Want me

Одно дело – проснуться от самого лучшего эротического сна в своей жизни. И совсем другое – проснуться и осознать, что все это было на самом деле и в очередной раз так потрясающе испорчено. Все это Тсуна понял, обнаружив себя перед зеркалом, то и дело опуская воротник и глазами полными ужаса рассматривая засосы, украшающие его шею и ключицы. Но в тоже время гордость помогала ему не беспокоиться об этом, ведь он вспомнил, что нанес Дино точно таки же «раны». Ужаснувшись этому чувству, Тсуна вцепился в свои волосы. Сначала Хранители были его навязчивой идеей, а теперь Дино? Да что с ним такое? Из-за чего он набросился на этих троих, учитывая то, что не прошло и суток? Раньше, когда дело касалось секса, ему никогда не хватало смелости. Никогда. Так с чего вдруг он кидается на других и мастурбирует, будто это ежедневная необходимость? Какого черта с ним происходит? Он вздохнул и направился в ванную. Как только он включил душ – к удивлению, не такой холодный – он прислонился к кафелю и задумался. Он должен был найти Реборна и поговорить с ним. Вообще-то, он не должен вести себя так. Это как-то связано с его двадцать третьим днем рождения, может какое-нибудь странное вонгольское проклятье или другой подобный бред. Но он не понимал, почему раньше с ним не было подобного. Чушь какая-то. Тсуна вышел из душа, натягивая обычные джинсы и черный свитер с высоким воротом. Он помнил свой последний поход по коридору и полное отсутствие людей, так что ему не нужно было одеваться официально. Реборн освободил большинство людей либо из-за его неожиданных…поползновений к любому, кого он видел, либо они все прятались от него. Тсуна уставился на свое отражение, снова опуская воротник и рассматривая багровеющие засосы на своей шее. - Десятый! Стоило Гокудере назвать его титул, Тсуна почувствовал себя так, будто его тело сжалось. Он заставил себя двигаться, услышав тяжелые шаги у его кабинета, и умудрился перепрыгнуть через кровать, схватить подушку и приземлиться точно с другой стороны всего за пять секунд. Застонав от боли, он зарылся лицом в подушку, надеясь, что если он не увидит лицо Гокудеры, он не набросится на светловолосого мужчину, чтобы повторить события их последней встречи. Как раз наоборот, стоило ему почувствовать знакомое прикосновение теплой ладони к своему плечу, его рассудок решил забыть все, что он знает о контроле – его член тут же встал. Тихо проклиная свое возбуждение от обычного повседневного касания, Тсуна стряхнул с себя руку и безуспешно попытался заползти под кровать. После бесчисленных попыток Гокудеры оттащить хныкающего Босса от щели под его кроватью, другой человек вышел вперед и, обхватив Тсуну за талию, поднял его и прижал к своей крепкой груди. Застонав, Тсуна теснее прижал подушку к лицу, уже зная, что он никогда не забудет ощущение, которое он испытал, прижимаясь к такому телу. - Ты думаешь, это хорошая идея? – спросил Гокудера, когда они вышли из комнаты. После подобного медвежьего объятия, Тсуну понесли на руках – его телу это нравилось, но разум разрывался от ужаса. Сильная грудь, к которой он был прижат, задрожала от смеха. - Реборн приказал сходить за ним. Он спит почти весь день, а ведь Фуута уже приехал. Кроме того, Тсуна имеет право знать, что с ним происходит. - Это понятно, но посылать тебя и меня? - Хаято, ты пошел за мной. Реборн попросил тебя остаться. - Я не собираюсь оставлять Десятого с таким как ты, бейсбольный придурок! К тому же Реборн мог бы доверить безопасность Десятого мне. Я же его Правая Рука. И снова смех. - После того, как ты приставал к нему в его спальне? Навряд ли. - Да пошел ты, Такеши! Тсуна, вовсе не улавливающий о чем идет речь, боролся с собственным телом, так подло предающим его. Узнав голос Ямамото и