Потому что я не могу отпустить свою собственность

- Блин-чик, Блин-чик, где-же-ты? – напевая, Аято потянул носом воздух и с веселой улыбкой отворил дверцу напротив большой двуспальной кровати. – Ничего умнее, чем спрятаться в шкафу, ты не придумала? - А… Аято-сан… - девушка сползла по стенке, комкая в руках подол длинной ночной сорочки. - Что такое? – задорный голос парня вдруг стал серьезным. – Какая-то ты совсем бледная. И… тощая, - наклонившись, он подхватил девушку на руки и отнес к постели. - Пожалуйста… Аято-сан… я сегодня не могу… - еле слышно шептала Юи посиневшими губами. - Это я и без тебя вижу, что не можешь! – зло откликнулся Аято, укрывая девушку одеялом. Нахмурив брови, он бросил взгляд на прикроватную тумбочку, на которой рядком стояли пять пакетиков клюквенного сока. Неоткрытых. – Какого черта, Блинчик?! Я разве не говорил тебе пить сок каждый раз после… - Я больше не могу… - слабо прервала Юи парня. - Что значит – не можешь?! Господин сказал тебе пить, и это значит… постой-ка… - он откинул светлые волосы Юи с шеи и увидел две пары аккуратных дырочек, оставленных клыками вампиров. – Что за?!.. – Аято провел пальцем по укусам, заставив девушку поморщиться от неприятных ощущений. Подумав, он припал к ее шее, вдыхая запах посмевших напасть на его добычу вместе с чудесным ароматом дурманящей разум крови. Чувствуя, как во рту начинает скапливаться слюна, а клыки болезненно чешутся, парень еле удержался, чтобы не оставить и собственную «печать» на нежной алебастровой шее. – Проклятье! Собственные братья посягнули на мою собственность! Это же надо! – с этими словами он будто бы испарился из комнаты, хлопнув дверью, и Юи провалилась в забытье. *** Приятная тьма расступилась болезненным светом, возвращая девушку из цепких объятий небытия к реальности. Веки были такие тяжелые, что не спешили подниматься, будто они налились свинцом. Юи силилась открыть глаза, ее ресницы дрожали, но сделать это было настолько тяжело, что она шумно выдохнула. Наконец, когда ей это удалось, еще некоторое время она ждала, пока расплывчатая картинка окружающей ее действительности вновь не станет четкой. И не успела она удивиться тому, что рядом с кроватью стоит большое кресло, в котором кто-то сидит, как ее взгляд уперся в пару ярких желто-зеленых глаз. - Ну, наконец-то, Блинчик! Я думал – с голоду помру, пока ты очухаешься! – укоризненно заметил Аято, тряхнув красной шевелюрой и усаживаясь на кровать поближе к Юи. - А что… Аято-сан, что произошло? Парень пропустил вопрос девушки мимо ушей и наклонился к ее шее, однако тут же передумал и в следующее мгновение прокусил чувствительную кожу в области декольте. Юи дернулась, тихо вскрикнув, и Аято поспешил сжать ее плечи тонкими, но сильными пальцами, запуская клыки еще глубже и жадно причмокивая. Как и каждый раз, на грани болезненных ощущений присутствовало чувство, сродни наслаждению, и Комори, не сдержавшись, издала едва слышный стон. - Хооо, а ты, похоже, тоже соскучилась по этому, не так ли? – с трудом оторвавшись, вампир взглянул на нее снизу вверх, заставив покраснеть. У него был довольно пугающий вид с этими горящими безумным огнем глазами дикого кота и тонкой струйкой ее крови, стекающей по его красиво очерченному подбородку, однако Юи уже давно привыкла к подобной картине. Намного больше ее пугали сейчас собственные потаенные желания. Желание зарыться пальцами в его волосы цвета багряных листьев. Желание прижать его еще крепче к своей груди. Желание, чтобы он впился в нее еще сильнее, сделал больнее, высосал до дна… - Блинчик? – позвал Аято, возвращая девушку к действительности. – Ты чего, опять в обморок грохнуться собираешься? Я же даже не доел еще! - Простите, Госпо… Аято-сан! – как ошпаренная одернула себя Юи, прижимая ладонь ко рту. - Хм. Это что, игра такая? – Аято внезапно вскочил с кровати, оказавшись у зашторенного тяжелой гардиной окна. – Вы втроем что-то против меня замышляете, да? – Прищурившись, он сверлил девушку подозрительным взглядом. - Кто – мы? – не поняла Юи. - А вот не надо этого! – парень снова оказался непозволительно близко, больно сжав ее правое плечо. – Райто и Канато. Они бы никогда не пошли против меня. Ты наверняка их подговорила, а теперь пытаешься меня одурачить! - Да как бы я смог… Не успела она договорить, как острые, как бритва, клыки впились в левое плечо так глубоко, что она закричала. Кровь брызнула, перепачкав ее белоснежную сорочку и лицо Аято, но парень вовсе не собирался останавливаться – он сжимал тонкую кожу зубами, проникая все глубже и глубже, и тут только Юи поняла, что все разы до этого он действовал достаточно аккуратно и безболезненно. - Пожалуйста, не надо! Мне больно! Аято-сан! – напрасно она пыталась до него докричаться, ведь вампиры не испытывают жалости к своим жертвам. Оторвавшись, парень тут же припал к ее шее, и снова резкая боль пронзила все ее существо. – Пожалуйста, не надо… не надо… Ая…то… - она уже давно не плакала, когда он пил ее кровь, но сейчас слезы сами собой хлынули из глаз. Она не заметила, когда он остановился. Просто