Система даёт сбои

— Итак, у вас было свидание? — ехидно шепчет Леви, просматривая фотографии с Алессией. Новое вечернее платье идеально сидело на хрупкой фигуре Леви, даже если ей едва ли шел цвет. Брюнетке совершенно не нравилось то, как на модели сидит красный, однако при правильном подборе макияжа, прически, освещения и фона все вышло очень даже неплохо. Но светло-серый все равно ей идёт больше. Вот недавно у них был костюм в таком оттенке: все пошло просто как по маслу. Да и самой Леви костюм этот понравился больше. Впрочем, нравится или нет — это проблемы только модели и фотографа. — Кто? Чего? — не сразу сообразив, о чем речь, спросила Алессия, перелистывая снимки и удаляя совершенно неудачные. После того случая с игрой на доверие прошло три выходных дня. Сегодня снова была съёмка. И Леви выглядела такой довольной, прямо светилась изнутри от чего-то. Причиной тому было явное желание узнать подробности этого события, хотя она даже не подозревает, что такие подробности ей не понравятся. — Ну, ты же была с Люциусом, — ехидно тянет она, и улыбка возникает на розовых устах демонессы. — А, да. У нас была игра на доверие, если это можно так назвать, — брюнетка жмёт плечами. — Ну, то есть свидание? И как, понравилось? — Леви, это было не… — начала говорить Алессия, но ее перебил внезапный голос Люциуса за спиной: — Да, это было свидание. Не лучшее, конечно, но какое есть. — Стоп, что? — Алессия повернулась к нему, высоко подняв брови от удивления столь наглому заявлению. — Ты там офигел, что ли? Никакого свидания не было! Она не обратила внимания, но в студии стало тихо: сотрудники наблюдали за ними и немного, совершенно бесшумно, хихикали. — Леви бесполезно говорить это, так что проще смириться. И все становится на свои места: демон просто не хотел спросить. Алессия молча смотрит на Люциуса, хлопая глазами. Затем переводит взгляд на ехидную Леви, которая все слышала, но была явно довольнее слона. Фотограф глубоко вздыхает, а затем просто принимает сей факт. Главное, что она и Люциус знают, что это было не свидание. И вообще, в этом всём, наверное, не было ничего плохого. Ну, пойдут слухи, и что? Утихнут со временем. — А я говорила, что Люциус не такой уж и придурок, — улыбается модель. — Он просто такой ершистый первое время. — Пока я убедилась только в обратном, — ухмыляется Алессия. — Что? — спросил Люциус. Брюнетка злобно посмеялась, а потом с визгом ринулась из студии, потому что ей обещали, что ее сейчас убьют. Они нередко так носились во время перерывов, словно дети малые, и этого не понимали остальные коллеги. Только Леви часто присоединялась. Но сегодня она села с Мицуки и стала трясти его, явно счастливая от факта, что все идёт хорошо. Алесия выбегает на улицу и вдруг замечает, что машина (кажется, это был внедорожник) потеряла управление, и на дикой скорости несётся прямо на нее! Водитель в ней судорожно пытался вывернуть руль, он кричал, чтобы все ушли в стороны, и из его открытых окон это было очень хорошо слышно. Алессия послушно бежит вперёд, не растерявшись, потому что уже однажды проходила это, водитель пытается вывернуть руль, и поэтому снова несётся на девушку. И теперь она зажата между дорогой и машиной! Бросится назад: ее размажет под одной машиной, кинется вперёд — ее собьёт другая! «Да сколько можно?! Почему именно машины?!» — проскакивает последняя мысль, прежде чем мозг отказывает в работе. — Люциус! — имя срывается с уст раньше, чем мозг успевает обработать его. Алессия визжит от ужаса ситуации и закрывает глаза руками. Вокруг талии появилась горячая хватка, тянущая назад. Брюнетка, не размыкая глаз, развернулась к обладателю рук и вжалась в него, ощущая приятный аромат парфюма. Жуткий грохот машины раздался неожиданно и резко. Алессия задрожала сильнее, и у нее от ужаса подкосились ноги. Упасть ей не дал Люциус. — Тихо. Ты живая. Открой глаза, — спокойный тихий голос раздался над ухом. Находясь в состоянии шока, Алессия повиновалась и открыла глаза, подняв голову. Люциус был встревожен: эта эмоция особенно выделялась в его взгляде. Но его хватка