Судьба

Пит тихо вздохнул, неподвижно лежа в незнакомой постели. Он проснулся, но не мог открыть глаза, пока что не мог. Он поднял руку и осторожно коснулся плеча, сдерживая стон, когда понял, что в него действительно стреляли и это был не просто сон. Он медленно опустил руку обратно на бок, давая себе возможность осознать происходящее. Он мог умереть. Пит глубоко втянул воздух, ощущая, как сильно в комнате пахнет Вегасом. Он заставил себя открыть глаза и уставился в потолок, пока не услышал рядом с собой тихий храп. Небольшая улыбка появилась на его губах, стоило ему увидеть мужчину со скрещенными на груди руками и откинутой набок головой. - Вегас, - его голос был слабым и хриплым, - Вегас, - он попробовал еще раз, и наконец молодой человек открыл глаза. - Как ты себя чувствуешь? - спросил Вегас и провел рукой по волосам, прежде чем наклониться вперед. - Я правда не... ... ничего не чувствую сейчас, - хмыкнул в ответ. У Пита перехватило дыхание, когда он наконец встретился взглядом с младшим. Глаза Вегаса были полны такой заботы, что это было почти непередаваемо, и еще он выглядел таким уставшим. Пит никогда не видел его таким, - Ты спал? - спросил он, протягивая руку, чтобы коснуться лица своего возлюбленного. Вегас склонился к его прикосновению и улыбнулся, а затем взял его руку в свою. - Хочешь что-нибудь выпить? - и когда Пит кивнул головой, он придвинулся, чтобы нежно поцеловать его, - Я сейчас вернусь, - прошептал он в губы старшему. Пит глубоко вдохнул, глядя, как молодой человек выходит из комнаты. В Вегасе было что-то другое - даже то, как этот человек смотрел на него, было другим, и Пит не был уверен, что это значит. Он медленно заставил себя сесть и тут же пожалел об этом, так как боль пронзила его тело. Он сдержал хныканье, прикусив нижнюю губу, когда в комнату вернулся Вегас со стаканом воды в руках. Младший поспешил к нему, поставил стакан на прикроватную тумбочку, а затем быстро поправил подушки, чтобы ему было удобно откинуться назад. - Спасибо, - пробормотал Пит и взял стакан из рук Вегаса. Он чувствовал на себе взгляд мужчины все то время, пока пил, но ни один из них ничего не сказал, пока он не закончил. - У меня было плохое предчувствие, - признался старший, и Вегас заинтересованно поднял бровь, поэтому он продолжил, - У меня было очень плохое предчувствие - что должно произойти что-то ужасное. Мужчина задумчиво посмотрел на него, прежде чем сесть на край кровати. - Так вот почему ты шел так близко рядом со мной? - Пит не знал, что ответить - он даже не осознавал, что стоял так близко к Вегасу. Младший смотрел на него еще некоторое время, прежде чем его лицо стало пустым, без эмоциональным и холодным, - Ты причастен к этому? Пит возмущенно посмотрел на него. - Ты серьезно задаешься этим вопросом? - он наблюдал, как выражение лица Вегаса Терапаньякуна смягчилось, и его желудок скрутило от чувства вины; в конце концов, он предал Вегаса, - Нет, я не предавал тебя, - тихо ответил он, опустив взгляд на чашку в своих руках. Он не хотел, чтобы этот разговор продолжался. Пит почувствовал, как рука младшего нежно коснулась его лица, и он заставил себя поднять глаза, - Ты должен больше мне доверять. Это слова так больно было произносить, и Пит подумал, что, возможно, эта боль гораздо хуже, чем боль в плече. Он не хотел больше лгать, но ему пришлось. Единственное, что он мог сделать сейчас, это постараться не лгать больше, чем придется. Он слышал, как глубоко Вегас вдохнул, но ничего не сказал, и Пит не был уверен, что это значит. Мужчина сел обратно и уставился на него, постукивая пальцами по своим бедрам, и Пит почувствовал себя таким голым перед ним, как будто Вегас видел его насквозь. Кровь словно застыла, когда его настигло внезапное осознание. Вегас Терапаньякун совсем ему не доверял. Пит говорил себе, что на это