Беглянка

      Вечер прошёл без происшествий. После того, как Диппер, Кэнди и Грэнда свернули в сторону своих улиц — Мэйбл осталась наедине с Сайферами. Правда, в этот раз напряжение поубавилось за счёт забавной ситуации в лифте с Биллом. К слову, как и ожидалось, Пироника всё же краснела перед консультантами, пока ждала их с наличкой. Ещё полдороги она отчитывала Билла и подозревала в том, что между ним и Мэйсоном, якобы, что-то произошло. — Ты не против, если мы проводим тебя? — Предложила Пироника в надежде узнать адрес. — Да не стоит, я тут рядом живу.       Билл кривил губы. Вероятно, сдерживал себя от едких комментариев или же от того, чтобы уговорить сестру оставить Мэйсона и пойти домой. Но Пироника словно не замечала своего кузена, целиком и полностью увлеченная тем, кому она симпатизировала. Её внезапная одержимость казалась Биллу легкомысленной: это была единственная причина, из-за которой он не хотел раздувать из этого проблему.       Он пытался свести её с Диппером. Не то чтобы Пайнс был открытым и столь же общительным, как его кузина, но он был серьёзным и добрым — по крайней мере, Пироника упоминала, что ей нравятся эти его качества. Неясно было только то, что мешало — Диппер ведь тоже, возможно, симпатизирует ей. Просто не привык проявлять какую-то инициативу, особенно после того, как его сестра исчезла.       Мэйбл Пайнс.       Он укусил щёку изнутри.       Пожалуй, только Пайнс знал о том, что искать её предложил именно Билл.       Он слегка тряхнул головой, чтобы отогнать неприятные мысли. Период стресса его друга был для него одним из тяжелых. Диппер изводил себя голодом, не спал, выпивал и пьяный без умолку шептал имя сестры. Стэнли, конечно, ничего не знал, но видеть его в таком состоянии Билл не хотел. Это началось после неудачной поездки в Калифорнию, абсолютно безрезультатной, и тогда он отчаялся. С его слов, Мэйбл и Стэн — единственные его родственники, и потеря сестры сильно ударила по нему.       Да и ладно бы всё было так просто, но нет. Он говорил, что не доверял её спутнику, и что в последние дни, когда он виделся с Мэйбл, она выглядела подавлено. Он не мог отделаться от мысли, что в их жизни было что-то хуже обыкновенного разлада. — Ты удивишься, Мэйсон, но наш дом напротив. — Пироника указала на пятиэтажку, расположенную напротив пятиэтажки, где жила Мэйбл. — Подумать только, мы живём в одном квартале.       Билл очнулся, когда они дошли. Как бы он ни пытался не думать об этом, история Диппера всё равно унесла его в глубокие размышления. — Мы можем вместе по утрам ходить в колледж, что скажешь? — Ну… не знаю. — Ещё чего. — Проворчал Билл. — У сопляка своих дел полно, не надоедай, кузина.       Мэйбл с удивлением подняла глаза на парня. Он сложил руки на груди, делая непринужденный вид. Он помог ей. Либо же придерживался того, чтобы Пироника держалась подальше от Мэйсона. — А вы как, вместе живете? — Зачем-то решила поинтересоваться Пайнс.       Билл и Пироника переглянулись. — Пф, да я бы волосы на бошке все повыдергивал, если бы жил с этой клушей. — Кинул он, игнорируя возражения девушки. — Так уж вышло, что по счастливой случайности наши квартиры на одном этаже. Да и вообще, мы из Портленда. Решили переехать в тихий городок, подальше от богатеньких родителей. — Наши отцы не только родные братья, но ещё и деловые партнёры. А мамочки дружны так, словно влюблены друг в друга, и опека их… — Пироника дёрнулась, как от мурашек. — Бр-р, надоела. Рада, что мы свалили. — А как ваши родители отнеслись к такому решению? — Его мама, — она указала на Билла, — отпустила. А вот моя, — Пироника ткнула пальцем себе в грудь, — моя рыдала. «О, как можно так далеко отпустить мою маленькую девочку!». Чтоб тебя, мама, твоей маленькой девочке уже девятнадцать!       Билл и Мэйбл одновременно прыснули с того, как быстро жестикулировала Пироника. — Что-то мы заболтались. — Заметил он. — Точно. — Кивнула Мэйбл.       Пироника кинулась обнять Мэйсона и сжала его в кольце рук. — Ты замечательный! — Выдала она. — Спасибо за этот день. Я с нетерпением буду ждать завтрашнего, чтобы снова увидеть тебя.       