Мёртвый город

      Прошло ещё несколько недель.       Мэйбл всё ещё училась выживать в мире мертвецов, пока пыталась обнаружить выход. Ночевать на заброшках и в магазинах вскоре стало не только холодно, но и опасно, если брать в счёт отличное обоняние существ, охотящихся за ней. Когда она делала шаг — они уже были впереди, поджидали за каждым углом и даже объединялись в небольшие группы, чтобы поймать её.       Она была в отчаянии, потому что последующие две недели за ней никто так и не пришёл. А личности двух мужчин, изучающих её и, вероятно, что-то знающих о ней и Сайфере, по-прежнему были для неё неизвестны. Не то что бы она их не искала… Ей удалось обнаружить огромный особняк в самой дальней части города, но всё его окружение было оккупировано мертвецами, немного отличающимися от тех, которые преследуют её. Было подозрение, что они были куда сильнее и проворнее, и пока она не научилась до конца пользоваться силами — победить их и пробраться внутрь за ответами на свои вопросы было нереально.       Не было и дня, когда бы Пайнс не тренировалась.       Она постоянно пыталась раскрыть полученные силы и понять насколько они были масштабны, как много у неё возможностей.       На днях она смогла создать из одного заброшенного дома настоящую хижину.       Мэйбл даже создала комнату, примерно такую же, какая у неё была в Гравити Фолз, и создала купол поверх своего нового жилища и некоторой территории возле него. Она наложила невидимые защитные чары, не пропускающие мертвецов, и это в некотором роде гарантировало ей безопасность.       Благо для существ ничего внешне не изменилось, и хижина не особо привлекала их внимание, но порой мертвецов вокруг становилось больше. Они чувствовали витающий в кислороде запах человека, и он притягивал, собирал их в одном месте, пока она находилась в доме.       Мэйбл поставила себе задачу: выяснить, каким способом она могла бы обмануть их. Так, чтобы они ощущали в ней что-то «родственное», что отталкивало бы их от мыслей нападать и преследовать.       И на день забыть об опасности!       Она создала в доме небольшую кухню и создала несколько приборов для готовки. Материализовывать еду, безусловно, было просто и быстро, но порой Пайнс скучала по готовке, и ей было необходимо отвлечься. Кто бы знал, сколько труда ушло на то, чтобы узнать, как добыть электричество и провести воду с помощью сил. Она могла гордиться собой.       Когда всё более-менее устаканилось — Мэйбл снова загрустила.       Внутренний голос подсказывал ей, что нужно пробовать штурмовать особняк силой, но что, если её снова ждёт неудача? Где гарантия, что тот человек не предпримет меры? Насколько она понимала, он также обладал какими-то способностями. Она не была уверена, но пока лежала там, в неизвестности, предоставленная ему — от него исходила негативная энергия. Казалось, будто тьма сгущалась вокруг него и очерняла разум, дышать рядом с ним становилось труднее.       Кто же он?       «Знать бы его имя!» — Раздраженно подумала она.       Быть может, он в самом деле знал что-то о ней и Билле Сайфере. О том, как она оказалась здесь.       «Прошёл почти месяц… Я не могу оставаться здесь вечность. Нужно что-то делать. Я не хочу просыпаться с радостной мыслью о том, что я ещё жива».       Она сжала пальцы в кулак. Ладонь обдало холодом, и искры синего огня на миг вспыхнули и тут же растворились в воздухе. — Я попробую. — Пообещала она самой себе.

***

      На следующий день Мэйбл позавтракала тостами с малиновым джемом и чаем. Еда на вкус немного отличалась от той, что она ела на Земле, однако это было лучше, чем умереть с голоду. Закончив с трапезой, она материализовала одежду, гарантирующую, что если ей придётся падать — это будет не так больно, как без неё. Ничего необычного: обтягивающие чёрные штаны с высокой талией и плотным материалом в коленях, схожим на самую настоящую броню. Сверху материализовалась чёрная водолазка, поверх неё талию стягивал защитный корсет. И удобным кроссовкам она предпочла берцы на маленьком каблуке.       Прежде чем отправиться она стянула волосы в высокий хвост.       … — Девушка направляется прямиком к нам, мой Король. — Оповестил советник. — Главный мертвец сообщил, что чувствует её совсем рядом, как и неделю назад. — Ожидаемо. — Губы парня растянулись в ухмылке. — Я знал, что она попытается приблизиться ко мне. — Что прикажете?       Король сложил руки на груди, глядя сверху вниз из окна на выстроившийся по периметру ворот строй мертвецов. Его красные глаза сощурились, он тоже чувствовал её присутствие, её плескающуюся в крови силу, мощь которой была безгранична. Она обладала светом, тепло которого просачивалось и прорастало в его мире. И, признаться, это не было хорошей новостью для него. — Если она сможет одолеть всю охрану, то выпускайте Скайрос. — Вы уверены?       Глаза парня сверкнули опасно красным. — Мы обязаны проверить её силы. Если она выживет — я приглашу её. — А если нет? — Всё же поинтересовался советник. — Неважно, Морт. — Задумчиво растянул Король. — Я продолжу начатое, и заставлю Билла Сайфера ответить за Сердце Города. — Тон его голоса стал грубее, яростнее. — Он поплатится за то, что попытался лишить меня сил. — Всё будет сделано, Ваше Величество.

