Полюби мой язык

      Антон сидел на переднем сидении по соседству с Щербаковым. Парень до сих пор не мог понять, что произошло такого, что Арсений не поехал. Он ведь даже не предупредил парня, неужели не посчитал нужным? Или это какое-то непредвиденное дело. Шастун переживал и даже не скрывал этого, учитель информатики вряд ли бы догадался, это не его дело. Антон витал в своих мыслях, часто проверял свой, уже целый, телефон в надежде, что Арсений напишет ему в социальной сети на все вопросы, парень хотел бы позвонить и лично услышать его, спросить, но они как-то не позаботились о том, чтобы знать номера друг друга.       После того случая Арсений сам отвез смартфон Антона в ремонт и его удалось реабилитировать к жизни, в тот же день они нашли друг друга Вконтакте благодаря одноклассницам Шастуна, которые подписались на молодого преподавателя еще раньше, несмотря на то, что даже не общались с учителем, не говоря уже об уровне отношений, как у них с Поповым. Нет, сами девушки писали преподавателю, но для Арсения, как он сам говорил, было смешно и нелепым общаться с ученицами. В тот момент Антон чувствовал себя особенным, ведь с ним он легко дружил.       Сейчас же, он был в обиде на Арсения за то, что тот не поставил его в известность о своих планах, считал, что в таком случае, наверное, Антон не так уж ему и близок. Шастун не имел права злиться на него, но делал это.       — Что, Антоша, хотел поехать со своим Арсением, а тут все планы накрылись? — послышался голос сбоку и парень не сразу понял суть сказанного, ему пришлось несколько секунд потупить, чтобы понять о чем говорит Алексей.       Парень уставился на него смотреть своими большими от удивления глазами не зная, что ответить. Он просто нервничал и от этого бегал взглядом по лицу учителя, пытаясь рассмотреть на нем все эмоции.       — Может быть другим ничего и не видно, тут — в деревне не принято считать отношения между парнями чем-то большим, чем дружба, но я знаю, — выпаливал Щербаков, а Антон слушал каждое его слово и не мог осознать все сказанное им. — Сколько бы я ни пил с Арсом чай в учительской, сколько бы ни общался, он говорит только о тебе, — преподаватель говорил это с каким-то отвращением, словно ему противно упоминать рядом сидящего ученика, но он продолжал, морщился, словно показывая, как ему неприятно. — Не удивлюсь, если вы еще и трахаетесь, — тут Антон уже не мог выдержать, он оглянулся, дабы убедиться, что водитель, сидящий слишком близко к ним был увлечен новостям по радио и не слушал их.       — Да что вы несете?! — возмутился Шастун, если бы они не сидели в автобусе, он бы обязательно встал, чтобы показать свое превосходство над информатиком хотя бы в росте. Таких унижений в свою сторону и в сторону Арсения парень не мог терпеть, хотелось ответить что-то такое резкое, колкое, но все слова будто вылетели из головы, он просто был шокирован озвученной ему информацией.       — Скажешь, что нет? — прямо спросил учитель, развернувшись корпусом к нему и посмотрев прямо в глаза, думая, что так Шастун точно не соврет ему. Но правду не говорят под пристальным взглядом, только Щербакову этого было не знать.       — Это не ваше дело, Алексей Сергеевич, — выделив его имя голосом, с насмешкой ответил Шастун, отворачиваясь к окну и улыбаясь тому, как учитель начинает закипать. Антон чувствует себя собственником. Ему нравится это чувство. Шастуна привлекает мысль о том, что Щербаков считает Арсения принадлежащем Антону. Конечно, это далеко не так, но ему почему-то захотелось так считать. Он никогда не позволит узнать об этом Попову, не посмеет сказать ему свои грязные мысли, но сейчас, сидя в автобусе мысли пустились вперед, захватывая с собой фантазию.       — Значит, я прав, — Алексей кивает головой, а Антон продолжает улыбаться и сдерживать смех с того, как сильно на самом деле тот ошибается.       — А почему вы, собственно, интересуетесь? — вдруг выдал Шастун только пришедшую ему на ум мысль вслух, поворачиваясь к Щербакову и радостно улыбаясь, посмотрел на него. Информатик засмущался и отвернулся. Ничего не ответил. — Да ладно… — удивился Антон уже во второй раз, — неужели вы влюбились, — Шастун сказал это громче, чем следовало бы. — Да замолчи ты! — шепотом одернул его мужчина. — Скажешь кому-то — все узнают, что вы с Поповым трахаетесь и мне все равно правда это или нет, от испуга учитель стал угрожать парню, слишком резко сократив между ними расстояние и сказал это слишком низким тоном. — Вылетите из школы вместе. — Так легко готовы испортить жизнь предмету своего воздыхания? — усмехнувшись, спросил Шастун. — Все-таки хорошо, что Арсений не вас выбрал, — это было последним, что Антон сказал ему, перед тем, как получил злобный взгляд ответ. Щербакову сейчас не стоило знать, что Антона он тоже не выбирал.