потребуется время, напоминая, как далеко он уже зашел. Потребуется время, но он сомневался, хочет ли он, чтобы младший доверял ему дальше. Он оглядел спальню, размышляя, где именно он находится. Это был не гостиничный номер - он казался более уютным и уединенным. - Где мы находимся? - У меня дома, - Вегас ответил через мгновение, сам осматривая спальню. Старший не мог не почувствовать удивления, но прежде чем он смог задать Вегасу еще один вопрос, тот продолжил, - Я хочу, чтобы ты переехал сюда, - его слова были сказаны без каких-либо эмоций, а лицо было холодным. Мужчина избегал взгляда Пита, - Тебе больше небезопасно жить одному, - Пит крепче сжал чашку. Какая-то часть его души была счастлива, что Вегас хочет этого, но он знал, насколько все это усложнит его миссию. Он едва контролировал себя, просто находясь перед Вегасом более десяти минут - мысль о жизни с младшим была пугающей. Пит понимал, что для дела это фантастика, но не знал, сможет ли он удержаться. - Но моя квартира… - Я не спрашиваю тебя, хочешь ли ты этого, Пит, - мужчина наконец посмотрел на него, его лицо и голос были такими же холодными, как всегда, и Пит не мог не почувствовать раздражения. Почему вдруг Вегас снова стал таким холодным? - А что, если я откажусь? - спросил старший, внимательно наблюдая за его реакцией. Вегас внезапно захихикал. - Почему тебе так нравится играть со мной? - и снова наступила тишина, когда оба погрузились в свои мысли. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем мужчина тихо вздохнул, - Я не хочу, чтобы тебе снова было больно, - он признался, отвернувшись, и Пит снова посмотрел на него, заметив, как напряглась его челюсть, - Я не хочу, чтобы ты был одним из моих телохранителей, и я не хочу, чтобы ты приближался к тому, чем я зарабатываю на жизнь, потому что это небезопасно. Пит почувствовал, как его охватывает паника, но он прикусил язык, быстро успокаивая себя. - Так ты просто хочешь запереть меня здесь? - его голос был едва выше шепота, когда Вегас, наконец, снова посмотрел на него. - Я хочу, чтобы ты был в безопасности. - Вегас, ты не можешь просто запереть меня здесь… - он наблюдал, как молодой человек глубоко нахмурился. - Я не для того искал тебя, чтобы запереться в твоей квартире - я хотел работать с тобой, и это до сих пор не изменилось, - Пит не мог позволить Вегасу оторвать его от работы; в этом и заключалась вся суть его миссии - узнать секреты и слабости Вегаса Терапаньякуна. Он не мог сделать это, спрятавшись в квартире этого человека. Глаза младшего сузились, а челюсть крепко сжалась, когда он уставился на старшего. - Я хочу быть равным тебе, Вегас. Лицо Вегаса на долю секунды смягчилось, а затем снова стало холодным. Он подошел к окну и отодвинул занавески настолько, чтобы было видно улицу. - Мы соберем твои вещи, когда тебе станет лучше, - сказал он, и Питу захотелось закричать. Он хотел - он действительно хотел жить с Вегасом Терапаньякуном, но он знал, что жить с ним будет намного сложнее. Он только надеялся, что сможет держать себя в руках, но часть его души думала, что у него никогда не было контроля, уже с самого начала. - Больно, Вегас, - сказал он через мгновение, и мужчина повернулся к нему лицом. - Твое плечо? - спросил младший, прежде чем повернуться и снова закрыть шторы. "Нет" подумал Пит, но все равно кивнул головой. У него болело сердце; оно болело больше, чем плечо, и казалось, что его разрывают на миллион кусочков. Пит задавался вопросом, какой была бы их жизнь, если бы они оба были нормальными людьми, но он не знал, какой бы она была. Вегас не был нормальным человеком - невозможно было думать о нем как о простом, семейном человеке, потому что это был не тот Вегас Терапаньякун, которого он знал. Вегас Терапаньякун, которого он знал, был безжалостным, холодным убийцей, но Пит все равно любил