Твои соски пахнут гранатом

Чонгук поднимает пакет, с нарисованным лейблом, чуть выше, чтобы он не бился об ноги. Холодный ветер сковывает плечи, заставляя мыслить о своей собственной глупости, по которой он не надел никакой кофты сверху. Ближе подходя к дому, Чонгук замечает крайне редкое явление: кто-то переехал к ним на улицу. Их улочка довольно маленькая и старая, так что встретить новых хозяев какого-либо дома — крайне неожиданное событие. Перед домом, который, кажется еще неделю назад продали, стоит крайне милый молодой человек, а рядом с ним стоит ещё более милый маленький мальчик. Видимо в этот дом переезжает какая-то семья. Спутницы рядом с мужчиной не наблюдается, может она уже зашла в дом. А может он отец-одиночка. Кто знает? Чонгук живет через стенку с ними, так как дом на два хозяина, то есть делится пополам. Бывший сосед, как парень понял, уехал в Лондон. — Здравствуйте! — звучит довольно высокий и нежный, для мужчины голос. Мужчина очень дружелюбно улыбнулся, причём не только губами, но и глазами. Чонгук не заметил как подошел к своей калитке, так что забыл поздороваться с соседом. — Простите, задумался и забыл поздороваться. Здравствуйте. Вы сюда переезжаете, да? — Чонгук переводит взгляд с милого парня на стоящего рядом смущающегося мальчика. — Привет, малыш. — Да, мы с сыном решили сменить обстановку шумного Нью-Йорка, на что-то более тихое. Вот поэтому и приехали в Стэмфорд, — новоиспеченный сосед поглаживает по голове сына, стараясь таким образом помочь ребёнку не стесняться. — Я — Чимин, а его зовут… Солнышко, скажи дяде, как тебя зовут? — Пак Минхо, — тихо отвечает мальчик, опуская смущенное личико. — Он немного стеснительный по отношению к малознакомым людям, — говорит Чимин. Чонгук лишь умиляется с маленького сгустка милоты, кстати, эта характеристика подходит, не только к ребёнку, но и к его отцу. — Чон Чонгук, приятно познакомиться, как насчёт…может придёте на ужин сегодня вечером? — парень не знает, что им движет, но не хочется, чтобы эти милые люди стали типичными соседями для него. Хочется пообщаться побольше, узнать друг друга и заставить Минхо не бояться Чона. — Ну…мы будем рады, ведь я ничего особо не знаю про этот городок… — Отлично! Приходите часов в шесть, буду рад вас видеть, — широко улыбается Чонгук, а затем опускается на колени, чтобы что-то сказать ребёнку. — Буду ждать тебя, приятель, — Чон подмигивает и кивает Чимину в знак прощания. Только зайдя в дом, Чонгук понял, что позвал в дом совершенно незнакомых людей, которые могут быть, как убийцами, так и просто нехорошими людьми. Парень быстро забежал на кухню, придумывая что бы приготовить, поскольку из готовой еды у него только какой-то салат, валяющийся в холодильнике уже пару недель. Гости придут через два с половиной часа, надо хоть убрать разбросанные по залу грязное белье и грязную посуду. — Чего так всполошился? — Юнги потирает глаза, направляясь на кухню к взволнованному Чонгуку. — Чонгук-а, я с тобой разговариваю! — А? Ты что-то спросил, Хён? — Чон оборачивается, не услышав Мина. — Я говорю, почему ты так возишься? — К нам сейчас придут в гости новые соседи, — Чонгук знает, что это звучит глупо. Позвать в гости малознакомых людей… — Ты всех соседей зовёшь на ужин? Я думал, что мы только здороваемся с соседями, — усмехается Мин, крадя у Чона кусочек отрезанного болгарского перца. — Я не знаю, как так вышло… Просто они были очень милые и я зачем-то захотел познакомиться поближе. — Они? — Ну Чимин и его сын… — То есть это не какой-то супер секс сосед, на которого ты запал, а семья? Теперь я в конец запутался. — Они…он вроде как отец-одиночка, но это не факт, — это может звучать ужасно, но Чонгук хочет чтобы Чимин оказался отцом-одиночкой, не в плохом смысле, просто Чонгуку