по обстоятельствам

Разглядывая кроссовки и плитку туалета в школе, первое о чем ты думаешь это «зачем ты вообще живешь». Что будет дальше, и будешь ли ты вообще потом? Именно этими гениальными мыслями была занята голова Кира, когда, выходя из туалета, он уже направлялся к выходу из школы. Музыка в наушниках играла не громко, из-за паранойи, что она будет кому-то слышна, но так, к сожалению, были слышны посторонние звуки. Из-за угла коридора слышались дефолтные угрозы и издевательства. Быстро кидая взгляд на ситуацию, а после сразу проходя мимо, Кир вышел на лестницу. Помочь кому-то? Он и не думал. Он лишь долю секунды по насмехался, и над типичными дворовыми хулиганами, и над жалким темноволосым парнем, похожим стереотипно на гея, видимо за это ему и достаётся. Ему просто смешно, было пару секунд, но сейчас он уже и забыл о том, что только что видел. Может в какой-то степени он и эгоист, но отрицает это, просто считая эту ситуацию слишком скучной и недостойной его внимания. Спустившись на первый этаж, Кир свалился, опираясь на стену. Головокружение и тошнота резко окутали всё тело, он уже было подумал «неужели так стар?», как почувствовал сильный удар в живот. Сейчас он уже не думал, мысль как будто кем-то другим была отправлена в его голову, и почти бегом, насколько позволяло состояние, он поднимался обратно. Опять свесив голову из-за стены, Кир увидел, казалось бы, обычную картину, но сейчас он чувствовал каждый удар, прилетающих тому бедолаге. А Курседов лишь стоял у стенки за углом, просто смирившись. Выйти и помочь он не может, или же не хочет, да и сам еле на ногах стоит сейчас, так что решает просто дождаться затишья. Конечно, ему не хочется так думать, но ведёт себя сейчас как настоящий терпила. Убеждает себя, что уже ничем не поможет, что если выйдет сейчас, то им достанется вдвойне. Или же он просто боится, но это он никогда даже сам себе не скажет. Подтирая кровь под носом, и потирая виски, Кир наконец-то выдыхает, видя, что его измученного соулмейта оставили в покое. Парень, примерно его же возраста, поднимается дрожащими ногами, и еле переступая, скрывается за дверью туалета. По ощущению холодной воды на ранах, Курседов точно убедился что это он. Взвесив всё, Кир решает не идти туда, это не выглядит как правильная первая встреча, или хотя бы хорошее знакомство. Зачем тревожить его, он и так сейчас в стрессе наверно, а тут ещё и соулмейт, судьба всей его жизни заявится, ну явно не к месту. Кир опять уходит от проблем, просто стоя в стороне, или проходя мимо. Наконец-то оказавшись в своей кровати, Серёжа Акумов не мог элементарно пошевелиться. Тело не просто ломило, а жутко болело почти везде. Закрывая глаза и выравнивая дыхание, боль всё равно не утихала. Лежать сейчас было не очень приятно, была надежда, что так он сможет расслабиться, но вес сейчас сильно ощущался, а матрас казался каменным. Стоило ли это всё пары колких фраз, брошенных обычным задирам, у которых руки чешутся. Но чувство самоудовлетворения за то, что ответил им, приятно грело душу. Хотя неплохо бы было не только речью владеть, но и силой. Но от пяти человек он полюбому не отбился бы. Как бы не хотелось, но надо вставать, и хоть как-то привести себя в порядок. Видок сейчас не ахти, а скоро с работы вернётся мама. Акумов тяжело вздыхает уже пятнадцатый раз, обещая себе, что сейчас точно встанет. Ноги подкашиваются, но он как-то ведёт уставшее тело в ванную комнату, захватив с собой только электронку. Сидеть под душем — одно из его любимых занятий. Опустить голову, и смотреть как стекает вода с прядей волос. Переключать температуру под настроение. Всё это так отвлекает от жизни, что даже приносит удовольствие. Сегодня настроение было включить ледяной душ, и смыть с себя всё то, что произошло за день. Все противные фразы, короткие, но сильные касание, косые взгляды из толпы. Но привычное расслабление не приходило. Всё