его. Но он не понимал, почему. Вегас на мгновение уставился на него, а затем осторожно коснулся его руки. - Нам следует вколоть тебе еще немного обезболивающего, пока тебе не стало по-настоящему больно, - он прервался на мгновение и взял руку старшего в свои, осторожно повернул ее, чтобы рассмотреть вены на предплечье, а затем повернулся к прикроватному столику и взял резиновый жгут, - Хочешь узнать секрет? - пробормотал он, завязывая жгут вокруг верхней части руки Пита, но не дождался ответа, продолжил, - Моя мать была медсестрой, - на его губах появилась небольшая улыбка, когда он, наконец, остановился на одной из вен Пита, - Но она не была хорошей. Она занималась этим ради наркотиков. - Ее когда-нибудь ловили? - спросил старший, не зная, что еще сказать. - Конечно, - ответил Вегас, взяв спиртовую подушечку, открыл ее, а затем отбросил пустую упаковку в сторону и протер участок, - Моя мать когда-то была одним из моих лучших клиентов и сторонников. Она научила меня, как все это делается, - он указал на руку Пита. Пит знал, что ему следует задать больше вопросов и пытаться вытянуть из него больше информации, но он не мог заставить свой голос работать. Он кивнул головой в знак того, что слушает, и Вегас наконец встретился с ним глазами. Выражение его лица было таким мрачным, таким серьезным, что у Пита чуть не перехватило дыхание, когда он снова посмотрел ему в глаза. Вегас мог быть - нет, он был таким пугающим. - Где она сейчас? - Пит, наконец, заставил свой голос снова работать. - Умерла, - он ответил, взяв в руки упакованную иглу и пузырек с лекарством, - Я убил ее, когда она хотела украсть мои деньги, - Пит едва смог сдержать выражение ужаса на своем лице. Вегас Теерапаньякун был страшен, абсолютно страшен. То, что его лицо было таким пустым, а в голосе не было ни капли раскаяния, напугало Пита до невозможности. Вегас был чудовищем. Он глубоко вдохнул, когда мужчина коснулся заметной вены на его предплечье, прикосновение затянулось, прежде чем на руке возникло острое ощущение щипка. Прошла секунда, прежде чем он почувствовал, как лекарство устремилось по его венам. - Вегас, - его голос был едва выше шепота. Вегас вынул иглу и положил ее на прикроватную тумбочку, глядя, как кровь стекает по руке Пита. Он осторожно взял лицо Пита и мягко поцеловал его в губы. - Расслабься, - пробормотал он, и старший издал тихий скулеж. Вегас натянул одеяло на его тело, наблюдая, как тот все больше и больше погружается в сон. Он не мог оторвать глаз от своего возлюбленного - старший выглядел сейчас таким красивым, таким уязвимым. Пит принадлежал ему, и он не позволил бы никому другому видеть его таким. Вегас почувствовал, как он становится твердым, и глубоко нахмурился, прежде чем сесть и, дождавшись, пока Пит уснет, выйти из спальни. Он не выходил из спальни более чем на три минуты с тех пор, как Пит был подстрелен. Вегас потянулся в карман за телефоном, чтобы позвонить одной из своих любимых девушек по вызову, но на мгновение приостановился. Мужчина глубоко нахмурился, оглянувшись через плечо на спальню, где спал его возлюбленный. Это было неправильно. Неправильно даже думать о том, чтобы вызвать женщину в отель для секса. Он прошел в ванную, быстро снял с себя одежду и встал под душ. Мужчина чувствовал себя нелепо, Пит был в комнате рядом с ним и спал - ему не нужно было доставлять себе удовольствие. Он мог использовать Пита или кого угодно, если на то пошло. Но он знал, что старший все еще ранен и нуждается в отдыхе. То, что он сам не хотел ни с кем заниматься сексом, было новым и неприятным ощущением. Вегас скрипнул зубами от досады; он никогда раньше не чувствовал себя преданным кому-либо, и это чувство душило. Часть его души все равно хотела позвонить одной из женщин. Он хотел доказать себе, что его это не так уж сильно волнует, что он