Вдребезги

За окном лил дождь. Крупные капли разбивались о стекло, стекая вниз. Над городом сейчас бушевала самая настоящая гроза, начавшаяся совсем недавно. Кэйа подскочил от раската грома, садясь на постели. Сонно потирая глаз и с удивлением обнаружив что он находится не там где вчера заснул, Альберих осмотрелся. В голове пронеслись события вчерашнего вечера. А именно то, как Кэйа на середине фильма безуспешно боролся с накатившей сонливостью, вызванной таблетками. Видимо так и уснул, и Дилюк отнёс его сюда чтобы было удобнее. Сейчас, не заметив присутствие Рагнвиндра в спальне, Кэйа окликнул его, привставая с постели и напрягая слух. Ответа не прозвучало. В груди что-то тревожно заныло, разрастаясь с каждой секундой тишины. Кэйа решительно встал, направляясь к выходу из спальни. В зале тоже никого не было. Быстро дойдя до кухни, и мимолётом оглядев ее, Кэйа не заметил маленькой записки, лежащей на кухонном столе. Подойдя к окну, Альберих наблюдал за пейзажем на улице. Даже не наблюдая, а просто уставившись в одну точку. Тревога в груди разрасталась все больше, отдаваясь болью с каждым ударом сердца. В голову лезли самые ужасные предположения. -Ты думал, что братишка Дилюк так резко забеспокоится о тебе спустя столько лет?— послышался из-за спины до боли знакомый голос. В полумраке комнаты стояла копия Рагнвиндра, медленно подходя к Кэйе. -Перевёз к себе, всеми силами старается помочь. Не думал что все это наигранно? Попытка добить до конца. Заставить почувствовать себя нужным, а потом бросить, причиняя боль,— Дилюк уже стоял вплотную к Кэйе, горячо шепча в ухо подрагивающему Альбериху. -Как видишь он снова бросил тебя. И все оттого, что он тебя ненавидит. Ты ему не нужен. Ты никому не нужен,— пальцы Рагнвиндра поползли к шее Кэйи, наровя сжать ее. Альберих резко развернулся, быстро уходя в спальню, стараясь игнорировать двойника. Повалившись на кровать, Кэйа отвернулся к окну, зажмуривая глаза. Нет, Дилюк не мог его бросить. Вчера же он пообещал что будет рядом. Надо просто чуть-чуть подождать и он вернётся. -Посмотри на себя,— матрас рядом с головой прогнулся от чужого веса. Альберих чувствовал как Рагнвиндр навис над ним, разместив руку рядом,—лежишь тут, поскуливаешь о нем, до последнего надеясь что вернётся. Что ты ему нужен. Кому нужен такой слабак как ты,— Вторая рука Дилюка плавно легла на бедро Кэйи. -Правильно он тогда сделал что бросил тебя. Ты ничтожен. Кэйа не выдержал. Резко отпихнув Рагнвиндра куда-то в сторону, он почти бегом направился в ванную, которая находилась рядом с спальней. Ноги подкашивались, а руки неконтролируемо тряслись. Воздуха не хватало. Влетев в ванную, Кэйя оперся руками об раковину, загнанно дыша. Снова он остался один. Снова никому не нужен. И в этом виноват только он. Единственный человек который был дорог оборвал все связи, сначала дав призрачную надежду на светлое будущее, а потом разбив ее о реальность. Ну почему так все получилось? Что не так сделал Кэйа за эти два месяца? Неужели Дилюк настолько его ненавидит, что решил ещё больше унизить таким способом. Неужели ничего не осталось от того, что было между ними четыре года назад? Рагнвиндр очевидно сжёг все мосты, вычёркивая из жизни. А Кэйа? Он же все эти года надеялся на то, что они все же однажды встретятся и поговорят как нормальные люди. Что Дилюк хоть и не простит, то хотя бы будет разговаривать с ним иногда. Что у них все наладится… Наивный. Взгляд упал на правое запястье. Порезы. Когда-то, когда им было всего по 16 лет, Дилюк сказал, что суицид—удел слабых. Удел тех, кто не справился, сдался, отчаялся. Конечно, спустя столько лет, его мнение поменялось. Но тогда, он считал это слабостью. Кэйа же в тот момент сказал, что это высшая степень смирения и бессилия. Что человек совершивший суицид, смог перешагнуть через точку невозврата. Но сейчас, глядя на белёсые шрамы у себя на руке, Кэйа чувствовал лишь отвращение к себе. Он не сможет собрать себя заново. Он устал. Дилюк был единственным лучиком света в его жизни. А теперь, он остался один на один с его подделкой. С двойником, который каждый раз выкидывает безумные идеи и мысли. Кэйа не может так больше. Почему он не умер ещё тогда, два месяца назад? Мысли о Дилюке напомнили о себе новой волной боли и Кэйа сильнее сжал раковину, наконец заглядывая в зеркало. Из отражения на него смотрел худой Альберих, с огромными синяками под глазами и