довольно приятен этот парень. Маленький, красивенький, миленький. — Ты теперь по разведённым ходишь? Все настолько плохо, — ухмыляется Юнги, отпивая молоко из горла бутылки. — Не пей! Это на пирог! — Чонгук выхватывает бутылку из рук Мина, в то время как тот давится. — Кх…чуть не убил за молоко! — Юнги вытирает вылившееся через уголки губ молоко, позже говоря. — Пирог? Чонгук, ты когда хочешь кого-то склеить резко становишься такой хозяюшкой… — Хён! Умоляю, замолчи, — Чонгук напряжённо перемешивает ингредиенты на соус, в то время как в голове звучат миллионы вопросов. — Я поехал, все равно у тебя важные дела, — закатывает глаза старший, снимая испачканную в молоке футболку. — Нет, хен! Не оставляй меня одного, я не выдержу с незнакомцами больше часа… — Да не паникуй ты так, ладно, я останусь, — Юнги поднимает ладони вверх, показывая свою невинность. — Хен, уберись, пожалуйста, в зале, — Чонгук кричит, убежавшему уже Мину. — Сколько же ты проблем создаёшь…

***

Чимин, одетый в купленную недавно розовенькую блузочку, тихо стучит в дверь соседа. Чонгук произвёл на него хорошее впечатление, весь такой добрый, милый и стеснительный, но в то же время высокий, накаченный и черты лица угловатые и чуть грубые. — Я вас ждал, проходите, — Чонгук добродушно улыбается, пропуская Чимина и Минхо в дом. Дом оборудован в черно-белом стиле. Большой телевизор почти в пол стены, дорогая мебель заставляют задуматься, кем же работает этот сосед? В целом, дом очень понравился Чимину, хоть и сильно отличается от недавно купленного им. — Чонгук, а кем вы работаете, если не секрет? — Чимин присаживается за стол, на котором уже стоят готовые блюда и пирог. — Я программист в сфере айти, а вы? — Я работаю на самой обычной работе: бухгалтер в одной компании, — Чимин пробует симпатичную золотистую картошку на вкус, после чего довольно мычит. — Честно признаться, я подумывал, что вы типичный молодой холостяк, не знаю почему, так показалось… — Несмотря на то, что я довольно молод и холост, готовлю довольно хорошо, — усмехается Чонгук, переводя взгляд на ребёнка, супер мило жующего мясо. — Как дела, приятель? — Хорошо, — Минхо чуть краснеет, но уже более громко отвечает, чем при первой встрече. — Вы живете один? — Чимин коротко улыбается, отправляя кусочек помидорки в рот. — Нет, с другом. Чимин, давай на ты? А то как-то странно, мы вроде оба молодые парни, — усмехается Чонгук, получая одобрительную улыбку Пака. — Да, думаю, ты прав. Кто-то громко спускается по ступенькам. Обернувшись, Чимин видит невысокого парня с миловидным личиком, которое сейчас отражает безразличие. — Здравствуйте, меня зовут Мин Юнги, я тоже ваш сосед, — Юнги привычно улыбается дёснами, пожимая руку Чимину, а затем Минхо. — Привет, Юнги, — Чимин ухмыляется, явно прижившись к атмосфере вечера. — Это Минхо — мой сын, — Чимин гладит мальчика по голове, когда как он ещё больше покраснел, от наличия ещё одного малознакомого человека в комнате. — Привет, Минхо, — Мин снова улыбается, присаживаясь за стол. — Йа, Чонгук, почему ты не приготовил тарелку мне. — Сам приготовишь, — неожиданно агрессивно отвечает Чон. Он и сам то не знает что на него нашло, но вот эта моментальная ухмылочка в сторону Мина, когда как с Чонгуком он был максимально тих, раздражает. — Воу, воу…ладно, — Юнги берет себе столовые принадлежности и садится рядом с Чимином. Рядом.блять.