Наследие моей тайны

Мне почудилось? Перечитав сообщение вновь, понимаю, что мне это не кажется. Парень говорил это всерьез или брал меня на слабо? В голове полная каша и только из-за одного неожиданного вопроса. Конечно, я пойти на такое не могла, однако, не хотелось в первый наш кое-как сложившейся разговор отвечать отказом. Парень на том конце интернета, видимо подумал, что я игнорирую его снова, поэтому начал печатать. Король Ядов «Испугалась? Или настолько обрадовалась, что сказать нечего?» Усмехнувшись, я смотрю на дверь, всё было пока что тихо. Я не знала как ответить, чтобы он понял, потому что мне казалось, он не сможет спокойно принять отказ. Акация «Почему ты решил, что мы живём в одном городе?» Король Ядов «Если живёшь не в Токио, тогда я приеду. Хочу увидеть твою наглую мордашку, что так грубо разговаривает со мной». Смущённо смотрю в монитор, словно на меня смотрели и нагло смеялись. Он решил пойти ва-банк? Заткнуть меня таким способом? Или я нарвалась на парня, что любит кадрить глупых девчонок? Акация «Шутки в сторону. Да, я живу в Токио, но встречаться с тобой не хочу». Король Ядов «У тебя есть парень? Или просто не хочешь? Правильно ли будет сказать, что у меня теперь есть парень, даже если я против этих отношений. Но логичнее предположить, что он у меня уже есть, в любом случае можно сказать сейчас есть, а после уже нет. Акация «Да». Король Ядов «У вас с ним по расчёту или ты пытаешься меня обмануть, так как вероятность того, что ты меня обманываешь девяносто процентов. Если брать во внимание твоё имя в чате, мне это не нравится, но ты же девушка, а вы не можете без розовых очков, на языке цветов акация связана с любовью. Следовательно, смею предположить, по тому, что ты сказала, либо ты тайно влюблена, либо вся твоя любовь по расчёту, но влюблена в другого». Поразительно. Он великолепен. Минимально информации, быстрая реакция, чтобы всё разложить по полочкам и вывести в итог точную информацию, даже я неспособна на такое. Акация «Столько труда вложить в бессмысленное расследование. Я сюда пришла только для дружбы, а не для близких знакомств». Король Ядов «Регистрируйся тут, будем общаться дальше. Только что, ты сама выдала себя и я понял кто ты. Однажды мы встретимся, хочешь того или нет». Он понял кто я? Откуда? Он всё-таки хакер? Я… я… Нужно быстро отключится, может он сейчас считывает информацию, где я нахожусь. На тот момент, когда монитор компьютера гаснет, я шумно выдыхаю. Руки слегка дрожали, а на кончиках пальцев было легкое, но приятное покалывание. Убрав всё со стола и осмотрев своё рабочее место для уроков, я подхожу к кровати, но в этот момент, я услышала стук в окно. От неожиданности я вздрагиваю, но забывшись, подхожу к окну и смотрю на темную улицу снаружи. Как и ожидалось, после нескольких секунд разглядывания, никого там не оказалось, да и в темноту всматриваться было бесполезно, слишком темно. Закрыв окно занавеской, я ложусь в кровать и выключаю свет. Только после того, как закрыла глаза, становится ясно, что этим шутником мог оказаться тот хакер или кто он там, я теперь не понимаю, как его называть. Но на душе отчего-то было как-то приятно, будто сама не догадываясь, а оппонент мне понравился. Но лучше Сукуны всё равно нет. Это точно. Рёмен, он наверняка сейчас развлекается с Накано или знакомится с новенькой. Так. Умэ, хватит! Ты должна забыть его, ты должна сосредоточится на учёбе, на том, с кем тебе придётся жить в будущем. Конечно, забегаю вперед, для начало надо познакомится с ним, может всё не так критично, как я уже себе надумала, но мнение так быстро не поменяется. Утром я собираюсь как обычно, завтрак проходит с родителями, быстро собираюсь в школу и выхожу на улицу. По пути как обычно меня обгоняют одноклассники или даже вовсе опережают, чтобы объединиться с другими. Я подхожу к перекрёстку, как по левую сторону от меня кто-то останавливается. — Что за кислая мина с утра? — этот голос. Я оборачиваюсь и вижу Рёмена с его фирменной улыбкой. Но делая усилие над собой, отворачиваюсь от него. Первое моё испытание. Чувствую, как ко мне приближаются и рука парня свисает с моего плеча, чуть навалившись на меня, тот