***

      Мэйбл остановилась у главных ворот, где сходу её встретили мертвецы. Она сразу поняла, что те, кто служил в особняке, были куда разумнее. Подняв голову вверх, она увидела, как мертвецы в броне натянули тетивы и угрожающе навели на неё свои луки и горящие стрелы. Не медля, они выпустили первый залп стрел прямо в девушку. Мэйбл возвела перед собой руки, создавая вокруг себя защитные чары, и удерживала его до тех пор, пока бдительность существ не ослабла.       Когда количество стрел свелось к минимуму и последовала небольшая заминка, Пайнс этим воспользовалась. Сведя пальцы вместе и после разомкнув их, она произвела атаку в виде электрической волны, поразившей их тела изнутри и заставившей их трястись от разряда некоторое время, пока те не лишились чувств.       Мэйбл научилась этому несколько дней назад.       Когда трупы мертвецов попадали с небольших оборонных башен, она взорвала главные ворота. Плотное, крепкое красное дерево оказалось поглощено синим огнём. Деревянные двери растворились, как от прокинутой кислоты, сгорая не как от обычного огня и, более того, за считанные секунды.       Затем, когда путь к особняку оказался открыт, её встретила целая армия мертвецов, бросившихся в атаку сразу, как только они увидели фигуру девушки сквозь поднявшиеся дым и пыль. — Назад! — Выкрикнула она, в несколько заходов оттолкнув их небольшой ударной волной. Когда существа стали подниматься, обдавать своим зловонием, рычать — Мэйбл воспользовалась силой стихий.       Она окатила армию волной воды и мысленно призвала ледяной пронизывающий ветер, подхвативший мертвецов и обративший их после воды в ледяные застывшие статуи. Она с ошеломлением и восхищением смотрела на проделанную работу, сердце билось как ненормальное, а ноги дрожали — ей действительно было очень страшно, но она смогла.       Мэйбл никогда раньше ничего подобного не делала.       А теперь её окружали блестящие ледяные статуи с замершими мертвецами.       Казалось, будто все взгляды были прикованы именно к ней. К девушке, чьи глаза горели ярким неестественным голубым цветом.       Она прошла в самую середину территории, к кровавому фонтану, и посмотрела вверх, встречаясь взглядом с парой красных глаз, смотрящих на неё из окна особняка с презрением и одновременно с признанным восхищением.       Но прежде чем она открыла рот и окликнула его — раздался громогласный крик, похожий чем-то на… птичий рёв?       Когда её тень слилась с тенью существа выше, парящим над ней, она с ужасом подняла голову и встретилась с невероятной красоты существом. Над ней парила огромная птица, напоминающая птицу из сказок, чьи перья сверкали и обладали волшебной силой. Только сейчас перед ней была другая птица, огромная, чёрная, с сапфировыми сияющими глазами, и в её намерениях было убивать.       В сказках жар-птица питалась золотыми яблоками, дающими молодость, красоту и бессмертие. А эта питалась… живой плотью?       «О, чёрт…» — Выругалась Мэйбл.       Едва птица налетела на неё, она успела материализовать меч. Хоть она и не владела навыком меча, и оказался тот куда тяжелее, чем она представляла — Пайнс тут же схватила его одной рукой за рукоять, второй — за само лезвие. Птица налетела сверху, повалив девушку на пропахшую гнилью землю, и вцепилась лапами в лезвие меча, размахивая огромными крыльями.       В процессе сопротивления на левой ладони образовался порез, по лезвию меча потекла обильная капля крови. Птица издала пронзительный тонкий свист, склоняясь, чтобы ударить клювом и проломить им череп. Пока Мэйбл сопротивлялась — она истерично думала над тем, как спастись. Всё, что она пока могла делать — так это уклоняться от ударов клюва и порой жмуриться из-за летящей в глаза пыли.       «Давай, соберись!» — Приказала она себе.       Меч в её руках раскалился, и птица громко закричала, когда жар коснулся её лап, хватавшихся за лезвие. Она тут же взмыла вверх, в небо Асператус, пронзая его, как стрела, а затем, спустя секунды, вынырнула из шероховатых облаков и снова устремилась к Пайнс. В то время меч в её руках сиял и переливался, почти горел, но она не чувствовала ни жара, ни боли. Порез на её ладони начал регенерировать, ткани кожи затягивались прямо на глазах.       Мэйбл чувствовала, что сможет с этим справиться.       Она плотнее сжала рукоять меча, занесла его перед собой… и когда птица пролетела, девушка рассекла что-то так легко, будто резала воздух. А затем послышался стук. Что-то упало.       