       По коже пробежали мурашки. Герцог тогда таки один танец у нее выторговал, как ни бегала она по всей зале. Она до сих пор слышала его голос, шепчущий ей на ухо всякие непристойности. Слышала словно наяву. Слышала, словно он был прямо под ее окнами.       – Нашел…       Княжна перевела взгляд на медленно выползающее на горизонте солнце и смачно выругалась, да так, что у дракона даже челюсть отвисла.       – Ты где слов таких набралась? – восторженно спросил он.       – Я… – княжна прикрыла рот ладошками. – Батюшка служил в молодости. А друзья его, гости наши, не всегда, выпив, сдержаться могли. Вот и набралась… – виновато развела она руками.       Снизу снова послышались голоса. Один из них, зычный и глубокий, выделялся особо.       – Княжна! Суженая моя! Невеста дорогая!       Княжна зажмурилась и сжала кулачки.       – Дорогая! В золоте я дорогая! Вот же… А что, если спит княжна? Ни мозгов, ни совести! – прошипела она.       – Невеста? – злорадно спросил дракон, направляясь к балкону. – А говорила, нет принца.       – Да какой, к чертям, принц! – княжне таки пришлось вцепиться пальцами в плечо не в меру любопытного дракона, чтобы остановить его у самой двери. Пальцы почти обожгло жаром.       Дракон посмотрел с интересом сначала на свое плечо, потом на нее саму и, улыбнувшись, выглянул все же из-за стены.       – Вот это да! Какой человек! Как много человека! – присвистнул дракон, вглядываясь в вырисовывающийся в рассветных лучах силуэт.       Княжна тоже выглянула из-за плеча дракона и застонала. Да, слух ее не обманул: герцог собственной персоной.       В полумраке, и то видно, как его огромное пузо грозится вырвать с мясом каждую пуговку, храбро удерживающую камзол, а лысая макушка весело поблескивает в свете еще не ушедшей с небосклона луны. Даже бедняга-конь под этой тушей с трудом переставляет ноги, хоть и крепкий с виду. А в обычное время наверняка мог бы и двоих выдержать!       – Хорош женишок, надо брать, – хмыкнул дракон.       – Нравится, бери! – шикнула княжна, утягивая его вглубь башни. – Хоть сожри! Не подавись только!       – Нет, я стараюсь не есть жирное… Изжога у дракона — это вам не шутки. Могу и город спалить ненароком.       – Эх… беда-беда. Делать-то что теперь?       – Могу тебя сожрать, – серьезно ответил дракон.       – С ума сошел?! – княжна отскочила, споткнулась о сломанный стул и так и села на пол.       По щекам покатились злые слезы.       – Не хочу-у-у-у! – совсем как-то по-детски обхватив себя за коленки, захныкала она.       – Действительно, чего это я, – покачал головой дракон. – Мяса-то нет на костях...       Он вдруг замолк – девица-то попышнее многих оказалась.       – Да замуж я не хочу за него! И не пойду!       – Могу тебя понять, я бы тоже не пошел, – усаживаясь рядом с княжной на пол, задумчиво пробормотал дракон. – Ну так что? Давай сожру? Да шучу я! Сделаю вид, что сожрал. Можно и просто похищение разыграть, но тогда еще искать вздумают…       – Нет, не пойдет. С этого и правда станется отправиться в погоню… – княжна хлюпнула носом и замотала головой.       – А жаль, – протянул он. – Всегда мечтал попробовать княжну в собственном соку.       – Я тебе дам княжну! – сквозь слезы засмеялась вдруг она.       – Так я и не отказываюсь! – поддел дракон.       – Я отказываюсь! – снова вцепившись в плечо мужчины мокрыми от слез пальцами отрезала она. – Не нарушил бы защиту, этот бы меня еще неделями искал! Думай лучше, как исправлять будем!       – Да как? Я что ни предложу, тебе не нравится! – он вдруг улыбнулся. – Ну, хочешь, поцелую? На глазах у всех? Точно тогда не позарится никто. И не надо так на меня смотреть. Я, между прочим, хорошо целуюсь. А если еще и обжиматься начнем, ух! Ты только представь: врываются они сюда…       Княжна представила. Лицо в очередной раз запылало, да так, что слезы вмиг высохли на щеках.       – Шутник выискался! Тебе хорошо, а меня уже за мысли такие в монастырь!       – Значит, задумалась?       Книга, попавшаяся под руку княжне, вылетела из башни. Увернувшись, дракон снова заржал.       – Любовь моя, я нашел тебя!       Две головы повернулись к окну.       – Жить не могу без взора твоего небесного, кудрей пшеничных, стана осиного! – пробасил герцог.       – Вот и сдохни, – зашипела княжна не хуже самой настоящей змеи, и тут же услышала его уже не такое громкое «заходим», адресованное, по всей видимости, его людям.       – Он в курсе, что у тебя карие глаза?       – Вряд ли, – задумалась княжна. Удивительно, что сам дракон это разглядеть успел.       Где-то внизу послышался скрип металла – это открывалась дверь на винтовую лестницу, ведущую к зачарованному люку.       – Так, черт с ним. Давай с похищением попробуем. Тебе-то не будет ничего с этого? Пока темно, они, может, даже не разглядят, что случилось. А ты меня где-нибудь потом оставь, я… разберусь. Вот, – она вскочила и, подбежав к несессеру, открыла ящик и достала небольшой кожаный мешочек, – деньги есть. Туфли только надену…       С полминуты княжна носилась по покоям, хватая то одну, то другую безделушку, пока дракону, наконец, не надоело, и он, схватив девушку за руку, потянул ее к балкону. Сперва полная решимости, княжна вдруг задрожала, стоило дракону взобраться на широкие перила и втащить ее следом.       – Я тут подумала, – залепетала она, покачнувшись, и что есть сил вцепилась в дракона. – Может, лучше, правда поцелуем обойдемся?       Дракон усмехнулся и сверкнул пожелтевшими вмиг глазами.       – Посмотрите на нее. Часу не знакомы, а она уже целоваться собралась! Что за княжны пошли? А как же монастырь?       – Сбегу! – решительно заявила княжна, когда по ту сторону люка заскрипел засов, и, снова посмотрев вниз, прижалась к дракону еще сильнее. – Так что давай, целуй скорее!       – Успеется, – покачал головой он. – Звать-то тебя как?       – Эниссия. Матушка не отсюда была, – заученно пояснила княжна.       Дракон было застыл на мгновение вдруг, отодвинул ее и, заглянув в лицо своей добыче внимательно, пробормотал что-то на незнакомом языке.       – Эниссия, значит, – сказал он уже громче. – Ну а я Мельхиор, будем знакомы.       – Постой, в смысле успеется? – только и успела возмутиться княжна.       Эх, знал бы Мельхиор, что голосить Эниссия и впрямь может не хуже Маришки…