Бросок оптимизма (Roll for Optimism)

— Ты никогда сюда не поднимался? — спросил Квиррел, толкая рычаг лифта. — Конечно же, нет, — Лемм скрестил руки на груди. — Слишком много стражи. К тому же, само это здание вызывает у меня несварение, — он бросил взгляд в тёмный, мрачный коридор, оставшийся позади. — И потом, у этого места паршивая репутация… Квиррел вышел из лифта и направился в сторону богато украшенной арки. — Я знаю, что оно зовётся Святилищем душ, но, боюсь, больше ничего не могу припомнить, — заходя в зал, он обернулся. — Что тебе удалось выяснить? Лемм с опаской осмотрелся. — Скажу так, я не знаю, что из этого правда, а что нет. Но, полагаю, некие жуки ставили здесь эксперименты над ДУШОЙ. Оккультисты какие-то. Они, верно, пытались «достичь наивысшего уровня бытия» или что-то в этом духе. Может, хотели стать богами, — он позволил Квиррелу помочь себе вскарабкаться на платформу и подняться на следующий этаж сквозь дыру в потолке. — Что бы там ни было, звучит весьма грандиозно и абстрактно, если только можно доверять оставшимся от них крупицам информации. Многим казалось, что это всё не более, чем собрание кучки религиозных фанатиков. Другие же говорили, что они действительно достигли чего-то сверхъестественного. — Восхитительно, — выдохнул Квиррел, смотря на резное окно. Он склонил голову, обдумывая слова Лемма. — Звучит не слишком ужасно, если так подумать, — он вгляделся в очередной коридор, прежде чем вызвать ещё один лифт. — Не ужаснее иных вещей в Халлоунесте, — пробормотал он. Они решили хорошенько исследовать это место, прежде чем выносить ценности. Лемм заглядывался на многочисленные странные безделушки и устройства, что наводняли комнаты, а Квиррел открывал каждую попавшуюся дверь, лишь бы выяснить, куда она ведёт. Подозрительно пустой коридор так и манил. — Будь осторожен, — предупредил Лемм, — там темно. — Не думаю, что тут кто-то есть, — размышлял Квиррел. Он осторожно огляделся. — Но, кажется, наш маленький друг успел здесь побывать, — проговорил он, указывая остриём гвоздя на недавно потревоженную кучу камней. — Спорю, он-то и пробил эту стену. С… другой стороны, видимо. Квиррел нырнул в грубо созданный проход и спустился по карнизу. — Квиррел! — запротестовал Лемм. — Ты не можешь просто… Он услышал мягкий стук, сопровождаемый эхом голоса Квиррела, что донёсся снизу. — Ай. Здесь действительно темно. Стоило захватить фонарь. Я едва вижу! Почти так же, как в Глубинном гнезде. — Ой, нет, туда я за тобой не полезу, — проворчал Лемм. Он наклонился и перегнулся через край карниза, пытаясь рассмотреть хоть что-то в неясном свете. — Ну? Нашёл что-нибудь интересное? — Тут пол неровный, — отозвался Квиррел. Он сделал несколько шагов, отмечая отчётливую шероховатость под ногами. — Похоже… — Квиррел опустился к полу и пошарил ладонью. — Ох, кажется, я приземлился на гору трупов. — Счастливчик, — подытожил Лемм. — Только представь, лежит себе такая кучка трупиков. Хорошенькая достопримечательность. Смешок Квиррела эхом отразился от пола. — Погляди, есть ли где лампа? Похоже, зал гораздо больше, чем я думал. Лучше тебе пока оставаться наверху, если только не хочешь потом карабкаться обратно. — Да, нет уж, спасибо, — ответил Лемм. — Я попробую принести тот светомушиный фонарь, мимо которого мы проходили. Скоро вернусь. Квиррел проследил, как фигура Лемма исчезает где-то над ним, и услышал удаляющиеся шаги. Он выставил вперёд руки и пошёл. Гора трупов была, определённо, не маленькой. Возможно, в Святилище душ действительно занимались вещами куда более ужасающими, чем он считал. Если бы только удалось найти