тихо говорит, но спокойно, что удивительно. — Твоя глупая голова не может запомнить, что я ненавижу, когда меня игнорируют? Что же мне с тобой сделать? — Оставь меня в покое. — еле выговариваю я. Мне было приятно ощутить его, но я должна забыть, должна не думать о нём. Но почему, как только я собралась забыть его, он делает всё наоборот? Это шутка судьбы? — Это еще почему? Почему? Потому что это издевательство надо мной. Займи себя уже своими пассиями и прекрати глумиться надо мной. Я и так на грани, будто вот-вот сорвусь с обрыва. Пожалуйста. — … Я хотела ответить, но из уст вырвался только пустой звук. Его это слегка раздражает, поэтому он сильнее наваливается на меня. — Что ты делаешь? — в недоумении вопрошаю. — Издеваюсь. Разве не понятно? Я на мгновение бросаю на него взгляд, тот замечает мои действия и ласково продолжает. — Мне нужно с тобой поговорить. — он смотрит на меня, а тело тут же в дрожь бросает, не могу спокойно реагировать на его тело, взгляд и голос. Голова немного стала кружиться, будто кислород в лёгкие перекрыли. Ах, нет. Это я дышу так, лёгкие отказывались нормально работать. — Нам не о чем разговаривать. Если ты о просьбе помочь тебе ещё с каким-то предметом, то пас. — Не зли меня, — он наклоняется ниже ко мне и также вкрадчиво шепчет в ухо. — Соглашайся, пока по-доброму говорю. Лицо тут же окрашивается в наливное яблочко, спина покрывается мурашками, а ноги стали будто ватными и не моими вовсе. Это что сейчас было? Он играет со мной! Прикрываю ухо рукой и резко поворачиваюсь к нему. — Прекрати! Ч-что ты себе позволяешь? — я пытаюсь отстраниться от него, но он не даёт. — Я много чего могу себе позволить, а ты своего места не знаешь. Ну, так что? По-хорошему или по-плохому? Он смотрит на меня пристально и внимательно, это сбивает меня с толку. О чём нам с ним беседовать ума не приложу, но раз он подошёл ко мне, то не просто так. Надеюсь. — Хорошо. О чём ты хочешь поговорить? — Идём. — он показывает куда-то в сторону. — Сегодня на уроки не идём. — он делает пару шагов, а я в шоке смотрю на него, будто он только что это сказал другому человеку. Рёмен замечает, что я стою на месте и полубоком интересуется у меня. — Глухая теперь? — я мотаю головой. — Значит по-плохому… — констатирует он. — Ты совсем рехнулся?! — кричу я. Другие тут же оборачиваются на нас и с интересом наблюдают за нами. Тот, будто не замечая ни моих слов, ни тех, кто стоял и смотрел за разразившейся сценой. Закатив глаза, он решает подойти ко мне и, схватив за руку, тянет за собой. А как это понимать? Что происходит? Я ещё сплю? Не сразу соображаю, что происходит, поэтому чуть погодя начинаю сопротивляться. Но сравнивая силы, всё было тщетно. Поэтому после нескольких попыток, покорно следую за ним. Глядя на наши руки, я смущаюсь, было настолько не по себе, будто попала в сказку. Если не брать во внимание реальность, то всё было, довольно не плохо. Словно он хотел признаться мне в чём-то. Я хочу, чтобы моя сказка превратилась в реальность, хочу быть с ним, но это так глупо, так по-детски. И всё же не пойму, что ему настолько сильно понадобилось от меня, что даже решил уроки прогулять. Мы проходим по полупустым улочкам, мимо парков, я даже сбилась в счёте времени, казалось, мы идём уже вечность и всё это время я смотрела на его руку, которая не отпускала мою. Не хочу, чтобы эти руки обнимали другую. Хочу, чтобы он держал меня всегда. Хочу чтобы эти руки обнимали и сводили меня с ума. Уроки уже наверняка начались, от родителей и мне прилетит, а если ещё расскажут о том, что я прогуливала с парнем, то они просто рвать и метать будут, если не на домашнюю учёбу посадят. А этого я точно не хочу. Он приводит меня в тихое место на побережье, около моста. Я смотрю на него и говорить первой не собиралась, так как не знала, что будет происходить дальше. Тот стоял ко мне спиной, уперев правой рукой себе в пояс, а второй, видимо тёр подбородок в раздумье. Меня это начало напрягать, так как его необычное состояние я видела впервые и не знала, что у него в голове твориться. Неожиданно резко, он срывается с места и взяв моё лицо в свои руки, наклоняется ко мне, будто для поцелуя, отчего ещё