Why Did It Have To Be You?

pov Мунджо   — Мунджо, выключи будильник, ты ближе, — проворчал сонный голос где то совсем рядом. Чужая рука толкала его в грудь.  Мунджо медленно открыл один глаз, пытаясь окинуть взглядом окружающую обстановку.   Звон телефона с тумбочки. Полоса  солнечного света, проникающая в комнату. Незнакомая постель. Теплое тело, лежавшее рядом.    Мунджо потянулся, чтобы выключить  будильник. То самое тело вздохнуло с облегчением.  Мунджо потянулся и застонал, очень  удивившись тем, как болезненно себя чувствовал. Он потер глаза и взял очки с тумбочки.   Теплое тело принадлежало Чону, голова которого лежала на груди. Его волосы находились в беспорядке. Одна щека была красной. Его рука покоилась на животе Мунджо, лениво проводя по линиям мускулов.   Какой чудесный вид пробуждения.   Солнце поднималось над водой и проникало в гостиничный номер. Их жалюзи и занавески были открыты, так что они могли видеть все, что предлагал им Сокчо. Небольшие лодки причалившие к берегу для рыбалки во время отлива. Одинокий человек бегающий трусцой по песку.   Мунджо поднял руку, чтобы убрать волосы с лица Чону.   — Доброе утро.   — Доброе утро, лапуля. — Он наклонился, чтобы невесомо поцеловать парня в губы, и его спина заныла в ответ. Он снова застонал, возвращаясь в исходное положение. — Агх, что ты сделал со мной вчера вечером? —  Мунджо сел на кровати, потянулся и выгнул спину. — Все тело болит. Если бы я знал, что буду чувствовать себя так, то размялся бы перед сном.   Чону сел и прислонился к спине Мунджо, положив подбородок ему на плечо.   — Нужен массаж, дедушка? — предложил он, глядя на другого мужчину и приподняв одну бровь. Мунджо повернул голову и поцеловал его в нос.   — Сколько осталось времени до того, как тебе нужно будет спускаться вниз?   — Я сказал коллегам, что встречусь с ними за завтраком в 7:30. — Он быстро посмотрел на экран своего телефона. — Сейчас почти 6:45.   Мунджо встал с кровати и протянул руку Чону.   — Давай, вставай. Я не хочу, чтобы ты опоздал. — Чону взялся за пронятую руку и позволил поднять себя с матраса, несмотря на сильно надутые губы.   Теперь, когда они оба стояли, Мунджо ясно осознал то, что они все еще голые. Не желая отвлекаться, он быстро направил их в ванную. Мужчина накинул на парня один из халатов отеля, а затем надел такой же на себя.   Они чистили зубы над большой раковиной, встречаясь взглядами в зеркале.  Совместная чистка зубов ощущалась очень по-домашнему, особенно если это происходило за пределами стоматологической клиники. Выполнение обыденных задач, но в компании того, кого любишь больше всего на свете - это была та близость, о которой Мунджо и не думал мечтать.   Мы как будто настоящая пара.   Мунджо мельком заметил в зеркале следы укусов на шее и груди, но это неважно.   Почистив зубы, Мунджо обнял Чону за талию и положил подбородок ему на плечо.   — Я собираюсь сделать чай, пока ты будешь собираться. Ты не против? —  Чону кивнул, потянувшись за средством для умывания. Мунджо улыбнулся и осыпал его шею и челюсть поцелуями, заставив парня смеяться и отворачиваться. Мужчина  неторопливо вышел из ванной, полностью довольный звуками, которые он вызвал у Чону.   Мунджо надел спортивные штаны и  толстовку, пока электрический чайник  закипал. В отеле был довольно  впечатляющий выбор бесплатных чаев и кофе. Он вынес их напитки на балкон, куда через несколько минут к нему  присоединился полностью одетый Чону. На нем был черный костюм с темно-серой рубашкой на пуговицах, что соответствовало нуарному стилю его жанра. Он отказался от галстука и оставил несколько верхних пуговиц расстегнутыми.   — Я знаю, что это то же море, что и в Пусане, но здесь слишком красиво, — сказал он, потянувшись за чаем. Мунджо похлопал по месту рядом с собой на балконном диване. Чону сел, и мужчина обнял его за плечо.   — Это ты слишком красивый, лапуля, — ответил Мунджо, нежно поцеловав его в висок. Чону слегка толкнул его под ребра, но на его щеках отразилось смущение.   