Мэйбл тронула искренность Пироники и она не могла не обнять её в ответ. Каким-то образом Пайнс обнаружила, что невольно за такое короткое время подпустила Сайферов к себе куда ближе, чем ожидала. Стоило признать, уже давно ничего не могло вызвать у неё улыбку, повод посмеяться, а рядом с ними… становилось и спокойно, и весело. Новые знакомые, показавшиеся изначально назойливыми и злыми, вдруг открылись сегодня с другой стороны. — Буду рад увидеть тебя завтра, Пироника. — Да-да, — проворчал Билл, — подотрите свои розовые сопли, девочки. — Он закатил глаза и протянул руку Мэйсону. — Давай, так и быть, я пожму твои пеньки. — Да нормальные у него пальцы! — Вспыхнула Пироника.       Мэйбл проигнорировала безобидную колкость и всё же пожала Биллу руку, пока его губы растягивались в довольной ухмылке.       Она невольно уставилась на него, рассматривая широкие плечи, затем поднимаясь взглядом вверх, к его губам, затем ярким глазам, к беспорядочным светлым волосам. Мэйбл была готова поклясться, как к щекам прилил жар.       «Билл такой красивый». — Невольно пронеслось в её голове.       Она поспешила выдернуть руку с их рукопожатия и отступила на шаг. — Д-до встречи.

***

      На следующий день в колледже Билл, Диппер и Мэйбл договорились работать над проектом у Билла дома. Он сам предложил этим утром. А Мэйбл в свою очередь немного тревожилась: что ей придётся говорить, когда кто-то зарекнётся о проекте у неё дома? Она всячески должна предотвратить такой исход. У неё дома… много что может выдать в ней девушку.       Всех скелетов в шкафу не спрячешь.       Когда началась первая пара — Пироника и Грэнда начали шепотом переговариваться, а затем Пироника вовлекла в разговор и Мэйбл.       Кэнди молча улыбалась, выписывая что-то из учебника. В последнее время она была очень сосредоточена над предстоящим проектом, поэтому застать её свободной, особенно в колледже, не доводилось.       Мэйбл попыталась выпутаться из этого разговора, но… для миссис Тёрнер нет ничего незаметного, поэтому она, — своим громогласным тоном, — приказала Пайнс пересесть к Биллу.       Это было неожиданно, да и… кто бы видел лицо Пироники — тут же ей и посочувствовал. Она выглядела так, будто Мэйсона только что убили на её глазах. Обида в её глазах была очевидной: от неё пересадили парня, который ей нравился.       «Нечестно!»       С окончанием пары Пироника вылила на Билла всё своё нытьё. — Да я и сам не в восторге. — Ответил он. — Зато мне теперь скучно не будет. Буду выбивать нюню из Мэйсона. — Да иди ты. — Обиженно кинула Пироника. Затем протяжно вздохнула. — Я в буфетную, чего тебе взять? — Да ничего мне не нужно. — А тебе, Мэйсон? — Тоже ничего. — Отказалась она. — Зануды. — Растянула Пироника, и они вместе с Грэндой скрылись из виду.       Мэйбл в это время надеялась, что Кэнди подойдёт поболтать, однако она что-то яростно начала строчить в своей тетради. Пайнс решила не отставать и тоже сделать несколько записей для себя. Она вытянула руку, чтобы взять ручку и раскрыла тетрадь.       В этот момент Билл схватил её за запястье. Властно, крепко. Она с испугом уставилась на него, но его взгляд был устремлен на её руки. Она замерла с раскрытым от удивления ртом, пытаясь понять, какие цели он преследовал. Однако потом, когда он притянул её руку к себе и резко задрал рукав толстовки — до неё дошло.       Её шрам, чуть выходящий вверх от запястья, оказался замечен. А когда Сайфер задрал рукав — в его глазах заплескался настоящий ужас. — Это ещё что?.. — Пробормотал он.       Мэйбл попыталась одернуть руку, но он не позволил ей, удерживая достаточно крепко. Пальцем второй руки он скользнул вдоль затянувшегося шрама. — Что ты делаешь?! — Возмутилась она. — Не трогай меня!       Билл освободил её. Мэйбл опустила рукава, отодвинулась, и уже с края парты кидала на парня гневные взгляды. — Откуда у тебя эти шрамы? — Не твоё дело! — Огрызнулась Пайнс, словно прыскала ядом. — Кто вообще позволял тебе меня трогать?       Билл удивленно вскинул брови.       Хамящий ему Мэйсон… это что-то новенькое. — Чего ты так завёлся? — Кинул Сайфер. — Я всего лишь спросил. — Это личное. — Уже тише добавила она. — Извини, конечно, но лучше не трогай меня без моего ведома. — Да я вообще не планировал трогать тебя, дурной. — Отмахнулся Билл.       