больше заставляет переживать. — Я кажется, влюбился… — я смотрю на него с широко открытыми глазами, ведь имени он не произнес, но в глубине души, тут же возненавидела его пассию, так как он впервые говорит о таком, тем более мне. От него я вообще никогда не слышала даже ласковых слов, видимо, та девушка действительно невероятна, раз он влюбился. Стоп. Но почему он говорит это мне? Для этого обязательно было хватать меня и вести куда-то, только чтобы сказать об этом, что у него появилась девушка? Или он решил довериться мне и попросить совета? Снова не то. — Не понимаю. — отвечаю я, еле выговорив слова. — Я здесь причём? Большим пальцем он погладил меня по щеке, отчего по спине и ногам пробежалась аж целая армия мурашек. — Даже очень причём. — он делает паузу. — Это ты. — я широко раскрываю глаза. Интересно, сколько раз меня сегодня удар хватит? — Ты понимаешь, что шутка плохая? — приняв серьёзный вид, отвечаю ему. — Почему же? Разве я тебе не нравлюсь? — подобный ответ застаёт врасплох. Он обманывает. Не скажу, что он плохо играет, просто я не верю в это. Слишком легко, слишком нереально. Взор мой падает на асфальт, около его ног, тот стоял, чуть согнув правую ногу и опираясь на левую. Уверенно стоит и смотрит на меня. — Не знаю, откуда ты эту чушь услышал, но я говорила, что ты меня раздражаешь. — Рёмен хмыкает, после чего улыбнувшись, задаёт вопрос. — А я правду сказал. Нисколько совсем нет чувств ко мне? — он как хищник наблюдал за моими движениями, на каждое изменение мимики на моём лице. В душе я ругала себя, что вот он момент, когда можно признаться, но шестое чувство будто кричало: «Не стоит»! И заметив моё сомнение и медлительность в ответе, он подходит ближе, приподнимая тремя пальцами мой подбородок, чтобы взглянуть в мои глаза. — Вижу, что не правду говоришь. Людей раскусываю как на раз-два. Он стал медленно наклоняться ко мне, прикрывая глаза, а другой свободной рукой снял мои очки. Всё происходило за доли секунды; напряжение, потом порыв и раздумье о том, что это моя первая и единственная возможность поцеловать Сукуну, после разочарование, так как до конца не верю в его искренность. А после сильный толчок от себя. Я так хочу быть рядом с ним, но понимаю, что не всё то чем кажется и как было тяжело отталкивать от себя любимого человека. Рёмен стоит с удивлённым лицом. Я плохо видела, но поняла это потому, как он не двигался и просто смотрел в мою сторону. Жаль мне этого не увидеть, а так бы ещё одни воспоминания в мою копилочку бы, да прибавилось. Не отдав мои очки, задаёт вопрос. — Что ж раз не хочешь признаваться, тогда спрошу напрямую. Месяц назад, Амэя сказала, что ты пялилась на меня, за то время, пока мы учились вместе, я наблюдал за тобой. Ты действительно странная и явно втюрилась в меня. Смотреть на меня так и ненавидеть эти действия никак нельзя назвать логичными, скорее словами прикрываешься, а сама думаешь и действуешь точно наоборот. Я не знала, как реагировать на его слова, стоять спокойно плохо получалось, сердце готово было выпрыгнуть из груди, стало стыдно за себя, будто я что-то украла. Губы то сжимались, то разжимались, а самой стало душно, тело охватило дрожь. Он понял, он раскусил меня. Я не знаю что делать. Что сказать? Что сделать? Признаться ему в чувствах? Или дальше играть и обманывать его? Но если я продолжу обманывать, возможно, он разозлиться. Что делать? Как поступить? — Ну так что ты на это скажешь? Я имею право знать, почему ты так часто смотрела в мою сторону? Наблюдала… Что сказать? В голову ничего не лезет, ситуация сродни для меня критичной. Хотя, погодите-ка, что поменяется, если признаюсь? Не думаю, что он будет издеваться надо мной после, всё равно мы сейчас одни, никто не помешает, да и он не даст. К тому же, у меня уже есть потенциальный жених. Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть к нему. Вобрав в лёгкие побольше воздуха, отвечаю. — Даже если и так, что-то поменяется? Разве тебе от этого легче жить станется? Не вижу причин признаваться в этом, если сам всё понял. — И правда, ничего не поменяется, — внутри всё обрывается. Так и думала, от этого ничего не поменяется. Он трёт подбородок, глядя куда-то вдаль. — И зачем это было нужно? — Что было нужно? — Непонимающе спрашивает он. Скривив губы, едва сохраняя спокойствие, поясняю. — Твоё «признание». Зачем было обманывать? — он легко улыбается мне, пожав плечами. — Подумал, будет забавно понаблюдать за тобой и твоей реакцией. — Тебе кажется это забавным? — я крепко сжимаю лямку своей школьной сумки. — Не пойми меня не правильно. Не твоя любовь мне кажется забавной, а твоя реакция. Я срываюсь с места, но меня тут же хватают за руку. Мне не хотелось ничего слушать и видеть. Больше всего хотелось куда-нибудь спрятаться, чтобы никто не нашёл. Хотелось, чтобы меня не замечали. Всё, что бы я не делала, все видят меня, делают так как им удобно, используя меня в своих целях, но мои просьбы, мои слова остаются не услышанными, будто теряются в пространстве. — Отпусти! Не хочу слышать ничего от тебя. — Во-первых, у меня всё еще твоя вещичка, как домой доберёшься? Во-вторых, ты мне кажешься интересной, но не более, поэтому я позволю тебе смотреть на меня, никому не расскажу о том, что сегодня произошло и всё прочее, оставим всё как есть, если быть точным. Однако, при одном условии, если я тебя позову куда-то, ты пойдёшь, если я скажу, что мне нужно помочь в чём-то, ты это сделаешь. — Проще говоря, быть собачкой на побегушках. — поясняю я. — Не бойся, сверхъестественного не попрошу ничего. Как девушка ты не в моём вкусе, но как шестёрка сгодишься. — сейчас мне так хотелось влепить ему пощёчину за такие грубые слова, от обиды, что он нанёс мне уже. Если соглашусь, буду унижена, откажусь, кто знает, как он поступит тогда. — Я предлагаю другой вариант. — я не смотрю на него, потому что мне, что ему было не видно какие эмоции сейчас на лице, но догадаться можно было, что я подавлена. — Какой? — То что сегодня произошло останется в прошлом, потому что меня ты больше не интересуешь. Я только недавно для себя решила, что это всё лишнее… — Где-то это я уже слышал. — задумчиво бросает он. — Нет, я серьёзно. На этот раз, это правда. Я хочу… — слова застряли в горле, мне было неловко признаваться в этом, но он уже знал о моих чувствах и отверг их. Было также больно сознаваться, что я больше не хочу, хоть как-то быть связанной с ним. — Что хочешь? — После нескольких секунд молчания, переспросил он. — Хочу р… ра… — он вопросительно смотрит на меня. Я обижено поднимаю глаза на него. — Ты прекрасно понял о чём я пытаюсь сказать! Он устало чешет затылок и также вздыхает. — Я не понимаю женскую логику. Так что объясняй корректно и внятно. Я сжимаю губы, еле сдерживая накатившие слёзы. — Хочу разлюбить! — он смотрит удивлёнными глазами на меня, а после воздух сотрясает его громкий смех. Я смотрю, как весь трясётся от смеха, хватаясь то за живот, то трёт глаза, хоть видела размыто, но понять по движениям можно было. — Ох, хаха… давно мне так не было смешно, — говорит после минуты смеха он. Рёмен подходит ко мне ближе и возвышаясь надо мной, резко и надменно продолжает. — Делай, как знаешь, мне плевать. — Он подходит ближе, беря мою руку, он передает мне мои очки, — надоела. — После чего идёт дальше. Надев очки, я оборачиваюсь назад, куда он ушёл, но его уже и след простыл. Какой быстрый. Но надеюсь, дела мои теперь пойдут в гору. Он ясно дал ответ, что я ему, как девушка не интересна. Обидно, больно, одиноко, но он во всяком случае лишил меня иллюзий, которые я строила. Идти в школу? Я впервые так прогуливаю уроки, родителям наверняка позвонили. Что делать? В итоге я решаю вернуться домой, притворится, что мне плохо стало по пути в школу, посидев в одном из магазинов, который был по пути в школу, меня отправили домой, скорую не стали вызывать по моей инициативе. Когда я пришла, дома никого не было, поэтому первым делом я направилась к себе в комнату, где тут же легла на кровать и уснула. Из-за такого напряженного утра, мои силы покинули меня, а потому требовали восстановления. Теперь, когда всё прояснилось, между мной и Сукуной ничего не должно быть. В каком-то смысле я даже была рада таковым результатом. Но всё равно, первое, что мне показалось странным, это его инициатива, проявленная с утра пораньше, после он увёл меня