Играть могу только я

Я обернулась в сторону голоса. За тем же столом сидел парень, и аккуратно орудуя вилкой и ножом, приговаривал яичницу. — Это кто? — в недоумении обратилась я к отцу. Марго поставила передо мной завтрак: из двух тостов с арахисовой пастой и свежесваренный кофе. — Приятного аппетита, Мисс Росс, — прошептала домработница и удалилась из столовой по направлению лестницы. — Это Калеб Холл, моя правая рука и отличный парень, — ответил отец. Краем глаза он поглядывал на наручные часы. Калеб заерзал на стуле, словно не ожидал услышать этих слов от отца. — А с каких пор отличные парни завтракают у нас? — я все еще продолжала игнорировать присутствие Калеба и вела диалог исключительно с отцом. Один из тостов был невероятно горячим, так что когда я попыталась взять его в руку, то пальцы предательски зажгло, отчего пришлось бросить завтрак обратно на тарелку. Калеб ухмыльнулся на мое действие. Парень был симпатичный, но казался и одновременно смазливым. Не то это его образ перед отцом, или он и в жизни был такой. Мой взгляд устремился к нему, но он был совсем неодобрительный. — После завтрака ты собираешь свои вещи и едешь с Калебом в загородный дом его родителей, — сообщил отец. Мой взгляд тут же померк. Я абсолютно не понимала, почему должна ехать с этим смазливым мальчишкой куда-то. Это никак не входило в мои планы. — Чертос два, папочка, — начала я закипать от злости. — С чего вдруг? Отец посмотрел на меня неодобрительно. В его взгляде читалось «Где твоя вежливость?». Папочка совсем мало времени проводит со мной и даже не знает, какая его дочка стерва. То что мы сейчас сидим и вот так завтракаем случается не чаще двух раз в полгода. Бизнес полностью захватил моего родителя. — Стейси Меган Росс, — продолжение будет серьезным, раз папа обратился ко мне так официально, — с каких пор мои решения становятся обсуждением? В тоне отца стал проявляться серьезный командный голос. Его он использовал всякий раз, когда ему перечили или не слушались. Он человек власти. Ему нельзя возразить или поспорить. Все должно быть только так как он говорит. Вот в кого я такая. Немного подуспокоив своего внутреннего зверя, я сказала: — Пап, я просто хочу знать причину твоего решения. Калеб оставил свой недоеденный завтрак, встал из-за стола и ушел по направлению гостинной. Мы с отцом смотрели друг на друга. Я ждала от него рассказала, а он будто просто что-то выжидал. — Тебе грозит опасность, — осторожно сказал отец. Его взгляд был серьезным, но от его слов ко мне стал подступать смешок. Я понимала, что сделаю этим только хуже, если дам вырваться смеху наружу, поэтому я прокряхтела, словно что-то в горле мне мешало. — Всего я рассказать тебе не могу, поэтому ты должна меня послушаться и сделать так как я тебе сказал. Папа ввел меня еще больше в непонимание происходящего. По телу даже пробежали мурашки. Ни разу за свои годы я не переживала, что со мной может случиться что-то плохое. Аппетит пропал, и та любимая еда, что стояла передо мной, стала казаться несъедобной. Если отец решил меня отправить из дома куда-то, еще и приставил ко мне этого парень, то это говорит о том, что дела очень и очень плохи. Хотела я ему еще возразить, но понимала, что сделаю только хуже. — Завтракай и собирайся, — повторил отец, смотря на мое состояние. — Я поеду в офис. Калеб на машине вас отвезет. Чарли я дал отпуск. Папа встал из-за стола и не проронив больше ни слова ушел, оставив меня наедине с мои «несъедобным» завтраком и мыслями. Что же это может все значить? Почему мне грозит опасность? Грозит ли она ему? Почему он мне ничего не рассказывает? Раз Калеб правая рука отца, то думаю тот мне и ответит на все мои вопросы. Словно прочитав мои мысли, парень показался в дверях столовой. — Вам понадобиться помощь, чтобы собрать вещи? — обратился Калеб ко мне. Я помотала головой и пошла в комнату. Думаю расспрошу его по дороге. Зайдя в свою комнату, я застала Марго, что прибирала мои вещи и раскладывала по полкам в шкаф. — Ты должна была сделать это еще вчера, — буркнула я в ее адрес. — Простите, Мисс Росс, — заволновалась домработница. — Я вчера брала отгул. Ваш отец меня отпустил. — Пошла вон, — сказала я, и седовласая женщина, извинившись, удалилась из моей комнаты. Комната была почти прибрана, лишь пара вещей аккуратно уложенных остались на моей кровати. В комнате по соседству было что-то типо моего шкафа. Вещей у меня было много, все они не помещались в тот шкаф, что стоял в моей комнате и потому я приняла решение переоборудовать одну из многочисленных комнат под гардеробную. Она находилась по коридору к лестнице справа. Схватив те вещи, что лежали на