Разминка
7 января 2023 г., 09:00
Шахматы воспитывают склонность к самостоятельному мышлению, а потому не следует их поощрять.
©Фридрих II
— #@&%#? И кто-то толкнул меня ногой в бок. Полагаю, местный абориген, чем-то смахивающий на индейца, по-своему побеспокоился о моём состоянии. Он обладал куда большим состраданием к незнакомцу, чем многие люди к родне, между прочим. Впрочем, судя по всему, если бы я вскоре не пошевелился, он пустил бы в ход длинную палку. — Убедительно. Разумеется, я и без его помощи понял, что попал после переноса вовсе не в школу продвинутого обучения. Конечно, на секунду почему-то подумал, что удача мне и дальше будет благоволить. Но, услышав незнакомый язык, в этом вмиг разубедился. Звуки неизвестные, но, тем не менее, смысл фраз интуитивно понятен. Они всё же примитивные, и сейчас абориген приглашал последовать за ним. Отказ не предусматривался. К сожалению для него, обеспокоенного и добродушного, я не хотел прослыть в его общине чудиком, ничего не разумеющим. Не самая лучшая позиция для старта, даже и близко не равная. Поэтому судьба доброго самаритянина была заранее предрешена. Слабо кивнув и кое-как встав, я бросил взгляд на поляну, рядом с которой мы пребывали. Вновь осмотревшись, не обнаружил следов разумной жизни, лишь аборигена, выжидательно протягивающего мне руку. Да, школьная форма исполнила своё предназначение, скрыв мышцы за рубашкой. Я тебе показался безобидным мальком, приятель, не так ли? — Критическая ошибка. Ты встретил рыбу покрупнее, и участь такого рыбака незавидна. Вдобавок, маршрут будет не из коротких. Времени вполне достаточно для диверсии. — Я тебе не «принцесса», чтобы меня за ручку держать, — отразил смысл этой фразы я мужчине жестами. Он согласился, и я получил относительную свободу действий. Анализ любого общества показывает, что каждый его член преимущественно будет развивать навыки, которые в нём почитаются и востребованы. И здесь, очевидно, колдовство правило средневековым балом. И не скоро закончит, ведь у высших слоёв общества был способ затушить любую революцию. Жители этих мест помешаны на «магии». Но против чего-то другого… «Абориген просто не сможет ничего предпринять».* * *
Вот и снова я начинаю сознательную жизнь с опыта убийства. Руки мои чисты, эмоции излишние не проявляются. В оправдание жестокости хочется сказать, что как палач я хорош технически и не совершаю лишних движений. В самом деле нет такого понятия, как «мгновенная смерть». Человеческий организм, невзирая на любой размер раны, проживёт ещё какое-то время, полностью осознавая, что это его последние миллисекунды. Ты не виноват, абориген, тебе просто не повезло не попасть в мой план. У меня не было другого выбора. Оставить в живых незнакомца не имело никакого смысла. Я не имел над ним рычагов влияния, не было гарантии, что он останется таким же дружелюбным. Кто он? Людоед, играющий с добычей? Брат по несчастью? Вряд ли мы бы смогли договориться, а здесь любой контакт череват смертью, нет «смотрителей» и «контролёров». — Как же давно я не применял навыки агрессивной дипломатии. Разумеется, напал я не сразу, выждал момент, но риски всегда оставались. К счастью, расчёт оказался верным — его тушка не была подготовлена к таким нападениям и уже покоилась под водой, полностью голая и обезображенная. Так труп вряд ли опознают, я выиграю достаточно времени. Совсем скоро пруд окрасится в малиновый, и животные сбегутся на странный запах. Но пока это время ещё не наступило, я уже расхаживал в новой одежде по лесу, выбирая себе место для ночлега. В форме я более не видел ценности, и та была предана огню. Можно сказать, у меня начался новый этап в жизни. Вести в ступор оппонента старая одёжка, конечно, могла, но по большей части от меня сейчас требовалось слиться с окружением. Что же, теперь требовалось занять выгодную высоту, с которой можно вести наблюдения за фауной. Я прислушивался к каждому шороху, не желая новых приключений и спутников. Пока что. Как бы не были велики мои потребности, устраивать кровавую баню я не желал, хотя вполне мог, ведь к людям в этом мире я не чувствую совершенно ничего. Они источник знаний, одежды, украшений, способа возможного возвращения, но не более. Если потребуется, я добьюсь успеха, уничтожив каждого на своём пути. Эта мысль рациональна. Она итог экспериментов отца. Когда находился в белой комнате, был полностью