Плечом к плечу

В большой и светлой школе Для всех открыта дверь! Вы все пришли учиться! Вы школьники теперь!       Голоса старшеклассников, искажённые микрофонами, долетали до слуха присутствующих с гулким эхом. Взволнованно переговаривались родители и бабушки-дедушки, раздавались разномастные звуки фотографии, шуршали обёртки пышных букетов цветов.       Андрей стоял позади толпы, галантно уступив место с наилучшим обзором дамам. Ему и так было всё видно и слышно. Он смотрел то на затылок Руслана, то на белобрысую макушку Кирюхи, который стоял как раз под яркой табличкой 1 «Д» класс в руках своей будущей учительницы. Кирилл то и дело переминался с ноги на ногу, скомкал в ручонках букет уже, наверное, до середины, но, увлечённый и взволнованный, ни разу не обернулся ни на Руслана, ни на самого Андрея.       Андрей не пытался сдерживать улыбку. Его накрыло ностальгией и каким-то теплом от всей этой атмосферы: банты, портфели, белые рубашки и яркие книжки… У него не было ни обиды, ни злости на школу, а только благодарность, несмотря на незавидное детство и скомканную из-за событий в семье юность. Сколько лет прошло с тех пор, как сам он окончил школу, а по сути мало-что изменилось. Всё так же стоит на крыльце тётенька-директор с пышными кудрями, всё так же рассказывают нехитрые стишки нарядные первоклассники, всё так же волнуются взрослые… Может быть, где-то бывало и иначе, в Руслановом лицее, например, но Кирилла как-то единогласно решили отдать в обычную школу по месту прописки. Наследство, выпавшее на долю Кири от богатенького папы, позволило бы устроить мальчишку и в частную школу, но для чего?       «Если бы не ты со своей обычной школой, и я бы тут не стоял сейчас» — сказал однажды Руслан. После этого вопрос о частной школе даже не поднимался. Пусть обычная. Без изысков и выпендрёжа. Чтобы учили как всех и требовали как со всех. Чтобы Кирюха рос обычным любознательным ребёнком, делал уроки, читал книжки, учился дружить и гордился успехами, а не золотой ложкой во рту.       …Поэтому и линейка у парадного крыльца школы выглядела простенько, но всё равно торжественно и как-то с душой.       Празднование подходило к концу… Девочка с бантами больше головы, сидя на плече рослого старшеклассника, бодро подала первый звонок, и под традиционную советскую песенку про «буквы разные писать» будущие выпускники стали уводить малышей в школу вслед за учителями.       Толпа двинулась, зашевелилась. Со своего поста Андрей видел, как Руслан последовал вместе со всеми, торопливо делая памятные кадры себе на смартфон, а Кирюха доверчиво вложил ладошку в ладонь одиннадцатиклассницы и, обернувшись назад, поймал взгляд Андрея. Лицо мальчишки озарила счастливая улыбка. Он помахал ему уже изрядно помятым букетом и поспешил за классом, чуть не сворачивая набок голову.       Андрей помахал в ответ и улыбнулся.       «Успехов тебе, Киря», — подумал он и прикрыл глаза на солнце. Присел на лавочку у забора и стал расслабленно наблюдать, как из школы немного растерянно выходят родители, смотрят на часы, решают что-то, смеются, болтают между собой; как в школу заходят другие ученики — те, кому линейка нынче не положена. Мысль о том, что теперь ему и Руслану частенько придётся сидеть на этой вот самой лавочке в ожидании Кирюхи с уроков, почему-то показалась очень милой и трогательной. Конечно, будут и неприятности, но это жизнь.       — Сказали, полтора часа можно погулять пока. У них сейчас урок мира, ещё чего-то, знакомство с классом… — сразу выдал Руслан, плюхнувшись на лавку рядом с Андреем. Выдохнул глубоко, ослабил галстук, который нацепил только после общих уговоров Андрея и Кирюхи.       — Ну, так пойдём погуляем, — покладисто согласился Андрей.       — Может, по кофе с пиццей? Тут недалеко… Я чего-то так проголодался с этими нервами…       — Можно и туда.       — О… Так просто? Слушай, а мне всё больше и больше нравится, когда ты в отпуске… — усмехнулся Руслан.       Попутно болтая, быстро дошли до машины.       — Не радуйся слишком сильно, вечером Кирюха на тебе, а я буду писать диплом, — вздохнул Андрей.       — Бл…ть, твой диплом уже как ещё один ребёнок, — фыркнул Руслан, усаживаясь на сиденье и пристёгиваясь ремнём. — Ты полгода с ним нянчишься. Кажется, уже пора давать ему имя.       