Фатум

14. POV Ом, Нанон Они просыпаются сегодня на удивление рано. Лёжа в обнимку, тесно прижавшись друг к другу, наслаждаются тишиной и рассветом. Нанон с блаженным вздохом потягивается и закидывает колено на бёдра Ома. — С тобой всегда так уютно и спокойно, так расслабляешься, что и вставать не хочется. — Ну, тогда вставай частично, одной частью тела, могу помочь, — Ом улыбается, не открывая глаз. Ему тоже очень хорошо сейчас. — А, я вспомнил, что мне снилось. Что мы с тобой студенты и почему-то враждуем. При этом ты за мной бегал, а мне во сне так сильно хотелось морду тебе набить, а потом поцеловать. А ещё ты меня во сне страшно бесил. Ом смеётся. — Вот чё ты ржёшь, — Нанон тыкает его в бок. — Странный сон же, ведь в реальности я тебя люблю. Да, я тебе не успел вчера рассказать про один сюрприз. Кое-кто накинулся на меня с порога и заставил обо всём забыть. — Он трётся щекой о грудь Ома. — В общем, нас с тобой приглашают выступить на концерте. — Нас? В каком смысле? — Недавно мой режиссёр случайно увидел твои фотки в моем телефоне, когда я листал галерею в перерыве. И ты его просто в восторг привел своим необычным видом. Брутал такой, весь в татухах. Вот у него такая идея и появилась, он предлагает нам исполнить одну песню дуэтом. Ты ведь тоже хорошо поёшь, я знаю. Ты согласен? — Ммм... Ты уверен, что это хорошая идея? Я никогда не выступал на сцене. Но я согласен, это должно быть интересно. — Вот и хорошо, а то я уже согласился за нас обоих. — А не дохуя ты на себя берешь? Согласился он. — Ом делает вид, что недоволен. — Что за песня хоть? — Just friends. Не злись, я же знаю, что ты добрый. — "Просто друзья"? Да, пожалуй, нам подходит. Ладно уж, прощаю, — Ом притянул его к себе и начал целовать щёки, лоб, кончик носа, и наконец мягкие губы, с готовностью открывшиеся навстречу его губам. — Ты просто знаешь, что я тебя люблю, и пользуешься этим. Нанон улыбнулся в поцелуй. *** Как много народа здесь... Рука дёрнулась приобнять Нанона за талию. Ему просто подсознательно хочется быть рядом с другом, оберегать и защищать, и Пават держится за его спиной, прикрывая тыл, не позволяя никому из суетливой толпы задеть Нанона. В чём дело, репетиции же прошли спокойно, не было такого волнения, как сейчас. Прямо под ложечкой сосёт. Надеюсь, я смогу нормально выступить. Но при выходе на сцену волнение пропадает с первыми нотами. Песня захватывает их, погружает в себя полностью. Чувства почему-то намного сильнее, чем на репетициях. Сейчас они не давние любовники, а просто лучшие друзья... которые втайне любят друг друга. Они поют, глядя друг другу в глаза. В конце выступления они останавливаются на платформе, которая в нужный момент поднялась выше. Луч света выхватывает из темноты их фигуры. Они медленно приближаются лицом к лицу — невыносимо хочется ощутить поцелуй. Нанон замирает, когда остался какой-то сантиметр до желанных губ, а носы уже почти соприкоснулись. Воздуха не хватает, сердце бьётся где-то в горле. Мелодия держится на высокой ноте, лёгкая улыбка тенью скользит по губам. — Я так его люблю. В зале гаснет весь свет, оставив только цветные пятна перед глазами. И Нанон не может и дальше себя сдерживать, первым прикасается к губам Ома, берёт его за локоть. Это не страстный поцелуй взасос, а короткое касание, безумно жгучее, чувственное, выражающее их привязанность друг к другу, благодарность за дружбу, взаимность, надежду на дальнейшие отношения. Поразительно, сколько чувств вмещает такой короткий поцелуй! У Павата кружится голова, он держится за Нанона, чтобы не упасть. Зал взрывается аплодисментами. *** Несколько лет спустя. Ом работает с очередным клиентом, с трудом сдерживая нетерпение. Сегодня вечером у Нона премьера нового фильма и они собираются посмотреть его вместе. Клиент, довольно пожилой человек, пришел набить татуировку. Ом разговаривает с мужчиной, убеждая его, что для тату нет возрастных границ, нужно только личное желание и решительность. Тот отвечает, смеясь, что его убедили отзывы друзей о работе Павата. — Вы же наверняка знаете, какие слухи про вас ходят. Ом только усмехается — знаю, мол. — Вот я и собрался наконец, всю жизнь ведь мечтал о тату, но всё как-то не складывалось, всё время что-то мешало. — Лучше поздно, чем никогда. Если я могу доставить вам такую радость, то я буду доволен. Вежливый, обходительный и умелый мастер не сидит без дела, запись к нему уже на несколько месяцев вперёд. Наконец работа почти закончена и Ом облегченно вздыхает. — Я вас задерживаю, простите, — мужчина улыбается Павату. — У вас явно назначено свидание, а тут я некстати. Ом слегка краснеет и смущенно улыбается в ответ. — Это так заметно? Да, сегодня у моего парня премьера нового фильма, и мне не терпится уже пойти в кинотеатр. Хотя время до начала еще есть, не переживайте, сделаем рисунок в лучшем виде. — У вас так глаза горят, когда вы о нём говорите, должно быть, вы его очень любите. Эх, молодость... У Ома на самом деле горит всё внутри при мыслях о Наноне. Хотя они уже давно встречаются, страсть никуда не делась. Нанон бывает такой разный, что Пават влюбляется всё сильнее с каждым свиданием, с каждым днём, проведённым вместе. Хотя, казалось бы, куда уж сильнее? Каждая сыгранная роль оказывает на Нанона какое-то влияние, оставляет некий след, и Ом радуется успехам друга, его счастью и улыбке с ямочками. И глаза Нанона теперь не бывают пустыми, в них всё время что-то есть, и чем больше персонажей он играет, тем больше это значение передаётся. Его очарование — это его глаза, они очень впечатляющие, и поэтому так легко настроиться на него и понимать, что он чувствует. Пават едет в кинотеатр с предвкушением — что же новое появится в Наноне сегодня ночью? Каким огнём будут гореть его глаза?.. — Он улыбается своим мыслям.