мелко подрагивая. Волосы растрепанны. Повязка на глазу немного съехала вниз. Кэйа не знал сколько он так простоял, смотря на себя в зеркало. В ушах стоял непрекращающийся звон. Он оглушал. Альберих вздрогнул, когда в отражении, за его спиной, возник Дилюк. Тот оскалился, но не двинулся в его сторону, стоя в нескольких шагах сзади. -Что, боишься снова оставаться один? — Рагнвиндр скрестил руки на груди, попрежнему улыбаясь. Кэйю невольно передернуло. -И правда боишься. — Хмыкнул Дилюк, приближаясь,—Верно, так и должно быть. Ты должен бояться,— на последних словах глаза двойника полыхнули красным огнём. Все, надоело. Руки сжались в кулаки с такой силой, насколько могли, учитывая состояние Альбериха. Секунда— и отражающую поверхность изрезали трещины, а кисть руки пронзила острая боль. Кэйе пришлось приложить усилие, чтобы отдернуть руку от разбитого зеркала. В костяшки впились осколки, и по руке уже стекала тонкими струйками кровь. Рагнвиндр за спиной жутко захохотал. Ослабевшие ноги уже отказывались держать Кэйю, поэтому он, сделав пару шагов назад, и уперевшись спиной в стену, сполз вниз, садясь на холодный пол, закрывая руками голову, тихо скуля. *** Дилюк вошёл в квартиру, ставя пакеты с продуктами на пол и стряхивая с волос капли дождя. Кэйа должен был ещё спать, ведь ушёл Рагнвиндр всего пол часа назад. Скинув пальто, Дилюк прошёл вглубь квартиры, прислушиваясь. Стояла тишина. Но звон стекла, а затем глухой стук об пол, заставило сердце Дилюка упасть куда-то вниз. Сорвавшись с места, он рванул в ванную комнату. Там, он увидел Кэйю, сидевшего на полу. Рядом, были рассыпаны осколки разбитого зеркала. Переведя взгляд, Рагнвиндр заметил, что правая рука Альбериха окровавлена и из кисти в некоторых местах торчат осколки. -Кэйа,—закричал Дилюк, бросаясь к нему. -Уйди,—Заорал тот, срывая голос. Как же Кэйе надоело постоянное присутствие подделки рядом. Это уже невыносимо. -Я не боюсь тебя! —вновь закричал Альберих, отползая от Дилюка. С каждым разом получалось все меньше и меньше вдохнуть. Воздух обжигал лёгкие. -О, смотри-ка прибежал,—Расхохотался рядом второй Рагнвиндр.—Прибежал опять спасать потрепанную, никому не нужную игрушку. -Хватит,— заскулил Альберих,притягивая колени к груди. -Кэйа, прошу тебя!—взмолился Дилюк, подходя совсем близко, но не касаясь. —Все хорошо. Я настоящий, тебе это не кажется. Просто послушай… -А он тебя слушал? Хоть раз выслушал?— раздалось откуда-то сбоку. -Я не могу так больше, — прошептал Кэйа, обхватывая голову руками,— Не могу, не могу, не могу… Из глаз хлынули слёзы. Альберих затрясся в истерике, сжимая в пальцах волосы. У Дилюка сердце разрывалось. Он не знал что сделать, чтобы Кэйе стало лучше. Чтобы он не страдал. Отчаяние и тревога накрывали с головой. И в голове промелькнули слова Альбедо. «На всякий случай»… «Если его начнёт трясти в истерике» … Рагнвиндра слово холодной водой окатило. Ну конечно! -Сейчас Кэйа,— быстро проговорил Дилюк, мгновенно поднимаясь.—Сейчас тебе станет легче,—произнёс, уносясь на кухню. Там, быстро найдя нужную упаковку и вскрыв ампулу, Дилюк набирает успокоительное в шприц. Все проверив, Рагнвиндр бежит назад. Кэйа сидит в том же положении, крупно дрожа. Дилюк падает на колени рядом, трогая Альбериха за плечи. Тот, вздрагивает, поднимает взгляд, и его зрачок расширяется. Дилюк всеми силами старается не показывать того, что он боится. Боится больше, чем сам Кэйа. Боится навредить. Плавно, Дилюк берет руку Альбериха в свою, смотря на сгиб локтя,прицеливаясь. Кэйю накрывает с новой силой. Слёзы так и текут из его глаз. Альберих начинает дрожать ещё сильнее. Дилюк трясущимися руками кое как прислоняет шприц к руке. Вводит иглу. Кэйа болезненно всхлипывает, роняя голову на колени. Тут Рагнвиндр не выдерживает. Отбрасывая уже ненужный шприц куда-то в сторону, он обнимает Кэйю, поглаживая того по голове. -Потерпи немного, Кэй,— шепчет Рагнвиндр, целуя того в висок. —Скоро станет легче. Руки все сильнее стискивали в объятьях. Дилюк еле держался что бы самому не разрыдаться. -Дилюк,— прошептал Альберих, уже награни отключки. Препараты действовали быстро. —Не бросай меня ,— закончив фразу, Кэйа уже окончательно обмякнув, закрыл глаза, повиснув в руках Дилюка тряпичной куклой. -Никогда больше,— прошептал Рагнвиндр уже не слышащему его Кэйе. Спустя пару минут Дилюк утыкается носом в синие волосы, закрывая глаза. По щекам текут слёзы.