Дьявол в обличии ангела

— О Аллах, защити моего сына! — произнесла заплаканная Хюррем султан, которая бежала впереди всех к шехзаде Мехмеду. Михримах и её братья следовали примеру матери. Было видно, что они очень волновались за него, все, кроме Селима. Он держался достойно! Не так много эмоций у него на лице, в отличие от всех, и это вызывало восхищение со стороны Нефес. Сама же девушка также волновалась за Мехмеда, даже больше, чем все остальные, но она сдерживалась. Нефес мельком глянула на сестёр султана и Махидевран. Шах Хубан и Хатидже были в непонимании и лёгком волнении, а вот Махидевран… На её лице было лишь равнодушие. Даже казалось, что эта женщина будет даже рада, если Мехмед умрёт. Хотя… так оно и было. Это улучшило бы положение её сына, так как более её ничего не волновало в этой жизни. Когда все стояли у покоев Мехмеда, стража не пустила их, говоря, что там лекари и женщинам там запрещено находится, разрешили зайти только мужчинам, шехзаде. Женщины в свою очередь отошли от покоев и встали поодаль. Хюррем султан, естественно, не смогла не высказать мнение о ситуации: — Как можно не пустить мать к своему ребёнку?! Я их велю казнить! — Матушка, прошу вас! Успокойтесь! Мы повидаем его! Нужно время… Лекари сделают всё возможное, чтобы мой брат снова встал на ноги… — последние слова Михримах дались тяжело. Она их выдавливала из себя. Нефес стояла позади неё. Она видела, как ей нелегко, поэтому решила поддержать госпожу. Положив руку ей на плечо, девушка тихо, шепотом окликнула дочь падишаха: — Михримах… — госпожа мгновенно развернулась к Нефес и резко, чего девушка не ожидала, обняла её. По щекам госпожи текли слёзы рекой. Видимо, ей очень сильно нужна была поддержка, если она так отреагировала лишь на секундное касание. Любимица шехзаде слабо, подбадривающе улыбнулась. В глубине её души было сочувствие, боль и даже волнение. Недавний разговор с Мехмедом должен был поставить всё на свои места, однако этого не случилось. Он взял время на раздумья, что очень огорчило девушку. Нефес считала, что она —луч света в его жизни, а он засомневался… Но девушка не винила его. Она всё понимает. Их разговор не был определённым концом, а это значит, что надежда есть. Даже сейчас… — Нефес… Это так больно… осознавать, что Мехмед… — прослезилась Михримах в плечо Нефес. Любимица шехзаде погладила ту по голове и сильнее прижала к себе. Она хотела поддержать подругу всеми своими силами. — Я понимаю твою боль как никто другой, Михримах. Однако ничего не поделаешь! Остаётся только уповать на время и лекарей. — Я так боюсь! Боюсь, что Мехмед… он… — Не смей даже думать о таком, Михримах! Оставайся сильной! Подавай надежду, потому что она есть… — произнесла Нефес, отстраняясь от подруги и строго заглядывая к ней в глаза. Дочь падишаха поджала губы, но всё же слабо кивнула. — Ты права… — госпожа вытерла слёзы тыльной стороной ладони и вздохнула, понимая всю серьёзность ситуации. Пока Михримах и Нефес поддерживали друг друга, Хюррем стояла чуть поодаль, чуть ли не захлёбываясь в собственных слезах. Хасеки вся тряслась от волнения и перенапряжения. Женщина возносила молитвы всевышнему и задавала одни и те же вопросы: — Почему он? О Аллах, за что все это? В чём я провинилась перед тобой? — на выдохе произнесла жена султана и закрыла глаза, пытаясь справиться с контролем над собственным телом и чувствами. Что же это за напасть? Аллах пытается забрать в мир иной самого доброго из всех шехзаде. За что? Он ведь ничего плохого не сделал! Наверное… — Хюррем, ты валишься с ног. Иди приляг… — проговорила Шах султан, только что подошедшая к госпоже сзади. Хасеки высокомерно подняла голову и обернулась к сестре падишаха. В её глазах метались молнии. — Госпожа, мне всё равно, в каком я состоянии! Я должна увидеть Мехмеда, чего бы мне это не стоило! — произнесла Хюррем султан. — Настоящая мать никогда не оставит своего сына в таком состоянии! Я не из таких! На помощь к сестре подоспела Хатидже султан. Она строго посмотрела на жену