Тот самый зайчик?

      Ехать им оставалось не так долго, минут десять максимум. Да еще и Чонгук, сцепив зубы, втопил педаль газа в пол, благо дороги были почти пустыми. А Тэхён не переставал изводить, мучить, шептать пошлости, точно зная, что Чонгука сорвет.       Машину припарковали как попало. В лифте были камеры, так что они стояли на расстоянии друг от друга, сдерживаясь из последних сил. Поездка на десятый этаж показалась вечностью, а руки Чонгука тряслись, пока тот неловко доставал из кармана ключ-карту. И стоило двери за ними захлопнуться, как Тэхён, нелепо взвизгнув, оказался перекинут через плечо.       — Дай хоть обувь снять, — сдавленно попросил он, но Чонгук это начисто проигнорировал, уверенно шагая по коридору.       По заднице прилетел смачный шлепок, и Тэхён снова вскрикнул, мысленно пообещав себе, что вытрахает из этой заразы все связные мысли. Чонгук так и донес его до спальни — смешно болтающегося на плече, головой вниз, задницей кверху. Не особо церемонясь, скинул его на кровать, чтобы тут же навалиться сверху, впиваясь в губы поцелуем.       Тэхён зарылся обеими руками в черные волосы, притягивая к себе, и сам толкнулся языком в рот, с упоением ощущая, как жарко Чонгук ему отвечает. Он обожал целоваться. Мог часами сидеть на коленях своего парня, выцеловывая сладкие губы до тех пор, пока не насытится.       — И куда делся скромник Гук-и, м? — где-то между поцелуями спросил Тэхён, выдыхая в чужие губы.       — Сбежал под напором твоей похоти, — ответил Чонгук и, словно в наказание за это, укусил за нижнюю губу.       — Может, мне всегда держать тебя чуть возбужденным, чтобы ты перестал сторониться людей? — хмыкнул Тэхён. Заставив Чонгука чуть отклонить голову, взялся покрывать шею поцелуями.       — Это ты называешь «чуть»? — демонстративно проехавшись по его бедрам своим стояком.       Вот как есть зараза! Тэхён уперся ладонями в грудь Чонгука, намекая, чтобы слез — ему самому ни за что не сдвинуть эту гору. Стоило тому подняться на ноги, как Тэхён вскочил следом и вцепившись в майку Чонгука, потянул ее вверх.       — Раздевайся! — тот послушно избавился от майки, а когда звякнул пряжкой ремня, расстегивая, Тэхён оттолкнул его руки в сторону. — Я сам.       Нетерпеливо дернул собачку, вжикнув молнией, вцепился в шлевки и потянул вниз. Правда, целиком стягивать не стал, тем более Чонгук был в обуви. Поэтому мстительно оставив джинсы болтаться на бедрах, подтолкнул того в сторону кровати.       — Может, я хоть обувь сниму? — жалобно попросил Чонгук, повторяя недавние слова Тэхёна.       Он на это криво усмехнулся:       — Не-а, — и добавил: — Раньше надо было.       Не давая Чонгуку возможности хоть как-то на это отреагировать, Тэхён толкнул его на кровать, а сам буквально рухнул на пол, ударившись коленками, чтобы тут же обхватить ладонью член. Далеко не маленький, вот прям идеально соответствующий размерам самого Чонгука. Оставалось только радоваться, что его парень исключительно пассив.       — Тэ… — из горла Чонгука вырвался сиплый выдох. А стоило Тэхёну податься вперед и плотно сжать мягкими губами головку, как выдох перешел в протяжный стон. Красивый, громкий.       — Что такое? — оторвавшись на секунду, лукаво поинтересовался он, и вновь склонился над членом. Он обожал отсасывать Чонгуку, кайфуя и от самого процесса, и от того, как тот на это реагирует. Тэхёну нравилось, как заполнялся рот, как гладкая головка вкусно скользила по языку и давила на горло.       — Я хочу… Мне надо… Тэхён-а… — совсем уж жалобно проскулил Чонгук, когда он втянул щеки и, чуть приподнявшись, со смачным звуком выпустил член изо рта. Чтобы тут же повторить под сдавленное хныканье и неразборчивые просьбы.       