Дьявол в обличии ангела

Нефес и Баязед во всю разгуливали по рынку. Да, девушка приняла предложение шехзаде! Она подумала: почему бы не развеяться? В последнее время их настигали сплошные неприятности и проблемы, однако, слава Аллаху, они быстро разрешились. Идя по переулкам и улицам столицы, Нефес всё больше восхищалась Османской империей. Её красоты ослепляли девушку, такого красивого города она никогда раньше не видела. Раньше она считала, что тут живут одни лишь варвары, но люди здесь были очень добрые и дружелюбные, которые готовы были помочь в чём-то; но также здесь были и нахальные жители, как люди во время восстания… На улицах Константинополя не было заговоров как в гареме, не было всей ярости и ненависти, которую Нефес испытывала во дворце, и это облегчало ей душу… Из раздумий её вырвал Баязед, который за руку вёл её в неизвестном направлении за собой: — Хочешь попробовать шекерпаре? — Что? Что это? — недоумённо спросила Нефес. Шехзаде остановился и обернулся к ней. На его лице появилась облегчённая улыбка. Он ждал этого вопроса. — Наше традиционное печенье. Очень вкусное. Ты обязана попробовать! — Баязед быстрым шагом направился в то место, которое знал только он, а Нефес рассмеялась и поспешно направилась за ним. Через несколько минут госпожа и шехзаде стояли у прилавка какого-то торговца. Нефес обратила своё внимание на стол. На нём лежало много разных десертов: рахат-лукум, пахлава, кадаиф и другие известные всем яства, однако одно из них привлекло Нефес и, скорее всего, это и было шекерпаре. Печенье округлой объёмной формой. Даже издалека чувствовался его прекрасный аромат, и, несомненно, что вкус у шекерпаре будет не менее прекрасен, чем его запах. — Эфенди! Добрый день! Чего вы бы хотели? У меня есть всё, что вам нужно! — торговец как только увидел, что возле его прилавка стоят люди, готовые что-то купить, сразу оторвался от всех своих дел. — Шекерпаре. — Будет сделано! — через минуту тот самый торговец положил печенье в маленькую корзинку и отдал Баязеду. Шехзаде в свою очередь отдал ему акче. После того, как шекерпаре было у него, он взял девушку за руку и мигом повёл в другую сторону. — Погоди ты! Я не успеваю! — шехзаде рассмеялся, немного замедлил шаг, но ничего на это не ответил. Через некоторое время они всё же дошли, и то, что увидела Нефес, перехватывало дух. Баязед привёл её в безлюдное место, на край обрыва, где открывался прекрасный вид на море. Вдали были видны уплывающие корабли и лодки. Девушка медленно улыбнулась и через секунду резко повернулась к Баязеду, который всё это время следил за её реакцией. — Это… это просто прекрасно! Дух захватывает! Где ты нашёл это место? — Нравится? Это моё секретное место. Здесь мало кто бывает. — довольная и гордая за себя улыбка появилась на лице Баязеда. Нефес сдержанно кивнула на его вопрос и подошла ближе к краю обрыва. Она даже не пыталась скрыть своего восторга. Шехзаде медленными шагами подошёл сзади к девушке и положил руки ей на плечи, подбадривая. — Нефес. Я знаю, что Селим рассказал тебе всё о нас, то, что он говорил, — это правда, и ты это прекрасно знаешь… но ты обязана знать ещё кое-что… — Нефес в один миг развернулась к нему лицом и вопросительно прищурила глаза. Её взгляд бегал по лицу Баязеда, пытаясь разыскать ответы в нём, но увы, ему это так и не удалось… Шехзаде не придал этому значения и продолжил: — Мы не остановимся лишь на этом. Эту войну уже никому не остановить. К сожалению, уже поздно… — Баязед втянул воздух сквозь зубы, а затем шумно сглотнул, не желая мириться с настоящим, но он был прав. Было слишком поздно… — О чём ты? Вроде между вами нет таковой вражды, как ты гово… Баязед её внезапно перебил: — Если ты этого не видишь, это не значит, что это не происходит. Мы много ругались с братьями, я даже знаю, что кто-то в походе устроил покушение на Мустафу и Мехмеда, и я уверен, что приказ об этом отдал Селим! — Баязед, прекрати во всём