падишаха и таким же, как и взгляд, тоном промолвила: — Сестра права, Хюррем. Лекари там будут длительное время, возможно, до ночи. Вы с Нефес и Михримах должны прилечь, для вас эта новость самая ужасная! Вы себя только измотаете своей упорностью! Мы будем здесь ожидать. Когда лекари закончат, мы обязательно пошлём вам весть! Хюррем резко дернула головой в сторону из-за нервозности и резко бросила госпожам: — Пусть Нефес и Михримах идут. Им действительно нужен отдых, но я буду здесь. Не уйду, не оставлю сына! — Как знаешь… — спокойно выдала Шах султан. Затем она обернулась к служанке Нефес и к Сюмбюлю аге. После раздался её твёрдый и уверенный голос: — Фарья хатун, проведи Нефес султан до покоев. А ты, Сюмбюль ага, проведи Михримах, — госпожи недоумённо уставились на сестру падишаха, однако перечить на этот счёт не стали. — Слушаемся, госпожа! — произнесли в один голос хатун и евнух и последовали за султаншами, которые поклонились и сразу направились в сторону своих покоев.

***

По пути Михримах и Нефес немного поговорили и решили, что пойдут в покои к матери шехзаде. За всё время, что они не говорили друг с другом, многое случилось. Госпожи решили, что им нужно это обсудить. — Сюмбюль ага, я пойду к Нефес. Не утруждай себя, мы дойдём сами! — обернулась к евнуху дочь падишаха, держа любимицу шехзаде за плечо и сухо произнося эти слова. Ага почтённо поклонился и сказал: — Как прикажете госпожа. Ваше слово для меня закон… — евнух развернулся и побрёл в другую сторону, оставляя госпожей одних, лишь с собственными служанками. Нефес и Михримах брели по коридорам, направляясь в покои. Шли они в полной тишине. Госпожи были поглощены в раздумья о Мехмеде. Любимица шехзаде была уверена, что беда обойдёт их, поэтому оставалась непоколебимой. Когда девушки уже сидели в покоях Нефес на тахте, то слова стали более быстро исходили из их уст. — Прости меня за моё поведение тогда… — виновато проговорила Михримах, опуская глаза в пол. Нефес на это махнула рукой и улыбнулась, ответив: — Забудь об этом. Лучше расскажи о том, что с тобой происходило, когда меня не было! — дочь падишаха затаила дыхание. Она поджала губы и затеребила пальцы. Девушка вопросительно посмотрела на неё и ждала, что же скажет Михримах. Затем госпожа, набравшись смелости, всё же выдавила из себя: — Нефес, матушка хочет выдать меня замуж… — любимица шехзаде с недоумением посмотрела на госпожу и в недовольстве скривилась. Затем она резко перевела свой взгляд в бок, всё тщательно обдумывая. Дочь султана всё же осмелился поднять свой взгляд на подругу. Когда Нефес повернулась к Михримах, она раздраженно произнесла: — Я так понимаю, не за Малкочоглу?.. А за кого тогда?! — терпение заканчивалось. Одна только мысль о несчастии подруги вызывала гнев. — За Рустема… — резко выдала Михримах и прикрыла глаза от безысходности. Нефес, в свою очередь услышав имя этого мужчины, вскочила со своего места. Девушка была в недоумении и в напряжении. Позабыв обо всём на свете, она замахала руками, громко крича: — Что?! Она совсем рассудка лишилась?! Михримах, услышав, в каком тоне говорит сейчас её подруга, встала и схватила за руку, приставив палец губам и тихо шикнув: — Тише! — осознав свою ошибку, Нефес стала озираться по сторонам, как и дочь падишаха. Никого. Благо их никто не услышал, может, только Фарья хатун, но эта рабыня не предаст. Любимица шехзаде вздохула и спокойно присела обратно на тахту, и Михримах повторила за ней. Нефес хмыкнула и положила руки на свои колени. — И что теперь? — Я не знаю. Видимо, мне придётся смириться с этим, — любимица шехзаде приподняла бровь и брезгливо спросила: — Что? — Матушка сказала, что это ради моих братьев, а там я не знаю… Но я не хочу этой свадьбы! — хлопнула от злости по тахте Михримах. Нефес, увидев, в каком состоянии сейчас госпожа, придвинулась ближе к ней и обняла за плечи, но её голос оставался стальным как клинок: — Если не хочешь, значит её и не будет! Учись бороться, — Михримах всхлипнула и сильнее прижалась к