Бегущая по осколкам

Кларк очень рано встала. Она быстро совершила утренние процедуры, нашла то, в чем собиралась поехать на пикник, и принялась собирать вещи Мэдди. Сама же все думала: не продолжается ли сон? В её жизни было столько холодных ночей, одиноких дней, пустых вечеров, но сегодняшнее утро было живым и наполненным. В окно пробивались веселые лучи солнца, они игриво бегали по комнате, отражаясь бликами на двух уплетающих завтрак лицах. Кларк старалась не думать ни о чем. Будь что будет. В конце концов, это Лекса позвала их на озеро, она затеяла совместный поход, пусть придумывает развлечения. Гриффин была в предвкушении. Ей снова захотелось увидеть Лексу прежней. В то же время, она не собиралась подпускать её близко. Нужен разговор? Она его получит. И возможно, они наконец-то смогут что-то решить. Теперь Кларк видела, что Лекса тоже не забыла прошлое. — Здравствуй, Мэдди, — Кале протянула руку девочке и пожала её, — запрыгивай в машину, — а потом она перевела взгляд, — доброе утро, Кларк. — Доброе утро, Лекса, — блондинка замешкалась, куда ей сесть. Белая Бугатти была не особо вместительна, просторнее было бы спереди. Лекса указала жестом на перёд. Гриффин закинула рюкзаки, удочку в багажник и села. И не смотрела на Кале. Лекса не спешила заводить мотор. Повисло недолгое молчание. — Я рада, что ты не передумала, — послышалось сбоку. — Это ради Мэдди, она очень хотела на пикник. — Да, хорошо, — шатенка была осторожна в выражениях, словно не хотела спугнуть худой мир. А потом завела машину. Элитный автомобиль мчал их по гладкому шоссе. Мимо пролетали зеленые поля, блестящие реки. Небо было чистым и ясным, солнце поднималось выше и заливало долины пламенным огнем. Сердце Кларк трепетало. Она всю дорогу не смотрела на шатенку, лишь изредка поглядывала на руль, на котором покоились длинные пальцы. Руки Лексы были особенно прекрасны, Кларк когда-то любила касаться их. Сейчас она лишь горько усмехнулась. Лекса тоже молчала всю дорогу. Она ни разу не обратилась к Кларк, будто позволяла им слушать совместную тишину. Мэдди играла в телефоне. Через полтора часа они прибыли в назначенное место. Кларк помогла ребенку вылезти из машины и хотела взять рюкзаки, но Лекса опередила её и перехватила их перед самым носом. А потом пошла к озеру. Блондинка смущенно наблюдала за ней. От Кале было так много молчания. Место кемпинга было поистине идеальным. Небольшой ухоженный пруд наполняли белые кувшинки и водоросли, берег обрамлялся камышами. По другую сторону водоема было пристанище: место для костра и несколько кемпинговых стульев вокруг, небольшой деревянный навес, под которым можно было укрыться в случае дождя или оставить вещи, между двух крепких кустарников находился гамак, манящий усталого путника. Газон гладко подстрижен, деревянные дорожки чисты и ровны, и больше никого не было. Кларк держала Мэдди за руку и внимательно оглядывала территорию, было видно, что она выкуплена на сегодня Лексой. В выходной день в таких местах обычно полно народу. Все трое собрались вместе. Лекса смотрела на пруд, а потом обратилась к Мэдди. — Тебе нравится? — Очень! — малышка держала в руках сложенную удочку, которая была почти с её рост. На голове покоилась желтая панамка. Она была серьёзно настроена выловить всю рыбу. — Что ж, я вижу тебе не терпится? Тогда давай начнем прямо сейчас, а мама пока обустроит нам место для отдыха. И для рыбы! — шатенка улыбнулась Кларк. Она ни разу ей еще не улыбалась. Гриффин не смогла сдержать улыбку в ответ. Она