осознав, что Гокудера был на расстоянии вытянутой руки, его разум разыгрался на полную. Он понял то, как близко он был к Ямамото, как легко он мог бы поцеловать его смуглую шею и пустить все на самотек. А если бы Гокудера присоединился к ним, это было бы вдвойне лучше. Развлекая себя этими коварными мыслями, Тсуна не заметил, как его бесцеремонно бросили в кресло. Подушка все еще была прижата к его лицу, и он аккуратно убрал ее, тут же встретившись взглядом с Реборном. Вздохнув с облегчением, и чувствуя как желание, скопившееся в нем в течение всей прогулки в руках Ямамото, отступило, он решительно наклонился вперед. - Что со мной происходит? Реборн вздохнул и посмотрел на юношу, стоящего позади него. Тсуна тут же узнал Фууту, как всегда смущенно прижимающего к себе свою большую книгу, и улыбнулся ему. Его глаза расширились, когда он осознал, что его ничуть не тянет к Фууте, и он тихо засмеялся, заметив, как Фуута и Реборн посмотрели друг на друга. - Тсуна, какие бы ни были обстоятельства, ты изменился. Правда, еще не совсем. У меня есть вопросы, но также и решения, что нам делать дальше. Запомни одно: не важно, что ты услышишь, не важно, что произойдет, - не оборачивайся. Тсуна решительно кивнул. После стольких лет общения с Реборном ему пришлось смириться с тем, что если Реборн хочет сказать что-то важное, значит, его стоит молча выслушать и сделать все, что требуется, ни разу не пожаловавшись. А если это поможет ему понять, почему он набросился на трех своих друзей, то он был готов на все. - Сначала хочу обратиться к Мукуро, Гокудере и Дино. Не так давно вы трое общались с Тсуной. Я хочу знать, как он вел себя с каждым из вас. Тсуна неверяще уставился на своего репетитора. - Реборн! Но как?.. Глаза Реборна заблестели. - Глупый Тсуна, я же тебе говорил, мои способы получения информации тебе никогда не понять. Тсуна покраснел и неожиданно услышал шорох шагов позади него. Он вцепился руками в колени – он не мог обернуться, но в то же время ничего другого он не хотел так сильно. - Гокудера, ты первый. Как Тсуна вел себя с тобой? Гокудера кашлянул прежде чем заговорить. - Он был…ну, таким, как я себе и представлял. Страстным, но не властным и не покорным. Н-не то чтобы я все время думал о подобном! – покрасневший Хранитель Урагана отступил назад, и Тсуна закрыл глаза, думая о своем. Неожиданный пинок по голове вытолкнул его на пол, заставив захныкать от боли. Реборн стоял перед ним, качая головой. - Нет, Тсуна, не здесь, - Аркобалено обернулся. – Мукуро, ты был вторым. Как Тсуна себя вел? - Ммм? Тсунаёши был таким послушным, каким я и создавал его в своих иллюзиях. Застенчивым, превращающим свою вонгольскую силу во что-то такое, что я с легкостью могу контролировать, - мурлыкнул Мукуро. – Его тело изнывало от желания, и если бы ты не прервал нас, я уверен, он бы метался в моих объятиях и умолял о… - Все, хватит! – выкрикнул Тсуна, закрыв уши, чтобы не слышать слов Мукуро. Однако его тело отозвалось на такое красочное описание, горячей волной выжигая кровь в венах. Его руки с ушей мягко переместились к щекам и шее, позволяя представить иллюзиониста перед ним. Еще один удар по голове вытянул его из фантазий, и он сел на полу, краснея от стыда. Фуута удивленно и одновременно заинтересованно смотрел на него, спрятав лицо за книгой. Реборн вздохнул и уставился на Тсуну. - Я не виноват, клянусь! – воскликнул он, размахивая руками. – Если бы ты не просил их описывать то, как я вел себя, тогда я бы и не стал представлять! - Ты что, не слушаешь, что они говорят, глупый Тсуна? Не видишь связь? «Нет, - едко подумал он, - я не вижу связь. От всех этих разговоров я только сильнее их хочу. Черт бы тебя побрал, Реборн!» Реборн какое-то время внимательно смотрел на него, затем