подальше от лишних глаз и ушей, явно скорее беспокоясь обо мне, нежели о себе, третье, это какое-то банальное предложение находиться рядом с ним. Что думать об этом, просто немыслимо. В голове роются множество предположений и одно глупее другого. Как бы не пыталась сопоставить логичную цепочку, итог один. Вечером, после того как родители возвращаются домой, те отчитывают меня за безалаберность и глупого поступка. Рассказав им то, что я выдумала, пока их не было дома, я снова отправилась к себе в комнату, так как, отчитав и выслушав моё оправдание, они были довольны проделанной работой. Сидя за столом, делая домашнюю работу, которую родители передали мне от учителя, что им звонил, я часто отвлекалась и вздыхала, работа никак не шла. Голова просто отказывалась думать. Может мне полегчает, когда начнутся летние каникулы? Сейчас идут контрольные, поэтому очень сложно что-то решить и понять, ведь итоговая оценка зависит от этих контрольных, да и ходить на каникулах не особо хочется. В конце концов, я доделываю домашнюю работу и ложусь спать. Утром, идя в школу, чувствую дискомфорт, так как мне правда, было не по себе от того, что пришлось из-за Рёмена прогулять школу. Его вина, а виноватой чувствую себя. Родители утром без конца говорили о корпоративе, что времени осталось немного и нужно подготовиться как следует, также напомнили, чтобы я не делала глупостей. Так как это такое место, где не только любят расслабиться, но злые глаза всё равно наблюдают за тем, как бы кто-нибудь сделал ошибку, после которого она придёт огласке. Но чем ближе становился этот день, чем больше хотелось сопротивляться. В какой-то мере, подобными родительскими выходками, чувствовала себя неполноценной. За мной следили, указывали как вести себя и как жить в будущем, каких людей я должна принимать в свой круг общения, а каких нет. Казалось, решение проблем, было как на ладони, но я боялась оставаться одна. Боялась стать никому не нужной, я знаю, что многих раздражаю, не только своим поведением, но и своими безупречными оценками. Переодев обувь, я направляюсь в класс. И каково моё было удивление, когда в классе увидела стоящего около моей парты Юджи, я сразу поняла по его движениям, что он пытался стереть что-то с парты. Не задерживаясь, я прохожу к своему месту, под утихающие разговоры одноклассников. Итадори тормозит и поворачивается ко мне как раз тогда, когда мне оставалось сделать шаг к нему. — Умэ, доброе утро. — я молча смотрю на свою парту, она была целиком разрисована, сопровождаемая фразами, которые нормальные подростки ещё не то что произносить, а даже думать об этом не станут. Словно сбежали тюрьмы. — Доброе утро. — я отодвигаю парня в сторону и сажусь. — Умэ, не обращай на это внимание, во всём виноват Рёмен… — Сукуна сидит за своей партой и что-то возмущённо говорит своему младшему брату, но сейчас всё моё холоднокровие и терпение лопается, словно струна. Мои нервы были на пределе и они не безграничны. Уже месяц я словно иду по чёрной полосе, успокоить себя нечем, некому рассказать о своих проблемах, не с кем поделиться своими переживаниями, все только тычут пальцем и указывают. — Разве? — все замолкают, даже Рёмен навострил уши и прекратил яростную тираду в сторону брата. — Вы все настолько двуличны и омерзительны мне, что сами не знаете, кто есть кто. Но за спиной меня называете Гиман-текина, отчего же? Не потому ли, что вы чаще спрашиваете меня об уроках пусть, даже, если я и отговариваюсь? — Я гневно смотрю на Кацу, — может из-за того, что кто-то в каждом видит себе соперницу? — Теперь мой взгляд падает на Амэю, та даже вздрагивает. — Накано, хочешь правду? — Та молчит, но я всё равно продолжаю. — Ты такой же отброс, почему ты ставишь себя выше? Ты ведь унижаешься перед ним, и от твоих унижений любить он тебя точно не будет. Бестолковая, как и твои подруги, которые думать кроме тонны штукатурки и о парнях больше ни о чём не могут. Класс делится на элиту, изгоев и средний класс, хах! В моих глазах вы все пустоголовые и аморальные люди, посмотрите на себя, на кого не взгляну у всех взгляд дураков, неспособные решить даже простейшую задачу, только и слышу ваше нытьё на каждом