Why Did It Have To Be You?

povЧону   — Прежде чем мы начнем, нам нужны некоторые границы.   Чону оседлал старшего мужчину, после всего лишь нескольких мгновений прикосновений. Если он не скажет это сейчас, не сможет сказать позже. Его рука закрывала рот Мунджо, не желая, чтобы тот поцеловал его.   Чтож, он очень, очень хотел, чтобы Мунджо поцеловал его, но в этом и была проблема. Он знал, что если не воздвигнет эти стены, нет никакой гарантии, что потом он не влюбится в него. А этого не должно случиться.   — Хорошо, какие? —  Мунджо тяжело дышал, его грудь часто вздымалась.   Он был во всем черном. В волосах, обрамляющих лицо, был гель. Он был чертовски горяч, Чону чуть не прыгнул на него, как только пришел на ужин. Он оставил расстегнутой первую пару пуговиц на рубашке, впервые. Обычно тот был полностью застегнут, но сегодня Чону мог видеть пару родинок на его груди, а также вершину шрама на ключице. Два передних зуба были видны из приоткрытого рта, добавляя черту привлекательности.   — Первое: никаких поцелуев. В губы. — Он все еще хотел, чтобы его целовали по всему телу.  Он не думал, что сможет заниматься с сексом с Мунджо без прикосновений этих идеальных губ.   — Что значит, никаких поцелуев? —Мунджо выглядел сбитым с толку, что было понятно. Поцелуи обычно были первым шагом к сексу, но Чону нужна была гарантия.   — Никаких поцелуев в губы. У меня все в порядке с сексом, но я все еще хочу сохранять эмоциональную дистанцию. Однажды Джиын вернется домой, и я не хочу, чтобы до этого момента мы слишком привязывались друг к другу. Секс с приятелем менее запутан, чем отношения, поэтому я искал случайный секс. Кроме того, мы не можем забеременеть друг от друга.   Он надеялся, что Мунджо понял. Он не был слепым, он мог предположить, что Мунджо, возможно, искал что-то более серьезное. Но тот предложил сначала секс, а не отношения, так что его это устроит, верно? Чону знал, что старший мужчина привык к случайному сексу, и это ничем не отличалось.   Мунджо какое-то время ничего не говорил. Чону слегка пошевелил пальцами в его волосах, но чужое лицо никак не отреагировало. Он не был самым эмоционально экспрессивным человеком, но обычно его лицо говорило больше. В конце концов, он наклонился, чтобы поцеловать Чону в шею, в то же место, что и в прошлый раз.   — Так, это нормально? — Он был тих, говорил чуть громче шепота.   Чону задохнулся. Это именно то, что он искал. Держать Мунджо подальше от губ, но все еще держать его на своем теле. Он дернул страшего за черные локоны, говоря ему продолжать.   Прежде чем он осознал это, Чону перевернулся на спину в центр кровати Мунджо, шею все еще целовали и кусали, рубашка была расстегнута.   Белое одеяло и чёрные шёлковые простыни. Была только одна подушка, но на углу матраса лежало маленькое свернутое одеяло. Чону хихикнул про себя, когда понял, что Гом спит именно здесь.   — Что смешного? — Мунджо переместился с одной стороны его шеи на другую.   — У твоего котенка на кровати есть одеяло. Мило.   — Ну, это кровать Гома, он просто позволяет мне пользоваться ею время от времени. — Мунджо закончил расстегивать рубашку Чону. Он выскользнул из одежды и сделал то же самое для Мунджо, который откинул голову назад при контакте с более молодым человеком.   Чону понял, что это был первый раз, когда он действительно прикоснулся к нему.  Мунджо уже видел его член вблизи. Но после сегодняшнего вечера они увидят каждый дюйм друг друга.   