позвал Дино. - Как Тсуна вел себя с тобой вчера, Дино? Послышались скрип стула и обращение Ямамото к Гокудере, пытающегося наброситься на блондина. Он слышал, как Хранитель Дождя успокоил Гокудеру и умудрился усадить его на место. Стиснув зубы, Тсуна ждал ответа. Босс Каваллоне тихо засмеялся и лишь потом ответил: - Ну, он был настойчивым, не робел и пытался подчинить себе, - Дино замолчал и испуганно добавил: - Именно такой, каким я себе его и представлял. - Точно, - сказал Реборн. – Тсуна чувствует, каким вы хотите его видеть и именно так себя и ведет. Гокудера хотел видеть его страстным, таким он был. Мукуро – застенчивым, таким он и был. Ты хотел, чтобы он был настойчивым. Пожалуйста. Тсуна в ужасе уставился на своего репетитора. - И что все это значит? Почему я кидаюсь на своих друзей? И что вообще происходит? Реборн пропустил его вопрос мимо ушей и повернулся к Футе. - Нам нужен твой рейтинг, Фуута. Мы должны узнать, кто поможет нам вылечить Десятого Вонголу. Все молчали, наблюдая, как Фуута открывает книгу, его глаза тускнеют, а сам он взлетает над полом. Тсуну всегда поражало то, как Фуута читает, будто он покидает свое тело. Яркая вспышка - Фуута моргнул и легкий румянец появился на его щеках. - А, Реборн… Это… Ты уверен? В смысле, противоядие...ой, я не могу нормально прочитать! Здесь слишком много кандидатов! – Фуута покраснел еще сильнее и выронил книгу. Он закрыл уши руками, продолжая что-то бормотать. Тсуна подошел к юноше, пытаясь успокоить его, после чего обернулся к Реборну. - Реборн, что это за противоядие? И что со мной происходит? Безумный блеск вспыхнул в глазах Реборна. - Противоядие сработает, когда ты лишишься девственности. Тишина. Тсуна в ужасе уставился на своего репетитора и неосознанно обернулся, посмотрев на толпу своих друзей, скромно стоящих у его кресла. Он все смотрели на него, кто-то с любопытством, другие – Мукуро, ну извращенец, – смотрели с жадностью. Он упал на пол, переполненный ощущением влечения почти к каждому человеку в комнате. Реборн вздохнул и стукнул его еще раз, спрятав его лицо от Хранителей. - Сосредоточься, Тсуна, это очень важно, - сказал Реборн. Тсуна неохотно посмотрел на него. – Ты проклят. И прежде чем ты разрыдаешься или сделаешь еще что-нибудь неподобающее мафиози, уясни: ты сам виноват. Ты не смог сексуально развиться за двадцать три года, поэтому проклятье поразило тебя. Тсуна едва удержался, чтобы не вспылить. Какого черта неприятности вечно сваливаются на него? Будто бы он был магнитом, призывая все самое кошмарное радостно свалиться ему на голову. Желание, чтобы его коснулись, поцеловали и прижали к любой горизонтальной поверхности его же друзья, появилось, потому что у него не было секса? Вспомнив все, что случилось с ним за последние два дня, – это же еще не конец? – он был уверен, что уже достаточно развился в этой области. - Может, ты и приобрел небольшой опыт после похождений с Дино, Гокудерой и Мукуро, но это не значит, что ты все-таки потерял девственность, - Тсуна взглянул на Реборна, в очередной раз прочитавшего его мысли. Аркобалено продолжил ухмыляясь: - Когда это случится, - а это случится, Тсуна, – ты должен быть готов к изменениям, которые произойдут с тобой. - Каким? – выдавил Тсуна. - Когда проклятье будет действовать, следующие двадцать три дня ты будешь хотеть только секса, и чтобы получить его, ты не перед чем не остановишься. Поэтому ты не сможешь видеться ни с кем за пределами особняка или помочь семье, если на нас нападут. Следующие двадцать три дня Вонгола будет под угрозой, - торжественно закончил Реборн. Тсуна почувствовал, как его ноги подкашиваются. Фуута звал его по имени, но он толком не слушал. Его разум подбирал любое правдоподобное объяснение этой ситуации, пытаясь