Распоряжение чувств

      — Я понимаю, это абсурдный вопрос, но нравятся ли тебе марлийские города? — девушка закрыла деревянную дверь на засов: зажженная свеча создавала в тесной комнате возбуждающую атмосферу — еще и с учетом того, что в узком помещении были только две компактные кровати, один письменный стол, стул и старый шкаф. Через распахнутую форточку в спальню врывался свежий воздух. — Леви, почему ты такой неразговорчивый? Нам с тобой, вообще-то, предстоит провести вместе еще как минимум месяц.       — Я не выбирал контролировать тебя. — холодно ответил Леви Аккерман.       — Но теперь, к счастью, должен. Леви, первое впечатление бывает обманчиво. — Пик Фингер лукаво усмехнулась, поставила свечу на письменный стол: следом девушка потянулась за пуговицами своей военной формы — не прошло и минуты, как обладательница титана Грузоперевозчика оказалась полностью обнаженная: только тонкое нижнее белье прикрывало ее наготу. Пик Фингер легла в постель и потянулась. — Леви, я знаю, что ты просто сдерживаешься. Я не обращала на это внимание в первые два месяца нашего знакомства, но на третий не буду молчать. Давай, ложись рядом со мной. Я знаю, что ты этого хочешь, и я тоже этого хочу. Почему бы нам просто не удовлетворить наши желания?       — Нет. — Леви Аккерман и не глянул в сторону подтянутых ягодиц, изгибистой спины и выпирающих ключиц: не потому, что насильно отвел пронзающий насквозь взгляд серо-голубых глаз в сторону — просто ему и впрямь не хотелось смотреть на обнаженную Пик Фингер: после того, как он потерял связь с Аяно на целых два месяца, к нему вновь вернулась адская боль в груди — да и нечего было говорить о том, что другие девушки были неинтересны Леви: он просто хотел быть рядом с Као.       — Я должна счесть это за оскорбление? — грустно спросила Пик Фингер, разочаровавшись в том, что не представляла для Аккермана никакого интереса. — Знаешь, Леви, ты первый, кто так открыто отказался от секса со мной. Все военные, надзиратели разумных титанов, высшие чины и прочие люди не могли удержаться от моих форм, ласковых слов и силы убеждения. Не было такого мужчины, с которым я бы хотела провести ночь, но не могла. И это значит только одну вещь. У тебя есть возлюбленная, я права?       — Тебя так сильно задел тот факт, что ты не можешь меня возбудить? Интересно. — хмыкнул Леви, скрестив руки на груди.       — Леви, перестань. Это была проверка, не более. Мне просто было интересно, есть ли у такого, как ты, возлюбленная. Теперь я до конца убедилась, что есть. — Пик Фингер неторопливо повернулась на бок, закинув ногу на скомканное одеяло. — Ладно, раз соблазнить тебя мне не удалось, буду откровенничать.       — Мне неинтересно слушать о твоих потехах с другими мужчинами. — обладательница титана Грузоперевозчика напуснко-раздраженно цокнула, когда Леви Аккерман устроился на стуле письменного стола и закинул ногу на ногу. — И вообще, ты уже как-то определись: это была проверка или все-таки желание заняться со мной сексом.       — Леви, я не собираюсь рассказывать тебе о своих мужчинах, ведь на это уйдет очень много времени, возможно, даже целая ночь. Ладно, проехали. Я хотела рассказать тебе о причине этого вооруженного конфликта. Но для того, чтобы ты все понял, мне придется затронуть историю двадцатилетней давности. И да, пожалуйста, закрой окно, мне холодно. — Пик Фингер поежилась в постели и залезла под одеяло, пока Леви молча закрыл форточку. — Спасибо. Значит, так. Насколько я знаю, вы, солдаты Разведкорпуса, нашли в подвале Эрена давнюю пропись, в которой раскрываются многочисленные тайны неразумных гигантов, верно? Отлично. Так вот, думаю, у вас