вдруг ощутила пристальный взгляд. - Ты плачешь, потому что тебе больно? – отчего-то спросил Аято. - Нет. - Тогда почему же? – вместо того, чтобы облизаться, как обычно, он утер кровь рукавом. - Мне обидно, что Вы мне не верите, - неожиданно для себя призналась Юи. - Дура. Разве должно тебе быть дело до того, верю я тебе или нет? Я твой Господин, а ты моя жертва – наши роли прописаны до мелочей. - И все же… - всхлипнув, прошептала девушка. Фыркнув, Аято рывком поднялся с перепачканной алым постели и двинулся к двери, пообещав: - Вечером я еще зайду. Так что пей сок. Юи повалилась на подушку, ощущая себя истощенной морально и физически. Бросив взгляд на календарь, она отметила, что провалялась в беспамятстве два дня. «И неужели все эти два дня?..» - по инерции она потянулась пальцами к шее, перепачкав их в собственной крови. Изучая алую влагу, будто видела ее впервые в жизни, она вдруг поднесла ладонь к губам и слизнула ее. И тут же поморщилась, поразившись: «И как он может это все время пить?!» Повернувшись на бок, она взяла с тумбочки пакетик с клюквенным соком, проткнула трубочкой фольгу и послушно начала пить. Ее уже тошнило от этого напитка, который она употребляла ежедневно, да не по одному разу, но что делать, раз так ей сказал ее Госпо… «Ой. Опять я так его назвала, - поразилась сама себе девушка, - хотя это неудивительно. Он же постоянно твердит: «Я твой Господин, я твой Господин!» Вот я и веду уже себя, как покорная собачонка». Юи тяжело вздохнула, но не переставала думать о нем. Сколько бы она его не обвиняла, не упрекала в жестокости и насилии, сколько бы он над ней не издевался, она отчего-то знала, что все это лишь цветочки по сравнению с тем, что бы с ней сделали остальные братья, если бы Аято каждый день не ставил на ней свою печать. Фактически, единственным, кто мог бы теперь на нее посягнуть, был Шу, но старший Сакамаки слишком равнодушен ко всему, что происходит в семейном замке, чтобы встревать по такому ничтожному поводу в перепалки со своим задиристым сводным братом. Посему, в каком-то смысле, она была под своеобразной защитой, пусть и такой насильственной и отчасти болезненной. Но вот теперь Аято заподозрил ее в сговоре с Райто и Канато, и мало ли, что придет ему в голову. А все потому, что Юи нездоровилось в тот день с самого утра, и она попросила отложить «кормление» до ужина, чем сама же навлекла на себя пристальный интерес со стороны двух, поджидающих удобного случая, вампиров. Райто и Канато, весьма изредка получавшие доступ к ароматной крови пленницы «Его Величества Аято», ревностно охранявшего свою собственность, меры явно не знали – так Юи и оказалась на грани обморока. «И если подумать, он мог бы выпить меня до дна. Или пить понемногу эти два дня, пока я была без сознания, но он… Нет, он такой же вампир, как и все они. Вот только… тот поцелуй почти три месяца назад, он был такой… Ах, какая же я глупая!» *** Дверь тихо отворилась, но на пороге никого не было. Поборов напавшую дрожь, Юи прижалась к изголовью кровати, кутаясь в одеяло. - Бу! – выкрикнули ей в самое ухо. Взвизгнув, девица мало что не подпрыгнула до потолка, попутно приложившись головой об угол витой спинки. - Ай, - потирая затылок, она взглянула на своего ночного гостя, испытывая заметное облегчение. – Слава Богу, это Вы. Аято недоуменно уставился на девушку, явно сомневаясь в ее душевном здравии. - Крепко приложилась, Блинчик! Бога о таких, как я, не благодарят, - он коварно улыбнулся, обнажив крепкие белоснежные зубы с тонкими иголками клыков. - Я думала, это кто-то из Ваших братьев, - тихо пояснила Юи, убирая волосы с шеи и садясь поближе к парню. - Я же испил тебя сегодня, не глупи! – он как-то странно поморщился, наблюдая за действиями своей жертвы. – И чего это ты вытворяешь? Решила состроить из себя покорную лань? Блинчик, ты меня поражаешь! – Аято дернул ее за запястье, прижавшись губами к почти просвечивающей коже в том месте, где у поверхности была отчетливо видна вена. И снова Юи захлестнули двоякие ощущения: с одной стороны неприязненный холодок и предчувствие боли, а с другой – мягкое прикосновение его прохладных губ и мурашки по коже. Девушка зажмурилась, но Аято аккуратно проткнул кожу, лишь слегка оцарапав ее клыками, после чего принялся слизывать выступившие на поверхности капельки. Пораженная таким поворотом событий, Комори сидела, затаив дыхание и прислушивалась к своим ощущениям. «Господи… как это… приятно». Аято сдавил пальцами ее запястье, чтобы выдавить еще немного крови, но даже это не принесло ей неприятных ощущений. - Аято… сан, - удивленно посмотрела Юи на вампира, когда тот закончил. - Чего ты так уставилась на меня? Выкинь ерунду, пришедшую тебе в голову! – он поднялся и направился к выходу, по пути сытно облизываясь. – Просто, как Господин, я должен следить за состоянием своей собственности. – Юи молча кивнула, будто подтверждая это для самой себя. У двери Аято остановился, слегка обернувшись. – И… еще кое-что. - Да, Аято-сан? - Я… тебе верю, - выдохнул вампир и исчез, растворившись в ночной тишине.