уроке. И вы смеете ещё кого-то обсуждать? Вы ни на что не годны без чьей-либо помощи. Мне жаль ваших родителей, ведь они не знают ваше истинное лицо. Накано, боюсь ты ошиблась партой, когда писала эти слова, ведь шлюха в нашем классе только одна, и это ты. Но прими это как данность, ты ему не нужна, даже если он тебя где-то берёт за углом… Скрип и грохот от падающей парты, меня хватают за грудки и перед моими глазами предстаёт злющее лицо Сукуны. Да, он предупреждал, поэтому сейчас я специально сказала это перед всеми. Плевать, что будет дальше, моя совесть чиста, если у других язык поворачивается сказать гадость про меня, почему должна молчать? — Повтори-ка ещё раз? — красные глаза, что зловеще смотрели на меня, упиваясь предстоящей сценой, он смотрел прямо мне в глаза и ждал. Его хватают сзади и не дают нанести удар. Поразительно, но даже таким я всё равно люблю… — И что тогда? Ударишь? Давай, если кишка не тонка. — спрашиваю я. — Умэ хватит! Ты только больше злишь его. — громко говорит Итадори, к нему в поддержку подбегает Фушигуро и хватает с другой стороны, пытаясь расслабить его руку, чтобы тот отпустил меня. — Отпусти её. — он дёргает его руку. — Ну же. — Что тут происходит? — все оборачиваются на голос учителя, и её лицо бледнеет при виде всей сложившейся ситуации. — Рёмен Сукуна, кажется, совсем страх потерял? Это тебе не улица, а учебное заведение. — Учитель, Мацуи первая начала, она клевещет на нас… — Вскакивает Накано, чувствую, как хватка Рёмена слабнет, а после и вовсе отпускает меня. — Это не повод поднимать руку, особенно на девушку. Завтра к директору с мамой. — Я не вижу, но по движению понимаю, что он кивает, а после проходит на своё место. Юджи бросает на меня последний взгляд, после тоже садится на своё место со своим другом. Сейчас меня пробирает дрожь, только сейчас тело начало понимать весь адреналин, что он получил. Высказав практически всё своим одноклассникам, мне становится одновременно и стыдно за свои слова и где-то с облегчением, так как я сказала, наконец что думаю о них. Меня выбили из колеи, а всё из-за одной надписи на парте… Нет, раньше, я терпела долго и вот мои слова нашли выход именно сегодня и в этот момент. Я смотрю на доску и учителя, которая начала уже урок. Хоть и не смотрела на одноклассников, но чувствовала их непонимание и недовольство. Наверняка захотят дать взбучку после уроков, особенно Рёмен. Издевалась надо мной Накано, а порцию негатива от меня получили все. На переменах, казалось мою парту обходили стороной, иногда посматривая, как на сумасшедшую. Правильно говорят, терпеть вредно, если хочется что сказать, нужно говорить прямо и сразу человеку в лицо, но это действует если это один человек, а не толпа. Стая выделяет из группы слабого и начинает буквально уничтожать слабого, здесь принцип почти тот же. Но я никого не злила специально, меня будто машинально выбрали как ту, которой можно говорить всё, что в голову взбредёт, зная, что ответить ничего путного против них не смогу. Разве я виновата? Виновата, что лучше учусь? Виновата, что не веду себя как современная школьница? Виновата, что не хочу общаться с кем-либо? Это подло, решать за кого-то, кем он будет в группе. Всё ещё на нервах я беру бенто и корм в пакетике для кошки, после выхожу из класса и направляюсь в своё место. Там быстро даю кошке поесть, после иду в другое место, чтобы ненароком мои одноклассники не видели кого я подкармливаю во время обеда, не знаю, есть ли такие личности среди нашего класса, которые ради мести не пожалеют даже бедную бездомную кошку, лучше подстраховаться. Я нахожу укромное местечко во дворе школы, на скамейке, благо погода была отличной. Открыв крышку бенто, понимаю, что есть вовсе не хочу, поэтому пялюсь на неё некоторое время, после чего закрываю. Вместо обеда, я просто наслаждаюсь погодой. Ничего страшного, если меня ненавидят, извинятся за сказанное не стану, слово не воробей… А может я сорвалась, потому что переживаю больше, чем думаю по поводу корпоратива? Вполне логичное объяснение. Особо засиживаться не собиралась на улице, поэтому через некоторое время встаю и направляюсь в класс. В классе было всё также шумно, как