с Чимином. — Какими судьбами забрели в нашу глушь? — Кхм…мы жили раньше в Нью-Йорке, но в какой-то момент шум и плохие воспоминания заставили покинуть город. А это место выбрали случайно, просто ткнули пальцем на карте США. — Чимин, а сколько тебе лет, если конечно это приличный вопрос, — Чонгук слабо улыбается, надеясь, что Пак хоть чуть-чуть обратит на него внимание. — Оу, конечно же, все в порядке, мне двадцать восемь, — после слов старшего, Чонгук впал в ступор. Двадцать восемь? По виду этому парню года двадцать два. — А тебе? — Мне двадцать три, — Чонгук видит как Чимин переводит взгляд на Юнги, явно желая спросить и у него. — Ему двадцать девять. — Чонгук-а, я и сам в силах ответить, — Юнги и Чимин громко смеются, а Чонгуку хочется завыть. — Минхо, а сколько тебе лет? — Мне шесть, — мальчик робко хлопает глазами. — У нас есть вино, Чимин ты не против? — Чонгук по неизвестной причине хочет стать ближе с этим парнем. Он кажется интересным человеком: с виду весь такой милашка, а на самом деле может и царапнуть своими когтями. — Я только за, — и снова этот играющий взгляд и тон. Чонгук поднимается с места, открывает холодильник, доставая красное полусладкое. Боже, как же хочется, чтобы Юнги ушёл. Нет, Чонгук любит хёна, но хочется, чтобы Чимин заинтересовался им, а не Мином. К тому же, Юнги больше подходит ему по возрасту. — Спасибо, — Чимин коротко улыбается, после того, как Чонгук наливает ему вина. — Чимин, а вы давно вообще в Штатах живете? Ваша семья тоже здесь живет? — Юнги любопытно смотрит на Чимина, отпивая красную жидкость из бокала. — Нет, моя семья жила в Корее, но я ездил учиться сюда, а потом женился и мы с женой и Минхо пожелали остаться здесь, — парень видит спрашивающий взгляд Чонгука. — Она уехала три года назад, сказала, что поспешила с созданием семьи и хочет полностью отдаться карьере. Подала на развод и сейчас только изредка присылает Минхо подарки. — Ох… — Все в порядке, Чонгук-а, мы уже пережили этот период в жизни, жить вдвоём теперь стало даже более привычно, чем втроём, — говорит Чимин с печальным взглядом. Наверное, он сильно любил жену. Через пару секунд давящего, неловкого молчания, телефон Чимина звенит. Пак извиняется и прикладывает телефон к уху. — Да… Хосок-а, ты что, издеваешься? Я в гостях у наших новых соседей…потом это обсудим. Подойди к калитке, я заберу. Давай, — Чимин раздраженно откладывает телефон, поднимаясь из-за стола. — Парни, простите, нам нужно идти. — Но вы ведь и полчаса не просидели! — Чонгуку не хочется прощаться с Чимином и Минхо. Эта семья определенно цепляет его. — Я понимаю, что это немного невежливо, но мой друг случайно потерял единственный ключ от нашего дома, а он сейчас открыт, так что надо идти туда, уже вечер на дворе, мало ли что… — Да, конечно, идите, но хотелось как-то поближе познакомиться, пообщаться… — Чонгук-а, я понимаю, я тоже хотел, прости… — лицо Чимина через секунду с грустного меняется на воодушевлённое. — Приходите завтра к нам! Вечером, когда мы уже разберёмся с ключами. — Отличная идея! — Юнги, молчавший какое-то время, радостно отвечает Паку. — До завтра, — Чимин снова ухмыляется, глядя на Юнги, а Чонгуку хочется провалиться сквозь землю. Ну конечно, с чего бы разведенному двадцативосьмилетнему красавчику заглядываться на какую-то несуразную малолетку? Верно, Чимин явно не видит в их общении ничего кроме обычного соседства, в перемешку с товариществом. — До завтра, — отвечает Юнги, затем Чимин переводит взгляд на задумавшегося Чона, а тот лишь оборачивается и собирает тарелки со стола, а затем тихо и печально отвечает. — До завтра. Толко после тихого стука входной двери и шагов, провожавшего Паков Юнги, заставили Чонгука перестать призрачно убирать со стола. Странно, да? Дикая ревность и злость опутывали Чонгука в начале этой посиделки, когда как пару минут назад печаль затмила все эти чувства. Странно то, что какой-то сосед, которого Чон знает от силы четыре часа, заставил его так сильно злиться на хена, с которым они рука об руку уже почти семь лет. — Хён, прости меня за эту просьбу, но…не мог бы ты завтра не идти к Пакам? Я скажу, что ты уехал, — Чонгук умоляюще