Текстильные неприятности

Погода нынче в Мондштадте стояла чудесная. Небо было ясное. Теплое солнце, которое днем разогревалось и распаляло все живое еще больше, помогало цветам улыбаться навстречу ярким лучам и чаще пить освежающие напитки прямоходящим жителям города.

 Один из таких как раз купил бутылочку яблочного сока в местном заведении, скромно отдав оплату за продукт и, развернувшись на пятках, потопал в сторону рабочего места. Он излучал собой спокойствие и понимал, что все хорошо, что все действия так и задуманы и ничего криминального вокруг него нет. Но было ли это ради того, чтобы не видеть, как девушки тихо переглядываются и хихикают, а мужчины недовольно хмурят брови? Или ради того, чтобы незаметно поправлять светлый плащ каждые две минуты, дабы скрыть белизну мягкой кожи, так и просвечивающей сквозь вырезанные дырки на шортах. 

 Альбедо славился не только своим умом и сообразительностью, но и умением держать лицо. Потому, его счастье было, что в лаборатории к его приходу никого не оказалось. Он закрыл дверь, тут же осев на пол и закрыв лицо от стремительно проявляющегося красного цвета. Он злился, возмущался и краснел одновременно. Горячо пыхтя, тот все же поднялся на ноги, подойдя к зеркалу и уже который раз за день оглядев себя. 
 Стройные ноги, по обыкновению облаченные в темно-серые чулки или колготы, сейчас бесстыдно сверкали открытой кожей. Поначалу дня, когда Альбедо не нашел ни единого предмета одежды из вышеназванных, он успокаивал себя тем, что в городе полно людей, не скрывающий ноги, и что никто даже не заметит. Он просчитался.

 Все, начиная с первого стражника в коридоре, скромно отводили взгляд при виде алхимика. Некоторые конечно старались просто делать вид, что ничего нового не видят. Но были и такие, как Лиза, которые тихо хихикали в ладошку и будто нарочно хвалили внешний вид алхимика. Впрочем, радовало хотя бы то, что Лиза пока была единственной, кто напрямую обратил на это внимание. Но главный враг и, скорее всего виновник ситуации, еще был впереди. Кэйя заприметил светловолосую макушку когда зашел в общий кабинет, и не мог сдержать хищно-довольный оскал, приметив отсутствие плотной ткани на ногах юноши. Светлая кожа мягко контрастировала с темными шортами и высокой обувью, что так удачно, к счастью самого Альбериха, не закрывала самое аппетитное. А «вкусные мягкости» в свою очередь не забывали слегка краснеть аки щечки юной девицы от натяжения ремней на обуви.

 Шалость удалась. 

— Не знал, что у алхимиков новая служебная форма, — не отводя взгляда от манящих оголенных ног, протянул тот.
 — Летний сезон. Да и на улице жарко. — со стальным спокойствием ответил второй, но все же чуть дернув оголенным бедром будто на то села муха.

 Кэйя отвернулся, скрывая довольную мину теневой стороной и убирая документы в шкаф. «О, да, мистер Альбедо, ох уж эта непогода. Но будь вы в таком виде хоть студеной зимой, я бы расплавился рядом с вами от одного лишь взгляда на ваши прекрасные ноги…»

 Альбедо кратко выдохнул, понимая, что нужные ему бумаги находятся там, где сейчас стоит Капитан Кавалерии. Можно было бы конечно подождать, пока тот уйдет, но и выяснить текстильные отношения хотелось уже сейчас.

 Он подошел, открывая соседнюю дверцу и доставая папку с бумагами. От его глаз не утаилось, как Альберих, совсем не смущаясь, опустил свой взор вниз по телу первого. Казалось бы, один глаз у человека, а чувство, будто пожирают десятью или двадцатью разом. Кэйя уже в который раз закусил губу изнутри, давя улыбку в себя. 

 — Как нынче погода, господин алхимик? — вновь завел шарманку тот.
 — Как я и сказал ранее — жарко.
 — Да, верно-верно.

 Кэйя развернулся спиной к комоду, оперевшись бедрами о мебель и сложив руки на груди. Вроде обычная поза, но Альбедо будто левой коленкой чуял, что просто поработать ему сейчас не дадут. 

В этот раз не прогадал. Кэйя продержался с минуту. После встал слишком уж тесно за спиной самого алхимика, дыша тому в затылок. Тонкие и длинные пальцы кавалериста змеями проползли под ткань шорт, огладив мягкую кожу. Альбедо нервно дернулся, хлопком закрыв папку с бухгалтерией и оперев руки о столешницу. Он был прав и тот, кто нагло оставил его без одежды, сейчас стоит прямо возле него. Мысли роились самые разные. Начиная от использования гео стихии против крио вредителя или желания с размаху врезать тому по щекам дабы пусто не было.