Открыв ранее зажмуренные глаза, Мэйбл обнаружила перед собой отрубленную птичью лапу в крови, а затем посмотрела за спину, где корчилась и кричала в муках птица. В сердце закололо от сочувствия. Ей и самой стало больно от того, что она навредила совершенно живому существу в этом мире. У неё были чувства, и она кричала так жалобно и душераздирающе, что Мэйбл почти заплакала. Её глаза наполнились слезами.       Она подняла отрубленную лапу, окрасившую её ладонь в кровь, она стекала вдоль её руки до локтя, и уже оттуда на землю. Также она не выпускала из рук меч, потому что боялась приближаться. Но всё же решилась, вдохнула полной грудью и зашагала вперёд к кричащей от боли птице, которая не отрывала взгляда от своей ноги. — Я… я не хотела. — Забормотала Мэйбл надрывающимся голосом. — Я защищалась…       Птица в ответ яростно вскрикнула, вытянув голову. Её сапфировые глаза блестели от слёз и горя, и одновременно она была в ярости из-за своей потери. Возможно, ей приказали нападать, и у неё не было выбора.       Птица с изнывающим криком всё ещё смотрела на девушку и на меч. Мэйбл приняла это во внимание и выпустила рукоять меча, позволив ему упасть с противным звоном. — Позволь… помочь тебе.       Птица несколько раз пыталась зацепить девушку клювом, но когда намерения Пайнс стали ей ясны, она медленно, не без боли, вытянула раненую ногу, чтобы та могла осмотреть её. Мэйбл кончиками пальцев коснулась удивительно мягких перьев птицы, тотчас вздрогнувшей из-за постороннего прикосновения. — Тш-ш-ш… Сейчас.       Она поднесла отрубленную лапу к ране, скрепила вместе и удерживала обеими руками, используя силу регенерации. Представила, как срастаются кости, мышечные ткани и кожа, как она вновь обрастает длинными чёрными перьями. Птица с интересом наблюдала, склонив голову. На удивление, боль отступала, а там, где касалась её девушка, становилось тепло.       Когда Мэйбл закончила, её трясло. Она со слезами на глазах посмотрела на птицу, пока её губы дрожали. Она никогда не поступала так с живыми существами, она не была способна на такое. Давно, когда её друзья и одноклассники били собак и кошек, считая это забавным и смешным, сердце Пайнс обливалось кровью и сочувствием. Она всегда старалась защитить всё живое.       Но в этом мире она боролась за свою жизнь.       Что ей оставалось делать?       Птица дёрнула лапой, вытянув её и не почувствовав боли после заживления. Она взмахнула крыльями, чтобы подняться, а затем опустилась на землю перед Мэйбл, склоняя голову. Она приблизилась, смотря ей в глаза умным, казалось бы, человеческим взглядом. Как если бы всё понимала.       И легонько задела клювом щеку Мэйбл, чтобы показать, что всё в порядке.       Это не столь длительное сражение привело не к смерти, а к зарождению спонтанной дружбы.       «Меня зовут Скайрос».       Мэйбл вздрогнула, осматривая замерших мертвецов, не понимая, кто это сказал. — Ч-что? — Она заозиралась по сторонам. — Кто это сказал?       «Я прямо перед тобой».       Пайнс уставилась на птицу, едва веря в услышанное. — Неужели ты говоришь? — Удивилась девушка. — Скайрос… — Добавила она, будто пробовала это имя на вкус. — Я Мэйбл. П-прости, что я… — Язык не поворачивался даже произнести эту жестокость. — Я защищалась.       «Ты не из этого мира». — Констатировала Скайрос. — «Я чувствую, как ты излучаешь яркий свет. Твоя сила такая светлая, озаряющая. Ты не можешь быть из Мёртвого города». — В-верно. — Кивнула Мэйбл. — Я не помню, как оказалась тут. Но тот, кто живёт в этом особняке точно знает. Пожалуйста, скажи мне, что происходит. Что это за город? Измерение?       «В этом мире властвует Король Мёртвых — Блэйн Беннетт». — Блэйн… я не помню его. — Мэйбл коснулась головы. Отсутствие каких-то воспоминаний порой могло привести к панической атаке. Неизвестность. Как же она пугала. — Я где-то слышала это имя, но совершенно не помню его. — Она задышала чаще. — Ничего не помню.       «Сражение с мертвецами и победа надо мной — твой показатель. Он проверяет твою силу, чтобы определить…» — Гожусь ли я ему в союзники… — Закончила Пайнс. — Да, я слышала об этом.       Мэйбл и птица обернулись к окну, из которого за ними наблюдали две пары глаз — советника и Короля.       Губы последнего растянулись в довольной дьявольской улыбке. — Ты только посмотри, Морт. — Повёл рукой Блэйн. Он тихо, но мрачно хохотнул. — Вместо того, чтобы убить Скайрос, самую опасную птицу Солнечного измерения — она её укротила. Я поражён.       Их взгляды встретились.       Они смотрели друг на друга, будто стояли рядом.       Дыхание сбивалось. — Добро пожаловать, девчонка. — Угрожающе прошептал он, зная, что она была способна услышать.