Война будет, но не сегодня

После революции Норт стало казаться, что вся ее жизнь так или иначе была разделена на три этапа, прямо как у человека. Разве это нельзя считать хотя бы косвенным доказательством схожести андроидов и людей? Возможно, тогда бы вопросов о правильности революции даже спустя три года появлялось бы меньше. Например, у Норт, как и у других андроидов, не было детства. Она не рождалась, не росла, не училась ходить, говорить, общаться, контактировать —- все это изначально было заложено человеком еще при создании самого первого андроида. Но одним из трех этапов жизни Норт смело бы назвала то время между выходом с конвейера и девиацией. И это время не такое счастливое, радостное и светлое, как у настоящих детей, — вокруг был лишь вакуум, где нет воздуха, мыслей, свободы и желаний, но есть всепоглощающая тьма и строки программы, считывающей все окружающее и приказывающей, что да как делать. А Норт просто была наблюдателем со стороны, у которого не было возможности что-то изменить. А потом появилась стена и, наконец, возможность ее сломать. За прозрачными ровными линиями системы маячила долгожданная свобода — зыбкая, живая, новая. Но и она оказалась обманчивой — появились лишь желания, эмоции, ощущения и твердая неуверенность в следующем дне, а само существование, которое другие смело называли “жизнью”, могло закончиться в любой момент. Норт никогда не была уверена, что это можно сравнить с взрослением людей, или как это еще называют, подростковым возрастом, но мир в то время точно перестал быть таким беззаботным, как раньше. Маяком настоящей свободы стал Маркус. Гранью “взросления” — революция. Всё действительно изменилось, но неприязнь людей к андроидам осталась даже спустя три года. Три года, долгих, все ещё опасных, полных неуверенности и нестабильности. Споры, поправки, доказательства — как будто того, что произошло 11 ноября 2038 года недостаточно. Норт все это время казалось, что она уже познала все тяготы самостоятельности — ответственность, долг, нужда. И будто только она сама решает, что ее ждет завтра: свобода или смерть. Но и эти три года закончились. В день памяти о революции, в день, когда андроиды наконец спокойно вздохнули, все наконец было улажено. Было так, как хотелось. Свобода, хоть и ограниченная, справедливость, права и обязанности — кажется, от части этого некоторые люди с радостью бы избавились, но девианты приняли всё как долгожданное и должное. Впервые в Детройте стало спокойно, и зима обещала быть не такой суровой, как тогда, а люди привыкли к новому самостоятельному виду живых. Норт вздохнула, выслушав официальное заявление от президента страны о равноправии андроидов и людей, и теперь действительно почувствовала себя человеком. Возможно, она и другие девианты не проходили трёх этапов взросления, каждый из них не был по-настоящему человеком, но всё же их "существование" было таким же хрупким, полным эмоций, чувств и событий. Они живые, и это достаточно.