и раньше, но, тем не менее, чувствовалось изменение. Пройдя к своей парте, удивлённо смотрю на очищенную поверхность парты, пройдя пальцами по поверхности, чувствую ещё сырую поверхность, оборачиваюсь назад и встречаюсь взглядом с Итадори, который смотрел в мою сторону и тут же улыбнулся, заметив мой обращённый взгляд к нему. Показав палец вверх, я смущённо отворачиваюсь. Просто не понимаю его, как можно вести себя, как ни в чём не бывало, когда услышал от одноклассника неприятные вещи о себе. Я же всех сгребла под одну гребёнку, ему не обидно? Сев за парту, я ложу на место свой не съеденный обед и достаю нужный мне предмет. Прикованные ко мне взгляды, будто я какой-то экспонат, слегка раздражали. Высказав всё им, признаться, честно чувствую себя в каком-то смысле легче, но не так, чтобы можно было сказать это с уверенностью и на сто процентов. После последнего урока, все расходятся, однако не все. Я только успела собрать всё в сумку, как около меня встал Юджи. Изумленно глядя на него, ждала вопроса или ответа, на мой немой вопрос. Он будто стеснялся или боялся сказать, так как стал нервно тереть шею, глядя куда-то в сторону. Поэтому, поняв, что он будет долго так мяться, решила пойти на уступки. К тому же из кабинета все уже вышли. — В чём дело? Он извиняюще улыбнулся, после чего начал говорить. — Я хотел попросить тебя о помощи. — ни один мускул на лице не дрогнул, также безразлично смотрю на него. Но, тем не менее, отвечаю вопросом. — О какой помощи идёт речь? — Пожалуйста, проверь меня. — я продолжаю молчать, поняв, что я жду продолжения, он так и поступает. — Завтра контрольные по естественным наукам, не совсем уверен в этом. Вот и решил, что ты можешь помочь мне узнать уровень моих знаний. — Как ещё гордости у тебя хватило, подойти ко мне с такой просьбой, когда я и тебя оскорбила. — Я не в обиде. Знал, что это когда-нибудь произойдёт. Кугисаки постоянно орёт и обзывается, так что привык, к тому же нечего обижаться на правду. — Ты серьёзно? — Он серьёзно смотрит на меня и кивает. — Итадори, откуда ты такой взялся? — прикрыв глаза, стараюсь держать лицо перед ним. — М? — он в недоумении посмотрел на меня. — Не совсем понял, о чём ты. — Забудь, просто мысли вслух. Хорошо. — Правда? Я подхожу к его парте, он следует за мной. — Могу и передумать, так что слишком не доставай меня. — Тот кивает, садясь за парту. Достав чистые листки, пишу на них примеры, после передаю их Итадори, где тот стал кропотливо думать и писать решение и ответ. Думала, приду домой как всегда и снова не получается, как задумываю. Закон подлости. От ненависти до любви один шаг. Даже сегодня этого я не почувствовала. А вот Сукуна наверняка теперь ненавидит меня, я же с этой мёртвой точки никак не сдвинусь. Как у него получается это делать? Глядя в окно, наблюдаю, как солнце близилось к закату. На летних каникулах, многие семьи поедут отдыхать, мы останемся. Даже разговоров по этому поводу нет, потому что родителей интересует только заработок. Я хорошо понимаю, что деньги лишними никогда не бывают, но как семья отдохнуть мы ведь можем? Раз они решили скрывать от меня свой развод, могли бы хотя бы как-то порадовать последними счастливыми впечатлениями. Мне так и вспомнить ничего хорошего не получиться, потому что их не будет. Как сложно строить отношения, веришь, никого не слушаешь, но в итоге тебя обманывают. Ревнуешь, требуешь пояснений, также обвиняют во всех смертных грехах. Золотой середины нет, рано или поздно появляется одно из двух вариантов. Замечаю, как Итадори хмурит брови, даже тихо мычит, прикрыв глаза, видимо пытается вспомнить формулу. Не замечаю, как приподнимаются уголки моих губ. Он забавный парень и очень милый… Мои мысли прерывает резкий удар двери и в кабинет заходит Сукуна. Не глядя на меня, тот проходит и садится напротив брата, сложив руки на спинке стула. — У засранца снова проблемы в учёбе? Или свидание? — он говорил так, будто меня здесь нет, но раз он так делает, нет причин волноваться. — Отвали и не отвлекай меня. — он резко отбирает листок с примерами и бегло посмотрев на примеры, продолжает. — Всё правильно, можешь идти. — А? — он непонимающе смотрит на