Мунджо знал, что эта поездка не пойдет ему на пользу. Он и Чону не вместе. Они ни за что не могут быть вместе. Но сейчас все границы исчезли, и он мог питать свои иллюзии, пока еще было чем.   Он понимал, что есть вероятность того, что времяпровождение в Сокчо станет последним моментом, когда они находятся рядом при такой близости, и он пытался пользоваться всем, чем мог. Чону вел себя слишком странно на этой неделе. Мунджо не мог сдержать причиняющее физическую боль предположение о том, что парень готовил их к расставанию.   Мунджо не хотел отпускать его. Он  чувствовал себя ужасно собственническим по отношению к этому человеку. Он ревновал к той девушке, которую Чону так долго ждал. Ревновал к любому, кто мог бы прикоснуться к нему. Ревновал к тем, кто в будущем займут его мысли, даже если они никогда не смогут понять и оценить его так, как это делает Мунджо. Самые сокровенные глубины его психики жаждали заманить парня в ловушку, чтобы оставить его только себе.   Но, очевидно, он не мог этого сделать.   Губы старшего мужчины переместились от виска к челюсти, а затем к шее.   — Сколько у тебя осталось времени? — пробормотал он себе под нос.   — Примерно десять минут, — прошептал Чону.   Мунджо соскользнул с дивана и опустился на колени перед парнем.   — Достаточно.      — Спасибо всем, кто сегодня присутствовал. Наслаждайтесь оставшейся частью конференции, увидимся здесь завтра утром, — объявил Чону в микрофон.   Мунджо хлопал немного громче, чем  следовало, но он был так горд своим лапулей. Тот модерировал пылкие и переполненные информацией дебаты об обязанностях и этике СМИ, освещающих криминал. Чону был уважителен, но тверд с участниками, несмотря на то, что они были старше его. Он не боялся их останавливать, когда они выходили из-под контроля.   Чону остался на сцене и пожимал руки всем, кто участвовал. Ему нужно было попрощаться, обменяться парой фраз и подвести итоги. Он будет занят еще как минимум несколько минут, поэтому Мунджо решил подождать, а не подходить к нему сразу.   — В расписании указано, что его зовут Ю Чону. Первый год стажировки в издательстве Eden Publishing в Сеуле, — упомянул гость рядом с Мунджо. Он не мог не подслушать.   — Хорошо выступил. Надеюсь, он вернется в следующем году. Он показался мне умным и уважающим себя человеком, — прокомментировал второй участник.   Мунджо пытался сдержаться, честно пытался.   — Если он вам понравился, то просто  подождите его роман. Он почти готов. Его планируют опубликовать в издательстве Eden в конце этого года. — Мунджо подошел к незнакомцам с улыбкой, которая, как он догадывался, была слишком широкой.   — Правда? О чем он будет?   — Это детективный роман о художнике, который занимает важную роль в высшем обществе, но проживает вторую жизнь убийцы. — Мунджо хотел сказать больше, но ему нельзя  было случайно что-то испортить. Книга ещё не закончена, и он не знал, как Чону собирается раскрывать сюжет.   — Откуда вы об этом знаете? Вы работаете в издательстве Eden? — спросил второй незнакомец.   — На самом деле нет, но я редактор Чону на протяжении всего проекта. Обычно я этим не занимаюсь, но после того, как прочитал первую главу, просто не мог отказаться от возможности насладиться его письмом.   Может показаться, что Мунджо  преувеличивает, но он искренне имел в виду то, что говорил. Для него то, что писал Чону, было поэзией. Он боготворил каждую букву на странице. Они были творением его возлюбленного, как он мог не делать этого?   Мужчины кивнули в замешательстве, по-видимому, осознавая преждевременный  отзыв Мунджо. Оставалось надеяться, что они запомнят имя Чону и будут следить за его книгой, как только она появится в продаже.  Мунджо почувствовал, как его спины коснулась рука, когда на периферии зрения стал замечен еще один человек.   — Мунджо, ты проспойлерил весь мой роман? — Чону держался на расстоянии, но его рука ещё на мгновение задержалась на спине. Его улыбка была профессиональной, но тревожной по отношению к присутствующим людям перед ними.  — Конечно, нет. Просто краткое изложение в одно предложение. Однако я раскрыл, что ты - будущий лучший автор на этой конференции.   Улыбка Чону на мгновение померкла, когда он посмотрел на Мунджо.   — Я оставлю тебя с этими джентльменами на несколько минут, пока вы обговорите свои вопросы. — Он похлопал по плечу и оставил Чону рассказывать о своей работе.   После они встретились в почти пустом зале. Чону схватил старшего мужчину за руку и сжал.   — Давай прогуляемся по пляжу.     — Зачем ты им сказал, что мой роман будет опубликован в этом году? Я на пути к публикации, но никто еще не согласился его напечатать. Книга даже не закончена. —Чону долго молчал, прежде чем наконец заговорил.   Они шли по тротуару, который расстилался вдоль песка. Солнце садилось, и воздух был прохладным. Шум волн заглушал мягкий звук шагов.   — Потому что я верю в твою работу. И твой начальник не раз говорил тебе, что история фантастическая. Они не могут это упустить.   — Мунджо, пожалуйста, просто… — Он глубоко вздохнул и ущипнул себя за переносицу. — Не возлагай на меня больших надежд. Пожалуйста. Если они откажут мне, это уже будет тяжело. Но если ты продолжишь давать мне надежду… — Он посмотрел в сторону волн и покачал головой.   Зачем мне останавливаться? Ты дал мне надежду, пригласив меня сюда.   — Мне приятно, что ты меня поддерживаешь. Ты сделал для моей карьеры больше, чем кто-либо другой. Я не должен был расстраиваться из-за этого. Но меня просто застали врасплох эти ребята, которые задавали вопросы о книге. Такого никогда не было. Я не знал, что сказать. Не знаю, как я вообще выкрутился. К тому же, это были не просто другие стажеры. Они главные редакторы в компании Тэгу.   — Лапуля, я всегда буду поддерживать тебя. Хотелось бы, чтобы ты верил в свою работу так же, как и я. Извини, если я перегнул палку. Если ты хочешь, чтобы я подождал, до того момента как выйдет книга, и не рассказывал о ней людям, то я так и сделаю.   Звуки волн эхом звучали вокруг. Некоторое время мужчины просто молчали.   — Спасибо, Мунджо. И нет, тебе не нужно ждать. Теперь я готов. Я просто не осознавал, как скоро это произойдет. — Легкая улыбка появилась на его губах, когда он пришел к этой мысли.   Мунджо улыбнулся, довольный переменой в настроении Чону. Он осмотрелся вокруг и заметил, что они были одни. Он схватил руку другого и осторожно переплел их пальцы.   — Мунджо, что ты делаешь? — тихо спросил Чону, не убирая руки.   Пользуюсь, пока могу.   — Ничего, — ответил мужчина.   Они продолжили свою импровизированную прогулку, но когда солнце опустилось слишком низко, то стали возвращаться в отель. Слова оказались не нужны. Пара шла рука об руку, пока не показался вход.   Чону отпустил ладонь другого мужчины, когда они приблизились к дверям. Он задержался и повернулся к Мунджо.   — Отведи меня в постель, — попросил парень, нежно посмотрев на него.     Мужчины заказали еду в номер, не желая никуда выходить даже на минуту. Они наверстывали упущенное: занимались сексом, целовались и ели. Но это было не так, как прошлой ночью. Они ласкали друг друга. Изучали каждый дюйм чужого тела. Массировали мышцы друг друга, чтобы предотвратить чрезмерную болезненность.   Не было никакой спешки, когда Мунджо погрузился в Чону. Не было никакой спешки, когда они занимались медленным, томным сексом в ванной. Завтрак на балконе перешел в то, что можно было назвать только занятием любовью, прежде чем Чону ушел на весь день.   Мунджо посетил все мероприятия  конференции в воскресенье. Он не хотел пропустить ни минуты с Чону, даже если парень был за сценой, а он был в зале. Ему нужно быть с ним в одном помещении, всегда.   Он чувствовал это с самого начала, но теперь это ощущалось более подавляюще. Он был близок к панике, когда Чону покинул святость их гостиничного номера тем утром. Он быстро последовал за ним, хотя первый семинар был только через час. Он сидел в кресле в холле, пока Чону общался со своим боссом.   