Мунджо бросил рубашку на пол, и молодой человек не знал, что и думать. Он выглядел таким стройным в своей одежде, но он оказался мускулистым. У него не было много мускул, но он был таким вылепленным. Каждый дюйм его тела был упругим и мягким. У него было несколько шрамов по всему телу, но Чону больше интересовался родинками. Он видел те, что были на его лице и шее, но они были на его плечах. На его груди. На его руках. Везде. Маленькие коричневые точки на его бледной коже, отмечающие места для Чону. Он привстал. Целуя, посасывая, кусая, следы по всему телу.   Старший мужчина откинул голову назад и застонал, когда Чону прошелся по его груди, покусывая кожу.   — Это приятно? — пробормотал Чону в сторону мужчины. Он поднял глаза и увидел, что тот кивает. — Ты заставил меня чувствовать себя так хорошо прошлой ночью, но не позволил мне ответить тем же. А сегодня ты приготовил такой вкусный ужин. Очевидно, мне нужно отплатить тебе. — Он лизнул полосу из родинок на груди старшего мужчины до его соска, зажав ее между зубами, заработав у того вздох.   — Что ты хочешь? Я новичок в этом, но я быстро учусь. — Чону не был новичком в сексе, но все ещё многого не знал. Он смог что-то узнать из краткого поиска в Интернете по теме «гей-секс» во время обеденного перерыва пару дней назад.   — Трахни меня, пожалуйста — Мунджо положил руки на спину Чону, поглаживая мышцы и прижимаясь к его груди. —Подожди, дерьмо, я не ходил в магазин. У меня нет ни презервативов, ни смазки. —Он вдруг очень насторожился и смутился. Он многое приготовил на этот день, но забыл некоторые очень важные элементы.   — Подожди. — Чону встал и побежал в прихожую. Его штаны, к сожалению, все еще были на нем и поэтому было очень некомфортно из-за эрекции. Он знал, что они скоро снимутся, но все равно не был доволен своим нынешним состоянием одежды.   Он закупился в эту субботу и положил все необходимое в свою рабочую сумку, надеясь, что это может в конечном итоге произойти. Он осмотрел упаковки, толком не зная разницы между купленными им смазками. Чону понял, что купил слишком много вариантов, и теперь был ошеломлен решением.  Он так же заметил, что слишком долго отсутствовал, поэтому схватил ещё презервативы и вернулся в спальню.   Чону знал, что готовится трахнуть этого мужчину. Он уже некоторое время думал о нем. Но ничто не могло подготовить его к тому, что он увидел, когда вернулся в спальню.   Одеяло было снято с кровати, остались только черные простыни. Свет был выключен, но на комоде горела свеча. Из маленького Bluetooth-динамика в углу комнаты звучал плейлист, явно созданный специально для такого момента. Ничего из этого не было раздражающим.   Мунджо лежал на кровати, прислонившись к изголовью. Полностью голый. Он разделся и теперь неторопливо отдыхал на шелковых простынях, поглаживая себя, просто ожидая возвращения Чону.   Молодой мужчина стоял в дверях с презервативами и смазкой в ​​руках, член в джинсах был твердым как камень. Одну минуту. Он так вежливо просит Чону трахнуть его?   После, возможно, слишком долгого наблюдения Мунджо заметил, что он стоит там.   — Ты идешь, лапуля? — Он похлопал по кровати, подзывая соседа присоединиться к нему.   — О, я никуда не денусь. — Чону ухмыльнулся и практически побежал к кровати.   Он быстро и неуклюже скинул штаны, прежде чем прыгнуть на матрас. Он не думал, что будет так взволнован сексом с тех пор, как был подростком.   Теперь он сидел на коленях, только в своих черных трусах, перед Мунджо. Он положил все на кровать рядом с собой, чтобы освободить руки. Он схватился за одну лодыжку левой рукой, а другую за правую. Затем он дернул Мунджо вперед, отодвинув его от изголовья кровати и приблизив к Чону, заставив Мунджо расхохотаться. Это был чудесный звук.   Начав с левой ноги, Чону поцеловал его, время от времени делая перерыв, чтобы поговорить с мужчиной перед ним.   