Советник (Книга 1 из 7)

      Елизавета глубоко вздохнула. Эти зеркала! Была в них какая-то странная фальшь…       Их было семь – этих зеркал. Елизавета по-прежнему бродила меж ними, но они больше ее не радовали. Чего-то бесконечно важного не было в них. Хотелось расколотить эти зеркала.       Девушка нащупала в кармане маленький металлический шарик. Почему-то он в ее руке запульсировал. Других подходящих предметов не было. Она подошла к одному из зеркал, и ударила шариком по стеклу. Моментально по нему пошли трещины. Елизавета ударила еще раз, и стекло с легким звоном осыпалось к ее ногам.       Девушка тяжело задышала и подошла к следующему зеркалу. У нее хватило сил и решимости расколотить все семь зеркал. С каждым новым ударом она все тяжелее дышала. После седьмого зеркала Елизавете реально стало не хватать воздуха. Она закрыла глаза и присела, прислонившись к стене. В ладони она сжимала металлический шарик. Девушка почувствовала, как из шарика в ее тело проникает тепло и погрузилась в сон.       А как все начиналось…       Первые два года жизни были практически безоблачными. Елизавета была желанным и любимым ребенком, но хрупкой и болезненной. Родители девочки – тогда в титулах наследник Мэтью и его избранница Элла души в ребенке не чаяли. Но воспитанием внучки фактически занималась бабушка Королева Людвига. Ох, и суровая была женщина. Людвига была высокой и худой, всегда следила за своей внешностью, но была суровее, чем хотела. Елизавета мечтала увидеть на лице бабушки улыбку, но Людвига всегда была собранной и серьезной. Когда она впервые увидела ребенка, нахмурилась и строго посмотрела на сына и его жену.       - Девочка! Не мальчик! Вы хоть понимаете, как ей тяжело придется по жизни?!       Мэтью дерзко вскинул голову.       - Она справится. Вы же справились, Матушка.       - Молчать. Ты не знаешь, чего мне это стоило. Мог бы постараться сделать сына. А раз нет…       Людвига фактически забрала девочку у родителей. По ее приказу детская кроватка была установлена в ее спальне (когда Елизавете исполнилось два года), и Мэтью с Эллой туда не пускали. Малышка Елизавета часто плакала, хотела к родителям, но Людвига не обращала на это внимания. Элла ходила в спальне из угла в угол, яростно смотрела на мужа, но он ничего не делал.       - Я не могу, и не буду перечить Матушке. Таковы законы, ты же знаешь.       И Элле пришлось смириться.       Людвига воспитывала малышку Елизавету так же, как была воспитана сама. Никаких слез, нытья и любых проявлений чувств. Эмоции для слабаков, а настоящая леди обязана была скрывать, что у нее на сердце и всегда улыбаться. Однажды, когда Елизавета подросла, она осмелилась спросить у бабушки, почему так, и даже получила ответ.       - Ты – девочка, твои эмоции никому не нужны и не интересны, кроме тех, кто захочет использовать против тебя эту слабость. Никогда и никому не показывай свои слабости.       Елизавета очень хорошо запомнила этот урок и больше никогда и ни с кем не говорила о своих чувствах.       Надо отдать ей должное – Людвига очень хорошо заботилась о девочке. Правила жизни с ней были строги и непреклонны. Программа воспитания, использованная королевой, была очень древней и основывалась на четырех ценностях.       Первая и основная ценность – правильное поведение. Помимо сокрытия эмоций важнейшим элементом достойного поведения считалась покорность. Людвига объяснила внучке, что за нее всегда в обществе сначала будет говорить отец, а потом муж. Будучи тогда еще маленькой, Елизавета осмелилась спросить:       - А как же ты, бабушка? Ты же стала правительницей и можешь самостоятельно принимать все решения. Почему я так не могу?       - Не было достойного мужчины королевских кровей. В те годы была разобщенность между королевскими семьями, и моему отцу не удалось найти подходящего мужа мне, пока я была Наследницей. Поэтому я и стала главной, а уже потом встретила твоего дедушку. Это очень тяжело, и я не хочу тебе такой доли. Моя жизнь постоянно подвергалась опасности, так как среди великих домов считалось недопустимым девочка на троне. Главы соседних королевств регулярно пытались меня свергнуть, пока не появился твой дедушка, и мы не поженились. Сейчас, слава Великим Небесам, нет разобщенности, и мы сумеем найти тебе достойного мужа, который позаботится о тебе и Солвендо. А тебе нужно проявлять покорность сначала к решениям отца, а потом к решениям мужа. Потому что ты – девочка. И точка. Больше не спрашивай меня об этом. Этот вопрос не обсуждается.       