Мэйбл не могла сосредоточиться за записях. Произошедшее раз за разом прокручивалось в мыслях. Да и Билл, казалось, не унимался совсем: смотрел на неё, будто ждал, что она вот-вот растает и вывалит ему всю историю своей жизни, как бы это сделала его кузина. Ага, как же. — Ладно, я вспылил. — Признала она. — Не люблю неожиданности. — Как скажешь. Я ничуть не обиделся. — Ответил Билл, слегка пожав плечами. — Я тебе не Пироника, не расплачусь. — Она хорошая… — Без тебя знаю. — Он открыл тетрадь и вырвал из серёдки двойной лист. Затем протянул его Мэйбл вместе с карандашом. — Любишь рисовать? Нарисуй мне что-нибудь. — Ха, и зачем мне это? — Пробормотала она. — Давай, рисуй. — Приказал Сайфер.       Мэйбл надула губы и рывком притянула к себе лист. Она понятия не имела для чего это нужно, но была заинтересована. Билл в свою очередь хмыкнул, откинулся на спинку стула и привычно сложил руки на груди. Его позабавил тот факт, что Мэйсон согласился на это только потому что был либо расстроен, либо слишком зол.       Билл посмотрел на неё. Она уже начала что-то рисовать, сведя брови у переносицы.       Он всегда подкидывал лист бумаги Пиронике, когда она была чем-то опечалена или озабочена. Всегда она глупо смотрела на него, а затем, горделиво задрав подбородок, принимала лист бумаги и рисовала. Это был один из его способов успокоить, занять её. И Мэйсон тоже на это купился.       «Прямо как девушка», — снова подумал он. — Держи! — Спустя какое-то время Пайнс протянула ему лист с рисунком. — И что дальше?       Билл с интересом опустил голову на небольшой эскиз, накаляканный за пять-семь минут, которые он просидел в ожидании. Она нарисовала его силуэт, закрасила его внутри чёрным и выделила глаза. Это было первое, что пришло на ум нарисовать.       И ему это понравилось.       То, что он — первый, кто пришёл Мэйсону в голову. — А ничего, оставлю это себе на память. — Билл коротко улыбнулся и сложил лист на четыре части. Он прибрал его в рюкзак, а потом повернулся к Мэйбл, всё ещё ожидающей чего-то. — На что ты смотришь? Ничего не заметил? — А что я должен заметить?       Билл вытянул руку и оставил щелчок на её лбу. — Ты успокоился, сопляк. Выдохни наконец.       Мэйбл была возмущена его поведением, но вскоре оказалась приятно удивлена, когда поняла для чего всё это было.

***

      Живот Мэйбл болел от голода. Тошнота, внутреннее жжение, слабость — она устала питаться раз в день. Из плюсов было то, что такой рацион питания хорошо экономил деньги. Она допускала вероятность того, что украденные у Гидеона деньги можно растянуть на полгода, но почему-то боялась их тратить. Всё время представляла, как случается что-то непредвиденное, и наваливаются новые траты, и тогда она пожалеет, что не экономила.       Хотя, если подумать, это было глупо…       Но тогда что насчёт работы? Мэйбл не могла спокойно в колледж ходить, что тогда можно было говорить о работе? И о физическом труде? Где вероятность, что её поддельный паспорт не пробьют по всем базам? Тогда раскроется не только обман, но и сложится мнение, будто она какая-то мошенница. — Хватит в облаках витать, Мэйсон.       Мэйбл всё ещё привыкала к своему второму имени, поэтому отозвалась не сразу. — Мэйсон? — Д-да? — Ты собираешься есть? Я старалась. — Пироника стояла у стола, за которым сидели Мэйбл, Билл и Диппер. Перед ней минуту назад девушка поставила тарелку с аппетитно пахнущей картофельно-мясной запеканкой. — Я просто немного потерялся из-за запаха. — Честно ответила Мэйбл. Ей было стремно показаться до смерти голодной и она стеснялась есть в присутствии всех остальных. — Спасибо большое.       За последнее время это было самое вкусное, что она только ела. — Давно Пироника готовит у тебя дома? — Поинтересовался Диппер. — Нет. — Билл хохотнул. Его многозначительный взгляд метнулся к девушке за столом. — Это всё из-за Мэйсона.       Мэйбл едва не поперхнулась. Её глаза смотрели в тарелку, пока эти двое обсуждали её. Внезапная влюбленность Пироники начинала беспокоить её всё больше с каждым днём. Поначалу для Пайнс это было что-то вроде дружбы, но чем больше подруга напирала с ухаживаниями и предложениями пойти на свидание, тем больше Мэйбл стала понимать, что это начинает выходить из-под контроля.       