все еще свободный человек, но он так и не смог этого сделать. Мысль о том, чтобы прикоснуться к кому-то, кроме Пита, больше не казалась приятной. Никто не был так прекрасен, как его возлюбленный. Он закрыл глаза, обхватил свою полутвердую эрекцию и стал медленно и сильно поглаживать себя. Вегас стиснул зубы, чувствуя себя глупо. Он мог получить кого угодно, но ему нужен был только красивый, нежный мужчина, спящий в его постели. Он молча проклинал его, ненавидя Пита за то, что тот заставляет его так себя вести. Вегас хорошо знал, что этот мужчина всегда был в его мыслях, даже когда не должен был быть. Все напоминало Вегасу о нем, и он слышал, как слова Майла повторяются в его голове. Он сказал себе, что не потеряет концентрацию - он никак не мог потерять концентрацию. Он слишком долго и упорно трудился, чтобы все бросить. Он сдержал стон, когда его мысли вернулись к Питу, крепко спящему на его кровати. В нем было что-то такое прекрасное, чистое, там, внутри него. Он действительно никогда не встречал такого чистого человека, как Пит. Вегас испытывал чувство гордости, зная, что он был первым, кто взял Пита, и он намеревался не позволять никому другому прикасаться к своему возлюбленному. Он не хотел так сильно переживать, но переживал. Нельзя было отрицать, он был влюблен в Пита. Вегаса мало что пугало - но мысль о том, что он влюблен, приводила в ужас. Он действительно никогда раньше не был влюблен. Люди всегда приходили и уходили и он никогда не задумывался об этом. Он ни разу не колебался, убивая другого человека, но он не мог так поступить с Питом. Какая-то его часть понимала, что что-то не так - он сам игнорировал знаки. Вегас Терапаньякун ни в коем случае не был дураком, но какая-то его часть задавалась вопросом, не была ли это просто его паранойя по поводу других людей. С Питом все было в порядке - все. Но что-то было не так. Он не хотел думать об этом, Вегас не позволял себе думать об этом. Он любил Пита. Вегас ненавидел Пита за то, что тот вторгается во все его мысли - за то, что заставляет его грудь болеть непонятным образом. Он не хотел этого, и это было опасно, слишком опасно, чтобы быть влюбленным, но было слишком поздно. Пит был здесь, он остался, и Вегас не хотел отпускать его. Он застонал и закрыл глаза, когда толкнулся в свою руку, и некоторое время тяжело дышал, прежде чем выйти из душа и накинуть халат. Вегас вернулся в спальню и, прислонившись к дверной раме, наблюдал, как грудь Пита поднимается и нежно опускается. Звук его дыхания успокаивал и расслаблял. До него дошло, что он мог потерять этого человека. Какая-то часть Вегаса говорила ему, что было бы лучше, если бы Пит умер. Так действительно, было бы лучше. Он бы не чувствовал этих вещей - этих ужасных вещей, которые заставляли его чувствовать себя подростком, влюбленным в первый раз. "Неужели все так плохо?" задался вопросом Вегас. Разве влюбленность - это плохо? На этот раз у мужчины не было ответа. Он просто не знал. Он подошел к кровати, его ноги тихо шаркали по холодному полу, затем осторожно забрался на кровать и лег на спину. Он взглянул на своего возлюбленного, а затем поднял глаза к потолку. Пит собирался переехать, и мужчина отказывался признать, что от этой мысли у него в животе летали бабочки. Он скривил лицо при одной только мысли об этом, прежде чем на его губах появилась небольшая улыбка. Он не жил с кем-то так долго - последним человеком была его мать. Может быть, это не так уж и плохо - быть влюбленным. Вегас потянулся и осторожно взял руку Пита в свою, внезапно почувствовав себя таким уставшим. У него были назначены встречи и места, где он должен был быть сегодня, но Вегас не хотел больше думать об этом - только в этот раз он хотел пролежать в постели со своим возлюбленным до конца дня, прежде чем снова полностью сосредоточиться на работе.