была сильной, она дарила чувство защищённости, а голос вызывал доверие. Все было хорошо. Алессия посмотрела на машину. Внедорожник врезался в здание, где она работает. Он был просто всмятку, и… О боже… Труп… Там был труп! Водителя машины крепко зажало, осколки лобового стекла изуродовали его лицо. Кровь текла по телу и медленно капала на тротуар… Алессия ощутила, что ее тошнит. Она не могла оторвать глаз от этих алых капель, что пытались стать лужицей на тротуарной плитки. Ноги подкосились. Все та же горячая хватка не позволила брюнетке упасть. Она вдруг отошла от этого состояния и дрожащим голосом почти закричала: — Убери, убери меня отсюда! — она отчаянно вцепилась в демона, пытаясь не задохнуться от паники, что топила ее. — Нет, лучше скажи, что это был не.! — Это был он, — перебивает Люциус. — И он крайне охренел. — Он… Он.! — мысли путались, тело бесконтрольно тряслось. Алессия ощутила, как все внутри неё стало бессмысленным месивом. Она впервые боялась так сильно. Девушка спрятала лицо на груди демона и ощутила, как теплая рука гладит ее по волосам. Как хорошо, что он успел вовремя! Фотограф не хотела знать, как он вытащил ее из того капкана, она просто была рада тому, что он ее спас. — Я видела аварию! Что здесь.? — послышался голос Леви. — Это за ней, — отвечает ей Люциус, и брюнетка даже вслепую поняла, что демон кивнул на нее. — … Твою ж матушку. Алессия, солнышко, — на плечо легла женская рука. — ранена? — Не дергай ее. Она сейчас тут коньки от ужаса отбросит. — Эта тварь переходит все границы. Если я увижу хоть кого-то из их паршивой расы, я порву его и размажу по всем Небесным воротам. — Держи себя в руках. Мы не одни. Тут люди. Весь остальной день прошел как в тумане: Алессия дождалась приезда полиции, проехала в участок, рассказала о произошедшем. Все это время она была либо в объятиях Люциуса, либо сжимала его руку до невозможности сильно. Кажется, она даже слышала хруст, но это было неточной информацией: Алессия с трудом понимала, где кончаются ее мысли и начинается реальный мир. После ее направили на встречу с психологом… Да, легко понять, что девушка поняла из слов доктора целое «ничего». Она была в прострации и смогла хотя бы немного оклематься только к вечеру. — Я не хочу жить так, — шепчет Алессия, когда идёт домой с Люциусом. Она нуждалась в пешей прогулке. Вряд ли она сядет в машину в ближайшее время… Неважно, какая она будет и кто рядом. Никакого транспорта. В последнее время с ним одни проблемы. — Умереть надумала? — фыркает Люциус и вдруг крайне больно щипает девушку. — Ай! Ты офигел?! — Алессия стукает его по плечу практически на автомате. — С ангелом до этого времени дралась, чуть не разбилась пару дней назад, а теперь из-за мелочи в слезы? — спрашивает демон, фыркая. — Это другое! Раньше из-за меня не умирали! — она повышает голос, и с каждым словом он становился лишь громче. — Я видела как того мужчину размазало! Он из-за меня так погиб! Я одна ходячая катастрофа! Почему из-за меня страдают другие?! — Дура ты, и нос у тебя холодный, — Люциус отвечает весьма спокойно и щелкает девушку по носу, ухмыляясь. — Ой, да пошел ты! — она закатывает глаза, а потом, уже через пару минут, осознает: ей больше не так тяжело. Демон дал ей то, что было необходимо: выплеснуть эмоции в жутком крике, от которого теперь саднило горло. Как такой высокомерный демон может быть таким хорошим? Теплый, надежный, добрый… Алессия вздыхает. Она не понимала главную героиню раньше, ведь она слепо доверяла демонам и вела себя как какая-то амеба, но теперь… Сюжет пошел в задницу и стало слишком страшно. Теперь нельзя знать, чего ожидать от этих существ. Они были выше, они могли слишком многое. Ангелы оказались слишком могущественны, и это Алессия ощутила лишь сейчас, став слепым котёнком. Нет, она не могла менять сюжет как удобно, не могла спасти себя, она не могла вести себя по-другому на месте главной героини. Теперь амебой, которая ничего не может и слепо доверяет демонам, была она. Алессия и правда могла болезненно умереть, и от этого становилось страшно. Ее эмоции от