предоставлен себе. Пытался найти смысл там, где его не предполагалось. Имея эмоции, делал вид, что ими не обладаю. Игра в один момент зашла слишком далеко. И когда я нашёл цель в демонстрации истины отцу, думал, что судьбе уже не взять надо мной вверх, ведь она уже достаточно меня наказала, наградив именем «Киётака». Что рано или поздно я возьму и продемонстрирую судьбе-злодейке свой триум. Но теперь, оказавшись здесь, где нет Ацуоми, у меня более нет другой цели, кроме как вернуться. Я готов на всё, чтобы вновь увидеть его лицо. Готов полностью использовать все знания, которым научила меня жизнь. Что же ты скажешь на это, металлический голос, ходящий по пятам? Ты на моей стороне? Одобряешь мою решимость? Но он не спешил отвечать. Возможно, время ещё не пришло. А пока, наконец найдя место для временного обоснования, я решил подготовиться к возможной обороне. Огромное дупло, неизвестные кусты — маскировка этого места была хороша, но не более того, требовались улучшения. В частности, я создал несколько примитивных звуковых ловушек, обставил их по периметру, позаимствовал у природы зелёные листья, получился прототип камуфляжа. Теперь я в безопасности, как минимум, у меня будет лишняя минутка-другая на подумать. Мне не хотелось находиться в лесном массиве долгое время, но я признавал, что риск вылазки в более очеловеченный мир пока того не стоит. Лучший вариант из сложившийся ситуации — найти кого-то хрупкого поблизости и допросить. Незнание языка, конечно, проблема, но на безобидной особе можно пробовать, что только вздумается. Кажется, мне стоит вздремнуть. Чувство усталости не соврёт. Так много не ходил я очень давно. Как, к слову, там мои одноклассники? Кей? Хорикита? Арису?* * *
Взгляд от Сузуны Хорикиты.
Когда мне сообщили, что Аянокоджи оказался за бортом, я не поверила. Вернее, просто прослушала эту новость, потому что и не имело смысла запоминать бессмыслицу. Думать о ней подавно. А потом он и правда не пришёл на занятия. Чабашира в личной беседе подтвердила, что именно по этой причине. Подумать только, всё так стремительно меняется. Ещё вчера Аянокоджи был таким же, как и всегда — лишённым эмоций одноклассником, общался со мной в своей привычной манере. Ну, за исключением того, что он, как я считаю, обратил на меня внимание, заметил изменения во внешности. Мелочь, а приятно. Может, это его неловкая попытка проявить симпатию? Вдруг таким образом он… Ладно, я порой слишком много себе надумываю. И что печально — теперь мне только и остаётся, что держать эти мысли при себе. — Сузунэ, тоже не находишь себе места? — решила составить мне компанию Каруидзава. Чего это она? Почему она это вдруг предпочла своим подружкам меня? — Это… Ничего подобного, — я промолчала примерно минуту, борясь сама с собой, затем продолжила. — Да. Скажи, что ты знаешь… о нём? Тебе ведь что-то известно? Это же ведь… нормально спрашивать другого человека о своём однокласснике? Впрочем, это ведь так глупо — почему Кей знает больше моего? — Волнуешься. А ты действительно с «ним» довольна близка. По крайней мере так считаешь сама, — съязвила девушка. Я пыталась отмолчаться, окончательно приняв, что чересчур переволновалась. В последнее время это начало становится моей проблемой. Да, я не хотела этого признавать, но на пустую парту, за которой и сидел Киётака, я глядела в последние дни чаще, чем на какие-либо другие. Я пока не могла разобраться, почему меня волновала эта пустота в груди. Какова причина её появления? Заключалась ли она в «нём»? — Так ты что-то знаешь? У меня появились друзья, обладающие куда большей эмпатией, но разговаривать с ними в данный момент как раз и не хотелось. Я думала об Аянокоджи, наверное, слишком часто и без причины. Если я смогла измениться, наверное, сможет и он. И мне очень бы хотелось ему помочь в этом, увидеть его улыбку. Вот в этом причина. Нормальная для одноклассников. — О ком ты? — странно ухмыльнулась моя одноклассница. — Можешь, всё же скажешь? Или смущаешься называть вещи своими именами, не правда ли? Кажется, этот разговор может принять неправильный поворот, и я должна сейчас сделать всё, чтобы этого избежать. — Кей? Она посмотрела на меня враждебным взглядом, словно признала во мне соперника. Кажется, она в чём-то меня теперь безосновательно подозревает. — Ты очень похожа сейчас на Сато. Я огляделась и посмотрела и её. Она поспешно отвернулась, заметив