Нефес. — Если бы! Мама сказала, что… — Что сделает всё возможное чтобы этот брак состоялся! Я знаю, это в характере Хюррем султан! Но ты всё равно не должна мириться с этим. Помешай матери испортить твоё будущее! — перебила её твёрдым голосом Нефес. Госпожа отстранилась от девушки и заинтересованно посмотрела на неё. Затем задала до боли банальный вопрос: — Как? — мать шехзаде усмехнулась и скрестила руки на груди, оглядывая дочь падишаха смиренным взглядом. Наклонившись немного вперёд, чтобы Михримах услышала её слова, она шепнула: — Достаточно убить Рустема… — Что? Нет! — испуганно крикнула султанша, резко вставая с тахты. Нет. Она не могла этого сделать. Не в её это власти и приоритетах. Она — госпожа солнца и луны, которая справедлива ко всем, как и её отец — Султан Сулейман Хан Хазретлери. Госпожа, которая никогда не прольёт кровь, кто бы то ни был, враг или же друг. Тем более это раб, который подчиняется её матери и помогает всеми силами настроить повелителя против наших врагов, и это выходит у него очень даже неплохо! Нефес так и оставалась сидеть на тахте. Она оставалась спокойной. Девушка понимала, что Михримах вряд-ли согласится на это, однако у неё нет выбора, если она не хочет, чтобы этот брак состоялся. Любимица шехзаде также понимала, что Хюррем султан лишится такого преданного и одаренного талантами человека, да и она тоже. Ведь именно Нефес попросила госпожу помочь ей убить Ибрагима пашу, и Хасеки помогла. Дала людей и возможность, но девушка готова была сражаться в одиночку с Великим визирем, главное — счастье Михримах. Рустем погубит её… — Другого выхода нет. Хюррем султан про наши планы прознает. Ты ведь не хочешь этого? — лукаво спросила Нефес, медленно встав с тахты, ровняясь со своей подругой. Дочь падишаха отшатнулась чуть назад, но любимица шехзаде придержала её за локоть, но не оторвала взгляда от серых глаз. Госпожа вздохнула и тихо ответила: — Не хочу… — А замуж за Рустема хочешь? — Нефес продолжала всячески на неё давить. — Не хочу… — ответила тоже самое Михримах и опустила глаза в пол. — Вот и отлично. Тогда ты должна сделать это. Если ты не хочешь делать этого, это могу сделать я, — девушка отпустила дочь султана и отстранилась от неё, затем развернулась и подошла к зеркалу, оглядывая себя. Михримах вздохнула и подрагивающим голосом произнесла: — Да, сделай это ты, я не смогу убить человека… — Нефес победно улыбнулась и сверкнула глазами. Повернувшись к дочери падишаха, она скрестила руки на груди и ядовито протянула: — Отлично. Будет над чем подумать! Обещаю, что его смерть ты увидишь в скором времени! Можешь не сомневаться! — Михримах слабо улыбнулась и села обратно на тахту. Госпожа прикрыла лицо руками и задумалась. Нефес это заметила и заметно погрустнела. Девушка знала, что за мысли были в её голове. Угнетающие и всё так же остающиеся без ответов. Дочь падишаха откинулась на спинку дивана и задумчиво задала вопрос девушке: — Что насчёт покушения на Мехмеда? Как думаешь, кто на это осмелился? — Нефес пожала плечами и задумалась. Недоброжелателей во дворце было предостаточно. Это мог сделать кто угодно! Хатидже султан, Ибрагим паша, Махидевран султан и другие. Все они пытались как-то насолить. — Много кто мог… но если мы хотим узнать точно, то нужно спросить у знающего человека. Кто занимается расследованием? — улыбнулась любимица шехзаде и прошла немного вперёд, думая, кто же мог это сделать. Михримах нахмурилась, но потом, вспомнив, сказала: — Скорее всего, Бали Бей этим занимается… — услышав это имя, Нефес повернулась в сторону дверей и громко вскрикнула: — Юсуф ага! — евнух в тот же миг появился из-за дверей. Он склонился в низком поклоне и почтительно спросил: — Что прикажете, моя госпожа? Девушка небрежно махнула рукой в сторону и с ноткой хитрости промолвила: — Позови Малкочоглу Бали бея! Есть о чём потолковать с ним! — Госпожа, но это запрещено… — тихо сказал ага, но любимица шехзаде показала жест «молчать» и раздраженно произнесла: — Всё равно. Делай, велено!