винить его! Лучше бы пошёл к нему и разъяснил всё, что тебя тревожит, если тебе так интересно, спросил бы и о покушении на твоих братьев! Почему мне никто не сообщил о попытке убийства Хюррем Султан? Я имею к этому отношение, если хорошо поразмыслить. А Султан Сулейман знает? — Отец ничего не знает. Решили оставить всё в тайне. Не хотели поднимать шум, и без того хлопот полно… держи, хочу чтобы ты попробовала, — Баязед протянул шекерпаре, которые находились в корзинке. Нефес слабо улыбнулась и взяла одно печенье, затем надкусила. Вкус был весьма интересный похожий на… — Фундук? — удивлённо задала вопрос Нефес и немного отпрянула. Баязед щёлкнул пальцами. — Да. Именно так. Вкусно, не правда ли? — Да, вкусно… Хотела тебя спросить… Почему вы с Селимом так ненавидите друг друга? — вполне ожидаемый вопрос задала Нефес. Баязед, услышав этот банальный вопрос, рассмеялся. Он думал, что наверняка его старший брат уже давно рассказал из-за чего, скорей всего, так и было, просто Нефес хочет услышать это от него. Шехзаде убрал руку с плеча девушки, развернулся к ней спиной и прошёл немного вперёд. — Мы невзлюбили друг друга ещё с самого детства. Мы вечно соперничали. Я пытался быть лучше него, а он — лучше меня. Мать с отцом его любили, любят и будут любить больше. Он — старший шехзаде. Я должен уважать старшего брата, приклоняться перед ним, но я не собираюсь этого делать! И ты не делай! Ему нужна лишь власть! Он высокомерный и самовлюблённый, этим он мне и не нравится! Он идёт на всё ради того, чтобы достичь того, чего желает, — Баязед резко развернулся и посмотрел на Нефес. Девушка от такого взгляда растерялась. В его глазах горело пламя, пламя обиды и злости. Любимица шехзаде опустила голову и тихо произнесла: — Мы с ним чем-то похожи, так он сказал. Я считаю, он прав. Мы с ним идём на всё, чтобы достичь своей цели. Не осуждай его за это, Баязед. Как по мне, это правильное решение, когда на кону стоит твоя судьба и судьба твоих близких, ты готов делать безумные вещи, — шехзаде вздохнул и кивнул. Может, она в чём-то и права. Именно так он думал, но, в любом случае, это бесчеловечно. Рушить жизни многих людей, и ради чего? Ради цели? Абсурд. Нефес подошла к Баязеду и взяла его за руку. Шехзаде метнул свой взор на их ладони. Девушка держала его руку нежно и аккуратно, будто боялась сделать что-то не так. — Я знаю, ты не поймёшь Селима, и я не прошу этого. Просто прими его таким, какой он есть. Селим — твой брат, а братья должны стоять горой друг за друга… забудь всё, что было раньше, и попытайся помириться с ним… ради меня…— Баязед недоуменно посмотрел в глаза Нефес. Он не ожидал такого. Совсем не ожидал. Её взгляд был уверенный и настойчивый, но одновременно нежный и успокаивающий. Она крепче, с напором сжала его ладонь, как будто убеждала, и так оно и было. Шехзаде сдался. Не мог он отказать ей. А если бы и мог… нет, не мог. Уж сильно он ею дорожит. Баязед резко взял Нефес за локоть, притянул к себе и взял на руки, кружа. Шехзаде сам не понимал, что он делает. Видимо, у него отказал разум, так думал он, но не она. Девушка поначалу расстерялась, однако через секунду взяла себя в руки. — Ты так уходишь от разговора? — рассмеялась Нефес, цепляясь за плечи Баязеда, чтобы не упасть. Шехзаде засмеялся вместе с ней. Затем немного задумался и медленно, протяжно ответил: — Раз ради тебя, то я согласен. Попытаюсь наладить отношения с братом, — он медленно остановился и посмотрел на Нефес, а она на него. На их лицах сияли счастливые улыбки. Баязед немного вздрогнул, как будто осознал что-то, его улыбка сползла с лица, и он без промедления поставил девушку на землю, взял за руку и повёл её в сторону Топкапы. — Нам пора во дворец. Матушка решила устроить праздник в гареме. Она тебе говорила? — Нет, не говорила. Впервые слышу. Но нам действительно пора. Было интересно погулять с тобой… — радостно сказала Нефес, поспешно идя за шехзаде. Баязед улыбнулся, но ничего на это не ответил. Вскоре они дошли до дворца…