смотрит на приподнявшего брови, Мина. — А что так? Ты же сегодня не хотел, чтобы я уходил, мол: «хен, я не смогу с ними наедине…бе бе бе» и все такое, — Юнги ухмыляется, насмехаясь над младшим. Он давно все понял. — Просто…я хочу узнать соседей поближе…а тебе это зачем, ты же и дома то редко быв… — Чонгук, я даже по твоему лицу вижу, что ты лжешь. К тому же, ты весь вечер так дико ревновал Чимина, что я надеялся, что ты не устроишь драку, — спокойно выдаёт Юнги. Чонгук краснеет и отводит взгляд. — А что, сильно видно со стороны? — Чонгук удивленно смотрит на хена, а тот победно ухмыляется. — Ладно, да, мне симпатичен Чимин и я даже немного приревновал, просто он такой…красивый и милый, и добрый, и его сын просто душка…в общем, мне он симпатичен. — Не переживай, я не любитель таких зефирок, как Чимин. Не претендую, — Юнги вытаскивает со шкафа уличный свитшот, переодеваясь. — Я уеду завтра на работу. —Спасибо, хен, ты лучший! — Чонгук бросается в объятия, а Мин в очередной раз тараторит, как он это не любит. — Учти, я не забыл, как ты был готов убить меня за какого-то малознакомого соседа, — злобно прищуривается Мин, получая смех Чонгука в ответ. — Эй, что смешного? Я тебе сейчас покажу! — Нет, хен! Только не по затылку, у меня там синяк! От тебя между проч… Ай!

***

Чимин аккуратно замазывает зачем-то выскочивший утром прыщ консилером, которым он пользуется раз в тысячу лет. Минхо бегает по дому без штанов, поскольку убежал от отца, когда тот хотел их одеть на мальчика. — Минхо, твои штаны на кресле, надень, пожалуйста, их, — Чимин убирает тюбик в сторону, последний раз посмотрев в зеркало. В зеркале виднеется их фотография в рамочке. Он, жена и сын. Тогда казалось, что это навечно, но, по всей видимости, любовь действительно живет три года. Бекки счастливо улыбается на этой фотографии и теперь уже никто не знает кроме неё, была ли она тогда действительно счастлива. Признавшись в том, что больше не хочет жить в семье, предпочитая карьеру, девушка сказала, что уже долгое время не чувствовала себя счастливой. А Чимин…что ему оставалось? Любовь всей его жизни призналась, что он — причина ее несчастья. Осталось только бездушно плакать и вспоминать. Вспоминать, как им было хорошо втроём, как они встречали его с работы поцелуями и объятиями, как устраивали вечера семейного кино, как был счастлив Минхо. Ребёнку Бекки сказала, что очень любит работу и часто будет навещать его. Миллионы криков и истерик ребёнка со словами «Почему ты нас бросаешь? Мамочка, не уходи, я больше не буду себя плохо вести, только не уходи». От слов ребёнка Чимин почти всегда сам еле сдерживался, в то время как его жена печально улыбалась, поглаживая ребёнка по голове. Да, она любит его, но не так. Она любит его просто потому что должна любить. Ей не нравится это чувство. Стук в дверь прерывает печальные мысли Чимина. Мужчина шмыгает носом, потекшим из-за слезинок, скопившихся в глазах. Нужно предстать перед Чонгуком в презентабельном виде. Что вообще Чимин чувствует к нему? Чонгук просто ему симпатичен. Просто приятен. Чувств здесь нет, но хочется попробовать, в конце концов, с момента развода Чимин даже не задумывался о новых отношениях, ни с парнями (он давно понял, что они привлекают его), ни с девушками. — Добрый вечер, Чонгук, — приветливо улыбается Чимин, будто не он пару минут назад стоял в полном замешательстве и непонимании почему все так сложилось, почему его семья распалась. — Привет, Чимин, — нежно отвечает Чонгук, будто пытаясь показать свою заинтересованность в Паке. — А где же твой спутник? — Чимин оглядывает пространство за спиной Чонгука, который через секунду заходит в дом. — У него не вышло прийти, проблемки на работе, его вызвали, —незаинтересованно отвечает Чонгук, оглядывая