- - - - - - - - - - - - -

Порш задумчиво постукивал пальцами по столу, просматривая файлы двух последних дел - стрельба в роскошном отеле и пропажа хирурга-травматолога. Он поставил камеру на паузу, уставившись на темную фигуру на камере наблюдения больницы, просматривая, как похититель схватил доктора Канга, когда тот начал садиться в свою машину. Он ясно видел нож, приставленный к горлу мужчины, прежде чем оба замерли. Насколько он мог судить, доктора Канга заставили вернуться в больницу, чтобы забрать что-то, что, по его предположению, было пропавшими расходными материалами, о которых сообщили в больнице. Он не сомневался, что стрельба и похищение доктора связаны между собой, даже несмотря на отсутствие записей с камер видеонаблюдения в отеле. Порш поднес кофе к губам, заставляя себя проглотить горячую черную жидкость. Сейчас было трудно пить или есть, но ему нужно было что-то, что могло бы поддержать его, пока он изучал ситуацию. Отель, где произошла стрельба, был местом, которое, по мнению ФБР, часто посещал Вегас Терапаньякун, и от этой мысли у него по коже поползли мурашки. Они поговорили с несколькими свидетелями, но никто из них ничего толком не рассказал. Он просмотрел список имен людей, которые останавливались в отеле, но никто из них не выделялся - никакого Вегаса Терапаньякуна, но это было неудивительно. Вегас Терапаньякун был экспертом в изменении своей личности. Был ли Пит в порядке? Жив ли он? Порш не знал, и у него не было возможности узнать это до их следующей встречи. Если младший не появится, у него не останется другого выбора, кроме как поверить, что его лучший друг мертв. - Ты задерживаешься? - спросил один из его коллег, прислонившись к стене, и Порш хмыкнул в ответ. Порш слышал, как его коллеги непринужденно болтали вокруг него, но все, что он хотел сделать, это сосредоточиться на том, чтобы узнать, в порядке ли его лучший друг или нет. Он потер глаза, затем вернулся к чтению отчетов и тяжело вздохнул. Ничто не давало ему ответов. Он вернулся к снимку похитителя на экране, и хотя по лицу этого человека трудно было многое определить, Порш был уверен, что этот человек - Майл Пхакпхум, еще один, за кем они охотились уже некоторое время. Профессиональный киллер, убивший больше людей, чем Порш мог сосчитать по пальцам обеих рук. Но какое отношение Майл Пхакпхум имеет к Вегасу Терапаньякуну? Он глубокомысленно нахмурился, размышляя, не связаны ли эти два человека каким-то образом. Порш решил, что проведет всю ночь, просматривая старые дела и выясняя, не были ли они связаны и тогда. Мужчина встал со стула, взял со стола свою пустую чашку из-под кофе и направился в пустую комнату отдыха. Мужчина тяжело вздохнул, взглянув на стол, за которым они с Питом обычно сидели и болтали. Пожалуйста, пусть все будет хорошо. Пронесло у него в голове, а после, крепче сжал свою чашку, просто уставившись на стол, прежде чем наконец повернуться и налить себе кофе. Впереди у него была длинная ночь.