***

Нефес расспрощалась с Баязедом и направилась в свои покои. Там она переоделась в красное платье, надела корону такого же цвета и хотела уже направиться на праздник, однако не успела… из-за дверей покоев послышалось: «Дорогу! Шехзаде Мехмед Хазретлери!» Нефес не собиралась кланяться ему, девушка осталась стоять на месте. И вот двери покоев открылись, и в покои вошел сын падишаха. На его лице была лучезарная улыбка. Видимо, его что-то очень обрадывало. Только вот что? — Нефес, душа моя… — Мехмед медленно подошёл к своей любимой и аккуратно поцеловал в лоб. Нефес никак на это не отреагировала. В её взгляде читалось лишь равнодушие, и шехзаде это заметил, когда посмотрел ей в глаза. — Что с тобой? — улыбка моментально исчезла с его лица. Он обеспокоено начал смотреть на Нефес и пытался найти ответ на её лице, но всё впустую. — Не молчи. Ответь мне! — Нефес тяжело вздохнула, повернулась к служанкам и дала знак покинуть её покои. Они поклонились и по приказу госпожи вышли. Любимица шехзаде отстранилась от Мехмеда, повернулась к нему спиной и прошлась по своим покоям. — Ты всё это время был с Джихан хатун, так ведь? — Мехмед задержал дыхание, не зная, что и ответить. Нефес резко развернулась и посмотрела на шехзаде. — Молчишь? — девушка вопросительно изогнула бровь. Мехмед удивился, но, взяв себя в руки, сделал шаг вперёд и тихо сказал: — Нефес, я тебя прошу… успокойся… — Я спокойна. Жду от тебя объяснений, — отчеканила султанша и высокомерно подняла подбородок. Она не вещь. Нефес никогда не будет ровней обычным наложницам. Всё потому, что она лучше, и не потерпит ничего плохого в свою сторону. — Я должен тебе что-то объяснять?! — уже не выдержав, выпалил Мехмед и махнул рукой в сторону от раздражения. Госпожа сложила руки на груди и, нахмурившись, произнесла: — Ты же знаешь, что я не потерплю такого отношения к себе! Либо я, либо остальные наложницы. Выбирать тебе! — Мехмед рассмеялся, затем в один миг стал серьёзным. — С каких пор ты ставишь мне условия? Ты — рабыня! Ты не можешь требовать от меня чего-то! Я — шехзаде! — он сделал шаг вперёд и ткнул кулаком себя в грудь. Всё. Нефес не выдержала… она резко подошла к сыну падишаха и крикнула ему в лицо: — А я — Нефес Султан! — крикнула госпожа, и её дыхание участилось. — Если захочу, весь мир падёт к моим ногам. А знаешь почему?! Потому что я имею огромную власть над всеми шехзаде! — только поняв, что она сказала, девушка сразу притихла, пытаясь отдышаться. Мехмед же, наоборот, разозлился. Он несильно взял Нефес за локоть и дёрнул на себя. — Что? Что ты сказала? — госпожа усмехнулась и гордо промолчала. — Значит, ты знаешь… откуда? — уже более спокойно спросил сын падишаха. Его хватка ослабла, он отпустил её руку. — Это не важно. Главное — это мы с тобой. Что мы из себя представляем? Меня не устраивает такая роль. Я понимаю, что ты шехзаде, однако я тоже человек. Который, между прочим, имеет чувства, не все, конечно, но всё же. Разберись в себе. Чего ты хочешь. Когда я соглашалась быть с тобой, у меня было условие… — Никаких женщин. Помню. Но это моя обязанность! — попытался донести эту мысль в голову Нефес шехзаде, но госпожа и на это нашла ответ. — Мехмед, эту обязанность ты можешь разделять со мной. Однако об этом ты не подумал. Я прошу тебя тщательно подумать, а потом заявляться ко мне с нежными речами. Хорошо? Не хочу с тобой ссориться, причём за такие конфликты твоя стража отрубит мне голову… — Нефес слабо улыбнулась Мехмеду, а он ей. Они разберутся во всём. Рано или поздно это нужно было сделать. Нефес не жалела о сказанных ею словах. Девушка считала, что это было правильным решением — высказаться. Рано или поздно он бы всё равно узнал об этом. Мехмед после этого разговора сразу ушёл к повелителю. Они со всеми шехзаде должны были прийти к падишаху в покои, а вот Нефес, собравшись с духом, направилась на праздник.

