На нейтральной полосе

Конечно, беседа про журналистские кормушки - дело нетелефонное, но что уж теперь? Поговорят, как получается, а там видно будет. Набрал Женьку, подозревая, что тот может и не ответить, время тренировок, однако, друг снял трубку почти мгновенно. - Тох, повиси минуту, а то у меня тут Санек завис на лонже,- попросил Антона. Шутка, может, и не претендовала на топ года, но оба посмеялись. Что из Сашки не вырастет великого фигуриста в семье поняли довольно давно, но мать продолжала раскручивать бренд, а отец плавно подводил почву о переводе амбиций сына в преподавательское русло. - Тут же главное что?!- вещал вчера под легким газом Женя.- Я ему профессию в руки дают, твердую. - И имя,- поддержала Яна. - И это тоже, согласился Плющенко.- Значит, он у меня в любом случае не пропадет. - Женьк, да он у вас и так не пропадет,- попробовал успокоить озабоченного отца Сихарулидзе, хотя сам не меньше переживал за своих мальчишек. - Времена нынче непонятные,- осторожно заговорила Яна.- Кто его знает, как все обернется? Мы думаем о будущем. - Да и вообще, трудно все. Столько работы, столько строим. А теперь вот как?!- в голосе Жени проскользнула легкая истерика.- Я же хотел здесь всерьез! И чтобы весь мир приезжал. А мира больше для нас нет! - Надо переждать, Женьк,- понять человека, который активно строил корпорацию с прицелом на мировое господство, а она того и гляди превратиться в руины Колизея, даже не побыв Колизеем, можно.- У тебя пока все равно только начало пути. Утвердишься. Твои девочки из юниоров выйдут. - Надо девочек поддержать, Антош,- Яна посмотрела тяжело и долго на гостя. - Не обидим,- не великое было обещание, конечно, Плющенко с его Академией и так бы поддерживали, а сказать - много труда не стоило. - Вот теперь - привет!- снова зазвучал голос Евгения в трубке.- Что-то случилось? - Женек, у тебя там прикормленная подруга в телеграме. Урезонь ее!- вроде попросил, а вроде, и не так уж попросил, скорее приказал. - Ты о чем?- интересно, правда не понял или прикидывается? - Какие она там постельные инсайды собралась озвучивать?- сурово поинтересовался Антон - Это ж Янкина зона ответственности,- отозвался в трубку друг,- Я вообще тут не при делах. - Объясни жене, что не надо лезть на рожон,- тихо предупредил позвонивший. - Ты вообще, за кого бьешься-то?- подозрительно поинтересовался Евгений.- Опять что ли про Этери? И что там у вас с ней за общие постельные страдания? В трубке раздался смех, показалось, злой. - Я в общем, попросил. Хочу, чтобы мою просьбу услышали. Да?- негромко и сухо повторил в трубке. - Ну, я услышал,- не стал спорить товарищ. С тем распрощались, кажется, оба остались не слишком довольны беседой. Но главное, чтобы был результат. Следующим на линии связи оказался директор “Хрустального”. Этот ни от чего не отказывался, ничему не сопротивлялся. Заранее был согласен принимать дорогого гостя Антона Тариэльевича со всеми почестями в любое удобное тому время. Иной раз и не знаешь, как лучше-то? То ли когда они от тебя бегают и рычат, то ли когда согласны и с распростертыми объятиями. В первом случае всегда подозреваешь, что есть, что скрывать. Во втором - думаешь, что начнут что-то выпрашивать. - А Этери Георгиевна как отнесется к моим визитам?- решил напомнить, что не с душкой Филатовым ему контактировать. - Этери Георгиевна никогда к визитам посторонних из начальства благостно не относится, но всегда умеет правильно себя вести,- разом превратился из плюшевого зайки в нормального человека начальник.- Эдуард Михайлович поможет сгладить углы. - Хорошо, тогда предупредите, что я хочу начать с младшего состава тренеров,- вкатился со своими задачами Сихарулидзе. И почти сразу почувствовал, как на том конце беседы встала стена: - Зачем?- голос директора оброс железом.- Никто из младших тренеров не работал с олимпийцами. И не будет работать в этом цикле. - Зато они все видят, могут помочь разобраться в ситуации,- так себе по убедительности причина, но ему нужны были Цурская, Пунин и Похилюк. Эта троица знала Тутберидзе еще до воцарения на олимпе, особенно парни, особенно Артем. И будь дело в подготовке к олимпиаде, он бы и не полез в малышовые направления, но дело было из глубины веков. - Стукачество у нас не заведено,- коротко отрезал начальник. В такие моменты и понимаешь, где заканчивается лояльность власти и начинается поддержка своих. - Вы хотите сказать, что у вас там открытые окна без шторок у всех со всеми?- не поверил, конечно, кто в такое поверит, но тут же переключился.- Впрочем, мне это все равно. Я в любом случае не собираюсь лезть под кожу. Всего лишь хочу послушать об обстановке со слов младшего состава. - Хорошо. Эдуард Михайлович согласует время и позвонит вам,- коротко ответил Филатов. - Я полагаю, согласовывать время надо со мной,- попробовал вернуть в реальность собеседника Антон. - У тренеров есть реальные задачи в реальном мире и по сезону,- а вот это было уже прямым направлением по адресу выхода. Горшков думал, через директора будет проще, чем через его зама, Антону так не показалось. Руководство “Хрустального” стояло оборонительной стеной между ним и сотрудниками. Отчасти даже восхитился, но до конца прочувствовать масштаб задачи не смог. Ожил телефон. На линии была Яна. - Антош, я на счет твоих опасений,- заворковала в трубку.- Ты не переживай, мы тебя, конечно, никогда в обиду не дадим. Как скажешь, так сделаем. Но ты про нас тоже не забывай, хорошо? Как мы вчера говорили. Про поддержку. Дети хорошие, Женя так много работает, но если результатов не будет, сам понимаешь, мамы-папы. Они все и так нервные. А тут еще если опять без серьезных успехов. Трещала мадам продюсер счетчиком Гейгера под саркофагом Чернобыльской АЭС. Пообещал помогать и поддерживать. Не жалко, право слово, он и сам видит, что работа идет. Ну, пусть будет чуть в аванс. Никто не пострадает. Это торг уж точно не за продажу души дьяволу. Так, немного подвигать фигуры на доске в пользу своих интересов. Хотя, почему только своих? Интересов всего фигурного катания! Им сейчас не хватает еще скандалов с педофильскими фантазиями. Молчание в обмен на протекцию - не так плохо, если подумать.