Он знал, что парень мог его видеть. Он знал, что это по-собственнически. Но он не мог ничего с этим поделать.   Это плохо. Это действительно плохо.     Остальная часть конференции прошла без происшествий. Они собрали свои вещи и погрузили их в машину, на лице Чону была улыбка.   — Эти выходные прошли лучше, чем я ожидал. Я получил так много визиток. Познакомился со многими авторами. Не могу поверить, что так много людей спрашивали о моей книге сегодня, — объявил он, усаживаясь на пассажирское сиденье. — Я почти не хочу уезжать домой.   Я тоже не хочу, чтобы это заканчивалось.   — Ну, в конце концов нам придется вернуться домой. Но мы могли бы проехать по живописному маршруту через национальный парк, — предложил Мунджо, заводя машину.   Улыбка Чону стала шире, когда он кивнул. Он наклонился и поцеловал другого мужчину в знак одобрения.   Они ехали через горную местность по шоссе, вымощенному вечнозелеными растениями. Парень, казалось, наслаждался плейлистом, который Мунджо составил этим утром, думая о Чону. Воздух вокруг них был легким, как дымка спокойствия.   Но через несколько часов они вернутся в Сеул, и Мунджо не знал, как именно эта дымка рассеется.   — Мунджо, мне так жаль, — внезапно сказал Чону.   У Мунджо свело живот. Кожа стала липкой.   — Что такое? — Он попытался изобразить безразличие, как будто это был обычный разговор. Он не хотел, чтобы Чону знал, насколько он переживал.   — Мне очень нужно в туалет. Забыл сходить перед отъездом, я был слишком взволнован.   Мунджо рассмеялся, выдыхая, хотя он и не знал, что задерживал дыхание. Ему действительно нужно перестать так бурно реагировать.   Если я продолжу вести себя так, будто мир скоро рухнет, я что-нибудь разрушу сам.   — Всё хорошо. Я скоро остановлюсь. Не извиняйся за нормальные функции организма.   Мунджо остановился на первой попавшейся ему стоянке. Чону выскочил из машины и помчался в туалет. Мунджо тоже вышел, чтобы размять ноги, пока ждал другого. Он оставил машину заведенной, чтобы слушать радио.   Кроме них парковка была совершенно пуста, что достаточно неожиданно. Мунджо знал, что они ехали домой по проселочным дорогам, но он предполагал, что тут будет больше путешествующих людей.   Это был прекрасный воскресный вечер в конце зимы. Сосны окружали местность, создавая иллюзию того, что весна уже началась. Солнце почти полностью село за гору. Дул теплый ветер. По радио играли знакомые мотивы.  Приятное завершение великолепных выходных.   Чону вышел из здания и направился к внедорожнику.   — Тебе нужно? — спросил он, стряхнув руки, чтобы они высохли. Мунджо наклонился к машине и включил по громче музыку.   — Иди сюда. — Мунджо раскрыл объятия. Чону с опаской приблизился к нему. Когда он оказался достаточно близко, Мунджо обхватил его одной рукой за талию и другой за руку. Затем он начал раскачиваться.   — Что ты делаешь? — тихо спросил Чону, и его щеки залились румянцем.   — Танцую. — Мунджо крепче обнял его, прижимая к себе.   На мгновение единственными звуками была музыка, птицы и шум ветра в деревьях.   — Почему?   — Потому что мне нравится эта песня.   Этот ответ, по-видимому, удовлетворил Чону, потому что он положил голову на плечо Мунджо и позволил себе подпевать мелодии.   Вечность. Я хочу, чтобы это продолжалось целую вечность.   Они лениво кружили по асфальту, не особо попадая в ритм музыки. Песня была идеальна. Текст был чувственным и цепляющим, и это придавало обстановке больше романтики.   Пик романтики наступил тогда, когда Чону начал целовать шею Мунджо.   — Лапуля, не начинай то, что не сможешь закончить, — выдохнул он.   Чону слегка укусил его за шею.   — Здесь никого нет. Плакучие ивы перекрывают часть парковки. Темно. У тебя внедорожник. Мы без проблем закончим это.   — Ты просто ненасытный. - Он запустил руки под рубашку Чону, чувствуя, как напрягаются мышцы на его спине.   