***

Баязед не обманул. Гарем действительно веселился, танцевал, таким образом развлекая госпожей. Сами султанши сидели на своих излюбленых местах и мирно попивали щербет. Нефес сделала шаг вперёд, чтобы наложницы увидели её. Как только девушки увидели любимицу шехзаде, они сразу склонились в поклоне. Нефес, увидев это, гордо подняла голову и направилась к госпожам. Хюррем султан сидела в центре, Михримах султан рядом с ней, а Махидевран и Хатидже с Шах султан сидели по другую сторону. Подойдя к ним, девушка галантно поклонилась. — Султанши. Приветствую вас… — Нефес, рада тебя видеть. Присаживайся рядом с Михримах, — Хасеки в знак приветствия кивнула и указала рукой на место возле своей дочери. Сёстры султана и мать шехзаде взглянули на неё лишь мельком, но Нефес не придала этому особого значения, а просто села на своё место. Не успела она и опомниться, как со стороны послышался тихий шёпот. — Нефес… — тихо прошептала Михримах, немного наклонившись к матери шехзаде. Девушка повернула голову в её сторону и повторила движения госпожи, чтобы они могли разговаривать друг с другом. — Да, госпожа? — Давай после праздника поговорим? Я хочу объясниться перед тобой и наконец помириться… а ещё кое-что обсудить, — на лице Михримах появилась грусть и печаль. Нефес вздохнула, незаметно взяла дочь Султана за руку и едва слышно прошептала: — Я не в обиде. Ты можешь рассказать мне всё, что пожелаешь и не сомневаться во мне, — Нефес подбадривающе усмехнулась, увидев и услышав такую реакцию Михримах султан, и кивнула. Другие султанши были заняты. Они о чём-то увлечённо болтали, не обращая внимание на Михримах и Нефес. Но любимица шехзаде услышала со стороны вопрос: — Госпожи, а где же Хуриджихан и Эсмахан? — с лицемерной заинтересованностью спросила Хюррем, наблюдая за танцующими хатун. Шах Хубан махнула рукой и взяла щербет. — Они во дворце Хатидже остались. Не захотели ехать, — конечно. Госпожи, скорее всего, во дворце Хатидже опять заговоры и планы строят. На этом беседа окончательно закончилась. Никто не решался нарушать тишину первым. Да и зачем? Фальшиво улыбаться в лицо врагам? Никакого толку в этом нет. Празднование в гареме кое-что прервало, точнее кое-кто… — Дорогу! — оглушительно закричал Сюмбюль ага, отходя в сторону и склоняясь в поклоне. — Шехзаде Селим и Баязед Хазретлери! — услышав тяжёлые шаги, Нефес, Махидевран, Хатидже и Шах султан встали, чтобы поклониться сыновьям султана. Селим и Баязед зашли в гарем размеренными, но уверенными шагами. Все хатун присели в поклоне, как и некоторые из госпожей, и ждали, что будет дальше. Шехзаде подошли к госпожам и многозначительно кивнули. — Султанши, не помешаем? — вежливо спросил Баязед с улыбкой на лице. Хюррем султан не придала этому особого значения. Её лицо исказилось недоумением. — Селим, Баязед? Вы разве не должны быть с повелителем? — Султан Сулейман попросил нас покинуть его. Падишах пожелал прогуляться в саду вместе с Мустафой и Мехмедом, им вроде бы нужно о чём-то поговорить, — властно и жёстко отчеканил Селим. Затем его взор метнулся в сторону Нефес, которая уже успела сесть обратно на место. Она поймала его взгляд, и было что-то не так в его глазах. Определённо, в его взгляде горел какой-то огонь, он был раздражен, только от чего он так? — Садитесь с нами. Эй вы, хатун. Продолжайте праздновать! — вскрикнула приказ Хюррем султан, и все продолжили веселиться. Селим сел возле Нефес, а Баязед возле Михримах. Некоторое время все молчали, что очень раздражало, но настал такой момент, когда мать шехзаде окликнул Селим. — Нефес, — громким шёпотом позвал к себе девушку сын падишаха. Госпожа посмотрела на остальных султанш. Они были заняты своими мыслями. Убедившись в этом, девушка ответила ему