Нет, это приятно! Но только, если они друзья, а не возлюбленные! Последние пару дней Билл молчит, не говорит ничего, но по его взгляду и всё время кривящимся губам при виде сюсюканий Пироники к Мэйсону — вполне себе можно заметить, как его вымораживает вся эта ситуация. Казалось, даже Билл понимал, что это заходит слишком далеко.       Пироника теряла голову на пустом месте. Она одна считала, что всё нормально. — Похоже, Мэйсон очень нравится ей. — Диппер добродушно улыбнулся, посмотрев на неё. Мэйбл не смогла удержать себя от ответной теплой улыбки. Билл замер, смотря между ними в замешательстве, а потом остановился на ней.       Он не знал, что не так. Но эта девчачья улыбка… почему ему нравится?       Почему Мэйсон нравится всем, кто его окружает?! — Всё это ерунда. — Недовольно выпалил Билл, стукнув вилкой по краям тарелки. — Лучше бы она к тебе была так радушна, приятель.       Пироника, полными ярости глазами, уставилась на брата. — Полезай в духовку, кузен. — Прошипела она и показательно открыла дверцу, приглашая его на противень. — Надеюсь, твой язык пропечётся лучше, чем тушка.       Диппер рассмеялся. Мэйбл тихо хохотала, приставив кулак ко рту. — Спасибо, кузина. Моя тушка ещё понадобится двум твоим друзьям для проекта. — Спокойно ответил Билл. — Запеки Мэйсона, он пока в знаниях не силён, вряд ли понадобится. — Ты моё тело видел? — Не удержалась Мэйбл. — Я только для супового набора подошёл бы.       Диппер рассмеялся громче, пока Пироника краснела. Билл сдерживал себя, чтобы не рассмеяться, подобно другу. Кто бы мог подумать: тихоня Мэйсон отбрасывает шутки в их компании?       Каждый день этот Мэйсон раскрывается им, и каждый раз по-разному, цепляя либо делом, либо словом. Билл уже принципиально пытался задевать его, но почему-то желание глумиться убавлялось, превращалось в ничто. Ему было противно от самого себя, ведь… что изменилось, в конце-то концов?       Мэйсон симпатизировал ему как друг? Также, как Диппер?       «Да ну нет!» — Не до конца уверенный в этом Билл потупил взгляд перед собой. — Доедайте давайте. А то проект до ночи не сделаете! — Подгоняла Пироника. — Скоро ещё Грэнда придёт, мы тоже будем над проектом работать. — Спасибо, Пироника. Ты знаешь, запеканка очень вкусная. — Похвалил Диппер, ласково улыбнувшись ей. Девушка в ответ на это смущенно отвела взгляд и выдала скупую благодарность.

***

      Весь вечер они занимались проектами, порой переговариваясь и что-то подсказывая друг другу. Затем, как это обычно бывало, Грэнда и Пироника начали нести всякую ересь, пока кто-то не начинал вступать с ними в спор, либо же поддерживая какую-то тему. Мэйбл стыдилась, что в учёбе была не сильна, но Диппер услужливо помогал ей, продолжая иногда смотреть на неё так, как она боялась, чтобы на неё смотрели.       С нескончаемым подозрением.       В конце вечера Диппер взял такси и поехал домой. Он взял с собой Грэнду, по пути высадив её на общей улице. А Пироника и Билл пошли провожать Мэйсона. Билл выглядел хмуро и зло, как если бы знал причину, по которой кузина настояла на эту «прогулку». Она всё время вешалась на Мэйсона, пока тот отмахивался, как только мог. Это позволило Биллу понять, почему его агрессия к Пайтерсу поубавилась: дело было не в том, что сам Мэйсон имеет цель соблазнить Пиронику. Это Пироника пытается соблазнить его!       Глаза не обманешь.       Сайфер знал, что Мэйсон не виноват.       «Теперь понятно».       Однако Мэйсон по прибытию выглядел странно. Он всё время настаивал, чтобы Билл и Пироника не провожали его до самого подъезда. В любой другой ситуации Билл бы наплевал на это поведение и на странные просьбы, но… он, как и сестра, заподозрили неладное. Что такого в том, если они проведут его до самой двери?       Билл мысленно ударил себя.       «И зачем мне это?» — Пускай Пироника проводит тебя до двери. — Небрежно кинул он, прислонившись спиной к холодным кирпичам дома. — Как видишь, она хочет тебе что-то сказать. — Добавил он и их с кузиной взгляды встретились. — Или я не прав?       Пироника кивнула. — Это так. Что скажешь, Мэйсон?       Мэйбл сдалась. — Ладно, пойдём.       Девушка воссияла. — Билл, только не уходи без меня, ладно? Я быстро! — Напоследок кинула она.

