Детективное агентство "Анна и её духи". Новое поколение. История четвертая.

Так, нужно всё вспомнить. Кошмар начинался всякий раз, когда Маша делала первый неверный шаг. С этого момента даже воздух вокруг ощутимо менялся, и она понимала, что еще немного вперед — и пропасть. Последний раз глубоко вздохнув и поняв, что она своим дыханием больше не напоминает загнанную лошадь, Мария открыла глаза и вышла из-за дерева. Она привыкла к ночному освещению, ей легко было идти вдоль барбарисовых кустов к выцветшему забору. Даже если бы ей завязали глаза, она бы прошла этот отрезок безошибочно. Если ты пять лет подряд просыпаешься почти каждую неделю с одним и тем же сном, который приносит тебе то ликующую радость, то безумную боль, хочешь — не хочешь, а путь врежется тебе в память. Здесь нужно пройти левее — если этого не сделать, хрустнет сухая ветка, и тебя обнаружат. Тут стоит пригнуться, слишком открытая местность, вновь можно дать о себе знать. Раз за разом Маша проходила эту дорогу, ошибаясь, натыкаясь на всё новые и новые преграды, выстраивая свой путь так, чтобы дойти до самого последнего испытания, испытания, от которого будет зависеть всё. Вот с ним как раз всё не так ясно. Никогда Марии не удавалось выбрать единственно правильный вариант, чтобы безошибочно решить эту задачу. Если она видела сон, который приносил ей радость, то, делая то же самое в следующем сне, она совершала ошибку и просыпалась с криком. Всё было зыбко, эфемерно, расплывчато. Очень часто Маше снился Уроборос, змей, кусающий самого себя за хвост. Этот символ имеет множество различных значений. Наиболее распространённая трактовка описывает его как репрезентацию вечности и бесконечности, в особенности — циклической природы жизни: чередования созидания и разрушения, жизни и смерти, постоянного перерождения и гибели. В свете последних событий, особенно узнав о роли Нины Нежинской и всходах, которые дали посаженные ею семена, эта часть сна была вполне объяснима, но Маше казалось, что всё не так однозначно. Гораздо больше всех философских концепций ей нравилось совершенно приземленное объяснение Уробороса. Каждый, совершивший зло, однажды сам будет поражен ядом своего злодеяния. В сущности, выплескивая ненависть во Вселенную, ты рано или поздно получишь её обратно, хорошо если не сторицей! Но как привязать к своему сну эту версию, Маша не знала. Еще один из вариантов трактования символа змеи, кусающей себя за хвост, гласил, что это ни что иное, как изображение «инь и ян». Свет и тьма, день и ночь, солнце и луна, небо и земля, жара и холод. Мужчина и женщина. Уверенный, спокойный, надежный, горячий ян-Юра. Переменчивая, текучая, эмоциональная инь-Маша. Сумеет ли «инь» сегодня победить свою натуру, не поддаться панике и не дать Уроборосу укусить свой хвост? Мария очень, очень на это надеялась. Дверь не скрипнула. Маша знала, что её нужно приподнять за ручку и слегка прижать плечом. Оказавшись в коридоре, девушка снова закрыла глаза, пытаясь понять, кто сейчас в доме, и прислушиваясь к самой себе. Спираль внутри свернулась до отказа. Тронь её и она распрямится, разрывая все вокруг себя, мстя за то, что её кольца так туго закрутили. Да, именно сейчас ей нужно идти вперед. Именно сейчас всё произойдет! Будто подтверждая её слова, впереди раздались два приглушенных голоса. Разговаривали двое мужчин. Верно. Теперь дело за ней. Вправо на два шага — иначе старая доска под ней провалится, и она сильно повредит ногу. Теперь пригнуться и дальше на коленях. Спираль в груди сильно мешала ей, перетягивая внимание на себя, но Маша все равно сделала всё идеально. Доползла до широкого проема в стене, через которое из кухни подавали еду в гостиную (откуда оно взялось с этом маленьком домике, сказать было тяжело), убедилась, что никого рядом нет, встала так, чтобы оставаться на темной стороне кухни и аккуратно осмотрела зал. Всё было не так! Не так! Дыхание тут же сбилось, в глазах потемнело. Юра стоял посреди гостиной, зажав в руках свой макаров, и смотрел на высокого плотного мужчину в кожаной куртке, который тоже держал в руках пистолет. Нежинской нигде не было! Так не должно быть! Они все должны были быть в одной комнате! Их должно быть трое — двое мужчин и женщина! Только тогда всё пройдёт правильно! Паника накрыла её с головой, но было поздно — спираль с оглушающим треском разжала тиски и устроила внутри Маши такой взрыв, что в ушах зазвенело. Она будто в замедленной съёмке увидела, как рука Юриного противника едва заметно вздрагивает, а указательный палец начинает движение к спусковому крючку. Пора! Шар был уже зажат в руке, она была готова. Бросок сверху вниз, прямо в кисть. Траекторию уведет вниз. Трегубов выстрелит, попадет в цель, а сам не пострадает, его даже не заденет. Маша в одно мгновение сделала замах, но метнуть шар не успела: её запястье перехватили. Мария повернулась всего на долю секунды, чтобы убедиться, что это Нежинская, кто же еще? Этого хватило, чтобы последняя песчинка вытекла из разбитых часов. Раздались выстрелы и звук падающего тела. Маша не успела.