misunderstood

– Честное слово, я тебя ударю когда-нибудь. – Отличная идея, поддерживаю. В очередной вечер в столовой кадетского корпуса разгорелась целая баталия: к уже ставшей привычной ругани Эрена и Жана внезапно подключилась и Анна, принявшая сторону последнего. Для всех остальных это был уже вечный надоевший спор о том, кто и куда хочет вступить по окончании учебы. Что стало неожиданностью для Армина, разведчица, услышав от Эрена обвинения в трусости в сторону Жана, не на шутку разозлилась. – С чего ты взял, что все должны думать как ты? С какого хрена ты вообще решил, что выбор Жана хоть как-то тебя касается? – Этот ссыкун может идти куда угодно, так даже лучше будет, если бесполезный шлак станет подальше от меня. – Ты че сказал?! – Не заебешь, так замучаешь, – возведя глаза к потолку, простонала Анна. – Прикинь, это, блять, нормально – бояться, все мы боимся чего-то, а ты прикидываешься каким-то сверхчеловеком, у которого мир разделен на две части, но, представь себе, он не черно-белый, – с каждым словом девушка все больше распалялась, – у тебя же зрение цветное нахуй, так какого члена ты все в монохроме видишь? – Ага, только вот кто-то боится и сражается, а кто-то отсиживается за стенами и трясется только за свою жалкую шкуру, – выразительно посмотрел на Жана Эрен. Анна оттеснила плечом Жана, который готов был начать драку. Армин решил вмешаться, пока конфликт не зашел слишком далеко, но его остановила Микаса. – Не надо, – тихо проговорила она, – я скажу когда. Парень против своего желания сел обратно. Он заерзал, смотря на то, как ругаются два его друга, и чувствовал, что просто обязан остановить их. Дискомфорта добавляло и то, с каким жаром Анна вступилась за Жана: Армин замечал, что девушка, не считая троицы друзей, предпочитает общение максимум с Кирштайном, Марко и Сашей, но не думал, что она способна воспринять так близко к сердцу споры двух конкурентов, да еще и занять именно сторону Жана. Армин считал это странным, ведь именно на Жана Анна накричала в первый же день знакомства и именно он задавал неудобные вопросы, на которые девушке явно не хотелось отвечать. Не имея возможности сделать хоть что-то, Армин продолжал сидеть, тревожно смотря на спорщиков, а мысли продолжали разгоняться. Он вспомнил, что Анна как-то сказала, что ее бесит Эрен. Он вспомнил, что девушка смеялась над шутками Жана и отвечала ему с практически неизменным язвительным тоном. Может быть, учитывая ее характер, это была такая форма флирта? Армин перевел взгляд на разведчицу: та что-то яростно доказывала Эрену, вытянув руку за спину. Ладонь уверенно упиралась в грудь Жана, который на удивление смиренно реагировал на такую незначительную попытку его сдержать. В груди неприятно кольнуло: что, если девушка лишь пыталась через Армина сблизиться с Жаном? Парень чувствовал себя использованным. – Будь готов, – шепнула Микаса. Армин поднял голову, чтобы понять, что изменилось за то время, пока он был погружен в себя. – Да если мы все будем сидеть в стенах, то просто отсрочим свою гибель! Если человечество хочет выжить, то нужно истребить чертовых титанов! – Ну да, – неожиданно согласилась Анна. Похоже, спор действительно сдвинулся с мертвой точки. – Так почему ты его защищаешь? Он же бесполезен для этой цели! – Потому что он решил, что так лучше для него самого. Не все должны вступать в разведкорпус, потому что не все готовы умереть в свои лучшие годы. Если там окажется человек, который не готов к смерти ради идеи, то он обосрется и умрет на первой же миссии, уж поверь. В разведкорпусе нужны только наглухо отбитые люди, других не берут. Эрен с Анной смотрели друг на друга, часто моргая. Накал уже спал, и только Жан все еще готов был продолжать скандалить. В этот момент Микаса поднялась со своего места, Армин поспешил за ней. Подруга спокойно сказала: “Теперь разговор окончен”, – и этому спокойствию невозможно было не подчиниться. Жан открыл было рот, но Армин поспешил его утихомирить, стараясь не смотреть ему в глаза – теперь парню отчего-то было неприятно взаимодействовать с сокурсником. Когда Армин вернулся к своему столу, его друзья продолжали обсуждать произошедшее: – …Потому что вы одинаковые, – проговорила Микаса. – Оба считаете, что существует ваше мнение и неправильное, вот и готовы ругаться до потери