старшего. — Сегодня ночую у тебя. — Опять с мамой поругался? — Сам прекрасно знаешь почему. — жирный намёк был на меня. Ведь её вызывали в школу, а какому родителю понравится подобная ситуация. — Твои проблемы. — отмахивается младший. Пока они задевали друг друга, я взяла по-тихому листок с примерами и, проверив его, я говорю чуть громче парней. — Всё хорошо Итадори. Ты сдашь и пойдешь на каникулы. — Отлично. — парень буквально засиял. — Спасибо за помощь. Он стал собирать вещи и запихивать в сумку, после чего поинтересовался, не проводить ли мне до станции, на что ответила как всегда отказом. К тому же была высока вероятность, что следом пойдёт и Рёмен, а этого я категорически не хотела. Парни быстро ретировались, так как Рёмен ругал, чуть ли на каждую минуту Юджи о том, что он слишком медлителен. В итог парни быстро скрылись из виду. Я спокойно прохожу коридор, было тихо, но где-то отдалённо можно было услышать голоса учеников. Подавляющее большинство было в клубах и кружках. На выходе из школы, меня резко хватают и волокут вглубь двора школы. Иногда зажимая рот и угрожая мне, чтобы я молчала. По правде говоря, я даже не сразу сообразила что происходит. А когда до меня начало доходить, мы уже стояли около старой кладовки. Тем, кто меня сюда притащил, оказался парень, что месяц назад приставал ко мне с просьбой о домашнем задании. Хитрец и трус, ждал удобного момента, чтобы отомстить. Едва ли, но вспомнила его по голосу, такой неприятный и выражение лица глупое, но наглое. Пригрозив, что со мной они сделают, если я расскажу кому-нибудь, он со своими дружками заталкивают в старую кладовку и запирают, сказав напоследок, чтобы в следующий раз, была умнее и не дерзила им. Когда стало тихо, я попыталась выломать дверь, толкая её с силой, но мои усилия не увенчались успехом. Во тьме ничего не видно, а попытаюсь сделать шаг, могу и покалечить себя. Руками, найдя стенку, стала искать место поудобнее. Ногами уперлась обо что-то скользкое, но тем не менее мягкое. А так это мат. Значит старая спортивная кладовая. Я присела на него, согнув ноги в колени и сложив на колени руки, положила голову на руки. Хотелось плакать от сегодняшнего невезучего дня, но толку от этого было мало. Возможно, я пробуду здесь до завтрашнего утра, так как не верю в их благоразумие, что они запрут меня здесь на час или два. Шмыгнув носом, пытаюсь сдержать накатившие слёзы, но как бы не старалась, чувства дали своё. Теперь я сидела и плакала, стирая рукавом слёзы, что крупными каплями катились по щекам, я всё ещё старалась унять себя и дрожь во всём теле, но от эмоций только больше вгоняла себя в такое состояние. Я не ревела, как делали некоторые девчонки, когда били коленки и другие части тела до крови. Просто тихо сидела и вытирала слёзы, иногда стеная. Сколько так просидела, не знаю, но минуты длились, наверное долго, потому что слёзы успели высохнуть на лице, когда я прекратила заниматься самобичеванием. После начала переживать, что родители снова сделают выговор, что я опоздала домой или зададут вопрос, почему я не ночевала дома. Но не хотела им рассказывать о сегодняшнем дне, он сегодня явно не мой. Постепенно я стала засыпать, несмотря на то, что мат был пыльным, да и в желудке уже начались первые крики о голоде. Но не смотря на это, сон всё-таки был сильнее. В какой-то момент, через сон слышу треск дерева, я привстаю на локте, так как мне стало не по себе, это мог быть кто угодно, а после сна, мысли путались, и становилась вдвойне ужаснее. Дверь в конечном итоге подаётся и ломается с резким стуком бьётся о стену, едва держась на петлях. Я смотрю на человека напротив, что стоит и неподвижно смотрел на меня. — И долго в грязи будешь валяться? — Вздрагиваю. Так как не его я ждала и вообще, то что сегодня я ему наговорила, на помощь в последнюю очередь должен был придти. — Вставай. — Он подходит ко мне, я в ступоре не могла понять, что я должна была делать дальше. Не без его помощи встаю и вместе выходим на улицу. Он смотрит на меня, видимо ожидая вопроса, но я молчала. Мне было стыдно после сегодняшнего разговаривать так, будто ничего не было. — Даже спасибо не скажешь? — спрашивает Рёмен.