***

      Войдя в квартиру, Пироника поморщилась — воздух был спёртый, тяжелый. Она тут же преисполнилась желанием подбежать к первому попавшемуся окну и распахнуть ставни, чтобы проветрить тут всё. Мэйбл отводила глаза, догадываясь к чему всё идёт. Перестраховавшись, она обутая прошла в гостиную и захлопнула дверь в свою комнату. — Мы оба знаем, что ты хочешь мне сказать. — Начала Мэйбл. — Я не думаю, что это хорошая идея. Мы знакомы чуть больше недели, и… — Не пойми меня неправильно. — Перебила Пироника. Она держала руки вместе, чтобы унять волнение. Оставшись наедине, её взгляд забегал, цепляясь за интерьер дома в попытке успокоить нервно бьющееся сердце. — Знаешь, одна из плохих черт характера у меня… это влюбчивость. — Пироника… — Ты мне сразу понравился! — Возразила она. Её щеки покраснели. Мэйбл это заметила даже при плохом освещении. — Ты такой добрый, простой, не пытаешься казаться крутым… Правда. Очень милый, хороший. — Вывалила она. — Ты мне очень нравишься, Мэйсон. Пожалуйста, не спеши отвергать меня. Дай мне шанс узнать тебя получше.       Пайнс продрогла от её признания, слегка дернулась от мурашек, пробежавших вдоль её позвоночника. Она открыла рот, чтобы ответить, но… внезапно поняла, что не может. Что она вообще могла сказать ей? Рассказать о том, что она девушка? А если Пиронику и это не остановит, и она будет настаивать на отношениях?       Мэйбл поняла, что ей больно.       Примерно также было больно, когда она поняла, что Гидеон не любит её, и что всё его «проявление любви» — это не настоящая любовь. Теперь всё было в руках Мэйбл: как бы она ни хотела — ей придётся обидеть Пиронику. Ведь так будет лучше.       «Мне нельзя сближаться с кем-либо. Даже если будет кто-то, кого я искренне полюблю — я никогда не смогу рассказать всю правду». — Осознала она.       Мэйбл сжала руки в кулаки, опустила их по швам. Зубы заскрежетали под сомкнутыми губами, сердце завелось, как не своё. Она подняла голову, полными от слёз глазами глядя на Пиронику, которая… выглядела разбито. Мэйбл не говорила ничего, но она, казалось, догадалась по выражению её лица, что ответ ей не понравится. — Пироника, прости, но… я не хочу сейчас отношений. — Заставила себя ответить девушка. — Мой прошлый опыт был достаточно болезненным, поэтому я больше не решаюсь быть с кем-то… Боюсь обжечься, понимаешь? Ты замечательная девушка, такая открытая, хорошая, но я не для тебя. Ты заслуживаешь лучшего.       Рванный вздох.       Пироника пыталась не плакать, но слёзы уже текли по её щекам. Её глаза покраснели, пальцы задрожали. Она выглядела растерянно, топчась на месте, будто хотела тотчас убежать прочь, но… не могла не выслушать до конца. — Пожалуйста, не плачь. Мне и самому не очень нравится вся эта ситуация. — Мэйбл приблизилась, чтобы обнять Пиронику. Впервые за долгое время искренне обнять кого-то. Девушка зарылась носом в её плечо, принимая объятие. — Ты правда невероятная. — В этот раз Мэйбл говорила за себя, не за Мэйсона. — Когда я только появился в аудитории, можно считать, что ты спасла меня. Признаюсь, поначалу ты меня страшно раздражала, и я хотел сбежать от тебя подальше, но за всю следующую неделю, которую ты провела со мной, я стал считать тебя своей подругой. Ты веселила меня, смеялась со мной, защищала меня. Мне было одиноко. Но ты спасла меня.       Мэйбл понимала, что её голос ломается. Всё внутри неё ломалось. Хотелось сломать себе рёбра и просто лежать — пусть бы эта боль была физической. Только бы не душевной.       