дом Чимина. Да, их дома отличаются. Дом Чимина похож на него, нежный, но в меру. Красивый, но и не сильно пестрый, словно сделан на тонкой грани между роскошью и супер милашностью. — Понятненько… — Чонгук! — Минхо неожиданно и для Чимина и Чонгука вылетает из зала набрасываясь с объятиями на только что вошедшего мужчину. — Минхо! Не бросайся так на людей, ты чего? Что за ребёнок… — Все в порядке, хен, — Чонгук улыбается Паку, после чего переводит взгляд на ребёнка. — Привет, парень, — Чон и Пак-младший дают друг другу пять, создавая фоновый шум в виде шипения, на что Чимин закатывает глаза и тихо произносит «Ну что за дети.». — Пойдёмте, я сделал корейскую курочку в кисло-сладком соусе, надеюсь, ты любишь такое, — обращается к Чонгуку. — Очень.

***

У Чимина никогда такого не было. Обычно, с людьми, которых он знает короткое время, нет особо личных и интересных диалогов, но с Чонгуком не так. С ним интересно, с ним хорошо. После двух бутылок соджу и ухода Минхо, которого Хосок забрал показать свою коллекцию машинок, Чимин заметил, что Чон нереально красив. Темные, почти чёрные глаза, в которых всегда отражается дружелюбие в его сторону. Его чудесная улыбка, открывающая умилительные передние зубки, родинка под нижней губой, красиво смотрящееся колечко пирсинга на губе и брови. А татуировки… Боже, какие у него татуировки! Чимин в принципе всегда восхищался людьми, которые умеют подбирать красивые рисунки на своё тело, он даже как-то пару лет назад набил парочку. Но прелесть Чонгука не только во внешности. Он ужасно мил к Чимину, вежлив и добр. Парень явно пытается стать ближе, но вот с целью дружбы или же нет — неизвестно. За время разговора с Чоном, старший сделал вывод о том, что парень даже в пьяном состоянии никого не обзывает, ни о ком плохо не говорит, даже если человек плох, он говорит: «Нет плохих людей, есть люди, которые сбились с пути». Помимо характера и красивой внешности в Чонгуке есть ещё кое-что просто взрывное. Его многогранность. Она нереальна. Эта милейшая улыбка никак не идёт в сравнение с этим ахуенным телом, это просто гора мышц. Его грудь…она даже в спокойном состоянии привлекает к себе львиную долю внимания. А его руки отшлепал бы ты меня ими на костяшках которых ещё некоторое количество красивейших татуировок, невольно хочется узнать, есть ли под его одеждой ещё какие-то рисунки? Как же он чертовски хорош! — Чимин, может танец? — Чонгук ухмыляется и все милые мысли о его улыбке и милости пропадают. На смену им приходят мысли о том, как же хорош он в соблазнении… — Ох…а под что будем танцевать? — Чимин неловко бурит взглядом стол, понимая, что до этого момента он был игривым и сексуальным, а теперь они с Чонгуком поменялись. — Я хочу…под мелодию из Гарри Поттера… — Чонгук включает песню на подключённой уже колонке, затем нежно берет Пака за талию и кружит в танце, стараясь на память повторить за Гарри и Гермионой. Только он не хочет как у них, он хочет быть ему не другом. Чимин чувствует это впервые. Впервые кто-то предложил ему станцевать, тем более под песню, исполняемую в одном из его любимых фильмов. Чонгук так нежно смотрит ему в глаза…так добивающее нежно, черт возьми. Так, что коленки подкашиваются. Сначала парни пару раз смущено пританцовывают, затем привыкают к телам друг друга, начиная смеясь кружиться и сотворять разные позы и наклоны в стороны друг друга. — Чонгук…я.уже.