Иерархия

Глава пошла со стороны Игоря.       Спустя неделю после скандала с отцом Себастьяна, Людвиг так и не пришёл. И Себастьян сегодня решил попробовать. Ранним утром, граничащим с поздней ночью, чтобы не дай Боже никто не узнал.       Ну мы и решили с ним начать. Решить-то решили, но минут пять точно стояли как вкопанные в абсолютной тишине. Он заговорил первым и сильно неуверенным голосом попросил снять с себя рубашку. Сняв её, я присел на кровать — не хватало ещё чтобы ноги подкосились, да и стоять было очень неудобно. Я старался не обращать слишком много внимания на его движения, даже скорее пытался отвлечься на что-нибудь другое, но у меня не получалось. Почувствовав теплое дыхание на шее, я и вовсе превратился в один сплошной нерв. И чего уж говорить, не вышло ровным счётом ничего — на коже еле виднелся след от зубов, очень далёкий от понятия метки, но блин как же это было больно. — Ай! Больно, чёрт возьми! Зубы затупились что ли? — вскрикнул я с раздражением, уже позабыв про страх, попутно потирая больное место. — Уж прости, но надо, вариантов всё равно нет. И с зубами у меня всё в порядке – ворчал Себастьян. Пытались мы... не один раз. То я вертелся и извивался, наплевав на гордость, то Себастьян каким-то невероятным образом тупил. Как хорошо, что это подвальное помещение, иначе бы давно кто-то прибежал на ворчание и трехэтажный мат. В Бог знает какую по счёту попытку Себастьян вдруг решил переменить план действий, и вместо укуса он лизнул мою шею. Неожиданно. Крайне неожиданно. Но не неприятно. И он это понял. Начал то целовать шею, то лизать, в какой-то момент мы уже сидели лицом к лицу, а я притягивал его ближе и ближе. А потом пошло немного — мягко говоря — не туда. Мы почему-то разделись полностью. Себастьян то обнимал меня за плечи, то целовал везде и всюду, и за этим необъяснимым всплеском ласки я почти не заметил метки — в отличие от прошлых попыток боли почти не было, и мне, возможно, даже понравилось. Не знаю с чем это было связано.       И было бы просто замечательно, если бы на этом всё закончилось. Но случилось... немного внезапное проишествие. Настоящее ой. У меня началась течка. Врач говорил, что она должна была случиться неделю назад, но по каким-то причинам она началась в самый, наверное, ужаснейший момент. С катушек слетели мы оба. И думать о том что тогда происходило мне совершенно не хочется. Благо думать было особо не над чем. Затуманенный разум, отключившийся под конец добровольно забыл большую часть произошедшего.

***

      Проснулся я один. Думал сначала что это всё сон, но когда я увидел метку, то понял, что это не сон. Явно не сон. А потом в комнату вошёл виновник торжества. Он нёс мне кофе и яичницу. — Спасибо за еду! Но сколько сейчас времени? — спросил я непонимающе. — Девять часов, все уже поели. Кроме тебя. Поэтому решил занести, — сказал Себастьян. Его взгляд был нервным и тревожным — Спасибо. Но ты же мог просто попросить служанок, зачем ты пришёл ко мне лично? — спросил я. С ним что-то было не так. — Да, я мог. Но мне было стыдно просить их, но ещё больше мне стыдно перед тобой. Как ты, кстати, себя чувствуешь? — спросил он. Я почувствовал, что задал он этот вопрос не ради приличия. Он выглядел виноватым. — Да нормально. Думал, что сон, но увидел метку. Мери знает? — спросил я. Хоть они не любят друг друга, но не думаю, что ей будет приятно, что её коллега и друг занимается подобным с мужем. Даже если для него это необходимо. — Не говорил, но догадывается. Дети вообще не подозревают, — сказал он. — А что это было? Типо после отрубки? И метки? — спросил я. Я немного не понял. — Ну, была связь. Я не хотел этого делать так рано, но полетел не туда. Ты отрубился и случился узел, выйти смог только через три минуты, — сказал он со стеснением. Теперь я понимаю, откуда у него это чувство вины. — А надевал ли ты... — я не успел договорить, как Себастьян перебил меня. — Нет, — резко ответил он. Прекрасно, а если я теперь беременный? Благо и проверили на все заражения, да и контакта не было. Но о чем он думал? Он вроде как боится заражений, как огня. — Слушай, даже здоровые гаммы после первого раза с партнером не рожают. Организму нужно подстроится. А у тебя гормональное страдает, так что беременности точно нет, — сказал он, пытаясь меня успокоить. Вышло очень плохо, я даже не перестал нервничать. Просто чувствовал что то, что он сказал, было недостаточно чётким аргументом. Я нервно вздохнул. Мы немного помолчали, а потом я решил рассказать ему про свои успехи в проекте. Хотелось сменить тему, раз уж с этой ничего не вышло. — Хочу обрадовать. Проект с кораблем готов и немного протестирован. Хочу завтра или после завтра полететь на Марс, — сказал я. Я родных очень долго не видел. Все праздники пропустил. — Так, я в принципе согласен, да и отпуск долго не брал, даже директор предлагал. На неделю точно смогу. Но одна просьба. Не расходиться. Могу заблудится, а ты взять что-то запрещенное. Мери могут обидеть. Ну, понимаешь о чем я, — рассказал он.       Он видимо там никогда не был. — Кстати, я договорюсь с гадалкой, чтобы дала недельный перерыв. Не думаю что даже после завершения проекта она от нас отстанет, — я улыбнулся. Главное не забыть её предупредить. — Я тогда пойду предупрежу директора, а ты скажи гадалке. Служанок попрошу собрать нам вещи, — сказал Себастьян. — Я соберусь сам. Заодно помогу с гардеробом, туда нужна очень простая одежда. Выпендриваться у нас не лучшая идея, — сказал я, и мы отправились готовиться к отъезду. Себастьян ходил кому-то что-то говорил, попутно руководил сборами. У меня был только рюкзак, несколько вещей на неделю, еда, чертежи. Девушки собрали один чемодан, конечно содержимое было немного не тем, но и не слишком выдающимся, так что подходит. Детей мы решили оставить на бабушку Викторию, да и узнав о поездке, она с радостью согласилась посидеть с внуками. И Людовиг... бедные дети, но зато и я, и Себастьян могли отдохнуть от него.       Когда все чемоданы были упакованы, когда вся округа уже знала что мы летим на Марс, мы договорились отправиться вечером, чтобы к утру воскресного дня уже быть там. Себастьян сказал, что директор обрадовался нашему отъезду, просил привезти ему сувенир. Гадалка тоже хорошо отреагировала.       Вот мы и полетели.