Ты знал, что сведешь меня с ума, сидя вот так на кровати, не так ли?   Мне так нравится, как твоя кожа выглядит на фоне моей.   Ты звучишь так мило для меня, Мунджо.   Он целовал и покусывал, пока не достиг внутренней поверхности бедра близко паху, и поменял ноги, начав процесс заново, оставив Мунджо ныть.   Разве ты не немного нетерпелив?   Ты представлял себе это? Потому что я да.   Хочешь помедленнее? Или ты хочешь, чтобы я разорвал тебя на части?   Мунджо не ответил ни на один из вопросов словами, только стоны, стоны и вздохи. Как только Чону добрался до верхней части бедра, он пропустил жаждущий внимания член и перешел к прессу. Его грудь прижалась к эрекции старшего мужчины, заставляя того извиваться под ним.   Пытаясь помучить его еще немного, он лизнул длинную полосу чуть выше его члена до пупка и погладил мышцы.   — Знаешь эту линию рядом с прессом? Интересно, как она называется. — Чону водил языком по разным линиям, не ожидая ответа.   — Линия альба, — ответил хриплый голос.   — Что? — Чону не особо его слышал, поэтому просто продолжал.   — Линия альба живота. Так называется.   Чону остановился и поднял голову, чтобы встретиться взглядом с Мунджо.   — Откуда ты это знаешь?   — Я врач.   — Ты дантист.   — Мне все еще нужно было учить анатомию.   Чону нахмурился.   — Как ты это помнишь? Разве это не было для тебя примерно десять лет назад? — Мунджо казался расстроенным ответом.   — Извиняюсь, не мог бы ты вернуться к тому, что делал? — Чону был так потрясен уроком анатомии, что почти забыл, что они занимаются сексом. Он не сводил глаз с Мунджо, но поднял руку, чтобы обхватить его тело.   — О, ты не хотел, чтобы я останавливался? — Он дотронулся до основания члена, погладил и сжал, вероятно, достаточно сильно. Он так же просунул другую руку под задницу мужчины и сжал, впиваясь ногтями.   Мунджо откинулся на подушку и вытянулся всем телом, корчась от боли и удовольствия.   — Тебе нравится? Тебе нравится боль? — Чону предположил, что Мунджо нравится по жёстче, из-за его комментариев во время минета. Он был прав, потому что Мунджо энергично кивнул.   — Мне вообще нужно использовать смазку? Может мне просто трахнуть тебя насухо? — Он прислонился к груди, снова кусая родинки на груди.   — Нет, пожалуйста, используй смазку. Ты можешь разорвать меня в гребаные клочья, но сначала используй смазку, — недвусмысленно попросил Мунджо.   — Ох, ладно. Извини, я надеюсь, что все нормально. Я действительно не привык к такого рода грязным разговорам. — Чону откинулся назад, немного смущенный своим ляпом.   — Нет, все хорошо. Мы поймем друг друга после нескольких разов. Практика делает все совершенным. — Улыбка Мунджо была нахальной, давая понять Чону, что он не злится и не испытывает дискомфорта. — Но если тебе интересно, я готов к тому, чтобы ты меня подготовил. Это должно быть легко, я не так давно использовал анальную пробку.   Молодой человек кивнул, надеясь, что вспомнил все инструкции из той случайной статьи, которую он прочитал. Анальный секс и вагинальный секс были разными, и он хотел быть готовым.   Он схватил бутылку со смазкой и намазал себе пальцы, случайно уронив немного на дорогие простыни. Он посмотрел на Мунджо, снова поглаживающего себя, казалось, его слегка позабавила неуклюжесть человека перед ним.   Мунджо раздвинул ноги и поправил бедра, чтобы у Чону был лучший доступ. Он протиснулся между ног старшего мужчины, поднял одну за бедро и нашел его колечко. Он коснулся его указательным пальцем, и этого хватило, чтобы дантист ахнул. Он надавил, о-о-очень медленно, и преодолел кольцо мускулов.   