Если у вас нету коти...

— Съешь ее, Нагайна, — небрежно сказал Волдеморт. Он не знал и не хотел знать, откуда забрела в этот старый дом глупая деревенская кошка и как она проникла сквозь защитные чары. Болван Хвост даже такую простую вещь не способен сделать как следует. Когда он вернется, он свое получит, а пока Нагайна разберется. Слабой рукой Волдеморт потянул на себя одеяло, повозился в кресле, пытаясь закутаться. Камин почти догорел и становилось холодно. Где шляется Хвост, хотелось бы знать, разве непонятно, что его хозяину нельзя мерзнуть? В этом слабом и маленьком теле и так тяжело поддерживать жизнь, а если еще тратить силы на обогрев… Шипение возле кресла не затихало, и пришлось открыть слипающиеся глаза. С трудом повернув голову, Волдеморт увидел Нагайну, но шипела не она. Шипела кошка, наскакивая на Нагайну, да еще и лупя ее лапой по голове. Нагайна уворачивалась, но как-то вяло, и, кажется, пыталась уползти. После серии особо метких ударов по морде она и правда уползла куда-то за пределы видимости, а кошка направилась прямо к креслу. — Нагайна! Нагайна! А ты брысь, гнусное животное! Нагайна не отзывалась, а гнусное животное нахально запрыгнуло на кресло и уставилось на Волдеморта. Он потянулся было за палочкой, но кошка махнула хвостом и палочка скатилась с подлокотника на пол. Волдеморт выругался. А кошка замурлыкала и потерлась об него головой. — Брысь! — снова попытался он. Но кошку было не остановить. Она бодала Волдеморта лобастой головой, колыхая его маленькое тщедушное тельце, и мурлыкала, как тарахтящий мотор магловского автомобиля. Потом принялась топтать его передними лапами. — Хвост! Нагайна! — задыхаясь под натиском этой мохнатой увесистой нежности, хрипел Волдеморт. Безрезультатно. Никто не отзывался, все его бросили, все предатели, все… Но тут кошка прекратила пихаться и топтаться, и улеглась, теплым и плотным кольцом окружив Волдеморта. Шерсть лезла ему в нос, кончик хвоста щекотал ухо, тяжелая кошачья голова придавила грудь. — Хвост, — еще раз полузадушенно простонал он. От кошки исходило мощное тепло. Такого тепла не было ни от бесчисленных одеял, которыми укутывал его Хвост, ни от жарко натопленного камина. Приглушенное мурлыкание усыпляло, и Волдеморт уснул. Как только маленькое существо заснуло, кошка перестала мурлыкать. Она была довольна собой: она нашла дом, где можно пережить зиму, она прогнала трусливую жирную змею, она согрела маленького хозяина, и самое главное, она была сыта. Она только что убила и съела большую крысу. Крыса была старая и костлявая, на одной ее лапе не хватало пальца, но наверняка здесь водятся и другие. А со змеей мы еще разберемся, думала кошка, засыпая. Если ее убить, еды вообще хватит надолго. Вон она какая большая…