наверняка поставал вопрос, где всю эту информацию достал отец Эрена, не правда ли? Дело в том, что двадцать два года назад, в восемсот восемнадцатом году, в Марлию прибыли двое людей: девушка и мужчина. Они рассказали нашему королю о том, что являются шифтерами разумных гигантов и родом из Транмарии. Девушка была Молотоборцом, а мужчина — Атакующим. Как ты знаешь, шифтеры в Марлии вспахивают поля, поэтому изначально наш король поверил им и решил оставить в живых. Девушка и мужчина рассказали свою историю: кратко говоря, в Транмарии есть некие гетто, в которых находятся рабы. В один момент они создали подпольную организацию против своего короля Грайса Фрица. Себя эти люди называли Элдийскими Реставраторами, но в один момент кто-то сдал их властям и всех обвиняемых переправили к нам, на Парадиз, и превратили в неразумных гигантов. Но из-за того, что девушка и мужчина были шифтерами, их не смогли превратить в неразумных титанов, поэтому они остались в живых и пришли к нам. Король Волд Рэйбель, которому в этом году исполняется сорок пять лет, тогда еще был юным правителем Марлии, но все равно достаточно умным для того, чтобы решить избавиться от беженцев и отдать их силу кровным марлийцам. Все бы ничего, если бы девушка и мужчина не перехитрили короля и не сбежали в Элдию первыми, причем они провернули это с такой проворностью, что успели своровать из королевского дворца вакцину Бронированного титана. Девушку звали Ханной Малахите, а мужчину — Гришей Йегером. Король Волд Рэйбель рассказывал мне, что девушка имела красивые изумрудные глаза, пышные каштановые волосы и отдельно король заметил, что ее безымянный палец бвл длиннее среднего. Когда молодые люди бежали из Марлии, король Волд Рэйбель знал, что Ханна была беременна от Гриши. Когда король обратился к властям Элдии, те лишь высмеяли его, и тогда Волд Рэйбель решил действовать радикально. Он послал в Элдию партизанов, но напрасно. Их всех убили, а король решил, что все напрасно и смирился со своим проигрышем. Все бы ничего, если бы недавно Транмария не стала присылать на Парадиз угрозы. Они требуют от нас, чтобы мы вернули их титанов. Волд Рэйбель обратился к вашему королю, но тот вновь не послушал его, поэтому пришлось начать военные действия. Если Имир и Эрена я вычислила и нашла очень легко, то местонахождение Бронированного титана остается под вопросом. «Неужели, она говорит об Аяно?» — если на хмуром лице Леви Аккермана не отразилось ни единой эмоции, то глубоко внутри он был в замешательстве.       — А знаешь, как мы вообще пришли к выводу, что обладатель Бронированного титана существует, если Ханна и Гриша только украли сыворотку? Все просто. Марлийские партизаны смогли вычислить то, что Ханна и Гриша поссорились, вследствие чего приняли решение жить отдельно друг от друга. Через пять лет после своего побега, Гриша от своего имени отправил грузовиком с продовольствием сюда, то есть в Марлию, связанную Ханну. Сначала Волд Рэйбель не понимал, что это значит, поэтому пытал Ханну, но та ничего не рассказала. Но через четыре года Гриша вновь отправил в Марлию посылку. Но этот раз он переслал половину вакцины Бронированного титана, и все встало на свои места. — Пик Фингер слабо зевнула. — Кратко говоря, Гриша хотел превратить их с Ханной совместного ребенка в Бронированного титана, но девушка была против, поэтому они поссорились и расстались. Через пять лет Гриша напал на Ханну и попытался насильно превратить их дитя в разумного гиганта, но его план провалился, поэтому единственное, что он мог сделать, это отправить ослабшую из-за истечения тринадцати лет своего срока Ханну в Марлию и тем самым отомстить ей. Через