найти выход, но сколько бы он ни пытался вырваться из этой петли, он оказывался связан по рукам и ногам одним простым фактом: он был Десятым Вонголой. Он не мог бросить свою семью, свою новую жизнь просто потому, что он не развился в одной области. Ну почему подобное вечно с ним происходит? - Другого пути нет? – спросил он. Он не знал, почему он так не хотел терять свою девственность. Может, потому что он никогда серьезно не задумывался о сексе до этого момента. Он с головой ушел в работу, пытаясь стать порядочным Боссом мафии, так что у него просто не было времени. А теперь, когда это наконец-то пришло ему в голову, это случилось только из-за того, что он не был достаточно зрелым. Ну и что это за чушь? - Нет. Иногда Тсуна ненавидел Реборна, но он знал, что репетитор просто пытался помочь ему. Он посмотрел на своих друзей, стоящих рядом, – никто не трогал его, но каждый из них беспокоился за него. Он жестом попросил их отойти, пытаясь держать себя в руках. Он хотел их, и в этом была вся проблема. Реборн повернулся к Фууте, который по-прежнему суетился над своим рейтингом. - Фуута, я хочу, чтобы ты выяснил, кто может подходить к Тсуне, не разбудив проклятья. Проще говоря, рейтинг тех, к кому Тсуна ничего не испытывает. Фуута кивнул, его глаза снова поблекли. Тсуна наблюдал за тем, как он пролистывает свою книгу и аккуратно записывает результат. - Тсуна-нии ко многим ничего не испытывает, хотя лишь некоторые из них сейчас в этой комнате. Реборн на первом месте, Ламбо на втором, я на третьем. Есть и другие. Сасагава Рёхей и Докуро Хром тоже в списке, но почти в самом конце, хотя они все равно могут относиться к этой нейтральной зоне. Тсуна-нии пока не уверен, куда их отнести. Все эти люди могут спокойно находиться с ним рядом, - закончил Фуута, вновь приходя в себя, и виновато улыбнулся Тсуне. - Значит, можно сказать, что Тсуну тянет ко всем остальным, - заключил Реборн. - Д-да. Этот рейтинг совершенно запутан. Тсуна-нии все время метается, к кому его тянет больше. Когда я посмотрел первый раз, это были Гокудера-нии и Ямамото-нии. Сейчас это Дино-нии. Я уверен, что если посмотрю еще раз, - глаза Фууты на секунду потухли, и он быстро пришел в себя, – все снова изменится. Теперь он хочет Хибари-сан и Мукуро-нии. - Значит, мне не нужно противоядие? – с надеждой спросил Тсуна. - Еще как нужно. Просто мы еще пока не знаем, как его получить. Не зная точно, кто станет противоядием, мы можем подвергнуть Тсуну большой опасности. - Так давайте устроим соревнование. Все обернулись на голос Хибари. Хранитель Облака стоял, прислонившись к стене и поглаживая Хиберда. Птичка согласно пискнула, и Тсуна неожиданно позавидовал маленькому существу. Тряхнув головой, он сосредоточился на словах Хибари вместо того, чтобы наблюдать за движениями его длинных пальцев. - Соревнование за девственность Тсунаёши? – спросил Мукуро, ухмылка расцвела на его лице. – Не нужно. Теперь он мой, и любой, кто встанет на моем пути, умрет. Хибари хмыкнул. - Если ты так уверен в своей победе, почему бы не устроить это соревнование? Савада Тсунаёши в качестве приза – чем не стимул? – уверенная улыбка мелькнула на его губах. – Хотя конечно, я мог бы и забить его до смерти. Дино вышел вперед. - Мне нравится эта идея. Могу я присоединиться? Злобно покосившись на него, Хранитель Облака оттолкнулся от стены и шагнул к блондину. Дино улыбнулся, и Хибари пожал плечами, неохотно соглашаясь. Тсуна покраснел, заметив широкую улыбку Дино, все его тело заныло от желания прижаться к нему снова. Он тихо выругался и уставился на ковер. Если он не сможет держать себя в руках, его зад в опасности. Буквально. - Никто не смеет трогать Десятого, пока он сам этого не захочет! – воскликнул Гокудера, его кольцо вспыхнуло. Ямамото