Чону так же заменил руку Мунджо своей, поглаживая, пока одновременно двигал пальцем внутри него. Он дрочил быстрее, чем трогал его пальцами, не желая слишком быстро нарастать. К его удивлению, Мунджо оттолкнул руку Чону от члена.   — Стоп, я собираюсь кончить слишком рано. И вставь еще два пальца. Я готов к этому. — Его глаза были темными и властными, почти останавливая дыхание Чону из-за того, насколько властным был его взгляд.   Был добавлен второй палец, и когда Мунджо застонал от разочарования, а не от удовольствия, Чону добавил третий. Он двигался неуклюже, все еще пытаясь найти ритм.   Старший мужчина терся о его руку, ища собственного удовольствия, поэтому он решил согнуть пальцы. И Мунджо закричал.   — Ах! Ох, вот оно. Вот оно. — С большей направленностью Чону сосредоточился на этом месте, находя ритм в растягивании и чистке простаты. Язык тела Мунджо за мгновение так сильно изменился, что он почти завидовал. Он никогда раньше не трахал свою задницу, поэтому не знал, что это может быть так приятно.   — Хорошо, я готов. Теперь твой член. —Чону подчинился, вытянув пальцы и опустив трусы на колени, его собственный член высвободился. Он был так сосредоточен на том, чтобы сделать хорошо для Мунджо, что на самом деле не осознавал, насколько пренебрегал собой. Он надел презерватив, затем обильно смазал смазкой. Он двинулся вперед, приближаясь к Мунджо как можно ближе.   — Ты уверен, что готов? — спросил он, вспомнив, как Мунджо пытал его на прошлой неделе.   Дантист наклонился, схватив задницу Чону обеими ладонями, впиваясь внутрь.   — Если ты не трахнешь меня сейчас, я переверну тебя и оседлаю, пока ты не перестанешь дышать. — Его глаза все еще были темными, тон все еще серьезным. Чону чуть не кончил.   Он направился внутрь, не торопясь, прежде чем полностью погрузиться.   Почему никто не говорил мне, как чертовски приятно быть в чьей-то заднице?   Это было не похоже ни на что, что он когда-либо испытывал. Было так тесно и так тепло.   Он наклонился, прижавшись лбом к ключице Мунджо, слишком подавленный, чтобы пошевелиться. Они приспособились друг к другу, и он, наконец, начал толкаться. Медленно наружу, немного быстрее внутрь. Вскоре Чону двигался в постоянном темпе, но Мунджо уже не корчился, как раньше.   Пытаясь снова найти простату, он перекинул ногу Мунджо через плечо и перевернул его на бок. Сначала старший мужчина казался удивлённым, но когда Чону увеличил скорость и нашёл это место, он стал просить ещё.   Чону почти не спал прошлой ночью, он слишком нервничал из-за своей работы. Честно говоря, он толком не спал с тех пор, как Мунджо отсосал его член. Тревога переполняла его, он был истощен.   Он знал, что устал, но никогда еще не чувствовал себя более бодрым и живым, чем в этот момент. Его сосед выкрикивал его имя, не заботясь о других людях, которые жили в здании. Все его тело словно горело. Он чувствовал, что был близок, поэтому схватил член Мунджо и начал дрочить.   Более сильные толчки и несколько мговений спустя, Мунджо кончил, выкрикивая ругательства, от которых Чону чуть не покраснел. Ударных волн, которые прошли через его тело, и вида покрытых потом мышц было достаточно, чтобы довести Чону до предела. Он кончил в презервативе, из него вырвался гортанный стон, громче, чем он ожидал.   Это было чертовски ахуенно.   Ему потребовалось мгновение, чтобы перевести дух, потому что всего этого было слишком много. Он не знал, как он собирается уйти от этого. Секс с Мунджо был раем на земле, оазисом в пустыне. Если это должно стать обычным явлением, Чону нужно было больше границ.   Он взял и снял ногу Мунджо со своего плеча. Все еще не прерывисто дыша, он снял презерватив, завязал его и бросил в мусорное ведро у кровати. Он плюхнулся на спину рядом с Мунджо, оба голые на большой кровати.   — Спасибо, — это все, что смог произнести Чону, второй раз в их сексуальной истории.   — Почему ты благодаришь меня? Я должен благодарить тебя. — Чону улыбнулся, услышав, что это неземное существо все еще тяжело дышит, как и он, так же пострадавший от их поступка.   — Ты рассказал мне об этом. Я чувствую, что с кем-то другим было бы не так хорошо, — признался он.   — Нет никого лучше меня, лапуля.     Когда они закончили все свои дела, в воздухе повисла неловкость, и, поскольку Чону был не совсем готов вернуться в свою квартиру один, он предложил пойти и купить мороженое.   Через час Чону и Мунджо сидели на той же скамейке, на которой Чону заснул всего две недели назад, и ели свой десерт. Все было по-прежнему тихо, по-прежнему неловко, но, по крайней мере, теперь у них было мороженое.   Необходимо было установить границы, но Чону не хотел его оскорблять или доставлять ему дискомфорт. Зрелые пары делали это все время, когда дело доходило до секса, почему он не мог?   — Итак, помнишь, как я сказал, что мне нужно установить для нас границы? — Он знал, что Мунджо помнит, но он просто не знал, как иначе растопить лед.   — Да, никаких поцелуев, я помню, — решительно заявил он.   — Верно. У меня есть еще, что мне нужно сказать, но я еще не совсем организовал свои мысли. Я не знал… что… произойдет сегодня вечером. —  Чону не стоит смущаться, всего час назад он был буквально по уши в нем.   На губах Мунджо появилась тень улыбки, видимо, тоже вспоминая события вечера.   — Ты можешь потратить день или два и написать мне, если так будет легче. Ты писатель, просто напиши это. Пришли мне, и я смогу отредактировать, как в старые добрые времена. — Он шутил, но Чону был заинтригован.   — На самом деле неплохая идея.   — В самом деле? — Ответил удивлённый он, с полным ртом мятного мороженого с шоколадной крошкой.   — Да, это действительно поможет. Это может занять некоторое время, но решит многие вопросы. Остановимся на этом. Таким образом, я не упущу ни одного важного правила. — Чем дольше он говорил об этом, тем больше становился подавленным этим.   — Эм, ладно. Думаю, я ожидаю твой список через два рабочих дня или меньше, — сухо ответил он, снова сосредоточившись на десерте.   Пока они доедали мороженое, небрежно говорили о своих планах на выходные. Мунджо работал в волонтерской клинике, помогая пожилым людям примерять зубные протезы. Чону собирался помочь Сокюну таскать его музыкальное оборудование, чтобы он мог притвориться уличным музыкантом. Можно сказать, что в эти выходные они оба занимались благотворительностью.   Они вернулись в свои апартаменты в приятной тишине. Все было хорошо, пока они не вошли в лифт.   Непосредственная близость заставила Чону очень заинтересоваться мужчиной рядом с ним. Это заставило его хотеть нарушить единственное правило, которое он установил между ними.   Наконец двери открылись, и он был свободен. Они опрощались и разошлись по своим частям. Он не знал, что делать с оставшейся частью ночи, поэтому набросал свои правила.     В понедельник утром он отправил этот документ другому мужчине: 1. Никаких поцелуев в губы 2. Никаких фотографий в социальных сетях 3. Не говорить членам семьи а. Можно рассказать только близким друзьям 4. Никаких дат 5. Не вести себя как мой парень а. Можно тусоваться в апартаментах или за их пределами как друзья. 6. Использовать защиту, пока обе стороны не сдадут анализы. а. Защита будет использована снова, если один из нас переспит с кем-то другим 7. Не задавать вопросов об отношениях другого а. Можно только спросить, есть ли другой партнер, чтобы узнать о здоровье 8. Не ночевать вместе (разрешаются объятия)