четыре года Гриша повторил покушение на их с Ханной ребенка, но смог вколоть только половину вакцины. Обращаясь за помощью, он отправил оставшуюся часть укола Волду Рэйбелю, тем самым будто объявляя примирение. Следом какая-то женщина родила Грише второго ребенка — Эрена, которому тот передал свою силу. Как получила свою силу Имир, мы, к сожалению, не знаем. «Теперь все стало ясно. Аяно — обладательница Бронированного титана. Она говорила мне точно то же самое, что только что рассказала Пик. — Леви Аккерман нахмурился. — Если это так, то она тоже, получается, должна умереть через тринадцать лет после получения силы. Если вакцину ей вкололи, предположительно, в девять лет, то она умрет в двадцать два? То есть, в этом году? Сука, нет! Мне нужно срочно возвращаться в Элдию!»       — Знаешь, Леви, на самом деле я знаю, кто является обладателем Бронированного титана. Это разведчица, которую зовут Аяно Као, вернее, Аяно Малахите. Мы встретились с ней на северном направлении, когда военные действия только начались. Еще тогда у меня закрались предположения, что она шифтер, ведь имела очень сильное сходство с описанием внешности Ханны. Я вычислила ее, но властям не сообщила ничего. Знаешь, почему? Ведь меня не спрашивали, а я не хочу рушить чью-то жизнь. Если король не требовал от меня выполнение этого задания, значит, я должна молчать. Эта Аяно Малахите, насколько я понимаю, в данный момент занимает твое место, являясь капитаном спецотряда. — неожиданно Пик Фингер лучезарно усмехнулась. — Точно, как это я сразу не догадалась. Она и есть твоя возлюбленная, Леви. — обладательница титана Грузоперевозчика прикрыла бездонные серые глаза рукой. — Теперь я перейду к последнему, что могу тебе рассказать. Когда солдат забирают по Райссо-Рэйбельскому гешефту, то марлийские военнослужащие обязательно берут в поход обладателя титана Прародителя. Он выполняет особую роль: влияет на воспоминания ближайщих элдийцев. Проще говоря, если кто-то ненароком увидит, как какого-то солдата забирают в Марлию, то шифтер обязательно заменит это воспоминание на смерть этого человека. Такая тонкость нужна для того, чтобы никто не нарушал цикл обмена военных на провизию и не рвался в Марлию. Если твоя возлюбленная могла ненарочно увидеть, как тебя забирают, то, увы, она наверняка увидела твою смерть. Я знаю, о чем ты думаешь. Если ты подсчитал, что она умрет в этом году, то, к сожалению, ты окажешься прав. Она и впрямь умрет в этом году, поэтому я предлагаю тебе сделку. Ты достанешь моего Порко Галлиарда из тюрьмы, а я в свою очередь представлю тебя королю Волду Рэйбелю. Это нужно для того, чтобы он попросил тебя выполнить какое-то задание. Я не знаю, что именно он попросит, однако если ты осилишь его просьбу, то он обязательно отпустит тебя в Элдию. Согласен?       — Где гарантия того, что ты не лжешь? — хладнокровно спросил Леви Аккерман.       — Я должна Аяно за свое спасение. Она отпустила меня после того, как могла схватить и отправить в Генштаб для пыток. Я сделаю это отчасти для того, чтобы поблагодарить ее. — Пик Фингер медленно опустила голову на подушку. — Если ты вытащишь моего Порко из тюрьмы, то я не смогу предать тебя, ведь ты спасешь любимого мне человека. Порко попал в тюрьму после того, как пытался переубедить Волда Рэйбеля в потребности надзирателя для меня. Все эти два месяца ты контролируешь мою работу в поле только из-за того, что я прервала обряд посвящения своего Порко, а задание вспахивать поля получила как наказание. Поэтому просто забери его из тюрьмы, которая находится в стене Рэйбель, а дальше мы разберемся сами. Если что, у меня не хватит проворности проникнуть в тюрьму.