положил руку на плечо Хранителя Урагана. - Мы тоже хотим участвовать. - Черт, Такеши! Это нечестно, ты не можешь говорить за меня! – прошипел Гокудера, скинув его руку с плеча. Он подошел к Тсуне, опускаясь на колени перед ним. Тсуна почувствовал, как тянется к светловолосому мужчине, а его рука ложится на бедро Гокудеры. - Он мой, придурок! Руки прочь от него! - Да как ты посмел… Я забью тебя до смерти. - Не думай, что ты особенный, только потому что добрался до Тсуны первым, Гокудера. - Хаято, ты всегда хочешь быть первым, да? Хранитель Урагана подскочил, его лицо пылало. - Да я даже не думал об этом! В смысле, Десятый, вы не против этого соревнования? На самом деле Тсуна не особо слушал, что ему говорили. Он просто хотел снова опустить Гокудеру на колени, прижаться к его мягким губам и распробовать этот вкус сигарет и корицы. Он взглянул на Гокудеру, слегка прикрыв глаза ресницами. - Гокудера, я же сказал тебе. Зови меня Тсуной. - Что?.. Неожиданно вмешался Реборн, улыбаясь. - Значит, организуем соревнование. Тот, кто соблазнит Тсуну и активирует противоядие, – побеждает. Но вам пятерым придется работать вместе, чтобы заботиться о Тсуне, когда проклятье перейдет на вторую стадию. Понятно? Они кивнули, не отводя глаз с тяжело дышащего Тсуны. Реборн широко улыбнулся и обратился к Фууте: - Пойдем. Нам нужно уйти прежде, чем здесь начнется хаос. Соревнование за девственность Тсуны начинается. Вместо того, чтобы тут же накинуться на бедного Тсуну, многие из присутствующих развернулись и ушли. Однако Гокудера остался рядом Тсуной, и это как раз было единственное, чего Босс мафии сейчас хотел. Он улыбнулся своему другу, но тот не смотрел на него. Нахмурившись, Тсуна поднялся с пола и пальцами провел по щеке Гокудеры. Подрывник вздрогнул, отстраняя руку Десятого. - Пойдемте, Десятый. Вы должны вернуться в свою комнату, - прошептал он, сжав ладони в кулаки. - Гокудера? – спросил Тсуна, ближе придвигаясь к своему Хранителю Урагана. Неодобрение в глазах Гокудеры беспокоило Тсуну, ему не нравилось, когда его друг выглядел таким нерешительным, поэтому он понял, что вся проблема в его желании. Он коснулся плеча Гокудеры ладонью, шагая мимо него, и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Он прислонился к стене, вцепившись в волосы. Что за чертовщина с ним происходит? - С ним все будет в порядке, Савада, - прошептал кто-то. Тсуна посмотрел в серебристые глаза Рёхея, стоящего перед ним. Как ни странно, но он чувствовал, как желание и братская любовь сражаются внутри него, но чуть позже все стало на свои места. Кажется, рейтинг Фууты не врал. Рёхей мог находиться рядом. - Я просто не понимаю, почему это со мной происходит? Все это – почему? Рёхей прислонился к стене рядом с ним, уверено сжав его плечо. - Иногда нам нужно просто принять что-то, неважно насколько это экстремально. Это испытание просто немного менее…жестокое, чем те, к которым ты привык. Но друзья рядом с тобой, так что не волнуйся. Мы что-нибудь придумаем. - Надеюсь, ты прав. Спасибо, Рёхей. Мужчина улыбнулся и задумчиво посмотрел на дверь. - Я могу поговорить с ним, если хочешь. Гокудера хороший парень, он быстро успокоится, я уверен. Кроме того, ему тоже придется участвовать в соревновании. - Рёхей! Рёхей засмеялся. - Не волнуйся, Савада. Все будет хорошо. Думай об этом как о тренировке. Хотя, могу сказать, участвующие в этой тренировке немного агрессивные. Даже думать не хочу, как поступит Хибари, если доберется до тебя. Тсуна застонал, на что Рёхей лишь рассмеялся. - Прости, Савада. Все будет хорошо. Я надеюсь. Когда Рёхей исчез в комнате, Тсуна неохотно двинулся в свой кабинет. Он ни за что не переживет это, особенно, когда пятеро его друзей хотят лишить его девственности. - Я попался.