Елизавета хотела возразить своей бабушке, но посмотрела в глаза Людвиге и промолчала. Вечером, уже в своей комнате, девочка подошла к зеркалу, и ожесточенно сказала:       - Настанет день, когда я устану бояться. И в этот день все начнут бояться меня.       В тот день ее впервые посетил представитель Чудовища. Это была Охотница. Елизавета сидела за своим зеркальным рабочим столиком и заполняла свой девчоночий дневник.       Охотница появилась внезапно в зеркале, но Елизавета даже не вздрогнула.       - Кто ты? – нахмурившись, спросила девочка.       - Твоя подруга.       - У меня нет подруг. И мне не разрешают пускать в комнату посторонних. Тебе лучше уйти.       Охотница присела на край кровати Елизаветы.       - Я пришла сюда, чтобы стать твоей подругой, и я не уйду, пока этого не произойдёт. Я нужна тебе, ведь я понимаю тебя, как никто другой.       Охотница разлеглась на кровати, призывно смотря на Елизавету. Девочка повернулась к Охотнице, внимательно на нее смотрела, но подходить не торопилась.       - А с чего это ты вдруг решила стать моей подругой?       - Потому что мы с тобой похожи. В моем мире, как и в твоём, всем заправляют мужчины, а женщины находятся на вторых ролях. Но это неправильно, и объединившись, мы сможем это изменить.       - Моя бабушка и все остальные считают, что власть мужчин – это правильно. Почему ты говоришь иначе?       Охотница усмехнулась.       - Это не мнение. Это просто правда. На самом деле не мужчины управляют женщинами, а женщины – мужчинами. И ты легко догадаешься с помощью чего.       Охотница подалась вперед и глаза ее засверкали. Елизавета почувствовала себя неуютно, в горле у девочки пересохло.       - Какая мерзость – пробормотала она.       - Ну да, ты пока ещё маленькая, чтобы оценить всю мощь этого волшебства. Я вернусь, когда ты будешь готова.       Елизавета хотела спросить, когда это произойдет, но Охотница уже исчезла. С тех пор она иногда вспоминала Охотницу, одновременно желала и боялась новой встречи. Девочка никому не рассказала об этом знакомстве.       У Королевы Людвиги был приступ древней болезни, который серьезно пошатнул ее здоровье. Елизавета решила не расстраивать бабушку, и училась прилежно, не спорила ни с чем, молчала и была покорной.       Второй ценностью в воспитании ребенка Людвига называла внешность. Елизавета была очень стройной и гибкой. В три года она великолепно плавала, с пяти превосходно стояла на коньках, с семи грациозно танцевала. Девочка всегда тщательно следила за своей внешностью, опасаясь даже не гнева или порки, а всего лишь приподнятой брови. Никогда она не выходила из комнаты неприбранной.       Третья ценность – знания и умения, необходимые для девочки в семейной жизни. С семи лет Елизавету отселили в отдельную комнату, и она сама несла ответственность за порядок и свои вещи. Девочку обучали ведению домашнего хозяйства, как будто она была не из семьи Солвендо, а готовилась стать служанкой в богатом доме. Особенно Елизавете понравилось готовить. Она варила отвары бабушке и шептала над ними, отчего Людвиге становилось лучше. Помимо этого Елизавета была обучена языкам соседних королевств, тонкостям этикета и правилам поведения в обществе, а также всем остальным вещам, которые должна знать девочка. Она очень любила читать и освоила всю домашнюю библиотеку – более тысячи ценных томов книг на разные темы.       Четвертая ценность – здоровье. Елизавете очень редко перепадал кусочек сладкого, и только в обход приказа бабушки. Режим дня девочки был расписан поминутно. За ней постоянно ходил секретарь, контролировал и направлял каждый шаг.       Однажды Людвига обнаружила, что девочка прячет в своей комнате кусочек шоколадного пирога. Наказание было очень жестоким. Девочку вывели перед всеми, заставили сказать, в чем ее вина, и выбросить этот пирог в миску к свиньям. Потом Людвига самолично выпорола ребенка и неделю с ней не разговаривала. Елизавета неделю помогала на тяжелых работах на кухне, потом с плачем пришла к бабушке и поклялась, что никогда так больше не поступит. Девочка заслужила прощение, и действительно никогда так больше не поступала. Между Елизаветой и ее бабушкой возник формальный мир, но сердце девочки ожесточилось.       Так и жила Елизавета, смирившись с ролью будущей жены, но мечтая сама возглавить Солвендо.       