Безвозвратно

      Венти пишет балладу о розах и проклятиях.       Его творение прекрасно в той же степени, что и ужасно, ведь пропитано горькой правдой и тягучим, будто патока, отчаянием. Эта песня не просто отображение истории одной ведьмы, нет, это предупреждение всем тем, кто смеет бросить вызов Богам.       Предсказание незавидного будущего.       Время розы на исходе,       Проклятье набирает обороты,       Скоро станет хуже втрое,       Ты не бойся темноты,       в ней спасение найди.       Лиза не держит зла на Архонта Свободы. В конце концов, он тоже заложник ситуации, правда, имеет некие привилегии. Песни и вино — это все, что у него осталось после великой битвы за город.       (И разбитое сердце, ведь должен же бард о чем-то петь?)       У нее есть что терять. На пальцах одной руки не уместится. В этом и есть существенная разница между ними. Вот почему ведьма не позволяет себе сдаться. И осознает одну важную вещь.       Эта баллада (жизнь) не только о розах и проклятиях.       Подтверждением тому служит Джинн, которая вместе со своим отрядом возвращается с очередной зачистки земель. Она выглядит величественно, словно львица среди людей, и воплощает собой образ героев древности.       Интересно, каково это чувство, когда детские мечты сбываются? Когда ты в чужих глазах становишься чуть ли не самой Веннессой?       Возможно, что ничего хорошего в исполнении заветных желаний нет. Простой вывод, сделанный на основе рассказов горожан и рыцарей. Тот же Варка отметил в последнем разговоре, что подруга взвалила на свои плечи непосильную ношу.       Лиза с тоской замечает голубую ленту в золотых кудрях.       Джинн — это вбитое с детства слово «долг».       И ближе ее никого не было на свете.       Тело двигается само по себе, отточенный за годы рефлекс: заключить в объятия и не отпускать. Ведьма ощущает едва различимый цветочный аромат, что исходит от подруги. Но к нему примешивается еще один, который ей до боли знаком.       ( запах железа, предвестник скорых бед)       — Мне не хватало тебя, — шепчет Джинн, отстраняясь на мгновение, чтобы убедиться в реальности происходящего. — Ты перестала писать. Я думала, что ты забыла обо мне.       — Как я могла? — с горечью спрашивает Лиза. — Я перестала писать в силу некоторых обстоятельств, но забыть… Мы же клялись ветру на семенах одуванчиков, помнишь?       Клялись лживым богам, но об этом подруге знать не нужно.       — Как долго ты будешь в городе? — в голосе звучит затаенная надежда.       — О, я не собираюсь никуда уезжать. Я в городе до самого конца.