На затылок легли ладони, совсем мягко, не надавливая, Тэхён чуть потерся о них, намекая Чонгуку, что тот может действовать смелее. Его драгоценный мальчик всегда ждал одобрения, разрешения, боясь хоть как-то навредить. Хотя сам предпочитал жестко, до легкой боли — к Тэхёну прикасался очень бережно.       — Не бойся, — подбодрил Тэхён, по-блядски прошелся влажным языком от основания члена, затем еще раз, вылизывая напряженным кончиком вкусную венку. При этом не отводил взгляда от лица Чонгука, кайфуя от того, как много в нем желания. Даже похоти, скорее. А ощутив, что пальцы в его волосах сжались чуть сильнее, шире открыл рот, позволяя буквально насадить себя на член.       Чонгук все равно осторожничал: хоть и давил рукой, вверх не толкался. Тэхёну нравилось ощущать легкое нажатие на затылок, чувствовать, как не хватает воздуха и ноет челюсть. А еще он буквально с ума сходил, когда бедра Чонгука подрагивали под его руками. Он царапал ногтями кожу, с нажимом проводил по ней пальцами, оставляя красные следы. И наслаждался тем, как разбито звучит от его действий Чонгук — такой сильный в жизни, и такой слабый перед ним.       По совсем уж неконтролируемым всхлипам и неровному подергиванию руки Чонгука он понял, что до оргазма тому не хватает всего ничего. Легко скользнув по влажному от слюны стволу вверх, Тэхён прошелся языком, очерчивая головку, сильнее сжал губы и втянул щеки. При этом помогал себе рукой, быстро и методично надрачивая.       — Тэхён-а, я сейчас… Тэ… — попытался предупредить его Чонгук, но он и не думал соскакивать. Глотать Тэхён не любил, но кончить в рот позволял, зная, как сильно тому это нравится. Вот и сейчас продолжал двигать головой, старательно отсасывая, желая доставить своему мальчику удовольствие.       Чонгука, видать, от осознания того, что Тэхён разрешил, сорвало окончательно. Подавшись вперед раз, второй, тот замер, крепко, но осторожно сжимая голову Тэхёна руками. И негромко поскуливая, изливался семенем на язык, путая пальцами волосы Тэхёна.       Дождавшись, когда Чонгук отпустит его, обессиленно уронив руки на постель, Тэхён выпустил начавший опадать член. Языком вытолкнул сперму изо рта, нарочно неспешно, так, чтобы она стекала с кончика языка на живот Чонгука. И увидел, как в глазах напротив вспыхивает огонек желания, даже невзирая на то, что с момента оргазма прошло несколько секунд.       — Все хорошо? — размазывая пальцами сперму по коже, невинно поинтересовался Тэхён. Собственный голос подводил, подрагивал от возбуждения, демонстрируя, насколько Тэхёну на самом деле хочется. Все его спокойствие было напускным, он и до этого нелепо дергался да сжимал ноги, потираясь об одежду. А теперь, глядя на то, каким разнеженным и податливым стал Чонгук, и вовсе готов был поскуливать от нетерпения. Ну потому что это ж пиздец! Растрепанный, раскрасневшийся, с припухшими губами и поплывшим от наслаждения взглядом Чонгук — самое охуенное зрелище, которое Тэхёну вообще когда-нибудь приходилось видеть.       Вместо ответа тот приподнялся и потянул Тэхёна на себя, пачкая и свою, и его одежду в сперме. Но кого из них это сейчас волновало? Целуя, Чонгук проникал языком в его рот, жадно слизывая собственный вкус.       — Даже не представляешь насколько все хорошо, — прошептал тот. — Я уже говорил, что обожаю тебя? И твой рот…       — Не помню, — слукавил Тэхён и нетерпеливо проехался сдавленным одеждой членом по животу Чонгука.       — Тогда я напомню, — невесомо коснувшись его губ горячими своими. — Обожаю тебя, Тэ. И да, намек понял. Как ты хочешь?       — Перевернись, — Тэхён уперся ладонями в кровать, чтобы подняться, и сразу потянул Чонгука за плечо, поторапливая.       — Раздеться ты мне, я так понимаю, не позволишь? — с надеждой глядя на него снизу вверх.       — Нет, — Тэхён предвкушающе улыбнулся. — Буду трахать тебя прямо в таком виде — в приспущенных штанах, голым задом кверху.       