смотрела, как Лекса уводит девочку к водоему, показывает, как забрасывать удилище, смеется, потому что размер ребенка и расправленной удочки не совсем подходят друг другу. Мэдди же сосредоточенно и целенаправленно пытается закинуть крючок, её щечки то и дело надуваются от негодования. Кларк смотрела на них и не могла оторвать взгляд. Когда-то она могла о таком лишь мечтать. Прошло несколько минут, Гриффин вспомнила, что ей поручено обустроить место для отдыха. Она достала огромный плед, расстелила его и стала раскладывать продукты из плетеной корзины, периодически посматривая на тех двоих у воды. — Получилось! — вдруг послышалось с берега. — Мама, у меня получилось! — радовался ребенок. — Ты большая умница! — отозвалась Кларк. И больше оторвать девочку от занятия не получалось. Так они провели часа два. Кларк читала книгу, лежа посреди поляны на пледе, отгоняла мух, назойливо летающих вокруг бутербродов, и просто наслаждалась этим днем. Было так спокойно на душе, как давно уже не было. — Пора обедать, возвращайтесь назад, — позвала она девушек. И видела, как Лекса помогает Мэдди скрутить удочку. Две уставшие девушки подбежали к Кларк наперегонки. Лекса отстала, незаметно поддавшись ребенку. Кларк еле сдержала смешок. — Горячий чай и бутерброды, — проговорила она, раздавая пищу. — Очень вкусно! — причмокивая губами, набив полный рот, сказала Мэдди. Она была активна и не могла сидеть долго на месте, в глазах сверкали азартные огоньки, ей не терпелось вернуться к рыбалке. — Я обязательно поймаю рыбу! Вот такую! — она растянула руки в стороны максимально далеко. — Конечно, поймаешь. И даже больше, — ответила Кале. Кларк на неё посмотрела и тихонько проговорила: — Спасибо за этот день, он прекрасен. Лекса согласно кивнула. После обеда шатенка и Мэдди вернулись к рыбалке. Им все-таки удалось вытянуть рыбу, чему ребенок был неимоверно рад. Они целый день провели за разными проделками: ловили лягушек, пытались сорвать кувшинку, из-за чего Лексе пришлось зайти по колени в воду, бегали с сачком за бабочками и даже вытащили Кларк поиграть. Они кидали друг другу мяч и ни о чем не вспоминали. Однако стало быстро смеркаться. Мэдди, пока уплетала яблоко, сидя на пледе, уснула. Безумно активный день лишил её сил, Кларк и Лекса не стали будить её так скоро. Заканчивать день не хотелось. Лекса разожгла костер, сходила за чаем и принесла кружки. Однако заметила, что Кларк ежится от прохлады, доносимой от пруда. От озера веяло сыростью и влагой, ночные фонарики были уже включены. Доносилось кваканье лягушек, ощущался запах тины и ракушек, кустарники трепетали на ветру. Было тихо и спокойно вдали от Нью-Йорка, было спокойно на душе. Блондинка сидела перед костром и ни о чем не думала, как внезапно почувствовала тепло на своих плечах. Лекса укрыла её пледом. — Спасибо, — прошептала она. И наблюдала, как Кале садится недалеко и разливает чай в кружки. Одну протянула Кларк. Было очевидно, что сейчас начнется сложный разговор. Однако он не начинался. Лекса смотрела на Кларк с теплотой и доверием. Она излучала энергию всего самого лучшего, прошлого, когда-то знакомого Кларк. Гриффин сама начала беседу. — Мы заканчиваем работу, Лекса. Станция будет готова к четвергу. Шатенка, не спускавшая с нее взгляд, была непоколебима. — Вы большие молодцы, раз успели раньше срока. Мои специалисты проверят её на соответствие, и можно будет закрывать проект, — она сделала глоток чая и снова спросила, — ты, правда, хочешь говорить о работе? Тело Кларк напряглось, как