***

Леви коротко выдохнул и положил перо на деревянный письменный стол: Аккерман взял в руки слегка пожелтевший лист бумаги и принялся быстро перечитывать содержимое — как ни крути, а времени у него оставалось немного: почтовое отделение закрывалось в семь часов вечера — Леви невольно глянул в окно и прикинул, сколько было времени: примерно половина седьмого, однако Аккерман понимал, что к зданию нужно было еще и дойти, а находилась почтовая служба достаточно далеко от его с Пик Фингер места жительства. Леви наткнулся взглядом на стену Колмана: в голову его пришла безумная мысль — грязно выругавшись от недостатка времени, он все-таки снова схватился за перо и быстро написал на желтоватом листке небольшое дополнение, после чего быстро, едва ли не бегом, направился в почту. Там его встретила пышных размеров брюнетка в очках.       — Тоже отправляете письмо в Элдию? — скептично спросила женщина, на что Леви, не задумываясь, коротко кивнул. Брюнетка взяла лист бумаги из его рук, недоверчиво оглядела его и положила в какую-то черную папку. — Хорошо. Можете быть уверены, телеграмма будет в Элдии уже через два дня.       — Благодарю. — хладнокровно ответил Леви Аккерман, прокручивая в голове возможную реакцию Аяно Као на его письмо. «Дорогая Аяно. Я понимаю, что это письмо, возможно, станет для тебя неожиданностью: более того, я знаю, что все это время ты думала, будто я мертв, ведь на тебя повлияла сила титана Прародителя, которую он использует, когда солдат забирают по Райссо-Рэйбельскому гешефту. Но я жив. Прежде чем я начну свой долгий монолог и объясню все от начала до конца, позволь мне задать несколько вопросов: как ты? Справляешься ли ты на войне? Как поживает наш отряд? Все ли живы? Надеюсь на это. А теперь непосредственно к тому, зачем я пишу. Я узнал тайну твоей семьи. Понимаю, это звучит абсурдно, но на листе слишком мало места, поэтому полностью изложить тебе свои мысли у меня не получится. Говорю кратко: война началась, ведь недавно Транмария начала присылать на Парадиз угрозы, мол, если мы не вернем четырех разумных титанов, которые принадлежат им (Атакующий, Танцующий, Прародитель и Бронированный), то они уничтожат нас. Повторюсь, я рассказываю тебе все без деталей: Эрен твой брат. Твоя мать — обладательница Молотоборца (еще один разумный титан, который после ее смерти передался непонятно кому), вместе с отцом Эрена они пришли из Транмарии, побыли в Марлии, но вскоре ушли в Элдию оттуда. Ты — обладательница Бронированного титана, и тебя ищут власти. Пока я не вернусь в Элдию, не принимай никаких поспешных решений. Мы решим все проблемы вместе. Теперь, когда официальная часть моего письма закончена, я хочу поговорить с тобой о личном. Во-первых, я не привык говорить о таком прямо, но мне сложно жить без тебя. Причем и в физическом, и в психологическом плане. Во-вторых, за время своего пребывания в Марлии я понял одну вещь: окружающий мир предельно нестабилен, поэтому скрывать свои чувства бессмысленно. В-третьих, наша разлука лишь укрепила результат моих мыслей, который заключался в том, что ты — единственный мой собеседник, с которым я могу быть полностью откровенен. И да, напоследок я оставил самое важное. Я люблю тебя. Тебе непривычно слышать от меня эти слова, не правда ли? Понимаю. Знаешь, я заметил, что люблю тебя буквально всю свою жизнь, но ни разу не говорил тебе об этом прямо, о чем я теперь очень сильно жалею. Мог бы я вернуться в прошлое, и я бы каждое утро проведывал тебя и говорил бы, что люблю до безумия, ведь так оно и есть. Но если вернуться в прошлое я не могу, то в моих силах повторять тебе эти слова здесь и сейчас. Я люблю тебя. Поэтому я выполню свою клятву, то есть, буду следовать и защищать тебя до последнего. На меня ты всегда можешь положиться, договорились? Запомни, на мою поддержку ты можешь рассчитывать в любой ситуации. Это все, что я хотел сказать тебе. Надеюсь, следующие твои слова я услышу при встрече, а не прочитаю на каком-то пожелтевшем листке бумаги. Преданный тебе, Леви Аккерман. P.S. Только что я глянул в окно и увидел стену Колмана, и почему-то параллельно с этим вспомнил, как Эрвин говорил мне, что самое ценное, что только может быть у человека — это свобода. Я много раз слышал, как богатые чины и просто обычные люди называют своих возлюбленных девушек на «солнце», «милая» и «дорогая» — хоть раньше я и хотел как-то оригинально называть тебя, то все равно понимал, что эти наименования тебе не подходят. Зато теперь я знаю, какое прозвище будет для тебя идеальным. Ты — моя свобода, самое ценное, что я имею».