кровати, я направилась в переделанную гардеробную. Спустя минут тридцать моих мучений с выбором вещей с собой, я конец собрала чемодан и сумку. В дорожную сумку я положила туалетные принадлежности, в чемодан вещи, которые посчитала необходимыми на время пребывания в загородном доме Калеба. — Эй, — позвала я парня, когда спустилась на первый этаж. Юноша сидел в гостинной на белом кожаном диване и смотрел на тлеющие деревяшки в камине. Мой голос оторвал его от этого важного занятия. — Вещи собраны, можешь отнести их в машину, — сказала я подходя к дивану. На столике рядом с камином стоял мой ноутбук. Схватив его под руку, я пошла сторону двери. За это время Калеб не сдвинулся с места. — И чего ты ждешь? — спросила я и обернулась от двери к нему. Парень встал с дивана и стал подходить ко мне. — Уважительного отношения к себе, — парень подошел ко мне так близко, что я слышала его дыхание и чувствовала своей макушкой. Он был на голову выше меня. — Черт его знает, сколько нам предстоит провести время вместе, и я не собираюсь терпеть твое грубое, хамское поведение. Калеб на какое-то время замолчал, а потом продолжил: — Я уважительно отношусь к твоему отцу, и он предупредил меня, что ты та еще стерва, но обращаться с собой я так не позволю. Калеб рукой коснулся моего подбородка, от чего пришлось поднять голову. Парень ехидно заулыбался, когда посмотрел в мои растерянные глаза. Его рука опустилась, и он пошел к лестнице. Я осталась на месте, не могла пошевелиться, будто меня пригвоздили к месту. Я была в растерянности, что какой-то смазливый чудик, решил показать свое «Я». — Мисс Росс, — послышалось сверху. — мы можем ехать. Калеб спускался вниз с моими вещами. Наконец, мой ступор прервался, и я открыла входную дверь. Парень, как ни в чем не бывало, укладывал мои вещи в багажник серого лексуса. Этот автомобиль я у нас еще не встречала. Наверное, эта машина Калеба. Внезапно чувство тревоги снова нахлынуло меня, когда на подъезде к дому показался черный тонированный джип. Юноша заметил мое беспокойство и сказал: — Это охрана дома. Калеб закрыл багажник и подошел к заднему пассажирскому месту, и открыл дверь. — Все настолько серьезно? — попыталась уточнить я. Парень ничего не ответил, только рукой указал на то, чтобы я присела в машину. Наперекор ему, я подошла к переднему пассажирскому сидению и молча села. В боковом правом зеркале я увидела, как Калеб снова усмехнулся и закрыл дверь. — Весело нам будет, я смотрю, — сказал юноша, сел в машину и завел двигатель. Всю дорогу я думала о том, что могло произойти у отца. Когда я пыталась уточнить у Калеба, он молчал. Я даже не знала и никогда не пыталась узнать у папы чем вообще занимается его фирма, чтобы хоть немного прийти к пониманию о том какая опасность нам угрожала. Все случилось так неожиданно и быстро. Еще с утра я мучилась с головной болью от похмелья. После завтрака бы как обычно стала строить планы на день, а потом и на ночь, но то что вот так вот пришлось просто собраться и уехать выбило меня из колеи. Столько в голове крутилось вопросов, но никто мне не мог дать ответа и это начинало сводить меня сума. Что бы сейчас было бы, если бы мама была с нами? Когда мамы не стало, мне было пять. Отец, как я помню, долго разрабатывал план по открытию фирмы, чтобы отвлечься от мыслей о маме. Ее смерть стала для него ударом, что не сказать обо мне. Я не проронила ни слезинки. Ни когда узнала, что она умерла, ни на похоронах, ни после. Меня даже показывали психологу, потому что решили, что смерть мамы меня сломала. Психолог не выявила у меня никакой травмы. Просто я оказалась такой бессердечной. Но сейчас мне страшно. Страшно потерять отца. — Приехали, — прервал мои мысли Калеб. Перед нами открывался вид на небольшой домик, если сравнивать с размерами моего жилища. Он был огорожен невысоким забором. Парень открыл вход на участок и пропустил меня вперед. Тогда я сразу обратила внимание, что перед домом по левую сторону от него стоял фонтан. Нижняя часть выполнена кругом из каменной кладки. Выше, что и являлось основной частью фонтана, были три чаши. Они шли по убыванию вверх. У последней чаши возвышался небольшой конус, из которого и выбивалась вода стекая вниз. За счет того, что к низу чаши стояли по нарастанию, создавался эффект небольших водопадов. Смотрелось очень красиво. Кругом много зелени, деревьев. Участок сам по себе был небольшой. Зимой, под пеленой снега, тут, должно быть, выглядит местность сказочной. Сам дом был из деревянных брусьев, от чего на самом участке создается теплое чувство уюта. Калеб забрал мои вещи из багажника и пошел к дому. Я не стала отставать и следом пошла за