не могу, — запыхаясь и смеясь, Чимин отпускает руки Чона, заваливаясь на стул с отдышкой. — Спасибо за танец, — смеется Чонгук, так же запыханно садится на стул рядом. — Чимин, у тебя такая удобная талия для моих рук, — Чон сначала не осознаёт что сказал, поэтому так же дружелюбно улыбается, но его, хоть и пьяный, рассудок через короткое время понимает, что он только что сказал. — А твои руки так хорошо смотрятся на моей талии… — Чонгук ожидал многого, не не этого. После произнесенных слов, Чимин закусывает нижнюю (какая же она ахуенная) губу и смотрит так ужасно соблазнительно… — Да? — Чонгук пододвигается ближе смотря то в глаза, то на губы мужчины рядом. — Да, — томно отвечает Чимин, резко соединяя свои и Чонгуковы губы. И черт, это так ахуенно, так страстно, как давно не было. Чимин практически всегда встречался с женщинами, по той простой причине, что с парнем совместных детей сделать не получится, из-за чего практически всегда был главным в постели, но в глубине души он знал, что его всегда привлекала власть и грубость со стороны партнера. Чонгук ещё немного поглаживает талию старшего, после чего бесстыдно опускает руки на попу. На эту, черт возьми, ахуенную, упругую попу. Чимин коротко стонет в ответ. Алкоголь заставляет делать то, о чем он задумывался, но всегда боялся воплотить. Мозг уже активно фантазирует как грубо Чонгук его будет трахать. Грубо, но заботливо. Грубо, но только потому что Чимин сам так захочет. Грубо, но невозможно приятно. Чонгук, все также держа Чимина за попу, даже не разрывая поцелуй, садит того на стол предварительно отодвинув с того края тарелку. — Ах… Чонгук, Минхо с Хосоком. — Замолчи, — грубо отвечает Чонгук, хватая Пака за шею, чтобы продолжить с силой вжиматься в губы парня, как можно больше задействуя язык. А Чимину хочется завыть. Член уже неприятно топорщится из ширинки, демонстрируя как же сильно Пака возбуждает этот парень. Такой большой и сильный, такой милый в обычное время и властный в страстных моментах. Его многогранность ещё больше возбуждает. Не зря говорят, что самые тихие и милые, на самом деле просто огонь в постели. Чонгук прокусывает пару жилок на молочной, лебединой шее, после чего поднимает того со стола, расстегивая штаны. Чимин облегченно стонет, когда член наконец-то освобождают от оков. Чонгук оттягивает боксеры Чимина вниз, пару раз проводит ладонью по болезненной эрекции, после чего приспускает свои брюки и соединяет их члены, начиная двигаться. — Тебе нравится? — Чонгук прикусывает мочку Чимина и тянет на себя. — Чонг…ах.да… — Чимин чуть подвиливает бёдрами, сопутствуя действиям Чона, но ему это не нравится. Он снимает Пака со стола, поворачивает спиной, наклоняя вперед. В комнате слышится громкий шлёпок от руки Чонгука, приземлившейся на задницу Чимина. Оба парня сейчас наплевали на открытую дверь и Хосока с Минхо, которые могут вот-вот вернуться. Чимин громко стонет, принося огромное удовольствие младшему. — Я не разрешал щевелиться, сладкий, — чуть слабее ещё раз шлепает по трясущейся попе, ухмыляясь от стонов старшего. — Малышу нравится, когда его шлепают? — Чонгук не слышит ответа и шлепает чуть сильнее. — Мх… Да! — Чимин неосознанно приподнимается на носочки, давая Чонгуку более комфортно шлепать его. Чон же больше не бьет того, он гладит половинки и начинает тереться болящим членом о них. Что блять с нами происходит? Они знакомы довольно короткое время, но тем не менее это не мешает вытворять им такие вещи. Чимину всегда этого хотелось. Всегда хотелось партнера, с которым срывает крышу, который даёт то, о чем он так яро мечтает, дроча в душе. — Позволь я… — Чимин опускает темный взгляд на крупный член младшего. — Конечно, — ухмыляется Чонгук, после чего старший опускается на колени, вбирая яички по-очереди в рот. — Ч.