пульса. – Что? Нет! – практически одновременно проговорили Эрен и Анна и изумленно и неприязненно уставились друг на друга. – И считаете, что должны лично всех спасти, – добавил Армин, сев напротив Анны. На это девушка утвердительно-пораженчески кивнула головой и проговорила: – Хотя нихрена для этого не умеем. Эрен хотел было возмутиться, но осекся и задумался. Анна же заметила изменившееся настроение Армина и то, что место рядом с ней, предназначенное для Арлерта, продолжало пустовать. Разведчица протянула руку через стол и слегка толкнула ладонь Армина: – Все в порядке? – Да, – соврал он, поднимая взгляд на нее. Девушка озадаченно наклонила голову, но решила промолчать. Разговор не клеился, и уже через пару минут парень встал из-за стола и, пробормотав что-то невнятное, поспешил к выходу. За своей спиной он услышал шепот девушек: “Что мне сейчас делать? – Догоняй его, конечно”, – и решил ускориться, но на улице его все равно остановила рука, сжавшая его плечо. – Ты куда так разогнался? – К себе. Я устал и хочу спать, – сказал Армин, дернув плечом в попытке стряхнуть ладонь Анны. Девушка не сдавалась: она обогнала парня и остановилась прямо перед ним, не давая пройти дальше. Он в раздражении вскинул глаза на нее: – Чего ты хочешь? – Узнать, в чем дело, разумеется, – на ее нахмуренном лице отразилось, как показалось Армину, искреннее непонимание. Он замолк, закусив губу. Видя реакцию девушки, Арлерт чувствовал себя глупо, но ведь ему не могло же показаться? – Зайчонок, ты расстроился из-за того, что я влезла в этот срач? Все же хорошо закончилось. Да и спорить иногда тоже важно, мне, например, нравится, когда ты со мной не соглашаешься. Конечно, видеть ссору близких друзей ему было неприятно. Хотя Анну едва ли можно было назвать близким другом – они общались всего-то три месяца, – Армин успел к ней сильно привязаться: время рядом с новой подругой летело быстро, и одно ее уверенное присутствие дарило ему столь желанный после неростых кадетских будней тепло и комфорт, напоминавший ему зимние вечера возле очага. Однако сегодня казалось, что огонь был готов перекинуться на его лучшего друга. И все же дело было не только в этом. – Почему ты вступилась за Жана? – наконец спросил Армин. – Я не вступилась за Жана, а хотела посраться с Эреном, – после небольшой паузы ответила Анна. – Я же тебе говорила, что он меня раздражает, зато теперь я уже знаю, что раздражали меня в нем мои же качества. Мысль неприятная, но зато теперь все понятно, – пожала плечами девушка. Если вспомнить, над предыдущими стычками Эрена и Жана разведчица только посмеивалась, так что, возможно, она действительно не ставила цели защитить последнего. Армин немного успокоился, но все же ему хотелось разрешить мучивший его вопрос, поэтому он как можно более непринужденно спросил: – Значит, Эрен тебя больше не бесит? А Жан? Разведчица слегка задумалась: – Не то чтобы не бесит совсем, но я начала понимать его чуть лучше. А Жан… ну он норм. Мне нравится, когда люди не тупые, а он пусть и не такой умный, как ты, но вроде тоже соображает. От этих слов сердце Армина снова согрелось. Он никогда не был обласкан вниманием, особенно в последние годы, и то, как Анна говорила ему комплименты будто между делом, словно это само собой разумеющееся, до сих пор выбивало у него почву из-под ног. Теперь парень чувствовал себя счастливым и глупым: как он мог думать, что подруга способна обмануть его, когда она на протяжении многих недель методично врывалась в его личное пространство и словами, и поступками, заставляя его постоянно смущаться, да и в конце концов, когда из всех кадетов только он получил это глупое нежное прозвище. Армин был ослеплен злостью, поэтому не мог видеть картину целиком. “Я решила больше не пытаться”, – пронеслись у него в голове слова. Но ведь ради него она попыталась, как он мог забыть об этом? Анна, казалось, заметила перемену в его настроении, поэтому приблизилась и неуверенно, словно он мог ее оттолкнуть (какая глупость), обняла его. – Прости, наверное, тебе было неприятно, оттого что я поругалась с твоим лучшим другом. Но все это к лучшему, не принимай близко к сердцу, – пробурчала она ему в волосы. – Нет, ты прости, я просто… все в порядке, – прошептал Армин ей куда-то в плечо. И что на него только нашло? Парень пообещал себе подумать об этом позже.