ним. Мою сумку он закинул на плечо, а рядом с дверью поставил чемодан. Стал рыскать по своим карманам, видимо в поисках ключей. Он обернулся в сторону машины. — Не поможете, мисс Росс? — вопросительно парень взглянул на меня. — Я в машине оставил ключи от дома. В подлокотнике. Возле двери, под скрытой частью крышей, стояли два кресла друг на против друга. В одно из них я плюхнулась и скрестила руки на груди. — Я понял, — Калеб бросил мою сумку на пол из деревянных досок и стал возвращаться к машине. Я из заднего кармана достала телефон. Нажав на кнопку разблокировки, ничего не произошло. Телефон по прежнему показывал черный экран. — Черт, — выругалась я и убрала средство связи обратно. Видимо, телефон успел разрядиться. Юноша заметил это и усмехнулся. Кажется этот парнишка так и будет надо мной усмехаться. Калеб подобрал нужный ключ, и дверь со скрипом отворилась. — На заднем сиденье остался твой ноутбук, — сказал он, когда заходил в дом. Меня поражает тем, что то он ко мне на «Вы», а потом на «Ты». — Так почему ты его не забрал? Калеб обернулся ко мне и с улыбкой на лице спросил: — А кто тебе сказал, что я должен был его забрать? Напыщенный индюк. Я встала с кресла и пошла к машине. Дернув ручку задней двери, она не поддалась. — Сука, — выругалась я и вернулась к дому. Мои вещи по прежнему стояли у двери. Я вошла в дом, но Калеба нигде не было видно. — Дверь закрыта, — крикнула я, в надежде, что он где-то неподалеку и услышит. — Я знаю, — донесся крик со второго этажа. Я уже начинала закипать от злости. Со мной никто так не обращался, как этот напыщенный индюк. Он просто еще не догадывается, что сделает с ним отец, когда я расскажу о его поведении. — Так открой, — снова крикнула я. На деревянной лестнице, ведущей на второй этаж, появился Калеб. Он одним резким движением кинул мне ключи от машины. По инерции я их поймала. — Открой, — сказал он. Я продолжала стоять на одном месте и сверлить парня, пока тот спускался по лестнице. — Вещи мои отнеси в мою комнату, — вдруг сказала я. Моя злость на него настолько переполняла меня, что я не ожидала, что могу что-то сказать вообще. Калеб шел на кухню, что была слева от меня, но резко остановился. Он обернулся в мою сторону и аккуратно стал приближаться ко мне. В его взгляде читалась злость. Губы начали туго смыкаться, а брови опускаться. — Стейси, — начал парень, когда снова вплотную подошел ко мне. Отсутствие личного пространства ставило меня в ступор. По всей видимости, он с первого раза понял и теперь пользуется этим. — Я тебе не Марго. Я тебе не Чарли, и я тем более тебе не твой отец. С этого момента ты самостоятельная девочка. Берешь ноги в руки и все сама. Ноутбук берешь сама. Машину открываешь сама. Вещи несешь в комнату сама. А еще научись говорить слово «пожалуйста». Не дождавшись моего ответа, Калеб тут же развернулся и ушел на кухню. Я направилась обратно к машине. Посмотрела на ключи, а там оказалось три кнопки. Я абсолютно не знала на какую надо нажать и решила методом тыка. Нажав на одну из кнопок, машина замигала и начала предательски пищать, что даже птичка, которая сидела рядом на дереве улетела. Я растерялась и стала тыкать разом на все кнопки, но ключ мне не поддавался. Из-за забора вылетел Калеб, отобрал у меня ключи, и успокоил рев машины. — Ты издеваешься? — спросил он у меня и после нажал на нужную кнопку, чтобы открыть машину. — Откуда я знала, что тут столько кнопок, — стала оправдываться я и доставать ноутбук. — Моей машиной всегда занимался Чарли. Я ни разу за рулем то не сидела. Калеб вздохнул, закрыл автомобиль и ушел к дому. Я пошла за ним в обнимку с ноутбуком. На пороге дома я закинула свою сумку на плечо и попыталась взять той же рукой чемодан. Сумка тут же упала поверх чемодана. Калеб обернулся на звуки моего возмущения и пинания вещей. Он молча подошел и забрал то с чем я не смогла справиться, после чего пошел на второй этаж. Я направилась за ним. Дом, оказалось, был из двух этажей, на что я не обратила внимание еще на улице. На втором этаже было три комнаты. Прямо перед лестницей в небольшом закуточке: стоял книжный шкаф, два кресла, напротив друг друга, и небольшой круглый столик. Справа по коридору были две комнаты. Одна из них была моя, а вторая пустовала. В другом конце коридора, слева от лестницы, была комната Калеба и ванная комната, как объяснил мне парень. — Я хочу рядом с ванной, — заявила я, когда Калеб поставил мои вещи возле двери в мою комнату. — Нет, это моя комната и жить в ней, как и заходить, строго запрещено, — серьезно сказал парень и удалился. Что же такого там скрывается, что вход туда строго запрещен? Я обязана буду выяснить.