само физически напрягалась от контакта со струёй воды. От обиды, что из-за каких-то недоразвитых, он не может получить даже приятное расслабление, которое ждёт весь гребаный день, нижняя губа слегка подрагивает, а кулаки сжимаются до ногтей упирающихся в кожу ладони. Серёжа просто устал. Невольно он переводит взгляд на запястье. Это страшное чувство, которое он пытается избегать. До этого доходит только в крайнем случае. Но сейчас сердце резко забилось чаще. Он сильно трёт руку, но корявая надпись ручки не исчезала. — «суецидник знаю что ты сюда посмотришь поэтому тут и пишу))) а то ты ведь можешь и не заметить твой любимый ---» — Очень самоуверенная надпись соулмейта красовалась на маленьком чистом от синяков и гематом месте кожи. Но имя было смазано, как будто написал, но сразу стёр, и не разобрать. Вот приколист. Именно сегодня ещё и соулмейт решил вдруг объявится. Семнадцать лет жизни, ни слова не написал, и стойко игнорировал все попытки связаться. До каких-то нелепых тату, Акумов думал что его и вовсе нет. А сейчас пишет? Видимо хочет поныть, что всё тело болит. Да Серёже абсолютно всё равно, он для него никто. Но все мысли сводятся к тому чтобы ответить. Как будто важный тебе человек написал в чат, а ты боишься даже в сеть зайти. Ему это явно не нравится, уж слишком нездоровый интерес, к левому человеку. Хочется подколоть лицемерно, или задеть, или припомнить тату, и как долго оно исчезало с его руки и шеи. Или вообще запретить ему писать, и с нетерпением ждать новые сообщения. Но с другой стороны хочется и адекватно узнать человека. Хотя того, кто пишет скобочки улыбки, ручкой на руке, захочется скорее послать, чем познакомиться. — «да пошёл ты» — Вырисовывает Серёжа в ответ, понимая, что это поражение. А ведь и правда, он был прав с выбором места, хотя с другой стороны, где ещё писать-то? Но по факту же прав. Зря он ради этого ублюдка, в одном полотенце бежал в комнату за ручкой. Больше сейчас смущало то, что это парень. Не то что бы Серёжа был против, но как бы и не за. Никакого влечения к мужчинам раньше не было, и это удручает. Чувство, что он даже с соулмейтом не поладит, сильно бьёт в грудь, неужели он так на всю жизнь и останется в гордом одиночестве? Проснувшись, Кир и забыл, что вчера его самого практически избили, и резко вставая, почувствовал боль, ещё раз проклиная своего соулмейта. Какой же он всё-таки неудачник. Вот Курседов вроде и не додик, но и не заводила, и его и не избивают на переменах. Вчера написав на руке сообщение, он сразу свалился спать, ни на что сил не было. Но сейчас смотреть было очень страшно, он ожидал всего, но не того, что его пошлют. —«да пошёл ты» — Очень смешило Кира, ведь он даже точки над буквой нарисовал. — «какй же ты лох боже» — Быстро написал он в ответ, переодеваясь из вчерашней одежды, так и проспал в худи. — «уебан не пиши мне на уроках» — Удивительно сразу проявляется надпись, от чего Курседов потёр глаза, думая, не кажется ли ему. Но тут в его сонную голову пришёл гениальный план. — «а ты школьник чтоли? это я педофил получается» — Абсолютно забив на факт того, что проспал уже пару уроков, он решил прикинуться не подростком. — «да да попизди какой взрослый человек напишет суЕцидник чмо ты безграмотное хах» — Тут Кир пожалел, что, наверно, уже проспал уроки, жаль, но великий пранк не получится. — «лан прикол подъебал но не об этом я ведь из твоей школы видел тебя» — Он решил уже не томить, потому что писать было почти негде. — «ты следил за мной?» — «не просто я сразу понял что это именно ты» — Тут не соврал, так и получилось, когда он впервые его увидел. — «пруф» — «волосы длинные чёрные как альтушка ебаная))) лонгсл чёрный и рандомные чёрные штаны ты ведь» — «блядь» — На этом соулмейт уже ничего не писал, и Кир решил, что на сегодня хватит, но все же потом написал свой ник в телеграмме, а то ручкой писать на руках порядком задолбало.