черт, ты так нужен мне, Чимин-а… Чимину так нравится, что Чонгук нуждается в нем не меньше, чем он сам в Чоне. Так давно этого не было. Так давно он не чувствовал мокрого, пульсирующего органа во рту, можно сказать «соскучился». Чимин поглаживает бедро Чона, резко охватывая губами головку. Младший стонет, гладя, на стоящего на коленях Пака, по голове, а тот, будто специально, невинно смотрит на него снизу. Что ты, блять творишь, Пак Чимин! Пак втягивает щеки, проводя головой туда-сюда. Бело-прозрачная жидкость продолжительно стекает по стволам обоих. Потому что оба чертовски хотят друг друга. Потому что подходят друг другу в постели, как никто другой. — Черт… Такой большой, не могу полностью взять в рот, — Чимин выпускает член изо рта, облизывая сбоку. — Ах…черт, ты так хорош, детка… — Чонгук терпит соблазнения старшего ещё буквально секунду после чего, несильно хватает того за волосы, прося взять в рот, Чимин сразу же выполняет его просьбу. — Давай, детка, пососи его. Ну как тут можно отказать? Верно, никак. Чонгук так разбит от возбуждения, но все равно чертовски сексуально доминирует. Именно этим он и цепляет Чимина. Мягкий, добрый, милый, но в глубине тот ещё доминант. Чимин упорно сосет, стараясь всунуть весь член в глотку. Чонгук аккуратно направляет его, боясь причинить боль. Осознание того, что он делает и кому, дико возбуждают старшего. — Да…ещё чуть-чуть, я почти… — Чонгук чуть сильнее хватает за волосы, и подвиливает бёдрами, трахая Пака в рот. Чимину стыдно, потому что алкоголь потихоньку выветривается из организма, но тем не менее, он пренебрегается запретам Чона, стараясь незаметно подрочить, потому что кончить хочется так, что в глазах темнеет. — Чимин, я что сказал о послушании? — Чонгук перестаёт подмахивать бёдрами, за волосы оттягивая Чимина от своего члена. Он почти кончил, но такое пренебрежение правилами не потерпит. — Поворачивайся, — грубо говорит Чон, заставляя Пака быстро встать и повернуться попой, на которой уже пропали следы прошлых ударов. Младший замахивается и довольно сильно шлепает, но уже через секунду поглаживает половинку, переживая, что Чимину стало плохо, но тот лишь протяжно стонет на довольно высоком тоне. — Что, нравится когда тебя бьют? — Чонгук ухмыляется, делая вид, что замахивается, а Чимин уже сжимает глаза и закусывает губу в ожидании, но удара не происходит. — Ты прямо-таки ждёшь, да? — Чимин в ответ молчит, не отвечая. Конечно же Чонгук знает, что это так, иначе бы не бил его, но смущать старшего, кажется, довольно увлекательным занятием. Чонгук шлепает сильнее, сразу же грубо прижимаясь членом к попе Пака, тот жалобно стонет, подтираясь задницей об орган младшего. — Чонгук-а, я больше не могу… — Конечно, сладость, — Чонгук разворачивает Чимина к себе, садится на колени и делает то, что Пак делал ему какое-то время назад. — Ах…м.Чонг.Ах! — с каждым сильным толчком рта Чона, Чимин стонет громче и громче. Когда Чимин почти доходит до конца, Чон поднимается с колен, заставляя Пака чуть ли не плакать от перевозбуждения, но сразу исправляет ситуацию, соединяя их члены и быстро надрачивая. Пол минуты спустя, Чон со стоном кончает, а за ним и Пак. — Черт возьми…у меня давно такого не было… — из члена Чимина выходит ещё пара капель, после чего член становится мягче. Но вид обнаженного Чонгука, кажется, не заставит его долго отдыхать. — С женой такого не испытывал? — усмехается Чонгук. — Нет, определенно нет, — Чимин восстанавливает дыхание, наблюдая за Чоном до того момента, пока он не поворачивает голову в его сторону. — Чимин, я надеюсь ты не жалеешь об этом. — Я никогда не пожалею об этом, это лучший секс в моей жизни и даже без проникновения. Спасибо, — Чимин улыбается, затем они как-то неосознанно соединяют губы в благодарном друг другу, нежном поцелуе. — Мы совсем забыли о Хосоке и Минхо, — Чонгук натягивает штаны, вытирая руку салфетками. — Надеюсь, они все ещё заняты. — Чимин, а что теперь между нами? Кто мы друг другу? — в глазах Чонгука мелькает надежда. За эти два дня он понял, что Чимин ему нравится. — Я думаю, что нам стоит завтра встретиться. Наедине.