 Но вместо всего этого он втянул воздух через нос, плотнее прижимаясь практически голыми бедрами аккурат к паху Альбериха. Он буквально слышал как возбужденная ухмылка расцветала с каждым его трением об обтягивающие штаны. И как быстро в тех же штанах становилось все теснее с каждой минутой их времени. Кэйя нежно отодвинул прядку волос, губами впиваясь в светлую шею с жаром прижимая того к комоду и оставляя красный влажный след на коже. Альбедо сипло ахнул, прикрывая глаза и чувствуя, как вторая рука медленно пробирается под шорты через голый разрез над обувью. В ушах послышался оглушающий стук сердца и желания. Он закусил губу пообещав себе разобраться с этой нелепостью позже, но не сейчас. Сейчас он хотел чтобы этот высокий и статный мужчина продолжил свои ласки над его телом. Чтобы вновь ввел его в исступление одним движением пальца или тембром голоса. Хотел, чтобы тот продолжал начатую ласку и ни разу не останавливался. 

Кэйя и не собирался. Он мученически подлезал пальцами все ближе к промежности первого, вынужденно задирая широкие шорты кверху. Губами исследовал каждый миллиметр нежной кожи шеи и ушей, иногда мимолетно отплевываясь от волос. Вторая рука перебралась с бедра на грудь, нащупывая твердый сосок под тканью рубашки и приминая его пальцами. Альбедо дернулся как от разряда, резко проехавшись бедрами по чужому достоинству сзади. Послушалась звуковая реакция прямо на маленькое ушко, от чего мураши понеслись вдоль позвоночника с новой силой. Капитан все сильнее прижимал того к предмету мебели перед ними и, честно сказать, алхимик уже был готов распластаться на том грудью, настолько сильный был напор со спины.

 Холод от пальцев проник к нижнему белью, подмораживая мелкую каплю предэякулята, успевшую проступить на головке. Алхимик вновь не сдержал голос, запрокидывая голову назад и все больше открыв шею под влажные ласки. 

Послышался стук острых каблуков по коридору. Оба тут же напряглись, разбегаясь по разным углам как тараканы. Альбедо, раскрасневшийся и немного растрёпанный, вновь открыл папку перед собой, тупо глядя в текст. Но никакого смысла ему это не давало, в отличие от крепкого стояка, который теперь упругим бугром показывался из-под шорт.

 — Оу, доброе утро! 

 Магистр Джин бодро прошла в центр комнаты, становясь, кто бы знал, прямо рядом с алхимиком. 
Кэйя поприветствовал ту не менее весело, усевшись на диван и прикрыв свою «проблему» подушкой. Умно, Альберих, умно.

 — Кэйя, как там проходит зачистка территорий торговых путей? Ты же помнишь о скорой делегации из Ли Юэ к нам? Они обещали в этот раз прислать лучших мастеров своего дела.
 — Как об этом можно забыть, Джин. Мы все с нетерпением ждем их визита, верно, Альбедо?

 Имя последнего прозвучало сладко и тягостно, так что у самого алхимика вновь дернулся нерв в паховой области. Он лишь тихо угукнул, переворачивая страницу будто сейчас это было важнее не опадающего члена в штанах.

 Джин вновь завела свое рабочее радио, встав по другую сторону от Альбедо, аккурат спиной к Альбериху. 

 — Как ваши с Сахорозой исследования, Альбедо? Есть новые успехи?
 — Все неплохо, мы сейчас разрабатываем новый метод изучения… — алхимик вздохнул, стараясь настроить мысли на рабочий лад, а не на развратные идеи в отношении того, кто прямо сейчас убирает подушку с бедер и... он что достает свой член?

 Альбедо запнулся, резко метнув глаза то на задний план, то на внимательный взгляд Джин. Но боковое зрение, к сожалению, не умело отключаться автоматически, а потому, прекрасно показывало всю картину, которую творил Капитан Кавалерии.

 Тот с самодовольной ухмылкой тихо раскрыл пару пуговиц на штанах, вытащив оттуда эрегированный член и нагло проведя по нему ладонью. Блондин желанно сглотнул, сбившись с мысли и перескочив на другую тему разговора, лишь бы сама Магистр рассказывала что-то сверх важное. К его счастью девушка мало когда смотрела за чужим взглядом, чаще отвлекалась на окно или, как сейчас, доставала другую папку с бумагой и пролистывая ту от скуки. Лишь иногда вновь возвращалась взглядом на алхимика, ожидая от того эмоциональной поддержки. И она ее получала.