мой взгляд. — Да вроде нет. — Сато тоже спрашивала про Аянокоджи, — развела она руками. — И всё не унималась. Ей такое рвение было простительно — всё-таки в него влюблена. Хм, даже после того, как они официально остались друзьями, эх. Так вот, может быть, ты на неё куда больше похожа, чем думаешь? Я вновь развела руками. — Разве это не в норме: интересоваться такими вещами? Он мой одноклассник. Вчера был. Сегодня нет. — Это да, — ответила она почти мгновенно. — Просто… Все приняли это спокойно. Кроме, наверное, Хираты. Между ними были некоторые договорённости, и он правда подумал, что… Теперь вновь стоит… И ты обратила внимание. Да и щёки как покраснели! Я ничего не предприняла. Да, я сама чувствовала, что они немного горели, но это не должно быть заметно. Это явный блеф! «Почему я должна оправдываться? Или же… она хочет сказать, что…» — Да, мои отношения с Хиратой просто фикция, — последовал ответ. — С ним весело гулять, но есть одно отличие — Хирата-кун носит маску и в этом не признаётся, Киепон же — совсем другой случай. Короче, мы с ним встречаемся, Хорикита. Как бы «тайно». «Она сообщила о таком… но зачем? Хочет сказать?..» — Я, может, и не так хороша в математике, как ты, Хорикита, но прекрасно понимаю, почему он довольно популярен на потоке. В нём идеально всё. Но в отличие от разглядывания внешности, как делают другие, мне позволено рассматривать и его бездонную душу. А говорю тебе я это не просто так. Чтобы ты знала, что не стоит «влюбляться». Ведь в конечном счёте «королева» в шахматной партии только одна. И это не ты, Сузуне. Упустила своего принца, довольствуйся Судо. Я откашлялась. Что с Каруидзавой происходит? — Кхм-кхм, твой анализ невероятно абсурден. Что же, рада за вас. Таким образом, получается, тебе действительно известно то, чего не знаю я. Кей Каруидзава слегка улыбнулась. — Да. Немного, но достаточно, чтобы знать, что не стоит переживать, — ответила она спустя время. — Он вернётся. А если что-то пойдёт не так, сказал, что заберёт всех «инструментов» с собой. Я верю в него. Я проигнорировала провокационные слова. «Инструменты»? — То есть его не подставили? — Представь себе, — отмахнулась она, получив удовольствие от моего удивления. — Всё сделано так, как надо. Я думала, ты знаешь, Хорикита… Она вновь улыбнулась, на этот раз покраснев сильнее той же Сато. — А мне очень даже приятно от осознания этого факта. Тем не менее, — погрустнела девушка. — Я не знаю, от кого он прячется, но сердце подсказывает мне, что этот кто-то ему очень близок. — Он мне сказал нечто подобное, — почему-то возразила я, словно конкурируя с Кей. Зачем? — На прогулке. — На прогулке? — засмеялась Каруидзава. — Хорикита, неужели ты хочешь этим достижением похвастаться? Теперь я спокойна. Диалог привёл вовсе не к первоначальной цели, но был полезен. Выходит, Аянокоджи не так уж и прост? Теперь настала моя очередь поделиться фактами, уже напрямую относящимися к делу. Эту технику называют перекрёстным допросом, надеюсь, получится применить. — Манабэ сообщил, что видел подозрительного человека на территории школы. Не думаю, что Аянокоджи планировал это. — Вот как? — состроила гримасу удивления Каруидзава. — А как этот человек выглядел? — Довольно стар для ученика, — подметила я. — Но суть в том, что директор игнорирует этот вопрос. И мой брат, хм, связал эти два события в одно. — А я считаю иначе, что с того? — Он думает, что его похитили, — заявила я. — Директор, вероятно, и стоит за всем этим. Кей помотала головой. — А вот это откровенный бред. — Люди меняются. Главное тут подобрать хорошую взятку. — И твой Манабэ хотя бы придумал, что нужно директору школы от его ученика? Неужели… Запретная любовь? Этого… Я совсем не ожидала. — Ты… — Ну вылитая Сато, — передразнила меня Кей. Сердце почему-то быстро застучало, чуть ли не в пятки ушло. — Что за шутки? Одноклассник пропал. Его похитили. Директор в этом, возможно, замешан. Как ты можешь оставаться спокойной, осознавая это? — Ой, Хорикита, ты не понимаешь, о чём говоришь. Его невозможно похитить, только он может похищать… чужие сердца. Я скептически посмотрела на неё. — Я вообще-то серьёзно. — Я так-то тоже, — улыбнулась она. — Я не считаю это странным. Мне просто обидно, что он не может выключить свою «крутость». Я перебила её. Нет в речах Кей логики, только чувства! Но насколько хватит её веры? — Знаешь, я