***

Хосок уже почти час отвлекает Минхо от похода вниз. Как не стыдно? Они с мальчиком пошли смотреть новую машину в коллекции Хосока, а эти придурки решили потрахаться? Ещё и с открытой дверью?.. Хорошо, что Чон решил первым выйти, из-за нужды в туалет. А если бы ребёнок увидел, как его отец сосет какому-то левому человеку? Что вообще в башке у Чимина? Опилки? Внизу слышится стук входной двери, значит можно выходить. — Пойдём, Минхо, там, наверное, уже все остыло, — Хосок улыбается мальчику, поднимая его на руки, чтобы отнести на кухню. Дойдя до места назначения, Хосок видит, подвинутые на одном углу стола тарелки., пиздецки красного Чимина с чуть расстёгнутой, помятой рубашкой. По взгляду Чона, Чимин понимает, что тот все знает. — Минхо, тебе пора спать, по-моему, — Чимин прочищает горло, чувствуя недоговорённость в воздухе. — Но пап! — Минхо. — Прочитаешь мне сказку? — Да, иди пока зубки чисть, — Чимин улыбается любимому сыну, целуя того в макушку. — Ты только что поцеловал его губами, которыми сосал член тому фрику, — лицо Хосока с улыбчивого, превращается в злое. — О чем ты вообще думал? Я не говорю уже про нас Минхо, какого черта ты трахался с тем парнем? Вы знакомы два дня! — Хен, я не знаю…он так цепляет и возбуждает меня. Такой молодой и накаченный. Милый, но властный, я всегда хотел этого, просто не признавался, — Чимин ещё больше краснеет, будто не он пару минут назад громко стонал: «Ах, Чонгук». — И что вы теперь будете делать? — Завтра свидание… — Я хуею, делай что хочешь, — Хосок разворачивается и идёт прямо к выходу из дома. Оставаться в этом дурдоме смысла больше нет. Чимин печально вздыхает, но в глубине души понимает его. Они дружат уже много лет и такая выходка ему точно не понравилась. Топот детских ножек слышится на ступеньках. Ох, любимый Минхо. — Папочка, ты обещал сказку! — деловито говорит сын, обнимая Чимина поперёк талии. Он всегда видит плохое настроение отца и пытается утешить. Минхо — самое светлое и чистое, что есть в этом мире. И Чимин отдал бы за него все. — Конечно, солнышко, идём.

***

Хосок злобно отворяет калитку, выбегая на улицу. За собой слышит громкий стук соседней калитки, что заставляет обернуться, чтобы увидеть этого Чонгука. Но обернувшись, он видит не Чонгука, а кого-то более маленького и милого, но с недовольным лицом. — Ты видимо Юнги? — Чонгук часто в разговорах задевал хёна. — Ага. А ты Хосок, да? — Да. — Я так понимаю, мы по одной причине недовольны? — ухмыляется Юнги. — Скорее всего. — Черт, как можно переспать с человеком, которого знаешь второй день? Тем более, когда дома его друг и сын! Вообще мозгов нет! — Юнги поправляет чёрную кепку, заставляя Хосока заметить какие у него красивые пальцы. — Чего? — Я просто задумался, что это все равно что мы бы с тобой завтра переспали, — Хосок усмехается, немного стесняясь. — А может…повторим традицию? — Юнги ухмыляется, оценивая взглядом Хосока. — Не смешно, — Хосок прыскает, ударяя Мина в грудь. — Это всего лишь шутка, мы не такие идиоты. Или нет.