струна. — А о чем еще? — О нас, — в голосе Лексы звучала осторожность. Кларк видела вопросы в глазах напротив. Ей стало грустно, но она знала, что сказать. — Нет никаких нас. Уже очень давно нет, — Кларк перевела задумчивый взгляд вдаль, на блестящую воду от света фонарей. — Тогда почему мы сейчас здесь, вдвоем? — Ты хотела этой встречи, я согласилась. А теперь не понимаю, зачем? Ничего нельзя исправить, Лекса. Я не смогу забыть того, что было. Ты зря тратишь своё время на нас. — Кларк… Гриффин не могла больше сидеть на месте. Она встала и отошла, продолжая впиваться в озеро, будто там есть спасение для измученной души. Тоска вновь изнывала в сердце. — Я не хотела тебя тревожить, Кларк. Но в какой-то момент почувствовала, что… — она встала и медленно направилась к Кларк. Тело блондинки еще больше напрягалось по мере её приближения. Она уже чувствовала её рядом, за спиной, и не могла пошевелиться. Ореол нежности и теплоты окутывал с ног до головы, дыхание замирало. — Что мы всё ещё друг другу нужны. Следующий момент мог быть другим, но Кларк оступилась, когда поворачивалась к Лексе, и упала в её объятия. Лекса удержала её и не думала отпускать. Они стояли и не смели оторвать свои взгляды. Кларк в полную силу ощущала её жар. Зеленые глаза, полные ласки и мягкости, обволакивающий желающий взгляд, безумно притягательное тело — все магнитом действовало на Кларк. Она бегала по смуглому лицу, мерцающему от кострового света, а потом остановилась на её губах, которые когда-то беспрепятственно целовала. — Я скучала, — прошептала она, поддавшись порыву. — Я тоже скучала, Кларк. И Лекса притянула её еще ближе, чтобы поцеловать, но почувствовала легкое сопротивление. Кларк уперлась в её грудь. — Но ты предала меня, Лекса! Предала и уничтожила! И вот я здесь, снова беспомощно стою перед тобой, — её речь полна укора, глаза заблестели от влаги. — Кларк, я должна тебе сказать… Она не успела завершить. Кларк положила палец на её губы, запретив продолжать. — Не говори ничего. Я не хочу ничего знать. Мы больше не будем возвращаться к подобному разговору. Он приведет в никуда, — Гриффин видела, как мрачнеет лицо шатенки, и уже спокойнее завершила, — отвези нас, пожалуйста, домой. Кларк высвободилась из крепких объятий и отошла на безопасное расстояние. Всё внутри кипело от разбушевавшихся ощущений, но она была рада, что смогла себя сдержать. — Хорошо, разбуди Мэдди, а я соберу вещи, — послышалось за спиной. Дорога домой была быстрой. Кларк снова смотрела только в окно и не думала о прошедшем. Хотелось спать и больше ничего. Их молчание было тяжелым и угнетающим. Она с глубоким сожалением понимала, что Лекса продолжает что-то значить для неё, но думать об этом себе запрещала. Когда Кларк и Мэдди вышли из машины, Лекса придержала дверь. Она обратилась к блондинке. — Во вторник состоится благотворительный вечер в Полисе, приедут многие представители бизнеса. Это может быть полезно для твоей карьеры. Я буду рада, если ты будешь там. — Я приду. С Беллами. И Кларк видела, как меняется цвет зеленых глаз. Цвет стал намного темнее. Лекса кивнула. Потом взглянула на Мэдди, закрыла дверь и нажала на газ. Кларк крепче сжала ручку сонной девочки и повела её в дом. Сама же долго не ложилась спать. Она стояла в своей спальне, возле маленького макета станции, на котором тренировалась по вечерам, а потом резко махнула рукой и скинула его на пол. Хрупкий и ломкий, он разлетелся на множество осколков. Детали закатились под мебель. И назад его уже не собрать.