***

После евнух поклонился и ушел исполнять приказ госпожи. Нефес и Михримах долго ожидали бея. И наконец-то через длительное время дверь в покои отворилась и зашёл он. При виде Бали бея Михримах заметно расцвела. Её взгляд… движения… всё было иное! Нефес не обратила на это внимание, она с уважением кивнула Малкочоглу, приветствуя. — Госпожа, вы желали меня видеть? — Бали бей склонился в поклоне и серьёзно обвёл взглядом дочь султана и мать шехзаде. Девушка втянула воздух в лёгкие и начала говорить: — Малкочоглу, мы хотели поговорить с тобой насчёт покушения. Что-то стало известно? — Я делаю всё возможное, чтобы всё выяснить. Пока ничего. Однако предатель пойман, и мы пытаемся вытянуть из него информацию. Мне нельзя здесь долго находится, если я хочу быстрее допросить предателя. Поэтому госпожа… — Малкочоглу хотел договорить, но любимица падишаха помешала этому: — Малкочоглу, не забывайся. Уйдёшь, когда я скажу… — усмехнулась Нефес и завела руки за спину, выпрямляясь. Бали бей нахмурился, но перечить не стал, молчал. В покоях настала тишина, но через минуту хранитель султанских покоев спросил: — Что вы хотите, Нефес Султан? — Бали бей… подозреваешь ли ты кого-то? Мне нужно знать! Он мой брат, — взволновано сказала за подругу Михримах, вставая с тахты. Хранитель султанских покоев вздохнул и спокойно промолвил: — У шехзаде были завистники. Возможно, это сделали они. Больше я ничего не знаю, — Нефес обернулась к подруге. Дочь падишаха часто дышала, а глаза бегали по комнате. Цокнув языком, девушка почтительно кивнула Бали бею. — Хорошо, Малкочоглу. Будь добр сообщить мне, когда ты что-то узнаешь. — Непременно, госпожа! Я могу идти? — безжизненно спросил хранитель покоев. — Можешь, — ответила непринуждённо Нефес. Хранитель покоев с уважением поклонился и развернулся, чтобы уйти. Михримах в спину тихо прошептала ему: — Будь осторожен, Бали Бей…

***

После разговора с Малкочоглу Михримах ушла к себе. Госпожи хотели отдохнуть. Слишком напряженный задался у них день. Нефес села на кровать и стала думать. Её положение могло ухудшиться, а значит, это нужно было предотвратить. Чего бы этого не стоило… также девушка боялась за своего сына — Мурада. Он был ещё мал для казни, но кого это остановит? Никого… Внезапно дверь покоев распахнулась. Нефес резко обернулась и недоумённо посмотрела на незваного гостя. Перед ней стоял Юсуф ага. Евнух часто дышал, видимо, бежал от кого-то. — Юсуф, в чём дело?! Почему ты врываешься ко мне?! — вскочила с кровати разъярённая девушка, разгневанная дерзостью аги. Кто он такой? Но евнух не обращал внимание на ругань своей госпожи. Он выпрямился и уверенно сказал: — Госпожа! Вас желает видеть Ибрагим паша! — услышав такое, гнев Нефес мгновенно улетучился. Что? С чего бы? А самое главное — зачем? Только эти вопросы всплывали в голове госпожи. Девушка вдохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться. Затем спокойно произнесла: — Вот как… и чего же он хочет? — Мне этого неизвестно… — виновато сказал евнух, опустив глаза в пол. Нефес цокнула языком и раздраженно махнула рукой в сторону двери. — Хорошо. Я