согласна с братом. И я не намерена так просто спускать это с рук. Не намерена стоять столбом, как ты. Которая с ним ещё «встречается»! — и я вышла в коридор. — Ну и ну. Ты не сможешь его найти, — бросила Кей мне вслед. — Почему? — Ты не видела Аянокоджи в действии. Я на секунду будто потеряла ориентацию. — Мне кажется, это ты как раз таки ты и переоцениваешь его возможности. Он зауряден по большей части предметов. Стратег разве что более-менее. Она почему-то промолчала. — Я так-то ничего не имею против твоих попыток, но они обречены на провал. — моя одноклассница на миг замерла. — Разве ты, Хорикита, не должна сейчас думать о нашем классе? Звучало это… Несколько агрессивно. — Просто ты, Хорикита, знаешь, что он заберёт меня. Меня. Не тебя. И хочешь сама его найти, опередив. — Это… — Довольно наивно с твоей стороны, правда? — А-ага? «Нет, точно нет! Она совсем сошла с ума, раз на уме Аянокоджи! Но… у меня похожие симптомы… — Ладно, пан или пропал, — я вернулась к парте. Я представила девушке изображения, на которых было видно подозрительно выбивающиеся лицо. Кажется, в компании с ним был виден и другой человек — правда, разглядеть его было невозможно. Кто он? Или она? — Что это? — Фотографии вчерашние. Полдень. Эти снимки были удалены из системы, но восстановлены. Манабе договорился с одним человеком, поэтому это эксклюзив. Всё ещё не хочешь сотрудничать? Кей посмотрела на картинки внимательно и разорвала. — Это была копия, — поспешно расстроила я её. — И у моего брата тоже. Ты понимаешь? — А где хранится оригинал? — не обращая внимания на курьёзность ситуации, спросила она. — Твоё расследование лучше прекратить. У тебя нет никаких доказательств. Только примерный рост преступника. Ты можешь подорвать репутацию Киепона своими выходками. — Ясно. — В таком случае, может, на этом и закончим? Хорикита-Хорикита. Она что-то знает? Ещё больше? Или замалчивает что-то, чтобы показаться умной? На том мы и закончили наше обсуждение. Не сказать, что оно удалось. Но теперь на немного больше я была уверена в том, что произошедшее можно было назвать похищением. Но с шантажом ли? Да и какой смысл похищать ученика класса C? Да, он красив собой, но не настолько. Ну, разве что немного. Я… так считаю. Просто признай, Хорикита, тебе стало так одиноко, когда он исчез. Да, так и есть. Это так… Странно. Нет, я не нуждаюсь в нём в том же смысле, что и Кей. В этом всём точно стоит разобраться. Я не должна смириться с исчезновением Аянокоджи. И мой брат, к счастью, полностью поддерживает моё стремление. К сожалению, и здесь я не так уж полезна. Занятия подходили к концу. Не похоже, что Кей знает о плане Аянокоджи по восхождению нашего класса. Конечно, ведь только я способна в этом разобраться. К чему это я? Сама не знаю. Надеюсь, все мои запросы дадут хоть какие-то приемлемые результаты, и всё в один момент станет, как раньше. По крайней мере мои действия не бесполезны — кое-что проклёвывалось. Со мной связался детектив, интернету неизвестный, но его гарантии… дали мне надежду. Встретиться с ним я не могла, но этого и не требовалось. Получив все известные мне данные в интернете, он пообещав начать своё собственное расследование. Про вознаграждение и речи не шло. И меня вовсе не волновало, что он, по всей видимости, привык разговаривать с самим собой. Это ведь можно считать профессиональной привычкой?***
— Сузуне вряд ли пропадёт так просто, — проснувшись, уверил я себя. — Будет оскорблением, если после всего вложенного она не отобъет свою цену. Сон был правдоподобным. Если Хорикиту действительно так сильно «ломает» во время моего отсутствия, я, может быть, и пересмотрю своё отношение к ней по возвращении. Впрочем, это лишь сон. Хотя он и намного реалистичнее того, что мне удалось пережить за последнее время. Какую-то синеволосую богиню, «чёрта». Теперь я вернулся к настоящей для меня реальности. Где так тяжело дышать? Голос вновь напомнил о себе. Сейчас он был весьма кстати. Внимание! В связи с отсутствием благословений вы не можете усваивать магию. Ваше приключение скоро подойдёт к концу. Смерть? Металлический голос, так вот, о чём ты хотел мне всё это время сообщить? Что же, жизнь не перестаёт удивлять. Но вот в чём я был уверен: я обязательно найду выход, хоть и будет непросто. И перекрою мир под себя. Не желаете сдаться? Не цитируй Арису, голос, тебя это не красит. Ничего ещё не решено.