Честно, он от души насладился тем, как запылали щеки Чонгука. Тот потупил взгляд, быстро облизал губы, но все же, не споря, улегся на живот. И зрелище, надо сказать, потрясающее: болтающиеся на крепких бедрах джинсы, а выше… Аппетитные, крепкие ягодицы и мощная спина. Так и хотелось прикусить кожу, и Тэхён не стал себе отказывать. Потянул Чонгука с кровати, вынуждая встать коленями на пол, и, прижавшись к нему грудью, цапнул за загривок, довольно сильно сжимая зубы.       Он говорил, что Чонгук скулил в такие моменты, да?       — Сильнее! — раздалось сдавленное, и Тэхён не стал противиться — кусал сладкое местечко, от прикосновения к которому его сильный парень всегда растекался лужицей. Спина была усыпана не успевающими заживать засосами и царапинами, но Тэхён не мог противиться, когда Чонгук просил еще и еще. Порой, когда им приходилось посещать людные места, а Чонгук начинал слишком нервничать, он затаскивал его в какой-нибудь уголок и кусал. Или царапал. Интересно, что это помогало тому взять себя в руки, отвлекало, возбуждало…       Так и сейчас он методично целовал, прикусывал, втягивал губами до красных отметин кожу на спине, опускаясь все ниже и ниже. А Чонгук, уткнувшись лицом в подушку, постанывая так отчаянно, дергался каждый раз, чтобы спустя мгновенье замереть под его зубами. Да комкал татуированными пальцами одеяло на кровати, сминая его.       Напоследок, согнувшись совсем уж в три погибели, Тэхён оставил засос на пояснице и поднявшись на слегка подкашивающихся от желания ногах да шипя от того, как больно собственный член упирается в белье, подошел к прикроватной тумбочке. Смазка была всегда наготове. Если учесть, что анальным они занимались вчера, а сегодня после тренировки Чонгук стопроцетно сходил в душ, за чистоту можно было не переживать. Да и не позволил бы тот ему что-то сделать, если бы сам не был уверен, что у него все идеально.       Вернувшись назад с тюбиком в руках, Тэхён невольно замер, залюбовавшись. Чонгук послушно продолжал стоять на коленях у кровати, в приспущенных джинсах. Лицо спрятано, наверняка чтобы Тэхён не видел его краснющие щеки, а руки чуть раздвинуты в стороны, от чего мышцы на спине красиво перекатывались при малейшем движении.       — Ты будешь смотреть или уже сделаешь что-нибудь? — негромко прошипел Чонгук.       Тэхён, не церемонясь, мстительно припоминая, как его сюда несли, шлепнул по голой ягодице. Смачно, звонко, так, что ладонь обожгло, а Чонгук тонко вскрикнул от неожиданности.       — Какой требовательный, — он усмехнулся, опускаясь на колени, и ловко открутил крышку. Щедро выдавив смазку на два пальца, провел между ягодицами, увлажняя. Вообще, хотелось бы вылизать эту вкусную дырочку — у Чонгука все тело было идеально гладким, от чего Тэхён тихо сходил с ума и не упускал возможности его приласкать. Однако тянуть дальше он уже был просто не в силах, и без того белье неприятно липло, влажное от естественной смазки, а член чуть ли не пульсировал. — Терпение, Гук-и.       Наверняка, зная его вредный характер, Чонгук предпочел промолчать. Только сильнее изогнулся в пояснице.       Тэхён, вновь налив смазки на пальцы и отшвырнув тюбик в сторону, медленно огладил сжатое колечко. Провел по кругу, нажал, но не проникал внутрь, играясь и дразня. Неловкие дерганные движения бедрами навстречу только подстегивали мучить дальше.       — Давай же, Тэ. Ну! — с нажимом. На самом деле, подобный тон был не свойственен Чонгуку, а значит, действительно уже не терпится.       Медленно проталкивая внутрь сразу два пальца, Тэхён водил ладонью свободной руки по чуть влажной от пота пояснице. Нажимал на укусы и царапины, потирал, чувствуя, как Чонгука уже потряхивает. Его сладкий мальчик так быстро завелся…       — Сейчас, мой хороший, — Тэхён двигал рукой, разрабатывая и растягивая. — Еще немного.       Развернув руку ладонью вниз, безошибочно нащупал простату и прицельно ударил по ней подушечками пальцев.       — Мгм… ах… — куда-то в одеяло простонал Чонгук, вновь безжалостно комкая его. — Сильнее.       — Ну как я могу тебе отказать, а?       И действительно не мог. Потому что такой просящий, такой нуждающийся Чонгук это слишком потрясающе. Ровно и размеренно трахая его пальцами, Тэхён не переставал шептать, какой же Чонгук вкусный, какой красивый, и как сильно он его хочет. А тот только разбито хныкал, подавался навстречу его движениям да терся членом о кровать, заводя себя еще сильнее.       — Хватит растягивать, — взмолился Чонгук. — Хочу тебя. Твой член.       — Нет еще, — каких трудов ему стоило не плюнуть на все и не засадить прямо сейчас, Тэхён никогда и никому не расскажет. Он пребольно укусил себя за губу, силясь удержать внимание на растяжке, а не акцентировать его на собственном возбуждении. — Рано.       — Тэхён… Пожалуйста, — Чонгук так жалобно умолял, что остатки здравого смысла трещали по швам. — Пожалуйста. Хочу тебя, Тэ.       — Сказал же нет, — прозвучало пиздец как неуверенно, но возбужденный, доведенный до крайности Чонгук, кажется, этого не заметил. — Еще немного.       И он продолжил методично растягивать. Лишь дождавшись того, что внутри легко могли скользить три пальца, достал их, чтобы наконец расстегнуть собственные брюки.       Сдержать вздох облегчения не получилось. Наспех смазав член, он приставил его к раскрытому, пульсирующему от пустоты входу, и издевательски поводил головкой.       — Ну же! — Чонгук попытался податься назад, но Тэхён надавил на поясницу, прижимая к кровати. Не сильно, на самом деле, однако Чонгук действительно был послушным мальчиком в такие моменты. — Тэхён…       — Мы не закончили наш последний разговор, — мурлыкнул он, продолжая наглаживать головкой раскрытый анус.       — Какой, к чертям, разговор? — Чонгук даже приподнялся на руках и возмущенно обернулся.       — Ты пойдешь со мной на встречу с Хосоком и Чимином в следующие выходные? — и вопросительно поднял брови. — Давай же, Гук-и, соглашайся. Я обещаю, что буду рядом.       — Это наглая манипуляция, — обиженно надувая губы, хрипло пробасил тот в ответ. И выглядел при этом настолько умилительно, что Тэхёну тут же захотелось дать ему все, чего бы Чонгук ни пожелал. Только вот… социализироваться хоть немного было необходимо, так что, сцепив зубы, он продолжил давить.       — Именно, — с усмешкой. — Соглашайся, мой хороший. Тебе же хочется ощутить мой член в себе, да?       — Ты ведь не сдашься, да? — пораженчески выдохнул Чонгук в ответ. — Все равно добьешься своего?       — Разумеется, — Тэхён нажал сильнее, так что головка медленно-медленно начала погружаться внутрь, проталкиваясь через податливо расходящиеся под напором мышцы.       — Пойду. Пойду куда хочешь, Тэ. Только возьми свой блядский член и вставь уже мне в… ах.       Тэхён не щадил. Засадил от души, прекрасно зная, что Чонгук сможет принять, что он достаточно растянут. А тот поспешил отвернуться, вновь утыкаясь лицом в одеяло да сильнее выпячивая задницу.       — Этого хотел? — выходя почти полностью и вновь толкаясь вперед, резко, до шлепка. Чонгук вскрикнул, потрясающе сжимая его внутри, да сдавленно промычал что-то похожее на согласие. Чуть поёрзав, Тэхён удобнее устроился коленями на полу и шире раздвинул ноги для устойчивости. Положил ладонь на поясницу Чонгука, надавливая, и опираясь на нее, чуть приподнялся, чтобы сменить угол. В этой позе брать Чонгука стоило чуть сверху, чтобы идеально попадать по простате, Тэхён это прекрасно знал.       Именно поэтому от следующего же мощного движения Чонгук вскрикнул отчаянно, а дальше безостановочно поскуливал, принимая его в себя. Тэхён с каждым толчком проезжался по простате, наслаждаясь тем, как Чонгук гнул спину и надрывно, шумно выдыхал. Он потянулся и сжал в кулаке черные волосы Чонгука, заставляя запрокинуть голову.       — Мой сладкий Гук-и, такой хор-роший, такой замечательный, — сквозь собственное неровное дыхание шипел Тэхён. — Такой податливый.       Невзирая на мощное тело, крепкие мышцы и на силу, которой обладал, Чонгук гнулся и плавился под ним, раскрываясь и принимая. Это безумно возбуждало. Он смотрел на Чонгука и никак не мог насмотреться.       Продолжая вбиваться в хлюпающий от смазки анус, Тэхён отпустил волосы Чонгука, и тот сразу рухнул обратно на кровать.       — Еще… Немного, Тэ.       Все равно ведь не кончит, пока Тэхён не приласкает его член. А наверняка хочется, судя по тому, как тот ёрзает по одеялу, ища трения. Хоть какого-то.       Он жадно смял руками ягодицы и чуть развел их в стороны, замедляясь. Сглатывая вязкую слюну, с удовольствием наблюдал, как его член погружается в пульсирующую, покрасневшую дырочку. Правда, долго любоваться ему не позволили — Чонгук нетерпеливо качнулся навстречу.       — Так сильно хочется, да?       — Да-а...       Желание кончить боролось в Тэхёне с желанием вечность любоваться таким вот Чонгуком, но первое в итоге победило. В конце концов, ночь длинная, завтра выходные, и ничего не мешает им пойти на второй заход. А то и на третий…       Потянув Чонгука за плечо, Тэхён заставил его выпрямиться. Так что теперь тот стоял на коленях, упираясь в край кровати только руками. Обхватив чужой, сочащийся предэякулятом член, Тэхён задвигал рукой в такт толчкам.       — Кончай, Гук-и. Давай же, мой сладкий, — жарко шептал он, чувствуя, как сильно Чонгука трясет.       Потянулся и сжал зубы на загривке. Сильно. Больно. Оттягивая кожу и оставляя на теле Чонгука еще одну свою метку. Тот взвыл, содрогаясь в его руках, и замер в оргазме, сильно сжимая его в себе. Так что хватило буквально нескольких резких, совсем коротких движений, чтобы сорваться. Вытащив член, Тэхён сжал его ладонью и бурно кончил на влажную поясницу Чонгука.       Откинувшись назад, нелепо плюхнулся на задницу, а затем и вовсе улегся — сил не осталось от слова совсем. Ну ничего, сейчас вот полежит пару минут, потом душ, попить чего-нибудь, и можно будет продолжать. От пота и спермы неприятно стягивало кожу, но, честное слово, он пополам переломится, если сейчас встанет.       — Так и будешь тут лежать? — хохотнул вполне себе бодрый Чонгук, будто не его только что качественно отодрали. Тот всегда после секса до ужаса активный в противовес еле двигающему конечностями Тэхёну. Ну вот и где справедливость, а?       — Угум, ты вытянул из меня все соки вместе со спермой.       Чонгук все же стянул обувь и наконец избавился от штанов. Ничуть не смущаясь своей наготы, начал раздевать Тэхёна.       — Ну, тогда я должен взять на себя ответственность за это и позаботиться о тебе.       Тэхёну даже думать было лень, поэтому он послушно позволял снимать с себя одежду, помогая по мере своих возможностей — руку там приподнять, или еще что.       — Ты мой герой, — прокомментировал Тэхён, когда Чонгук подхватил его на руки.       — Ха, — самодовольно так, и быстро коснулся его губ своими. — Зато ты хитрая задница. Воспользовался моментом, чтобы уговорить меня встретиться с твоими новыми друзьями.       — О, я не только воспользовался моментом, я сделал буквально все, чтобы этот момент возник, — Чонгук рассмеялся, продолжая держать Тэхёна на руках, и вышел из комнаты. — Но, — уже куда серьезнее продолжил Тэхён, — если ты действительно не хочешь, то я не буду настаивать.       — С чего ты решил, что я не хочу? — Чонгук дошел до ванной и, аккуратно поставив его на пол, включил воду. — Я просто надеялся, что ты будешь меня уговаривать.       — Чего? — опешил Тэхён. — И после этого ты меня называешь хитрой задницей? А сам-то? Хитрый заяц!       Он несильно шлепнул ладонью по его бедру.       — Ага, зайчик, — пробасил Чонгук, всхохатывая. А потом, видимо, вспомнив, как сильно были удивлены Хосок и Чимин, добавил: — Тот самый.