Когда девочке исполнилось 10 лет, ее бабушка умерла, и правителем стал ее отец. Перед смертью бабушки Елизавета пообещала Людвиге, что будет следовать избранному для нее пути, но в душе хотела иного. Она никогда и ни с кем не говорила о своих мечтах.       На это ее и поймал Советник. Он пришел к Елизавете в день ее тринадцатилетия. Наобещал, что, если девочка пойдет за ним, он одарит ее величием и властью. Она сначала не поверила.       - Нет ничего, что неподвластно мне, ведь я мужчина.       Услышав это, Елизавета в очередной раз вспомнила про Охотницу и рассмеялась. Она не знала, что эта фраза была частью плана Чудовища.       - Я дам тебе время подумать, но не очень много – сказал Советник и исчез.       Охотница появилась почти сразу. Она посчитала девочку уже готовой – месячные и истории о романтической любви сделали свое дело.       Елизавета рассказала Охотнице про Советника.       - Он, правда, может мне дать то, что обещал?       - Ты думаешь, он захочет поделиться с тобой властью? Он же мужчина, и в его представлении ты всего лишь инструмент. Слушайся меня, и только тогда все получится. Я дам тебе возможность повелевать мужчинами, а через них – всем миром.       У Елизаветы еще остались сомнения, но она не видела для себя выбора. Охотница стала учить ее. После знакомства и общения с Даниилом, девочке стало еще тяжелее. Мальчик добрый, но она чувствовала его слабость и нежелание быть правителем.       «Почему я должна подчиняться тому, кто слабее, только потому что он – мужчина?» - спрашивала себя девочка, и не находила ответа.       - Ты не должна – объяснила Охотница, когда Елизавета решила поговорить об этом. – Это просто большая ложь, придуманная, чтобы укротить женщин. Ведь, если бы правили женщины, не было бы войн, воровства и многого другого. Женщины сами по себе на это не способны, а, если и делают что-то подобное, то только под негативным влиянием мужчин. Если ты согласна, я расскажу тебе, как это можно изменить.       Девочка задумалась. У нее были благие намерения. Она хотела улучшить жизнь в Солвендо, и сделать это от своего имени, а не будучи женой правителя. Но у нее не было причин доверять Охотнице. Как не было и выбора, поэтому Елизавета согласилась на план Охотницы.       - Тебе нужно продолжать делать вид, что все в порядке, и что ты играешь по их правилам. Я скажу, как тебе себя вести, чтобы мальчик влюбился в тебя и был на крючке. А потом, когда настанет определенный день, я тебя заберу и спрячу. Без твоего присутствия объединения земель и уж тем более свадьбы не будет. Он будет тебя искать, и влюбится окончательно. Ты сможешь диктовать любые условия.       - Это нечестно. Я не могу так поступить – воскликнула Елизавета.       Охотница была непреклонна.       - Нечестно – это отбирать у тебя то, что твое по праву, только потому, что ты девочка. И это единственный способ для тебя получить то, что ты хочешь. Но, если ты против, я не буду тебя заставлять. Тебе нужно принять решение.       - Хорошо, я согласна на твои условия – с сомнением в голосе, но решимостью во взгляде ответила девочка. Охотница победно улыбнулась.       Они еще немного поболтали о пустяках. Когда Охотница ушла, Елизавета растерянно посмотрела в зеркало и пробормотала:       - Я обязательно придумаю другой план, чтобы все было справедливо и честно. А пока пусть будет так.       Сначала у Елизаветы был энтузиазм. Но время шло. Помимо Охотницы у девочки не было никого, с кем она могла бы обсудить эту ситуацию. Елизавета не смогла сама ничего придумать, поэтому и оставила все как есть.       Иногда девочку посещали и другие представители Семерки. Невидимка отваживал ее от мысли, что могут быть другие варианты. «Родители тебя никогда не поймут и не поддержат. Мальчишка всегда будет главным над тобой. Кроме нас у тебя никого нет. Без нас ты слаба». Она верила, и поэтому ничего не предпринимала. Елизавета ходила по дворцу, как сомнамбула, словно все время была во сне, не проявляя никакой активности, и лишь реагируя на требования кого-то из семьи или представителей Семерки. Она была идеально покорной для других и почти мертвой для себя.       Охотница научила девочку краситься. Для Елизаветы это была единственная возможность выразить свой протест против всего, поэтому одевалась она вызывающе. Конечно на официальных деловых мероприятиях она соблюдала дресс-код, как того требовала та же Охотница, но в остальном девочка вела себя по своим собственным правилам, шокируя всех.       