***

Встречаться вживую было страшно обоим, но всё же Серёже больше. Кир уже имел представление о соулмейте, а он нет. Каким он будет? В каком он классе? Или хотя бы элементарно не урод ли? Обменявшись парой сообщений, без особого смысла, они договорились встретится после уроков Акумова, так как Курседов решил не идти в школу вообще. Серёжа шёл максимально медленно в соседний от школы двор, что-то заставляло настораживаться или даже боятся. Оглядев все лавочки и дорожки он не увидел никого. Первое что пришло в голову это уйти отсюда поскорее, как будто это всё ошибка. Уже прошло две минуты с назначенного времени, а рядом никого. Было неловко стоять по середине улицы, и пытаться сделать вид что очень ждёшь человека. Акумов уже начал сомневаться, что соулмейт придёт. Судя по манере общения, он мог и по приколу встречу назначить, что вообще можно от него ожидать. У него даже на аватарке аниме стоит. Хоть бы лицо поставил, чтоб Серёжа знал кого ждать. Проходит ещё пять минут, так никто и не пришёл. Заинтересованность и хороший настрой, сменяются на полное разочарование. Он ведь весь оставшийся день в школе сидел и жутко волновался, а сейчас как полный идиот стоит и преданно ждёт, сам не зная кого. Чувствуя, что это конец, Акумов решает быстро уйти, как будто и не стоял тут десять минут. Уверенным шагом он идёт вперёд, не отрывая взгляд от ленты соцсети, сам для себя делая вид независимого человека, но настолько уходит в мысли, что врезается в кого-то. Сдерживая желание обматерить человека перед ним, Серёжа поднимает взгляд. Парень выше его на сантиметров пятнадцать, такого материть страшно, хотя судя по крашенным волосам и телосложению, вряд ли опасный. Ловя себя на мысли, что стал уж слишком зашуганный, и оценивает людей на возможность неприятности, он быстро обходит парня, так ничего и не сказав. Не нужны ему ещё проблемы, и так весь в синяках. — Эй, ты куда втопил, — Через несколько секунд из-за спины слышит Акумов, и решает ускорить шаг. Но за ним продолжают идти, всё быстрее и быстрее. Он срывается на бег, но этот парень не отстаёт. Сердце колотится бешено, давно Серёжа ни от кого не убегал. И без того измотанное тело еле держится. Вслед глухо слышатся фразы: «а ну стой», «куда убегаешь-то». Но сейчас все мысли за день были в кашу, а инстинкт самосохранения обгонял здравый смысл. Криков уже не слышно, уши заложило, слышен только стук сердца. Нет уж, сегодня Серёжа никому не дастся. Пробежав полтора микрорайона, он сдаётся, дыхалка от курения плохая, и он опирается об угол дома, чтоб отдышаться. Медленно выглядывая из-за угла, проверяя нет ли того парня рядом, он вроде отстал, хотя Акумов последнии полминуты не слышал никого за собой. В принципе ничего не слышал. — Дебил, я с другой стороны, — Голос за спиной отдаётся дрожью, Серёжа разворачивается и падает на стенку, больше нет сил бороться с чем-то, если его так оскорбило то, что в него врезались и не извинились, пусть врежет Акумову в ответ, он просто сдался, — Пиздец ты додик спортивный, я чуть не задохнулся. — Блядь, да что тебе надо? — Серёжу в какой-то степени выводит из себя его бездействие, зачем он за ним бежал тогда. — Ну так-то мы встретится должны были там, — Он указал пальцем куда-то в даль, откуда они оба сейчас бежали, — Но ты как рванул, ну я за тобой, Кир кстати, — Он протянул руку для рукопожатия, на что второй неуверенно ответил, — Ну ты конечно въебал мне разминку, я и так отпизженный из-за тебя, а тут такое. Серёжа стоял почти с открытым ртом. И это его