***

      Какая же это все-таки ответственная миссия быть сопровождающим! Антон бы и не узнал этого, если не эта поездка. Дети вроде бы и взрослые — от десяти до двенадцати лет, но балуются все равно одинаково. Конечно, они чувствуют свободу, когда понимают, что рядом с ними нет строгих классных руководительниц, а есть только молодой учитель информатики, который не ведет у них даже предмет и Антон, который совсем недавно сам был таким.       Хотя нет, Шастун никогда не был балованным или непослушным. Такое в их семье всегда воспрещалось и наказывалось. Из-за этого маленькому мальчику всегда приходилось быть серьезным и, как казалось другим, взрослым. Только сам Антон считал, что именно поэтому у него не было детства. Когда другие дети могли бегать по лужам, пакостничать и хулиганить, он с завистью смотрел на них.       Как и сейчас, строя малышей перед кукольным театром по двоя так, чтобы они держались за руки и пересчитывая их, он думал о том, что они могут сейчас делать все, что хотят и максимум, что им за это будет, так выговор от Антона и немного пошатанная психика, если совсем выведут из себя парня. Пока он держался молодцом, хоть и сильно переживал, ведь Алексей Сергеевич в это время был занят своим — учитель уткнулся глазами в телефон так прочно, что казалось утонул в экране целиком. Шастун и не думал его выдергивать оттуда, несмотря на то, что считал это издевкой преподавателя. Он специально таким образом перекинул на Антона детей, снимая с себя ответственность. Жаль, Щербаков не подумал о том, что главным за поездку все же оставался он, а не одиннадцатиклассник.       Одному мальчику не хватило пары, поэтому за руку его вел Шастун, говоря всем детям быть спокойными и идти строем. На удивление те его слушались, возможно, они просто были поражены красотой театра внутри: большой зал в светлых бежевых тонах, которые гармонично сочетались с алыми элементами, высокие потолки и все это в стиле барокко. За свою недолгую жизнь ребятам еще не доводилось видеть большей красоты. Они были еще более крошечными в этом помещении.       Антону тут тоже нравилось, но он вновь не мог себе позволить наслаждаться этой красотой, как ученики младших классом, ведь он взрослый. Алексей Сергеевич как и прежде плелся за всей толпой детей, смотря в смартфон. Шастун надеялся, что если кто-то и отстанет, то это будет именно он, ведь школьникам было интересно тут находиться и они старались держаться старшеклассника, который вел их к залу.

***

      Зал был величественным, как и все тут — атрибуты, куклы, громкий звук, от которого захватывало дух… Антон в глубине души гордился Арсением, ведь именно он выбрал представление, заказал билеты, да и впрочем, это была его идея все организовать. Шастуну было жаль лишь то, что сам Попов попасть и увидеть своими глазами представление не смог.       Где-то на середине представления Антона позвал мальчик, что сидел рядом, потянув его за рукав. Именно его вел Шастун сюда, когда остальные шли с другими детьми за руки. Он сообщил Антону, что ему надо в туалет и парню ничего не оставалось, как сопроводить его до уборной. Страшно было оставлять Щербакова одного с детьми, но больше варианта не было. Отправив мальчика с информатиком было рискованно, ведь пропасть могли сразу оба.       — Как тебе представление? — мальчик выглядел старше других ребят, возможно, даже самый взрослый среди них, поэтому Антон решил, что он честно сможет ответить ему на вопрос, который задал Шастун, когда они шли обратно в зал из туалета по коридору.       — Скучно, — признался тот, идя обратно лениво и не спеша. — Я вообще не хотел сюда идти, просто у меня сестра в первом классе учится, мама сказала присмотреть за ней. Но ты неплохо справляешься, — Антон немного опешил от такого признания. Этот мальчик говорил слишком взросло, Шастун невольно сравнил его с собой в том же возрасте, когда тоже он должен был приглядывать за младшей сестрой. Ему понадобилось время, чтобы подумать над тем, что стоит ответить школьнику.       — Если тебе неинтересно, то можешь подождать в автобусе с водителем, там у него новости, думаю, точно не заскучаешь, — конечно, Шастун сказал это в шутку и надеялся, что парнишка точно откажется от такой альтернативы. — Спектакль минут через двадцать закончится. — Посмотрев на руку, где могли быть часы, сказал Антон.       — Давайте, — внезапно согласился мальчик. Сегодня явно день шока для Шастуна.       — Ты уверен? — переспросил он, думая, что тот тоже решил так пошутить.       — Да, там хотя бы в телефоне можно поиграть, — теперь Антон понял, почему он согласился. Они направились в гардероб, дабы забрать одежду, а затем Шастун повел мальчика к школьному автобуса. Усадил на место и попросил водителя присмотреть за ним, хотя тот и не спешил делать что-то «незаконное», сразу достал смартфон и болтая ногами включил игру с громким звуком, который сразу стал сбавлять. Убедившись, что все хорошо, Шастун вышел из автобуса, проследил, чтобы водитель закрыл за ним дверь и отправился назад в театр.