 Кэйя же не терял момента, пошло облизывая палец и погружая ее на головку полового органа от чего та начинала блестеть в лучах солнца и выглядела еще более блядски, чем когда-либо. Алхимик тяжело сглотнул слюну, стараясь прикрывать разрывающий шорты стояк плащом, но не был уверен, что это поможет ему после очередного искусного подмигивания со стороны заднего ряда. Альберих, забыл и стыд и совесть и Джин в придачу, расстегивал и без того эротичную рубаху, проводя влажным пальцем по груди до соска, не сводя наглого взгляда со своего единственного зрителя. В светлой голове не промелькнуло ни одной мысли о том, а что если кто-то еще вдруг зайдет в кабинет и увидит всю эту сцену. Но был целый ворох того, как бы ему сейчас хотелось оказаться рядом на том же диване. Лишь бы не Джин.

 И вот, когда бедный блондин уже казалось бы распален донельзя, Капитан скоро застегнулся, бодро попрощался с подругой детства и скрылся за дверью, оставив его — возбужденного и голодного до ласки алхимика. 

… Он вошел неожиданно резко, хлопнув дверью и заперев ту на замок. Кэйя повел бровью, натягивая предвкушающую мину. Алхимик, особо не церемонясь, на ходу стянул светлый плащ, бросая тот на пол и забираясь на колени к Капитану, буквально забирая весь его рот и поток воздуха губами.

 — Невозможный, почему я должен просить тебя?!.. — раздраженно прошептал тот, расстегивая свои же шорты.
 — Тише-тише, Мистер Альбедо, — Альберих весело засмеялся, поднимаясь на ноги сам и подняв своего гостя, — А как же рамки приличия и световой рабочий день?
 — Плевать я хотел. Возьми меня уже, здесь и сейчас! 

Альбериха просить дважды не надо было. Тот сильным движением прижал блондина к своему столу поверх листов бумаги и заламывая руки в боевом захвате. Где-то справа полетела на пол чернильница, глухо ударившись о пол, порвались важные документы. Альбедо будто не слышал этого. Или же не хотел слышать. Он, как последняя блудница, лодыжками помогал себе до конца стянуть белье и, жадно глядя в едино открытый глаз, потерся сочными булками о пах кавалериста.

 — Кэйя... — сипло просил тот, пока его руки связали тугим кожаным ремнем.
 — Минуту дорогой, мы же не хотим, чтобы тебе было больно. 

Где-то за спиной послышался мелкий звон ключей, открывание дверцы ящика, краткий бульк от открывшегося стеклянного флакона. Влажные и теплые пальцы прошлись по ложбинке между светлых половин, и Альбедо успокаивающее вздохнул, опуская голову на стол. Приятная слякоть прошлась со всех сторон от входа, смазывая каждую складочку. Рядом, на левой булке, тот ощутил горячее дыхание, поцелуй и шершавость языка, спускающегося вниз по ноге к мошонке. Альбедо весь сжался, ощущая как горячая полость взяла в рот его возбужденное достоинство одновременно чувствуя движение сразу пары пальцев внутри своего тела. 

 Он неожиданно громко выдохнул, окончательно сдув лисит бумаги перед собой, поерзал бедрами, поторапливая неспешность движений второго. Шум в груди и ушах заполонял комнату, а пошлое хлюпанье рук и языка только нарочно вводило принца Мела в краску еще сильнее.

 — Кэйя..! — рвано вновь попросил тот, уже самостоятельно насаживаясь на пальцы бедрами и прикрывая глаза.

 Названный поднялся, с мокрым звуком выпуская член изо рта и оставляя алхимика в тянущей пустоте и одиночестве. Такой раскрытый, влажный, жаждущий. Имей он способность видеть себя со стороны, то точно бы сошел с ума от стыда. Но послышался звук расстегивающейся пряжки ремня, тепло у затылка и две сильные руки рыцаря по обе стороны стола. Упругий и горячий член в одно движение заполонил его. Реакция задержалась и последовала не сразу, выбивая из блондина воздух вместе с запоздавшим стоном. 

Капитан гортанно выдохнул тому в шею, после впиваясь зубами в мягкую кожу и совершая толчок на пробу. И еще один. Еще один. Еще, еще, еще…

 — Еще, еще… — просил уже блондин, принимая в себя череду кавалерийского запала. 

Он прогнулся в спине, подбирая лучший угол для себя, стол невозможно скрипел от каждого грубого толчка в его сторону, на каждом втором сдвигаясь на сантиметр вперед. Кэйя злобно выдохнул, хватаясь рукой за край стола и придерживая тот от лишних поползновений. Вторая рука легла на мягкое бедро, сильнее прижимая к себе и задавая собственнический ритм. Альбедо уже путался в мыслях и чувствах, не понимая где он и что он. Только полет, только желание получить больше и глубже, не замечая уже даже капающей с языка слюны. Вот он какой Главный Алхимик Ордо Фавониус: грязный, мокрый, растянутый в пошлой позе на чужом столе со связанными руками.