Мунджо наклонил голову, чтобы поцеловать парня в губы.   — Я положил смазку в бардачок, — пробормотал Чону в их рты.   Он чертовски идеален.   — Возьми её. Я подготовлю сидения.   Мунджо открыл багажник и передвинул чемоданы на пол. Он разложил сиденья, сделав пространство примерно такого же размера, как кровать. Он забрался в багажник и подождал, пока Чону присоединится к нему.   Хорошо, что я не купил кабриолет.   Парень заполз в отделение багажника и оседлал Мунджо. Он схватил его лицо обеими руками и поцеловал.   — На всякий случай нам следует сделать это быстро, — заявил Мунджо. Он протянул руку и дернул дверцу вниз, закрывая их изнутри.   Чону кивнул и снял одежду, затем помог Мунджо спустить штаны. Он хотел остаться по максимуму одетым, на случай, если кто-то все же объявится.   Мунджо приподнялся и начал целовать и кусать грудь Чону, отмечая его. Он схватил бутылочку со смазкой, которая лежала рядом, и вылил немного на пальцы, стараясь не пролить на одежду. Он нащупал отверстие Чону указательным пальцем, и легко проскользнул туда.   Чону застонал от вторжения, но Мунджо поднял руку, чтобы прикрыть чужой рот.   — Ты знаешь, что мне нравится, когда ты громкий, но сейчас ты должен быть тихим. — Он наклонил голову, чтобы поцеловать Чону в челюсть и покусать его ухо. — В остальном можешь быть свободен, лапуля, — пробормотал Мунджо в загорелую кожу. Он толкнулся в него одним пальцем и быстро перешел к трем.   Он надел презерватив, и Чону расположился над его членом. Мунджо полностью откинулся на ковер багажника, увлекая за собой и другого.   — Если ты собираешься быть на мне, то береги голову.   — Ты так обо мне заботишься, — ответил Чону, опускаясь на стояк. Он быстро принялся за работу, подпрыгивая на члене, а Мунджо вонзался в него.   — Я буду вечно заботиться о тебе.   Они двигались с такой настойчивостью, какой никогда раньше не обладали. Не то чтобы они завелись в течение последнего часа, это произошло внезапно, поэтому для завершения требовалась некоторая работа. Другая машина могла подъехать в любую минуту.   Мунджо поднял рубашку, чтобы уберечь ее от возможного оргазма Чону, а затем вернул руки на бедра молодого человека. Они были вместе так много раз, что Мунджо без проблем находил его простату.   Чону поднес свою руку ко рту Мунджо и попросил облизнуть, и он подчинился. Затем парень начал себе дрочить, занимаясь собственным освобождением.   — Мунджо, не останавливайся, не сбавляй темп. Я очень близко. — Он впился ногтями в бедра Чону, пытаясь поддерживать скорость.   — Лапуля, ты выглядишь так восхитительно, когда трогаешь себя. — Мунджо усилил  нескольких следующих толчков, доведя парня до кульминации. Чону кончил на чужой живот, прикрыв свой рот рукой, чтобы заглушить звук стонов.   Их движения прекратились, и молодой человек соскользнул и расположился рядом с Мунджо. Он снял презерватив с члена и взял его в рот.  Мунджо не потребовалось много времени, чтобы кончить ему в рот. Чону преданно проглотил каждую каплю и тут же упал рядом.   Оба мужчины обессилено лежали в багажнике, пытаясь отдышаться. Им никогда не приходилось так торопиться во время секса.   — Чёрт. Думаю, я могу пропустить кардио на этой неделе, — вздохнул Чону. Мунджо наклонился и предложил мокрый поцелуй. Он мог почувствовать свой вкус на языке другого мужчины и застонал ему в губы.   — Я могу помочь тебе пропускать кардиотренировки каждую неделю.   Чону фыркнул и толкнул его в грудь.   — Ляг, ты все испортишь.—  Он достал салфетки из бардачка и вытер сперму с живота. Мунджо вернул нижнее белье и штаны в исходное положение.   — Я пойду выброшу это, а ты одевайся. — Он попытался сесть и дотянуться до ручки дверцы, но Чону схватил его за рубашку, чтобы снова поцеловать. Он отстранился и медленно открыл глаза.   — Я просто хотел еще один поцелуй, прежде чем ты уйдешь.   Черт возьми.   Мунджо снова спустился вниз, прополз между ног Чону, и воссоединил их губы и языки.   Еще чуть-чуть.