тем же шёпотом. — Селим… — Я случайно узнал, что ты ходила на рынок с Баязедом… — сердце пропустило удар, а дыхание участилось. Нефес метнула на Селима расстерянный взгляд. Откуда? Он ведь не расскажет никому? Ей за это полагается, ну так точно темница. Девушка сглотнула и, собравшись с мыслями, язвительно произнесла: — И что с того? Ты что-то имеешь против? — в её голосе читалось недовольство и раздражение. Пусть только попробует кому-то сказать! Хотя… как Нефес и говорила Мехмеду ранее: Я имею власть над всеми шехзаде! Поэтому вряд ли Селим проболтается. Разве что закидает её расспросами. — Почему ты пошла с ним? — Захотелось. На этом допрос окончен? — скрестила руки на груди госпожа и хотела ещё что-то добавить, но не успела. Сестра султана резко захотела прервать их прекрасное молчание своими вопросами, тем самым оставив Селима и Нефес без разговора: — Нефес, как там шехзаде Мурад? — лукаво задала вопрос госпожа. Она выглядела счастливой, что в последнее время бывает очень редко. — Хатидже султан, он уже почти здоров. Оказалось, что мои враги подослали мне служанку, и она заразила моего сына оспой. А потом она рассказала, кто отдал приказ, — все взгляды присутствующих за этим столом устремились в сторону девушки. — Кто же на это осмелился? — наигранно и удивлённо спросила Шах Хубан. Нефес взяла свой стакан с щербетом, отпила и сделала задумчивое лицо. — Известное дело — кто, — госпожу этот ответ не устроил. Хатидже султан вскочила со своего места и начала снова говорить свои речи: — Нефес, даже не думай обвинять меня или кого-то ещё. Ты так просто поверишь словам обычной прислуги? — Но почему-то это прислуга знала, где хранится лекарство от оспы. И оно, между прочим, было в вашем дворце. Не смейте отрицать это, госпожа! Я знаю: то, что вы говорите, — ложь, и вы имеете отношение к этому, — за Хатидже султан встала и Нефес, но сделала она это медленно и плавно. От её прямолинейности у госпожи перехватило дыхание. Как только у неё хватает наглости! — Нефес! — Госпожа! Не смейте! — вдруг голос подал Селим. Он резко встал со своего места и уверенно произнёс: — Не считайте себя выше других. Хоть вы и родились в семье султана, но это не даёт вам никакого права возвышать себя до небес. Я терпел всё, что вы делали с моей матушкой и сестрой. Решили теперь и Нефес в это ввязать? Прекратите! Довольно! — он встал перед Нефес, закрывая её от госпожей. Селим готов был отбиваться вновь. Ни за что в жизни он не даст Нефес в обиду. Если её кто-то обидит, он лично казнит того предателя! — Шехзаде… Хатидже… — попыталась успокоить их обоих Шах султан. Музыка в гареме затихла. Наступила угнетающая тишина. Нефес стояла за спиной Селима и не знала, как реагировать на Хатидже султан, но в любом случае она очень благодарна Селиму за то, что вступился за неё. Вдруг Сюмбюль ага, который всё это время стоял в стороне, побежал в сторону госпожей. По его напуганномму виду можно было понять, что что-то случилось. — Госпожи мои! Беда! Горе приключилось! — прокричал евнух и боязно покачал головой и замахал руками. Хасеки Хюррем султан мигом встала со своего места. За ней это повторили и остальные, кто сидел на своих местах. Про ссору все мгновенно позабыли. — Сюмбюль ага, что случилось? — Даже не знаю, как вам сказать, госпожа… — пытался подобрать слова ага, смотря на перепуганных госпожей, которые уже и представить не могли, что могло случится. Шехзаде Селим прошёл немного вперёд, остановился возле евнуха, затем приказным тоном сказал: — Говори! Немедленно! — Сюмбюль замялся, но под пристальным взглядом шехзаде он мигом выпрямился и тут же произнёс: — Шехзаде Мехмед он… когда они с повелителем были в саду…в нашего шехзаде попала стрела, и неизвестно, ядовитая ли она…