стену или нормальный пол, чтобы понять размеры этого помещения. У него ушло время на то, чтобы руки смогли нащупать стену, но под ногами по-прежнему не было ничего, кроме иссохшихся жучиных панцирей. Он прислонился к стене и тут же содрогнулся, когда его пальцы провалились в пустые глазницы. Квиррел отшатнулся, но быстро подставил ладони обратно, изучая поверхность стены. Всё это были трупы. Абсолютно всё. Вот лицо, вот чья-то нога, растрескавшийся хитин, чешуйки крыльев… Он встряхнулся, прогоняя холод, что начал просачиваться сквозь щели в его панцире. Сердце в груди бешено колотилось, но Квиррел продолжал изучать. Он шёл вдоль стены, мрачно опознавая части тел разных видов жуков, некогда населявших Халлоунест. Его рука наткнулась на гладкий панцирь без каких-либо заметных трещин. Мысль засела в его голове, и Квиррел потянулся к этому трупу с особым интересом. Лицо жука было целым и всё ещё носило маску. Руки и ноги на месте. Никаких следов ранений. Что могло убить его? Всё указывало на то, что в этом замешана магия ДУШ, но почему? Этот жук стал мишенью? И их были сотни… Может, даже тысячи. Просто брошены здесь, как фруктовые корки после обеда. Иссушенные, подсказало сознание. Иссушенные? Лишённые чего… Конечно, ответ был очевиден. В конце концов, это же Святилище душ. Они участвовали в этом по своей воле? Нет. Никогда не удалось бы набрать столько добровольцев, пусть даже обманом. Их просто хватали с улиц? Город казался чище. Менее людным. Кто-то вызвался помогать беднякам, дав им жильё и работу. Что? — Не задерживайся на улицах города, — мягко наставляла Мономона, глядя в сторону и перекладывая пробирки на полке. — Особенно с наступлением темноты. Погодите… — Не думаю, что они достигнут бессмертия, но у них есть шанс остановить Чуму. Ваше любопытство понятно, только, боюсь, я не в праве впустить Вас внутрь, — стражник пожал плечами. Нет, нет… — Они забрали мою дочку! — визжала жучиха, пока стражи волокли её назад. — Моё дитя! — рыдала она, не в силах вырваться. — Вы должны остановить это! Прошу, мой Король, Вы должны мне поверить! Нет, нет, нет… — Благо свыше найти сколько желающих. Просто невероятно, на что готовы пойти жуки, лишь бы защитить своих близких. Мы делаем успехи. Всех их, конечно, ждёт награда, за то, сколь благородства они проявили… Нет, хватит… Ему сказали, что это простое ограбление, но крик, что застрял в его памяти — он никогда прежде не слышал подобного. Кишки скрутило в узел, сердце пропустило удар, ДУШЕраздирающе… Хватитхватитхватит… Лица. Панцири. Жуки, с которыми он разговаривал. Жуки, мимо которых проходил. Трио уличных музыкантов. Сноб, весь в сияющих драгоценностях. Ремонтники, что отважно цеплялись за окна самых высоких шпилей. Торговцы. Артисты. Труженики. Дворяне. Семьи. Квиррел узнавал их. Он знал этих жуков. Не всех, но слишком многих. Вот он, молодой страж, с которым они перекинулись парой слов, его панцирь раскрошился от времени и давящей тяжести сотни других трупов. Вот воришка, которого знал весь город, но которого терпели за его очарование, красивое некогда лицо искорёжено на полу. Вот и мать, что потеряла дитя, руки и ноги обвились вокруг тельца. Квиррел отшатнулся, сжимая голову руками. Его разум не наводняло столько же воспоминаний с того момента, как он отдал свою… маску Мономоны. Он пытался сдерживать их, даже самые неприятные, но память потоком неслась и утекала, оставляя лишь эмоции. Сильные эмоции. Он узнал столь многих из них. Некоторые были едва ему знакомы, с другими он успел завести дружбу, об иных не помнил почти ничего. Но они были здесь. И все они были мертвы.