Королева Элла хмурилась, когда наблюдала взросление дочери. Она несколько раз пыталась заговорить с Елизаветой. Девочка смотрела на маму потухшим взором и повторяла, как заклинание: «Быть покорной и никаких эмоций».       - Со мной ты можешь быть откровенной и поделиться тем, что у тебя на сердце – растерянно пробормотала Элла.       Несколько секунд Елизавета внимательно смотрела на маму, а потом качнула головой.       - Я не хочу тебе создавать проблем, мама. Я вижу, что у тебя и так много забот.       - Моя главная забота – это ты.       Женщина хотела обнять дочь, но Елизавета резко отвернулась, а потом и вовсе убежала. Сердце девочки кричало «Спасите меня», но никто ее не слышал.       Элла стала надеяться, что все пройдет как-нибудь само собой. Отец Елизаветы Мэтью в упор не видел никакой проблемы. Девочка стала заедать свои страдания сладким под заботливым руководством Потребителя, и только контроль со стороны Охотницы помог ей сохранить стройность фигуры.       Елизавета этого не знала, но Охотница из-за нее даже спорила с другими из Семерки.       - Она моя, мальчики – заявила Охотница. – Тебе, Невидимка, нельзя снижать ее самооценку, а тебе, Потребитель, заставлять ее хвататься за еду, как за спасение. Вы все можете продолжать свое влияние, но прошу вас не переусердствовать. Иначе она потеряет свое женское естество, а я вместе с ней часть своей силы.       И мальчики обещали.       Елизавете жить стало полегче, но двойная жизнь на этом не прекратилась. С каждым годом она все больше старалась соответствовать ожиданиям окружающих и поддерживать образ невесты будущего наследника, чтобы не вызывать подозрений. А вечерами в свой дневник она записывала свои истинные чувства, которыми была обуреваема, и в которых никому не могла признаться.       На смену романтическим фантазиям пришли эротические. «Даниил такой красавчик, хоть и слабоват духом. Хочу его губы на своем теле».       Пришла жажда власти и богатства. «Солвендо больше и богаче, чем Корректион. Мы объединим наши королевства, но управлять буду я. А он будет рисовать мои портреты и сидеть у моих ног».       Пришли гнев и зависть – в легкой форме. «Хорошо мужчинам. Они по праву своего рождения имеют власть, даже если ничего из себя не представляют. Но я не позволю им обижать женщин».       Все эти мысли, а также противоречия самооценки и любовь к сладкому, бередили душу девочки.       Елизавета не была злой. Она видела проблемы Солвендо и действительно хотела их решить. Девочка с удовольствием и радостью обсуждала с Даниилом планы на жизнь, действительно рассчитывая на счастливое будущее.       Однажды за ней пришли. Вместе с Охотницей был Невидимка. Он добродушно улыбнулся Елизавете.       - Я здесь, чтобы помочь вам, девочки. Вы здесь главные – сразу же заверил Невидимка.       Девочка вопросительно посмотрела на Охотницу, а та лишь загадочно улыбнулась.       - Пойдём.       Невидимка подошел к Елизавете и положил руку на ее плечо. У девочки от этого случились галлюцинации. Ей казалось, что она идет по красной дорожке к трону на коронацию. Елизавета улыбалась.       Они вышли во двор. Там были и остальные. Девочке казалось, что это придворные, которые пришли, чтобы поклониться ей и признать ее коронацию. Семёрка пустила Елизавету в круг, встали со всех сторон от нее и в едином порыве произнесли заклинание.Блеснул свет, и явилось Чудовище о семи головах. Всего секунд десять было Чудовище на заднем дворе дворца, а потом пропало. Но этого хватило видевшему все плотнику, чтобы сойти с ума.       Плотник бросился во дворец.       - Там… чудовище… семь… наследница… унесло… потеряли – и плотник упав, разрыдался. Рыдал, пока не забылся. Ему приснилась женщина, что была частью этой Семёрки. Она приложила палец к его губам. Проснулся плотник уже безумным и невменяемым.       Мэтью тут же организовал поиски. Месяца три прошло с тех пор, как он решился поехать к Даниилу.       Пока Елизавета была внутри Чудовища, эйфория в ее голове сохранялись. Сознание ее было открытым и семь струек протекло в её подсознание. «Ты наша» - шептала Семерка разными голосами. «Я не знаю» - отвечала тихонько Елизавета. «Я еще не решила». «Нет, ты наша» - настойчиво в один голос заявила Семерка.       