Почему же так больно говорить всё это? Почему она воспоминаниями возвращается к Гидеону? Она ведь больше не любила его, но… боль, которую он причинил, осталась с ней, на её шрамах. И она понесла её дальше, не давай себе шанса стать счастливой с кем-то. Не давая шанса другим.       Пайнс и подумать не могла, что отвергать кого-то тоже тяжело. — Если я такая невероятная, то почему, Мэйсон?.. — Плакала Пироника. — Прости. — Мэйбл отстранилась, посмотрела в её заплаканные глаза. — Я не могу так с тобой поступить, поэтому делаю, как будет лучше для нас двоих. — Те шрамы у тебя… Мэйсон, это сделала твоя бывшая?       «Ч-что?» — Мысленно опешила Пайнс. — Ты извини, но Билл рассказал мне о твоих шрамах. Твои прошлые отношения… это они? Поэтому ты боишься?       Мэйбл ошарашенно, во все глаза смотрела на подругу с открытым ртом. На удивление, Пироника оказалась догадливой и проницательной. Считала её прошлое, как со страниц книги. Спустя секунды Пайнс прокашлялась, чтобы дать ответ. — В детстве я упал с велосипеда у краю моста, и по склону полетел вниз, к реке. — На ходу придумала Мэйбл. — Вот откуда эти шрамы, так что не придумывай. — Мэйсон… — Нет. — Отрезала она. — Ты ничего обо мне не знаешь, Пироника. И лучше держись от меня подальше.       Девушка сухо кивнула, всё ещё глотая слёзы. — Давай я принесу тебе воды. Подождёшь тут?       Пироника ещё раз кивнула, и когда Мэйсон отправился на кухню, она принялась сверлить взглядом дверь, которую он запер, едва они вошли в квартиру. Сайфер подкралась к двери и замерла на какое-то мгновение прежде чем войти.       «Чем больше Мэйсон привлекал, тем больше он стал отталкивать меня». — Подумала она. — «Билл достаточно высказал мне о странности поведения Мэйсона, даже там, у дома, и я впервые с ним согласилась. Теперь, когда Мэйсон отверг меня, мне и правда очень интересно… что же ты скрываешь?»       Она коснулась холодной дверной ручки, сжала её.       Прислушалась к тому, как Мэйсон копошится на кухне и стучит посудой. Видимо, не может найти стакан.       «Он велел ждать его в коридоре, но я не могу так просто уйти. Этим утром я хвасталась Биллу о том, что смогу узнать Мэйсона получше, чтобы завоевать его доверие. Однако что-то мне подсказывало, что у него были веские причины отказывать мне, нежели то прошлое, которое он, возможно, выдумал. Понимаю, это неправильно, но…»       Пироника решилась войти в его комнату.       «Почему у меня плохое предчувствие?»       Она вошла в тёмную комнату с плотно зашторенными окнами, нащупала сбоку выключатель, и всё озарилось тусклым светом одинокой лампочки на проводах. Из-за того, что тут рассматривать особо нечего, кроме кровати, старого шкафа и ковра, Пироника переключила своё внимание на стол с зеркалом.       На нём была разложена косметика.       Губы Пироники растянулись в улыбку.       «Какое облегчение. Кажется, у Мэйсона есть тайное увлечение, и он любит краситься? Но это же не проблема… Не повод отказываться от всего только потому что это не нравится обществу». — Подумала она, и тут её взгляд зацепился за кое-что поинтереснее. — «Его паспорт тоже тут… Ничего же, если я одним глазком посмотрю?»       Едва она раскрыла паспорт — улыбка упала. Первое, что она увидела — знакомую фотографию в паспорте, второе — имя и фамилию. — Что?.. Н-не может быть… Нет… Это же… — Пироника? — Ах! - Она подскочила от испуга на ровном месте. — Я же просил подождать меня. Что ты тут делаешь?       Она тут же захлопнула паспорт, ошалело смотря на Мэйсона, который по паспорту был…       Мэйбл Пайнс?!