 Ягодица ощутимо передала мозгу смачный шлепок, от чего блондин прогнулся сильнее, засопев и хмуря брови. Он постанывал на каждом новом шлепке, порционно глотая воздух в микро секунды между новым и новым толчком. Чужая рука легка на его головку, размазывая стекающую влагу и оттягивая орган вниз, что приносило болезненное удовольствие. 

Альберих рычал то на уши, выцеловывая и покрывая бледную шею красными пятнами, то между лопаток, иногда кусая за выпирающие кости и пальцы, стянутые в бандаже. Он запрокинул влажной ладонью челку, подаваясь корпусом чуть назад и закрывая глаза. Сладкие стенания были приятной музыкой, а тугость вокруг возбужденного члена приятной негой. В комнате становилось жарко, потому пальцы на ощупь расстегнули стягивающий грудь жилет, пропуская воздух и остужая тело. 

Блондин особенно продолжительно застонал, поднимая голову, когда смуглая рука вновь коснулась его члена и принялась активно надрачивать в такт бедрам. Альбедо сбился в дыхании, неровно ерзая бедрами и путаясь между низом и верхом. Он судорожно задрожал, перебирая ноги и вот-вот ожидая тягучей неги от разрядки. Но Кэйя будто только этого и ждал. 

 В моменте тот заполнил его до конца, весом своего тела придавив к столу и сжав почти разрядившийся орган в ладони у основания, не давая закончить. Альбедо широко раскрыл глаза, едва ли не заплакав от сорванного оргазма. Он сделал попытку насадиться самостоятельно, но прижатое к мебели тело не смогло противостоять туше сверху. Тонкий голосок вновь сипло простонал, падая лбом на несчастный стол.

 — Кэйя… Пожалуйста! Мне что тебя умолять?
 — Проси, — с жадной улыбкой прошептал тот на ухо. Альбедо поднял лицо, со стоном выдыхая.
 — Пожалуйста, Капитан Альберих... 
Чужая рука по-собственнически развернула его за челюсть, уводя в жадный поцелуй. Кэйя отпустил ладонь, позволяя нижнему содрогнуться в оргазме и простонать прямо в рот. Небольшая слезинка потекла из лазурных глаз, которые нервно закатились назад от прилива чувств в теле. 

 Альбедо не успел отследить, как его ослабленное и изнуренное негой тело посадили на колени перед все еще влажным и пухлым членом кавалериста. Он лениво открыл губы, позволяя захватить смуглой ладонью светлые пряди волос и толкнуться. Контролировать рвотные позывы не самая приятная вещь на свете, но благо Альбедо имел чуть менее чувствительную глотку, чем другие люди и позволял Кэйе этим пользоваться. Он прикрыл глаза, чувствуя как упругое нечто заполоняет его полностью, резкими движениями хлопая кожей бедра по щекам, растягивая ниточки слюны по лицу. Дыхание верно начинало сбиваться, получая порции воздуха лишь на секунду в моменты перед новым толчком. Но Альбедо ощущал, как все сильнее пульсирует чужой член во рту, что все хаотичней становились толчки, проталкивая внутрь вкус смазки с языка вперемешку с соленым предэякулятом.

 В паху приятно кольнуло от тянучего тембра голоса сверху, когда Альберих, заполнив чужой рот лишь наполовину, излился внутрь. Смуглая рука на голове мелко задрожала и сильнее натянула волосы, окончательно разрушив прическу блондина. Тот выпустил член изо рта, вынужденно глотая часть соленой жидкости и с мокрыми ресница смотря наверх на своего властителя. Капитан тяжело дышал, держась рукой за край стола, другой все еще перебирая пальцами пряди волос алхимика. Он улыбался, любуясь как язык любимого трепетно и пошло слизывает остатки спермы с опадающего члена.

 Кэйя наклонился, целуя мокрые губы и забирая часть своего же семени языком. Рука его странным движением прошуршала чем-то в стороне, доставая серый чулок и мягко вытирая им лицо их же хозяина. Альбедо мелко глянул на потерянный утром предмет одежды, выдохнув и без сил упав на грудь любовника.

 — Я тебя прибью. Только сначала развяжи меня, — дернул тот руками, все еще связанными ремнем.
 — Тогда не развяжу, — с улыбкой прошептал Кэйя, заключая алхимика в объятия и целуя макушку.