соулмейт? И он сейчас несколько минут, как полный конч, бежал от него. — Какой же блядь позор, — Он прикрыл лицо руками от ужасно поедающего изнутри стыда. Но виноват он не один, ведь Курседов даже не сказал как выглядит, — Ты же мог хоть предупредить, как бы я тебя узнал, я Сергей. — Уважаемый Сергей, блядь, я тебе раз двадцать, пока бежал, сказал кто я, но ты продолжал ебашить кросс, — Он зачесал волосы, прилипшие ко лбу, заводя руки на затылок, — Эх, Серёжа значит. — Сори, — Кратко ответил Акумов, и оба, кивнув, пошли вдоль по улице. Противная тишина. Оба боялись даже посмотреть друг на друга. Но всё же Кир решил сделать первый шаг, просто спросив возраст. Оказалось Акумов старше его на пол года, с виду младший бы так не сказал. И учится в одиннадцатом, в то время как Курседов только в десятом. — Честно я б тебе все восемь классов дал, — Дебильно посмеявшись со своей же шутки, он решил посмотреть на реакцию второго, потому что пока они мало знакомы, и он не знает что следует говорить, а что нет. — Да блядь, заебали вы все, — Серёже же было не смешно с этого, это говорят буквально все, и это очень обидно для восемнадцатилетнего парня. И опять Акумов чувствует что всё испортил. Кир заткнулся, чтобы опять не сказать ничего обидного, а Серёжа понятия не имеет с чего начать разговор. Идёт медленнее, чуть отставая от Курседова, иногда незаметно бросая взгляд. Концентрируясь на выравнивании дыхания, он даже не заметил что младший остановился, и окликнул его. Акумов развернулся, приподнимая голову, чтобы посмотреть в лицо. — Ты нормально? — А? — Сначала вопрос звучал странно, — Да, вроде. — Я ещё хотел сказать, ну ты не подумай ничего, — Теперь Кир был предельно осторожен с выражениями, иметь плохие отношения с соулмейтом он не хотел, — Ну, у меня девушка есть так-то, так что.. — Толком это было тяжело сформулировать, но старший понял, что он имел ввиду. — Я не пидор. — Ну, — Он пожал плечами, надеясь, что они друг друга поняли, но Серёжа продолжал всматриваться в его лицо, — Вот и отлично. Внешность Кира казалось неоднозначной, некрасивым его точно назвать нельзя, но и по стандартам красоты не проходит, очень необычный. Но его мимика пугающе завораживала, он вроде и молчит, но делает это так красиво, что Серёжа не смог оторвать взгляд, если бы Курседов опять не начал что-то говорить. — Ну ладно, я пойду, у меня ещё планы, — Махнув рукой на прощание, Кир развернулся, они ещё даже не друзья, чтобы жать руки, да и он не особо стремился, чтобы они ими стали. Старший смотрит как медленно отделяется соулмейт, и чувствует как внутри появляется паника. Как будто сейчас решается твоя судьба, и всё зависит от того, что ты скажешь. Он уже примерно в десяти метрах, а Акумов так и боится хоть что-то сказать. — Прости, — Достаточно громко говорит Серёжа, но не достаточно чтобы назвать это криком, а Кир оборачивается, не понимая его посыл, — За это, — Он приподнимает руки, от чего длинные рукава слегка скатываются, открывая израненную кожу. Курседов на пару секунд замирает, присматриваясь ко второму. Ему искренне жаль Серёжу, он не жалкий слабак, просто физически не может за себя постоять, и видимо бывает слишком эмоционален. Осмотрев его с ног до головы, он уже не кажется каким-то додиком, вполне нормальный парень. Да и у Кира язык не поворачивается, винить за это Акумова, хотя самому было не приятно так ходить. Поэтому в ответ он кратко кивает, убедившись, что второй заметил, и опять разворачивается. В то время как Серёжа продолжал смотреть ему в след.