постоянной скорби по своей смерти сменились ужасом от возможности умереть второй раз в сотни раз больнее. Вот уж подарок судьбы — ничего не скажешь! А если так подумать, то где-то Алессия видела похожую картину… Да, точно! Она ведь умерла при похожих обстоятельствах! Только в тот раз она была в своей машине! «Не может быть. Бред это всё… Я умерла случайным образом. Мне все кажется подозрительным, потому что я пережила шокирующее событие», — отмахнулась она и переступила порог дома после Люциуса, который выхватил ключи из ее кармана. — Почему он не трогает мой дом? — спрашивает вдруг Алессия. Ангел творил бесчинства на улице, в студии, сам или с помощью марионеток, но он никогда не трогал ее дом, хотя здесь хранилась черная книга, а сама Алессия была тут одна куда чаще, чем в любом другом месте. — Мы здесь заключили контракт. Здесь наша связь куда сильнее, чем где-нибудь на улице. Любое его лишнее движение я смогу ощутить и предупредить тебя, — отвечает Люциус. — Или наделить силой черной книги и создать урон такой силы, что ангел умрет без возможности выжить. — А? — она в удивлении посмотрела на демона. — Пока ты не решила завалить вопросами: да, так можно. Не использовал раньше, потому что это больно в первый раз, да и страшно выглядит. Иными словами, я подтолкнул бы тебя к тому, чтобы поехать кукухой. У людей очень слабое ментальное тело. Неосторожный вдох во время связи, и ты становишься лёгкой добычей любой нечисти. Особенно злых мертвых душ. — Есть ещё кто-то? — Конечно. У людей же не просто так есть всякие медиумы, тарологи и всякое такое. — Слишком много информации за сегодня… «Слишком странно. Мир канона не был настолько глубоким. Сомневаюсь, что что-то такое объясняется в руте Мицуки, который я не проходила. Слишком подозрительно. Канон идёт в задницу, мир внезапно стал слишком глубоким и живым. Не могла я так повлиять на сюжет, как бы ни хотелось. И персонажи слишком живые. Голоса, тепло, характеры. Люциус здесь ещё мягче, чем в своей ветке, Леви знатно выдает свою расу и выглядит куда сильнее, чем показывалось. Здесь творится какая-то хрень. Надо разобраться, какая именно, пока я не влипла по самые помидоры и не прогнулась под дудкой Габриэла», — думает Алессия и немного хмурит брови. Для Люциуса девушка выглядела так, будто она не верила его словам, и это было хорошо. Никто не должен знать, какие думы идут в этой голове. — Когда-нибудь, я отвезу тебя в одну из библиотек, где хранятся записи о том, как давно нечисть живёт с вами, людьми. И какая именно, — говорит демон. Он треплет ее по волосам и улыбается. Алессия не может найти в себе сил улыбнуться в ответ, будучи полностью опустошенной после сегодняшнего дня, но она благодарно смотрит на того, кому доверила жизнь. Даже если платой тому станет душа, она рада, что доверилась именно ему. — Слушай… Отвезешь меня в контактный зоопарк? — вдруг спрашивает девушка. — Зачем? — удивляется мужчина. — Животных помацать. Это успокаивает. Неужели не пробовал? Люциус отводит взгляд в сторону. Алессия смотрит на его румянец и тает: это так мило! В груди появляется странное тепло, от которого становится тревожно почти сразу: это ещё что такое? Неужели реально влюбилась? Ещё чего! Никаких влюблённостей! Она сильная и независимая! «Ага, конечно», — ехидно шепчет подсознание, но бунтующее сознание игнорирует это. — Да ладно? Никогда не устраивал себе пушистую терапию? Когда сидишь в окружении пушистиков и гладишь их, тискаешь, ласкаешь, а они в ответ окружают тебя. Это так здорово! — Алессия говорит и вспоминает свои теплые дни при жизни: когда ей было плохо, она приходила в приют для животных, которым управлял ее лучший друг, и тискала пушистых животных. Котики, собачки, кролики, хомячки или крысы — не важно. Алессия всех любила. — Никогда не думал о таком, — признается Люциус. — У-у! Такой старый дед, а такую классную вещь не пробовал! Жил зря, Люциус! — Будем исправлять. Собирайся. Я сейчас быстро позвоню и поедем. — Чего? Вообще-то, уже поздно, все закрыто. — Ты не поверишь, но деньги решают такие вопросы с легкостью. — Транжира.