***

Секундная замешка, но за это время Аяно успела оглядеть Леви Аккермана с головы до пят и запомнить каждую измененную часть его внешности: с одной стороны, перед ней стоял все такой же до боли знакомый капитан спецотряда, с другой — он кардинально изменился: правую сторону его лица рассекал огромный широкий шрам, который начинался у середины лба и заканчивался у кончика губы; правый глаз обрел бельмо — то есть, серо-голубая радужка успупила свое место пустоте, поэтому его правое око было полностью белое; сам по себе Аккерман ворвался в архив, будучи только в одной военной рубашке, темно-зеленых тактических брюках и неизменных для работы в экстремальных условиях кожаных сапогах — больше Аяно не могла ждать, поэтому бросилась к Леви, обвила руками его шею и почувствовала, что он тоже крепко прижал ее к себе: значит, узнал и до сих пор помнит — к малахитовым глазам Као накатились слезы, и сил сдерживать их у девушки не осталось: Аяно бесшумно выдохнула и дала волю слезам.       — Тихо. Спокойно. Я здесь. Я рядом. Ты в безопасности. Все нормально. — едва слышно проговаривал Аккерман, погладив Као по спине, дрожащим плечам и голове: он уже понял, что его письмо не дошло — но в данный момент на лист Леви было откровенно плевать, ведь перед ним и Аяно постала проблема более масштабная. — Все хорошо. Все в порядке. Я с тобой. Такое положение — в объятиях — длилось примерно десять минут, пока у Као не закончились слезы: девушке просто не верилось, что Леви был в живых — особенно после того, как она нашла якобы его мертвое тело в лесной чаще: Аяно вспоминала, как первые недели после «смерти» Аккермана вообще не хотела жить, а желала лишь найти его в одной из тысячи параллельных вселенных и убежать туда; как рвала себе волосы на голове после очередного мертвого бойца спецотряда; как разочаровывалась в себе все больше с каждым днем вооруженного конфликта — одним словом, как после внезапного ухода Леви Аккермана все пошло по косой.       — Леви, тебя забрали по гешефту? — хрипло спросила Аяно.       — Да. — коротко ответил Аккерман. — Свобода, тебе не приходило от меня письмо?       — Нет, мне ничего не приходило. Все это время я думала, что ты мертв. — Као сильнее прижалась к Леви: девушка почувствовала, что вся его военная рубашка насквозь промокла ее слезами — Аяно вдруг лучезарно заулыбалась, внимательно разглядывая физиономию Аккермана в непроглядном мраке. — Знаешь, что? Я счастлива.       — Только из-за меня? — Леви отчего-то дискомфортно почувствовал себя: Као так пристально смотрела на него, что Аккерман невольно захотел отвернуться и скрыть уродливый шрам на правой стороне лица. — Перестань. Тебе наверняка противно, не правда ли?       — От чего, Леви? От этого? — мягко рассмеялась Аяно и, не успел Аккерман и ничего сделать, как Као прикоснулась губами к середине его шрама: там, где рваный рубец расширялся больше всего, и осторожно поцеловала это место. — Не глупи. — Аяно аккуратно спустилась ниже, коснулась обезображенного кончика губы: перешла дальше, непосредственно к губам — и получила ответную реакцию на свои действия: почувствовала, как язык Леви проскользнул вдоль ее рта, что поцелуй углубился и обрел новые краски — и длился достаточно долго: примерно пять минут, пока невинные прикосновения норовили перерасти во что-то большее — пришлось сдержаться и остановиться.       — Свобода, надеюсь, ты понимаешь, что я здесь не просто так. — с явным нежеланием прерывать такой интимный момент начал Аккерман, на что Аяно коротко кивнула. — У нас очень мало времени, поэтому я говорю кратко. Король Марлии ищет тебя, как дочь Ханны Малахите и обладателя Бронированного титана. Долго объяснять, в чем дело, но я узнал тайну твоей семьи. Все очень запутанно, но шифтером Бронированного являешься именно ты, а меня послали перехватить тебя здесь. В данный момент я должен схватить тебя и переправить в Марлийское Посольство, где тебя, предположительно, уже должен ждать сам король. Что думаешь насчет этого?       — Это условие, после которого закончится война? — спросила Аяно задумчиво, на что Леви Аккерман кивнул. — Наверное, у меня есть план. Просто сбежать или попытаться оказать сопротивление мы, ясное дело, не можем, поэтому будем играть по их правилам. Ты, как положено, переправишь меня в Марлийское Посольство, а сам притаишься в засаде и будешь ожидать от короля решительных действий. Дальше по ситуации. Идет?       — Идет. — Леви Аккерман аккуратно взял Аяно за руку. — А теперь пошли, свобода, пока король не заподозрил неладное.