сейчас приду к нему, так и передай! После этого Нефес поправила прическу перед зеркалом и пошла к паше. Идя по длинным коридорам дворца, девушка думала, что же такое понадобилось паше, что он решил позвать её к себе в такой час? Это она в скором времени узнает… Дойдя до отдельных покоев Ибрагима, девушка опасаясь, медленно зашла туда. Ибрагим стоял возле камина, глядя на язычки пламени. Он о чём- то задумался. Нефес гордо подняла голову и высокомерным тоном произнесла: — Паша Хазретлери. Надеюсь, дело важное, если вы решили потревожить меня в такой час, — близкий друг султана резко развернулся на сторону звука. Затем он понял, что это Нефес, и заметно успокоился. Выпрямив спину и заведя руки за нее, он серьёзным тоном произнёс: — Не сомневайся в этом… — Для чего я здесь? — усмехнулась девушка и прошла чуть вперёд, осматривая комнату незаинтересованным взглядом. Паша усмехнулся и лицемерным, нежным голосом ответил: — Ответить на мои вопросы, Нефес султан… — девушка недоуменно подняла бровь. Какие вопросы ночью? Это не могло подождать до завтра? Это всё раздражало! Хотелось смести всё на своём пути, но Нефес сдержалась. Она спокойно улыбнулась и невинно спросила: — О чём вы? — Ибрагим сделал шаг к госпоже. Он подошел почти вплотную. Паша ткнул пальцем в сторону девушки и задал свой вопрос: — Покушение на Мехмеда… это твоих рук дело? — чего-чего, а такого Нефес неожидала. Её улыбка сползла с лица, а брови нахмурились в недовольстве. Что это за вопрос? Неужели он подозревает её? Это невозможно! Она всегда любила и поддерживала Мехмеда, поэтому никак не могла решиться на такое преступление. Девушка молчала, из-за этого длительного молчания Ибрагим потерял терпение. Он схватил госпожу за шею и с силой тряхнул. — Отвечай мне! — воздуха сразу стало не хватать. Шею сдавила стальная хватка паши. Нефес схватила визиря за воротник и притянула ближе. Затем прямо в лицо, как могла, крикнула: — Вы совсем рассудка лишились?! Я любила его! Ибрагим рассмеялся в голос: — Любила? Ты метаешься из стороны в сторону! Думаешь, я не знаю, что ты привлекла внимание Мустафы, Селима и Баязеда? — его голос был строг. Ему это было не по душе. Нефес всё так же пыталась вдохнуть, но ничего не предпринимала. Он отпустит её! Должен! Обязан! Как он объяснит падишаху смерть госпожи? — Я не виновата, что они имеют ко мне интерес! — в глазах Ибрагима что-то блестнуло. То ли искры, то ли сами чёрты. Он отбросил Нефес немного дальше, а сам же вернулся к камину. Любимица шехзаде устояла на ногах, она лишь немного отошла, даже не полетела в стену. Девушка потёрла ладонью место, где недавно была хватка паши. — Ты права… Однако я не хочу, чтобы Мустафу кто-то держал. От тебя нужно избавиться… — произнёс стоящий спиной к матери шехзаде, Ибрагим. — Что? — не успела Нефес опомниться, как чьи-то руки схватили её, а к лицу приложили тряпку. Девушка схватилась за руки негодяя и попыталась отдалить от себя, однако безрезультатно. Её переполнила слабость и усталость. Разум покидал её. Последнее, что она видела, это стоящего спиной к ней Ибрагима. Затем она потеряла сознание…