***

      Представление закончилось спустя десять минут после того, как вернулся Антон. Пора было идти назад и Шастун надеялся, что справится с этой задачей так же легко, как и час назад, когда вел ребят сюда. Но вдруг ему в голову пришла гениальная мысль, от которой парень просто не мог отказаться.       — Двенадцать, четырнадцать… — шепотом пересчитывал детей попарно Шастун. — Четырнадцать! — последнее он сказал, повернувшись к Щербакову, но тот по прежнему зависал в телефоне, что стало невероятно злить его. — Алексей Сергеевич, четырнадцать детей, а с нами было пятнадцать.       — Что? — он посмотрел сначала на одиннадцатиклассника, который обратился к нему, а затем огляделся по сторонам, словно вспоминая, где он сейчас находится. Учитель явно был не в этой реальности.       — Четырнадцать! — так же пересчитал еще раз информатик, но только убедился в словах парня. — Как четырнадцать, Шастун, где ты потерял ребенка? — учитель оглядывался по сторонам, но проходящих мимо детей было слишком много. Вряд ли он вообще помнил «пропавшего» мальчика. — Что теперь делать? — Антон стоял совершенно спокойный и наблюдал, как нервничал Щербаков. — Господи, меня же посадят…       — Да успокойтесь вы, — спокойно толкнул его в плечо Шастун, таким же пофигистичным голосом продолжив: — Ну, пропал и пропал, что уж теперь поделаешь, — остальные дети тоже испугались, поддавшись панике сопроводителя.       — Как? Надо… Надо идти к администрации или в полицию, надо найти его, — его голос дрожал, а Антон самодовольно смотрел на него, ведь он так хотел, чтобы преподаватель почувствовал хоть каплю ответственности и, если бы не Шастун, такое на самом деле могло произойти.       — Алексей Сергеевич, ну вы помните, как он выглядел? И я не помню, дети каждый день пропадают, чего уж там… — говорил Антон; теперь настала очередь Щербакова выпучивать глаза от удивления.       — Я помню! — послышался дрожащий голос девочки, выходящей вперед. — Это мой брат! — об этом нюансе Антон совсем забыл. Парень видел, что первоклашка находится на грани слез и готова прямо сейчас разрыдаться. Алексей же в этот момент наоборот приободрился, ведь у него появилась какая-то надежда. Похоже, этот розыгрыш Шастуну пора было останавливать.       — Так, все! Успокойтесь! — строгим и громким голосом сказал он, от чего все обратили на него внимание и перестали переговариваться. — Все нормально с твоим братом, в автобусе он, — виновато объявил Шастун.       — Что? — переспросил Щербаков.       — Ему стало скучно, я в автобус его отвел, — признался парень.       — Он не потерялся? — еще раз уточнила маленькая сестренка мальчика, на что он помотал отрицательно головой.       Конечно, это было не совсем правильным и хорошим поступком со стороны Шастуна, но зато это помогло оторвать информатика от телефона. Наконец-то он тоже стал наблюдать за детьми. Пока учитель молчал и ничего не говорил Антону, лишь сжигал его взглядом, но он был уверен, как только они сядут в автобус и отправятся в дорогу домой ему влетит от Щербакова по полной. Несмотря на это, Шастун совершенно не чувствовал своей вины за такой поступок. Алексей Сергеевич заслужил этой встряски.