***

      — Значит, ты дочь Ханны Малахите, верно? — Волд Рэйбель удовлетворенно усмехнулся, глядя на связанную в руках и ногах Аяно: признаться, в Марлийском Посольстве она и впрямь ослабла по непонятным причинам — то ли так на нее повлияла неопределенность, то ли король Марлии добавил что-то в воздух. —Впрочем, ты можешь и не отвечать. Твое сходство с матерью просто поразительное, ведь как только я увидел тебя в архиве Элдийского Посольства, то сразу понял, кто ты. Еще я заметил, что умом ты далеко не хуже Ханны. Сделав вид, будто ты занимаешься сексом с каким-то чиновником, ты отвела от себя любые подозрения. Похвально. Если бы я не знал реальную цель твоего визита в архив, то и сам бы не догадался об обмане. Волд Рэйбель взял в руки какую-то вакцину и подошел к Аяно Као: девушка брыкнулась, попыталась вырваться, но король ничего не делал — только со снисходительной усмешкой наблюдал за ее провальными попытками освободиться.       — Ты и впрямь копия своей матери. Ханна тоже боролась до последнего, и молчала о тебе даже тогда, когда под угрозу встала ее жизнь. И она умерла, не сказав мне ни слова, представляешь? Она не кричала, не вопила и ничего не шептала даже под пытками. Только появившись здесь, в Поздемном Убежище Марлийского Посольства, она молчала. — Волд Рэйбель благосклонно улыбнулся, взял правую руку Аяно в свою и поднес к середине ее предплечия некую вакцину: напоследок он сказал Као расслабиться — но не успел король и дотронуться иглой к вене девушки, как оказался бесцеремонно сбит с ног. Кто-то грубо прижал его к ледяному кафельному полу одной из комнат королевского дворца: не прошло и секунды, как началось жестокое избиение — Волд Рэйбель пытался отбиваться, но все было напрасно — Леви Аккерман был в десятки раз сильнее короля, особенно когда дело касалось Аяно Као: но если первые минуты побоища были оправданы, то последующие удары Аккермана уже явно выходили за пределы нормы.       — Леви, перестань! Это уже слишком! — воскликнула девушка, глядя на разъяренного Леви: такое наглое покушение Волда Рэйбеля на Аяно просто вывело его из себя — и его контроль над собственными действиями отменно передавало бельмо в правом глазу: проще говоря, Аккерман и не пытался сдерживаться. — Ты его убьешь! После этих слов Леви Аккерман с трудом остановился: дышал он отчего-то, предположительно, от бесшабашного гнева, тяжело — Волд Рэйбель тоже: повисло напряженное молчание, которое вскоре прервал хриплый бас избитого короля.       — Неожиданно, Леви. Я был уверен в твоей профессиональности, но, похоже, зря. — Волд Рэйбель глухо рассмеялся, чем вызвал недоумение у присутствующих: Аяно и Леви многозначительно переглянулись, но ничего не сказали. — Впрочем, это неудивительно, что ты ее защищаешь. Ты привязан к ней кровью, поэтому твоя реакция вполне оправдана. Если насильно превратить ее в Бронированного титана у меня не получилось, мне придется долго и нудно рассказывать вам о своем мотиве. Вернее, только Аяно, ведь ты, Леви, уже наверняка знаешь от Пик цель моего вторжения в Элдию, не правда ли? Можешь не отвечать, я и так это знаю. Так вот, уважаемые, знаете ли вы настоящую историю людства? Не ту, которую преподают в элдийских щуках, а именно настоящую? Уверен, что нет. Поэтому я посвящу вас в этот секрет. Волд Рэйбель лукаво усмехнулся: лежать под Леви Аккерманом ему явно не доставляло большого удовольствия, но другого выхода у короля не было — он и сам это понимал.       — Как вы уже знаете с прописи отца Эрена, за морем есть некое государство с наименованием «Транмария», если что, оно и впрямь существует. Так вот, много лет назад транмарийская власть нашла у своего острова свободное поселение со своими правилами. Король Фриц, то есть король Транмарии, решил истребить деревню и сделать выживших жителей своими рабами, с чем справился отменно. Все бы ничего, если бы в один момент некая девушка из этой порабощенной деревни не совершила забыла закрыть свиней на ночь. Ясное дело, скот выбрался из загона и скрылся. Но ту девушку нашла власть, и они решили над ней поиздеваться. Король сказал ей, что она свободна, после чего эта девушка, Имир, бросилась в лес. За ней погнались военные, метнули в ее плечо копье и, наигравшись, скрылись, в то время как Имир нашла некий дуб и, в поисках убежища, зашла в него, после чего упала в некую жидкость, где к ее спине прикрепился паразит, который вскоре начали называть на «Фойтегер». Так Имир обрела силу титана Прародителя, вернулась на родную землю и стала служить королю, который в благодарность за это взял ее в жены и оплодотворил тремя детьми, которых звали на Мария, Роза и Сина. Иронично? Не то слово. Через тринадцать лет после обретения силы Имир умерла от удара копьем, а король приказал дочерям съесть ее труп, дабы титаническая сила не угасала. Так появились девять разумных титанов. — Волд Рэйбель сделал риторическую паузу. — Им было запрещено иметь сексуальные и романтические отношения с кем-то, кроме представителей королевского рода. Как-то раз обладательница титана Женская Особь пошла наперекор этому правилу, за что вскоре была наказана и жестоко убита, причем специфическим способом: девушке вырезали веерообразный шрам на груди, который стал появляться у всех последующих обладательниц этого титана. После этого случая к шифтерам стали относиться максимально плохо, поэтому те стали объединяться в Подпольную Организацию Веридиерийцев, и вскоре к ним присоединились люди Имир — население той самой порабощенной деревни, которую превратили в гетто, а людей — в рабов. В один момент они решили сбежать из Транмарии, но у моря выяснилось, что шифтеры теряли свою силу без пустырника, который, как оказалось, подмешивала власть в пищу обладателей разумных гигантов. Из-за этого сбежать смогли только Прародитель, титан Грузоперевозчик с сывороткой Бронированного и немного людей Имир. Остальных шифтеров убили на месте, а люди Имир, которые не смогли покинуть Транмарию, разделились на две группы: одни оказали армии Крудехальт сопротивление и расположились на соседнем острове, провозгласив себя Средиземновосточным Альянсом, а другие вернулись обратно в гетто. Когда двое шифтеров прибыли на Бромиду — остров, на котором находимся мы — то встретились с населяющим его кланом Азии и установили с ними Мирный Дороговор, который заключался в том, что обе стороны будут действовать на благо Бромиде и не конкурировать между собой. Все было нормально до того момента, пока армия Крудехальт и шесть шифтеров не напали на Бромиду. Тогда началась так называемая Война Парадиза, в ходе которой обладатель титана Прародителя пришел к Прародительнице Имир в Путь и попросил у нее миллион коллосальных титанов для обороны Бромиды, чему девушка подчинилась. Но тут произошло неладное: тринадцать лет после получения силы шифтера истекли, поэтому он умер на поле боя, а коллосальные титаны восстали без наводчика и на армию Крудехальт, и на население Бромиды, отчего первые отправились обратно в Транмарию, а другие были вынуждены построить Три Стены для своей обороны. Тогда новый обладатель титана Прародителя, король Рэйбель, с целью уберечься от междоусобных войн, изменил людям правдивые воспоминания на то, что все они — элдийцы, материк — Парадиз, а неразумные титаны за стенами, которые на самом деле в прошлом были рабами Транмарии, но сопротивлялись жестокому режиму и были превращены с помощью спинномозговой жидкости шифтеров в неразумных титанов — появились неизвестно откуда. Еще король Рэйбель истребил клан Азии для того, чтобы те не пытались сопротивляться его правлению. Все бы ничего, если бы в один момент люди и титаны не начали ссориться из-за неравноценного вклада в Элдию. Шифтеры считали, что вспахивание плодотворных полей приносит больше пользы, чем военное дело и пустырник людей, поэтому обе стороны отделились