Девочке стало неуютно, и она почувствовала беспокойство. Ей захотелось вернуться домой, и чтобы ничего этого не было.       «Я хочу домой» - прошептала Елизавета.       «Мы уже прибыли» - ответила Охотница. – «Ты дома. В городе Женщин».       Когда Чудовище доставило Елизавету в Город Женщин, она увидела, что она здесь не первая. Она очень хотела пройтись по Городу и рассмотреть его жительниц, но Семерка запретила.       - Рано еще – пояснила Охотница. – Ни ты, ни Город к этому пока не готовы. Твоя энергия еще не адаптировалась к энергии Города. Если тебя сейчас пустить к ним, ты тут все уничтожишь нафиг, а этого мы допустить никак не можем.       Советник хмуро посмотрел на Охотницу, а она невинно похлопала ресницами и улыбнулась. Советник решил отказаться от комментариев, пока рядом находится Елизавета.       - Зачем нужно это место? – спросила девочка у Охотницы.       - В Городе Женщин мы прячем и оберегаем женщин, девушек и девочек от жестокого и несправедливого мира мужчин – ответила Охотница. – Прежде всего, тех, кто уже пострадал от мужчин, как ты. Здесь женщины могут прийти в себя и отдохнуть, а я помогаю в этом. А мальчики пока извне вносят изменения в мире мужчин, чтобы в будущем мужчины и женщины жили в ладу, счастье и безопасности.       Елизавета внимательно посмотрела в глаза Охотницы. Ей очень хотелось верить, что Охотница говорит правду.       - Давай мы проводим тебя до твоих покоев – сказал Невидимка и снова положил руку на плечо Елизаветы. У девушки на минуту закружилась голова, а когда она осознала происходящее, они все стояли посреди комнаты, предназначенной для неё.       - В этом мире ты сможешь есть столько сладкого, сколько в тебя влезет, и у тебя никогда не заболят зубы, и ты не потолстеешь. Сладкое даст тебе ощущение безопасности и уверенности в себе – заверил девочку Потребитель. Рядом с Потребителем появилось зеркало. Елизавета взглянула в него и увидела себя, смакующей яства. Через несколько секунд она не просто видела, она словно наслаждалась вкусной пищей, хотя по факту это был обман (или может быть даже самообман). Если бы в это зеркало посмотрел кто-то не одурманенный, увидел бы жуткую картину – обжорство, граничащее со свинством.       Так было и со всеми остальными зеркалами. Елизавета видела в них не правду, а просто то, что хотела увидеть, и что Семерка хотела, чтобы она видела. Девочке казалось, что с ней происходит что-то великое и важное, а на самом деле всё было жутко.       Советник пообещал власть в Городе Женщин. Елизавета видела себя коронованной, но в зеркале отражались лишь тюремные решетки.       Охотница гарантировала, что девочка сможет видеть Даниила через пространство, наблюдать за ним и радоваться. Елизавете казалось, что она видит даже больше – ведь Даниил в зеркале подошёл к ней, обнял и проявил нежность. Девочке казалось, что она чувствует руки Даниила на своих плечах. Так и было, только это был не Даниил, и изнанка зеркала демонстрировала неприглядную правду разврата.       В зеркале Невидимки она казалась себе счастливой рядом с близкими, а по факту весела в петле.       В зеркале Ростовщика она думала, что занималась благотворительностью, но на самом деле с жадностью смотрела на деньги, перебирала их и обсыпала ими себя.       В зеркале Карателя она видела себя справедливой Королевой, но рубила головы без суда, а с удовольствием.       В зеркале Стражника она фантазировала, и все ее желания исполнялись, но по факту была голой.       У многих лучших женщин были такие зеркала. Но не у всех, а только у тех, кто представляли наибольшую опасность для Семерки. Некоторые женщины имели возможность бродить по Городу Женщин и даже общаться друг с другом. Были здесь и маленькие девочки. Семерке не удавалось их совратить. Девочки бегали невинными, и Семерка рассчитывала их поделить, когда малышки повзрослеют.       Зеркалами были закрыты те женщины и девушки, которые в душе с учетом всех жизненных обстоятельств смогли сохранить детскую чистоту и невинность. Именно этой невинности больше всего боялась вся Семерка, включая Охотницу.             Именно эта невинность помогла Елизавете, находящейся в лапах жутких иллюзий, вырваться и разбить зеркала.       И теперь она спала. Спала, находясь под защитой того, кто знал, что спасти Елизавету может только она сама, готов был поддержать ее в этом, когда придёт время, а пока дарил безопасность, спокойствие и радужные искренние сны.