Андрей рассмеялся.       — Ну… Пусть будет Гоша. Так вот, без Гоши мне не светит ничего выше капитана. Раз начальство намекнуло на вышку, значит меня приметили, Рус, понимаешь? Так что потерпи, ладно? К зиме всё это закончится, но сегодня ты с Кирей, а я с — Гошей.       — Терпеть не могу это имя, — пробубнил Руслан и шутливо пихнул Андрея локтем. — И твой диплом. Ладно, поехали поедим…       Андрей кивнул. Его и самого уже утомила эта свистопляска с высшим образованием. В его тридцать семь учиться, пусть даже заочно, было тяжеловато, а ещё тяжелее совмещать это с работой и семьёй, официально вроде как несуществующей. Но Андрей привык к тяготам и лишениям. Наверное, по своему духу он даже скис бы без трудностей, поэтому грыз гранит науки, кропотливо писал курсовые и теперь вот полгода мучился с дипломом.       Руслан помолчал немного, побарабанил пальцами по колену и как-то вдруг посерьёзнел в одно мгновение. Проезжая часть освободилась не сразу. Около минуты Андрей под щёлканье поворотника молча ждал очереди выехать и боковым зрением поглядывал на Руслана. Тот достал смартфон, то и дело пиликающий от сообщений в классном чате, где его нарекли «Руслан Александрович, папа Кирилла Бурова». Пролистал сообщения, снова взглянул мельком на Андрея и подозрительно затих.       Неспроста это, подумал Андрей. Нажал на педаль, плавно выехал на проезжую часть. Взяли курс на ближайшую пиццерию.       Молчание затягивалось.       — Рус?       — М-м?       — Говори-ка, давай, чего там удумал?       — Да так, ничего…       — А если честно?       Руслан шумно вздохнул и отвернулся к окну. Андрей изучил своего парня — или уже мужа после стольких лет? — вдоль и поперёк, поэтому примерно понимал, что это такое. Не обида и не злость, а скорее смущение и сомнение, что ли… Так было десять лет назад за учебником по алгебре, так было и семь лет назад после разговора в кабинете нотариальной конторы…       — Андрей…       Андрей тоже вздохнул, быстро нашёл свободное место на обочине и встал туда на аварийку.       — Рус, ты меня пугаешь. Что случилось? Всё ведь нормально было.       — Ничего, просто… Бл…ть, не знаю, как сказать.       — Как есть, так и говори.       — Я давно уже думал об этом. Мы столько лет вместе, а мне иногда кажется, что я как будто… тобой просто воспользовался. Бл…ть, звучит дерьмово.       — Что за бред ты выдумал?       — Ты меня в люди вывел, выучил…       — Рус, мы это уже сто раз обсуждали. Ну, зачем ты сейчас?       — Подожди, послушай. Просто выслушай, ладно? Ты работу мне пробил, ты брата моего растишь. Столько не спал из-за него, вложил столько… И дом… А сам? Андрей, ты ведь тоже заслуживаешь всего этого…       Андрей помолчал немного, снова вздохнул и обнял Руслана за плечи, притянув к себе через рычаг ручника и проём между сиденьями. Поцеловал в висок. Ткнулся лбом в шею над белой по случаю праздника рубашкой…       — Руслан, у меня всё есть. У меня есть ты. Киря есть. Он твой брат, но я люблю его как своего сына, ты знаешь об этом. И дом у нас общий, и работа у меня тоже есть. Любимая работа, Рус. И если бы не ты, я бы тоже ничего этого не достиг. Я тоже был почти с голой жопой до тебя. Мы вместе всё, — Андрей усмехнулся. — А как ты послал мою мать тогда? За меня никто так не заступился бы… Что тебя так мучает, а? Рус, всё хорошо. Прожили десять лет, и ещё столько же проживём, если ты этого хочешь. И десять, и двадцать. Хочешь?       Руслан торопливо закивал, поёрзал в его объятиях и подался ближе, обняв уже обеими руками. Смартфон снова пиликнул сообщением из классного чата Кирюхи…       Проворчав что-то себе под нос, Руслан запустил голосовое сообщение.       Чья-то мама немного заискивающе щебетала в трубку:       «А-а Руслан Александрович, вы у нас почти единственный мужчина тут, да? Помогите дамам, хорошо? Не откажите. У нас дневники заказаны и альбомы для рисования на класс. Ну, чтобы одинаковые были… Надо съездить выкупить их и в школу привезти. Вы, пожалуйста, возьмите на себя этот вопрос, если за рулём…»       — Видишь, мамочки без тебя ничего сделать не могут, — улыбнулся Андрей, решив свести всё в шутку. — Руслан Александрович.       — Папа Кирилла Бурова, — фыркнул Руслан и расцепил крепкие объятия. Написал в чат ёмкое «Сделаю» и кинул смартфон на приборную панель. — Говорил же, что брат, так нет…       — Так им проще, Рус. Да и по возрасту ты очень даже подходишь под роль отца. И Кирюха тебя папой называет. Так что пусть, не обижайся на них. Ну что, теперь мы можем ехать на пиццу? У нас осталось уже меньше часа.       — Угу…       Снова двинулись в путь. Минуты не прошло, как Руслан снова подал голос:       — Андрей?       — М-м?       — Знаешь, что? Никитиных у нас тоже должно быть двое. Для равновесия и справедливости.       Чуть не поперхнувшись воздухом, Андрей снизил скорость и снова съехал на обочину.       — Что?       — А что?       — Я не так понял или…       — Я хэ-зэ, как ты там, понял или нет, — немного нервно перебил Руслан и затараторил, видимо, боясь, что уже через мгновение не решится сказать то же самое. — Короче… Андрей, ты был бы отцом намного лучше меня. У тебя и опыт, и вот это вот всё… Ты спокойный, умный. И сейчас у нас есть все условия, так ведь? И денег хватит. Ты мне с Кирюхой пипец помог, да бл…ть, можно сказать, его ты вырастил, а не я. И если ты хочешь, я бы… Я бы сделал что угодно, чтобы… Я бы помог тебе. В общем, вот. Может, херово объяснил? Ты вообще понял меня?       Андрей сглотнул ком в горле и уткнулся лбом в руль. Лет десять назад он бежал бы, сверкая пятками, если бы ему намекнули на отцовство. Вспоминались тяжёлые времена своего бесправного юношества, детские сопли, бесконечные истерики и возня с братьями и сёстрами в тесной и душной квартире матери, с вечными упрёками и руганью. Он наелся этим по горло ещё до того, как ему исполнилось восемнадцать. В армию он бежал как на праздник, раз уж поступить в институт не удалось. Лишь бы не оставаться в этом бедламе ещё хоть на день.       Но с годами всё несколько изменилось. Семья матери и она сама отошли на дальний план. Наладились отношения с некоторыми из братьев и сестёр. Руслан превратился из раздражающего мелкого мажора в хорошего парня. Они многое вместе преодолели. Рос Кирилл, и его воспитание оказалось не такой уж тяжёлой ношей, как это представлялось изначально. Оба — и Руслан, и Андрей — воображали себе нечто совершенно непосильное, но постепенно как будто бы выдохнули с облегчением. Всё терпимо и вполне по силам. Так что за годы у Андрея оттаяло сердце, а привычка любить и заботиться не только о Руслане перешла в разряд приятной.       Но вместе с тем то и дело маячила мысль, что официально он тому же Кире никто; что, став старше, мальчик может и отстраниться от него, тогда как Руслан — его родственник, а гены-то пальцем не раздавишь. Андрей молчал об этом, но сегодня понял, что Руслан всё же замечал его душевные метания. Оттого и сегодняшний разговор затеял, хоть и не слишком умел складно говорить.       Андрей вдавил в глаза основания ладоней. Он почувствовал, как от волнения зашлось сердце, а щёки вспыхнули краской, как если бы его застали за чем-то стыдным. Тёплая ладонь Руслана легла ему на спину, погладила осторожно, как-то по-детски…       — Андрей? Ты не хочешь? Если нет, то ладно… Может, я херни нагородил и надумал всякого. Просто пошли меня нах тогда, я пойму.       — Рус… Сейчас, наверное, уже хочу. Но куда мне? Мне под сорок уже. Я на повышение иду, служба, собаки, подчинённые и вдруг я возьму и сяду в няньки? Куда нам ещё один ребёнок? Да и откуда он возьмётся? Не ты же его родишь, а?       — Твоя маман не заморачивалась с возрастом, когда рожала, а мой батя с тем, кто ему нарожает. Тут я даже готов взять с них пример. Андрей, мы всё решим. Ты главное скажи: да или нет?       Андрей откинулся на спинку сиденья и немного устало взглянул на Руслана. Улыбнулся, подумав в очередной раз, что Руслан — красивый, взрослый и ответственный. Самый лучший несмотря ни на что и, что важно, стал таким на его, Андрея, глазах, не без его усилий.       — Люблю тебя, Рус… — одними губами произнёс Андрей то, что пришло ему в голову.       Руслан усмехнулся и снова привлёк мужчину за плечо в немного грубоватые, но тёплые объятия.       — Да или нет? — тихо и очень спокойно повторил он.       — Да.       До пиццерии в итоге доехали сегодня уже только к вечеру, вместе с уставшим, но довольным Кириллом.