друг от друга. Еще одним рычагом к отделению стало то, что шифтеров поработили, а на престол взошли некие Райссы. Так вот, разумные титаны возвели собственные стены и наименовали внешнюю «Колмана» — это было имя обладателя титана Прародителя, который решил отделить шифтеров от людей, внутреннюю — Рэйбель, в честь фамилии королевского рода, себя — марлийцами, а государство — Марлией. Но в один момент шифтеры стали подвергаться междоусобных войнам и внутренним конфликтам, а люди умирать от голода, поэтому короли государств создали Райссо-Рэйбельский доровор, который заключался в том, что Элдия будет добывать пустырник, отдаст Марлии тысячу солдат и за смерть каждого будет присылась нового, а Марлия в свою очередь будет поставлять в Элдию продукты. На том и согласились. Все пошло по косой, когда из Транмарии в Марлию прибыли Ханна Малахите и Гриша Йегер. Они говорили, что состояли в организации неких Элдийских Раставраторов, которая все-таки возобновилась после первого провала, хотели устроить государственный переворот, но их здал один из членов структуры, после чего их всех раскрыли и переправили на Парадиз, превратив в неразумных титанов, но так-как Ханна была обладательницей Молотоборца, а Гриша — Атакующим, то они выжили. Следом Волд Рэйбель поведал ошарашенных Леви Аккермана и Аяно Као в деталях в то, что рассказывала первому Пик Фингер.       — Теперь ты, Леви, думаю, понимаешь причину своей таинственной боли в груди, не так ли? Надеюсь на это. Такая боль присутствует у каждого потомка клана Азии, ведь во времена, когда остров еще назывался Бромидой, азиаты создавали устойчивые союзы с веридиерийцами, после чего привязались к ним кровью. С того момента у каждого азиата есть предначертанный с рождения веридиериец, которого он должен найти и начать защищать. — холодно произнес Волд Рэйбель. — Кстати, эта девушка из вашего отряда, Микаса Аккерман, привязана к Эрену Йегеру. А королева Марлии, то есть Киеми Азумабито, привязана ко мне. Но кто является судьбой Далит Аккапель, девушки из Подземного Города, еще неизвестно даже мне. Я и сам вышел на нее совершенно недавно. Когда рассказ короля Марлии был окончен, Аяно схватила шприц, который Волд Рэйбель выпустил из рук во время нападения Леви — не успел никто из присутствующих и понять ход ее мыслей, как девушка вколола себе оставшуюся после неудачного нападения Гришы половину вакцины и окончательно превратилась в Бронированного титана: теперь Као стала ясна причина ее аномальной силы.       — Ты сделала правильный выбор, Аяно. Теперь нам нужно спуститься в Подземное Убежище замка и отправить посланцев в Элдию для того, чтобы те предупредили всех об окончании военных действий. И да, я забыл рассказать еше одну немаловажную деталь: возможно, где-то на Парадизе скрываются Зик Йегер и Елена с целью начать транмарийское наступление. — когда троица молча спустилась в вышесказанное место, то все увидели достаточно жуткую картину: в Подземном Убежище находились Эрен и Бертольд Гувер, только если первый внешне был абсолютно спокоен и ничего не делал, то второй стоял перед ним на коленях и просил обладателя Атакующего титана лишь безболезненно убить его. Недалеко от них на ледяном каменном полу раскинулся труп Майка Захариуса: как только Аяно увидела обезображенное тело бывшего капитана, то невольно опустила взгляд в пол и нахмурилась — как ни крути, а после прочитанного в архиве Као надеялась встретиться с ним и душевно поговорить. — Эрен, что происходит? Бертольд, где Энни? И да, Эрен, где Гарс?       — Гарс? — когда повзрослевший Эрен поднял на Волда Рэйбеля холодный взгляд изумрудных глаз, что-то внутри Аяно Као отозвалось тихим ужасом: от прежнего Йегера-младшего не осталось и следа — парень сильно вырос, покрепчал, отрастил волосы до середины шеи: но самое главное, в нем не было былых энтузиазма и оживленности. — Кто это? Теперь я обладатель титана Прародителя.